Оттуда не возвращаются

      Стив ёбнулся.       Почему? С чего бы вдруг? Как? Эти безумные вопросы раскаленными стрелами впивались в затуманенный мозг. А жажда приключений начисто испарилась. Вместо неё крючковатыми пальцами зомби вцепился страх. Тут же вспомнились пальцы Стива. Вот ведь зараза! Надо было все-таки ему втащить ещё раз как следует. А то ведь поднимется, гад. И догонять побежит. Сволочь…       Ещё другом прикидывался! Ну как другом. Так, знакомый. Приятель не приятель, а в их компашке тусил периодически. Вон, ещё только вчера — это ведь было прошлым вечером, а не сто лет назад? — нажрался вместе с Энди так, что стоя штормило. Бухали, можно сказать, до рассвета. Это если верить тому, что Майк рассказал Лизе, а Лиза растрындела ей. Сама Джей на вчерашней вечеринке тусила в меру, и свалила около часа ночи. Было вполне себе ничего.       Там и промелькнула какая-то искорка между ней и Стивом, пока он был трезвый. Впрочем, во что-то большее это и не переросло. Ворчун Стив не умел пить, как нормальные люди. И Джей потеряла к нему интерес — смотреть, как алкоголь постепенно превращает обычного замкнутого парня сначала в балбеса, а потом в свинью, было не особо привлекательно. И поэтому, пока рыжий дылда и ворчун глушили все спиртосодержащее практически без закуски, она с девчонками проводила время во дворике. Потом появился Майки, и они с Лизой уехали. Спустя пару часиков Майк вернулся. Довольный и ещё более поддатый. Джей ещё спросила: “А не боишься гонять пьяный за рулем?” На что Майк с беспечностью ответил: “А я вообще ничего не боюсь”. “Даже… Лизу?” — сорвалось вдруг у неё. “Лиза далеко,” — подмигнул Майк. И, как оказалось, был вполне так не против скоротать время с Джей. Но тут тоже ничего серьезного. Джей не хотела быть предательницей, все ограничилось флиртом. В конце концов, Майк вызвал ей такси, потому что она ему чуть не врезала за идею отвезти её домой самому…       Блин, что за мысли вообще в башке? Почему она сейчас вспомнила все это?       Продираясь сквозь заросли, она не сразу услышала, что позади кто-то идет. Идет именно за ней! Даже не крадется. Ломает ветки и трещит, как медведь!       На мгновение Джей застыла. Холодный озноб прошиб позвоночник, ладони вспотели, в висках запульсировало. Горло, ещё не отошедшее от недавней хватки Стива, сдавило, и она почувствовала подкатывающую тошноту. Обернулась. Нет, это не медведь. Хуже. Новая порция страха как током ударила, вбрызнув адреналина. Джей взяла себя в руки и пустилась наутек. Насколько это вообще было возможно, перепрыгивая через кочки и коряги, спотыкаясь о буераки и то и дело напарываясь на хлесткие ветки.       — Стой! — крикнули сзади. Голос хриплый и как будто даже чужой, но она узнала его. Это он. Ёбнутый Стив. Чтоб он ногу сломал об корягу… Джей пожелала это от всей души, но, увы, способность насылать проклятия в ней от этого не проснулась. И желание не сбылось. Стив только ускорился.       Она тоже.       — Стой! — проорал Стив громче.       — Пшел ты урод, — выдохнула она разом. На крик дыхания не хватало. Надо бежать! Козлина не намерен отступать. И, похоже, он гораздо быстрее её. И проворнее. Потому что скоро раздалось уже совсем близко:       — Джей, подожди! Выслушай меня!       “Уебись об дерево, сволочь,” — успела пожелать в ответ Джей. А ещё говорят, что мысли материальны. И что за хрен придумал эту гадскую фразу, которую так любят повторять со слащавыми улыбками философствующие неудачники, у которых в жизни нихрена нет — только их долбаная философия? Если бы мысли материализовались по желанию Джей, то Стив бы сейчас…       Додумать она не успела — запнулась об неизвестно откуда взявшуюся яму, не удержалась, упала. Быстро вскочила — дорога каждая секунда, каждый гребаный миг! Рванула опять вперёд.       И пребольно ударилась обо что-то черное и твердое. Ну прямо нереально твердое! Да сколько ж можно сегодня врезаться обо всякую хрень…       Хрень шевельнулась. И утробно, глухо, коротко рыкнула. Потом послышался шипящий, зловеще-пробирающий звук. Хрень… смеялась? Если да, то недолго. Что-то схватило Джей за волосы — бесцеремонно и грубо. Опять двадцать пять. Да так и скальп снять недолго. Чувство дежавю охватило на миг. Это было не так страшно, как попытаться осмыслить ситуацию и взглянуть на все трезво. Хотя как на такое можно смотреть трезво? Дикий треш. Мудацкий день.       И зачем только она поехала сегодня в это проклятое место?       Ещё одна неуместная мыслишка. Разум упорно сопротивлялся реальности. В то время как тело уже сопротивляться как следует не могло. Джей брыканулась из последних сил. Потом обмякла. Другая рука, такая же грубая, как и та, что держала за волосы, даже не рука — лапища, заткнула рот, придавив беспомощный писк, который должен был быть криком о помощи.       А потом её, как мешок с навозом, просто отволокли в сторону.       Стив почти догнал её. В последний момент захотелось попытаться все объяснить. Если получится. Ну, а если нет — так и пофиг. Все равно уже поздно отступать. Если оставить все как есть, то Джей не станет молчать. И уже завтра накатает на него заявление в полицию. Как минимум за нападение. За попытку изнасилования ещё впридачу. Конечно, это ещё надо доказать. Но проблем все равно не оберешься. А на кой они сдались, эти проблемы?       Их можно решить. Сегодня. Разом. Почему нет?       Вот уже оставалось буквально метра три-четыре, и он настигнет Джей. Да! Совсем чуть-чуть. Тем более, что дебри не такие уж и не проходимые, местность хоть и с препятствиями, но местами открытая, можно разогнаться как следует, прыгнуть и… Надо немного везения. И проворности.       Везение как раз тут как тут. Джей неудачно шлепнулась, умудрилась подняться. Ничего, пташка, далеко не улетишь! Вот только нафига ты свернула в чернильную темень, где густые кроны мрачных деревьев не пропускают лунного света?       Надо за ней.       Сердце бешено колотилось. Охотничий азарт и что-то ещё, необъяснимое, дикое и неповторимое — то, что давало жизни новое дыхание, новый вкус, то, что делало Настоящего Стива таким свободным и могучим — раскаленной лавой наполняло вены, бурлило внутри. Хищник. Он — неостановимый хищник. Жертва не уйдет.       Стив ринулся туда же, в чернильную тьму, опрометью. На миг он перестал ощущать себя человеком. Жалким человечишкой, вынужденным прятать истинного себя за нелепыми правилами и рамками. Жить в тупом нелепом мире, где слабаки и дармоеды напридумывали кучу условностей, пытаясь подчинить истинно сильных. Било дикое чувство, что если сюда, в темноту, все-таки заглянет вновь луна, то на напряженных, предвкушающих трепещущю плоть пальцах вырастут когти, острые, как бритва, а вместо обычных человеческих зубов — клыки. Такие, как и подобает сильному и свободному волку-убийце.       Упиваясь свободой, он уверенно и быстро, в полупрыжке, сделал широкий шаг, рванулся дальше. Не заметив, как по пути задел и сорвал едва заметную, хорошо замаскированную тонкую веревку. Не задеть и обойти которую было практически невозможно.       Джей дернулась и пришла в себя. Но не поняла, открыта глаза или нет. Потому что взгляд напоролся на темноту. Она не сразу поняла, что случилось. Только потом, спустя время, все-таки разглядела.       Его. Хрень. Тварь. Того, кто уволок её. Он был чернее темноты вокруг. И… глаз. Злобный, полный жажды крови глаз. Блеснул кровавым угольком. Знакомо. Завораживающе.       Порыв ветра. Словно испугавшись, трепеща, неверные лунные блики упали на то, что должно быть лицом.       Скрюченный палец огромной ладони приложился к губам. Губам, которых не было.       — Шшшш… — прошелестела тварь, несмотря на отсутствие губ и рта. И тем же пальцем указала куда-то вбок. Как раз туда, куда Джей боялась посмотреть. Но она поняла. Надо посмотреть.       И тут сработало…       Приспособление сработало. А как же иначе? Все так и должно быть. Джейсон был умельцем в таких делах. Да и опыт есть. Когда делаешь дело с душой, на совесть, то оно всегда ладится. Вот и сейчас… Чистая работа.       Стива дернуло. Неведомой силой подняло с земли — резко, непонятно куда. Левая нога дернулась куда-то назад, потом вверх, землю вышибло. Падая, он выставил вперёд предплечья, заслоняя лицо и голову, но все равно пребольно ударился о поверхность. Кажется, разбил нос. Но не заметил этого. Когда его оторвало от земли, паника сумела-таки пробиться сквозь непонимание ситуации. Что происходит?       Потом понял, что висит вниз головой — самым нелепым образом, подвешенный за ногу. Жесткая веревка впилась в лодыжку и туго держит на весу. Руки беспомощно повисли, не доставая до земли. Мир вокруг качается из стороны в сторону. Свободной ногой он попытался за каким-то хреном дотянуться до земли. Когда бедро стрельнуло острой болью, до него дошло, что он далеко не акробат, и что брыкаться вот так — не просто бесполезно, а ещё и опасно. Но он все равно ещё раз дернулся, попытался согнуться, подтянуться руками и торсом кверху. Слишком резко. Грудь полыхнула, будто внутри прополз огненный червь. Дыхание свело, перед глазами вспыхнуло.       Черт… Он попался. Попался! В какую-то гребаную ловушку.       Но.       Кто?! Кто, мать его, поставил здесь эту ловушку? Вряд ли это были охотники. Насколько Стив знал, охотники силки ставят по-другому. Да и вообще, не похоже это на обычную охотничью ловушку. На кого так охотятся?       Не может же это быть тот, о ком он сейчас подумал?       Бред. Это всего лишь легенда. Долбанутая, чтоб её, легенда. Байки. Которые он начал рассказывать по пьяни, пытаясь напугать девчонок. Стив подозревал, что легенды не беспочвенны. Но не настолько же.       Он рванулся. Без паники! Это всего лишь местный охотник. Псих, двинутый головой. По чистой случайности Стив угодил в хитрую ловушку, поставленную тут любителем половить зверье. Просто человек. Надо собраться. И выбраться отсюда. Но как? Звать на помощь? Джей вряд ли подойдет к нему. Только если для того, чтобы воспользоваться моментом и настучать ему как следует. После того, что он натворил, это как минимум. Хотя, в порыве ярости, может и прибить насмерть. По крайней мере, попытается. До ребят не докричишься. Услышат вряд ли. Но попробовать стоит. Он набрать в грудь воздуха.       И поперхнулся криком.       Из темноты — той самой, непроглядной — отделился густым пятном бездны силуэт. Что-то сверкнуло. Полоснуло по горлу — словно раскаленным прутом. Изо рта вырвался клекочущий звук. Руки судорожно, рефлекторно рванулись к горлу, пытаясь охладить горящую рану. Остановить то, что брызнуло из неё. Мозг орал, бился, истерил и метался, пытаясь убедить сам себя. Нет, это не кровь. Не кровь!       И тут же, сразу, долбануло выше, проламывая грудную клетку и взрывая легкие.