Право выбора

      — Зелина, прошу прости, — его извинения на следующий день застали её врасплох. — Я не хотел тебя обидеть. Мои поспешность и несдержанность непозволительны, я должен держать себя в руках, но рядом с тобой теряю рассудок. Прошу, не отворачивайся от меня.       — Я не… Я не обижаюсь. Ты не сделал ничего такого, — только и смогла выдавить из себя Зелина. Раскаяние Аида смутило, оказавшись неожиданностью. Она до сих пор не могла поверить, что Владыка Мёртвых ловит каждый её взгляд, каждую улыбку и так переживает, что же она про него думает. И считается с тем, что она думает, даже если это не нравится ему.       — И всё же я напугал тебя своими эгоистичными просьбами. А ты и так была измотана, — пристыженно заключил Аид.       — Не кори себя, — Зелина хотела побыстрее сменить тему, даже упоминание о вчерашнем событии её нервировало. — Я думала сходить в библиотеку, ты не против? Скажи, если во дворце есть запрещённые места.       — Нет, ничего подобного. Не отказывай себе ни в чём. Зелина, — представил её Аид душам, явившимся по его приказу. — Отныне ваша Госпожа. Её слово ничем не уступает моему. Делайте всё, что она повелит и не смейте расстраивать.       Зелина поблагодарила его и покинула тронный зал, сопровождаемая несколькими служанками.       Сначала было тяжело. Аид изо всех сил старался не навязываться. Однако совсем не видеть Зелину было выше его сил. Смирившись с тем, что она предпочитает завтракать в своих покоях в одиночестве, он приглашал её на совместный ужин в столовую. Зелина нет-нет, да и соглашалась порадовать его своим присутствием. Первую неделю она была очень замкнутой и отстранённой, Аид понимал её состояние и приказал служанкам особенно внимательно наблюдать за здоровьем госпожи и чуть что — докладывать ему. Зелина долго отсыпалась, после вставала, завтракала и выходила немного прогуляться в сад или по замку. Если Аиду везло, он мог где-нибудь встретить её и ненадолго разговорить.       Несколько раз он заставал Зелину в слезах. Она не объяснялась, её реакции на него были неоднозначными, иногда сквозь маску вежливости прорывались вспышки недовольства. Аид видел, что Зелина подавляет себя по какой-то причине, но не мог выяснить по какой именно. Не знал то ли он не вовремя пришел, то ли она в принципе не рада его видеть       Довольно часто Зелина проводила время в библиотеке. После перерождения она чувствовала, что её магия изменилась, но у неё не было возможности проверить всё как следует. Найдя несколько обучающих книг по магии, Зелина пыталась понять, подвластны ли ей все те же чары, что и ранее, и будет ли колдовство даваться так же легко. Её старания не всегда заканчивались успехом, что не могло не расстраивать. Она продолжала стараться и прикладывать все силы для тренировок, потому что не могла позволить себе быть беззащитной. Собственные слабость и никчёмность злили, приводя к срывам и язвительности в сторону тех, кто попадался под руку. Полагаться на других не в её привычке, к тому же она пока не готова безоговорочно доверять Аиду.       Иногда Аиду казалось, что у их отношений нет никаких шансов и он испытывал ужасное отчаяние от одной этой мысли. Пусть Зелина не была совсем холодна к нему, но и влюблённой она точно не выглядела. Он понимал, что почти потеряв ребёнка, Зелина испугалась и, возможно, оградилась от него, поскольку винила в случившемся. Вполне небезосновательно. Не удивительно, что она боялась, что он полезет к ней с близостью как только они останутся одни. И Аид ненавидел себя за то, что дал ей повод так подумать. Ввиду всего, даже воспоминания о безумных поцелуях в башне уже казались ему ненастоящими. Может он сам придумал эту любовь и неприятен Зелине, поэтому всё вот так?       Поверить в эту мысль окончательно не позволяло только бьющееся сердце. Каждый удар, что оно совершало, был точным и безоговорочным подтверждением того, что любовь была. Но удастся ли её вернуть?       Зелина была не настолько слепа, чтобы не замечать как смотрит на неё Аид. На неё никто и никогда не смотрел как он. Это грело и тревожило одновременно. Иногда быть послушной и удобной просто не получалось, но никто не спешил наказывать её за эмоции. Даже грубости принимали спокойно — Аид проглатывал колкие комментарии, лишь бы остаться рядом. И Зелина терялась. Он правда ей нравился, его ухаживания были такими милыми и ненавязчивыми, что её сердце таяло каждый раз. И всё же Зелина совершенно не знала какое решение ей принять — попросить отпустить её и жить дальше самой или дать Аиду шанс и попробовать построить отношения. Второй вариант казался заманчивым, если бы не одно «но». Она не была уверенна, что готова ещё раз лечь с мужчиной в постель. Её опыт был не из приятных и пережить это снова, только теперь с Аидом… Зелина не знала, хочет ли она этого. И не знала как ей сделать выбор.       После двух недель размышлений, она решила попробовать с ним поговорить.       — Нам нужно кое-что обсудить, — попросила она. — Если ты всё ещё хочешь, чтобы я оставалась здесь.       — Конечно, — Аид поднялся с трона и подошёл к ней, высматривая скрытые признаки беды. — Ты не против пройтись?       — Не против, — Зелина привычно взяла его под руку и они покинули зал. Она решила не ходить вокруг, а сразу прояснить волнующий её вопрос. — Ты не сказал, что в твоих планах дальше. Ты хочешь захватить Олимп? Свергнуть Зевса? — её голос становился всё тише, но это шепот Аид слышал лучше любого крика. Зелина не осуждала его, но и поддержать теперь не могла. — Я больше не могу рисковать, действовать опрометчиво, я должна думать о ребёнке, как мои действия скажутся на его будущем.       — Я всё понимаю, — он выдохнул с облегчением, когда понял, что она всё же рассматривает вариант остаться с ним, — ты права и имеешь полное право требовать от меня безопасности для вас.       — Расскажи что ты задумал, я должна знать.       — На самом деле я не планирую ничего конкретного. По крайней мере, сейчас. Я понемногу общаюсь с остальными богами, особенно, когда у них возникают проблемы с Зевсом, а они возникают постоянно.       — И ты переманиваешь их на свою сторону, — догадалась Зелина.       — Скорее, готовлю для этого почву. Не могу быть уверен со всеми, но точно знаю нескольких, кто встанет на мою сторону, случись глобальный конфликт. И ещё знаю, кого смогу убедить присоединиться. Я не собираюсь устраивать войну, я лишь хочу справедливости.       — Я тоже хотела справедливости, и иногда это хуже настоящей войны. Пообещай мне, — она запнулась на миг, не зная, может ли что-то требовать у него, — пообещай, что это не станет нашей погибелью.       — Клянусь, — Аид опустился перед ней на одно колено, нежно держа её ладони в своих, — клянусь водами Стикса, что не сделаю ничего, что может навредить тебе и ребёнку. Клянусь, что наши, твои, интересы всегда будут в приоритете.       Услышанное казалось вполне приемлемым. Теперь Зелина точно знала, что Аид планировала будущее с расчётом на неё. Хоть она его отвергла, ответила резким отказом на его признание, он все равно включил её в свои планы. Или пересмотрел свои планы, учитывая её как важный фактор. Как не назови, суть была одна — чтобы он не делал, всё это было с мыслью не причинить ей вреда. Сначала Зелина ощущала некоторое беспокойство по этому поводу. Однако, вопреки её опасениям, Аид ничего не попросил взамен. Даже придя в Камелот, он не стал выторговывать поцелуй за её свободу. Он просто сделал это, хоть и не знал, получит ли что-нибудь в ответ.       Но будет ли Аид таким же дальше? Станет ли терпеть её, узнав какая она на самом деле? Устроит ли его только платоническая любовь? Или в один момент ей снова придётся познать разочарование в близком человеке?       — Позволь и мне кое-что спросить, — Аид прервал её размышления. — В чем был твой план? С Реджиной и Робином, — как бы он не убеждал себя, что Зелина не пожелает вернуться к ним, всё равно было страшно.       — План? — Зелина вдруг горько засмеялась. — Не было плана, я лишь хотела сделать Реджине как можно больнее, доказать ей? Себе? Не знаю. Что не всё лучшее в жизни — её.       — Но ведь тебе противен Робин, — он прозвучал неуверенно, опасливо уточняя. Аид ревновал, что она выбрала Робина, доверила разбойнику то, что не доверила ему. Ревновал, что тот мог касаться её, целовать, не говоря уже о больше. Мысли об этом были невыносимы, но он старался сдерживать себя, чтобы не давить на Зелину.       — Зато он так дорог ей, — усмехнулась она. — Однако истинная любовь сильнее моральных обязательств, он не полюбил «жену». Тогда я решила, что ещё один ребёнок точно не позволит Реджине наслаждаться жизнью с ним. Моё дитя станет между ними вечной преградой. А когда Тёмный сдал меня, я хотела сбежать, жизнь с разбойником была ужасно тошной, но… Дальше ты знаешь, они обернули всё против меня, сделали инкубатором для бесплодной сестры.       — Нет, не всё. У тебя есть малыш. И я, — последнее добавил совсем несмело, боясь снова выглядеть навязчиво.       — Спасибо. Самой было бы гораздо тяжелее справится, — сейчас Зелина улыбнулась тепло и искренне, чувствуя, что поддержка Аид правда для неё важна.