Любить назло...

И снова воспоминания... Тимофею тринадцать. Год назад школьный друг Славик открыл перед ним целую неизведанную вселенную с похожим на волшебное слово названием: Секс. Теперь он знает, чем мальчики отличаются от девочек, как устроены мужские и женские половые органы, как происходит зачатие новой жизни, созревание плода во чреве матери и рождение человека. Кроме умных книг о сексе с иллюстрациями, фотографиями и просто картинками, закадычный друг Слава показал Тимофею глянцевые журналы с голыми женщинами, а так же фильмы разной продолжительности, в которых мужчины крепкого телосложения и грудастые женщины любили друг друга во всех возможных и невозможных позах. Однажды, заметив что друг его возбудился, глядя на откровенную сцену в мониторе компьютера, давно заменившего в их семье морально устаревший телевизор ("зомбо-ящик", как обозвал его Слава), школьный приятель совершенно спокойным, даже будничным тоном предложил: - Ну что, подрочим? Тима дернулся от неожиданности. До этого, испытав привычный зуд в головке члена, он попросту уходил в белый кирпичный туалет, располагавшийся во дворе, и там удовлетворял свою сексуальную потребность. При Славе, не смотря на доверительные отношения, он себе мог такое позволить разве что в школьной уборной, по примеру тех старшеклассников, за которыми они исподтишка наблюдали. Поэтому предложение друга застало его врасплох. Ярослав засмеялся, видя смущение Тимофея. - Ну как хочешь, - пожал он плечами. Тима внимательно смотрел, как Слава неторопливо расстегивает пуговицы и молнию на ширинке дырявых, по моде, джинсов, как приспускает их ниже колен, как треугольником вздыбились красные трусы в области его полового члена. Ярослав самодовольно хихикнул, зачем-то потрогаы свой писюн большим и указательным пальцами сквозь трусы, словно проверяя: всё ли с ним в порядке? Затем так же медленно, как стриптизер на сцене в одном из эротических фильмов, спустил труселя вслед за штанами. Его пацанячье достоинство, уже довольно большого размера, вызвало у Тимофея белую зависть: по сравнению с ним, его писюнчик выглядел ещё почти детским и намного тоньше. Слава тем временем снял штаны и трусы полностью, оставшись в одной футболке, поудобнее расположился в мягком розовом кресле с округлыми подлокотниками, раскинул ноги в стороны и, глядя в экран, начал делать известные движения пальцами левой руки. Тима понаблюдал за этим действом, а потом, решив про себя, что хуже и так не будет, повторил всё, что сделал его школьный друг. Тем более, что восседал он перед монитором компа точно в таком же мягком розовом кресле с округлыми подлокотниками. Дрочить за компанию оказалось интереснее, чем одиночку. Слава кончил первым, взял влажную салфетку из пластиковой упаковки и вытер ею свой член, стараясь аккуратно собрать, чтобы не разбрызгать, всю сперму ("малофейку")@. Вторую такую же салфетку он участливо протянул Тиме, зная, что тот вряд ли догадается сам его об этом попросить. Тимофей и тут не отставал от друга, во всём следуя его примеру. Потом они ещё долго вместе смеялись, делясь впечатлениями от увиденного и своих ощущений, кушали сладкое и бегали голышом из одной комнаты в другую, играя в папуасов, о которых недавно смотрели документальный фильм на том же компьютере, пока в дверь не позвонили. Это вернулась Славкина мама: в школе сегодня был педсовет и она задержалась там надолго. - Беги в душ, - скомандовал Славик, бросая Тиме его одежду и наскоро приводя самого себя в пристойный вид: джинсы он натянул прямо на голое тело, а трусы зашвырнул куда-то в угол. Тима послушно юркнул в маленькую комнатку с бойлером и душем, который крепился на изогнутой трубе, привинченной к смесителю. У самого Тимофея таких удобств дома не было, как и многих других благ цивилизации, включая "бесовское изобретение" - телевизор, не говоря уж о компьютере, который вообще считался предметом роскоши. Слава рассказывал, что это чудо техники папе вручил сам генеральный директор строительной компании, в качестве премии за сданный в эксплуатацию объект. Тима теперь намного чаще стал приходить в гости к Славику. Отцу и маме он говорил, что они вместе готовят уроки, пастора Ивана такое объяснение вполне устраивало. На самом же деле, пользуясь моментом, когда мамы и папы не было дома, друзья смотрели запрещенные в семье Дульских эротические и порнографические фильмы, вместе занимались онанизмом, вместе же мылись в душе, стоя под струями теплой воды. Тогда, в пору своей беззаботной юности, Тима не видел в этом ничего предосудительного, тем более, что дальше обычной пацанской дружбы их отношения не заходили. Славик нравился ему, но вовсе не в сексуальном смысле этого слова, а просто как человек, с которым можно быть самим собой, совершенно откровенным и открытым, не стесняясь обсуждать самые интимные темы, зная, что тот никому не разболтает содержание их разговора, а просмотр "развратных" фильмов и мастурбация стали их главной общей тайной, о которой, кроме них двоих не знал никто. Но вот в конце весны - начале лета всё внезапно закончилось. Отец Славика взял большой ипотечный кредит в банке и, по льготной цене, выкупил у своей компании трехкомнатную квартиру в недавно построенном высотном доме. Это означало переезд в город. Мама его друга тоже обрадовалась перспективе наконец-то вырваться из этой глухомани, а муж пообещал, что поможет ей найти работу по специальности в одной из городских школ. Друзья прощались недолго, без слёз и объятий. Просто пожали друг другу руки, обменялись фотками напамять и пообещали созваниваться по мобильному телефону: накануне отъезда Славик подарил Тимофею серую трубку с кнопочками и небольшим экраном, показал, как пользоваться этим средством связи и пополнять счёт с помощью пластиковой карточки оператора сотовой связи. - Возьми монетку, сотри её ребром защитный слой, потом набери код и комбинацию цифр по порядку. Тима слушал его, стараясь запомнить каждое слово, даже интонацию голоса, и чувствовал, как внутри него всё сжимается, а сердце бешено колотится в груди, готовое вырваться наружу. Недоброе предчувствие подсказывало ему, что своего школьного друга он никогда больше не увидит...