фундаменталка

Октябрь 2017

— Доставка «Суши ежи», меня зовут Антон, здравствуйте. В тридцать третий раз за вечер повторять собственное имя и стандартное приветствие — утомляет. И становится труднее выжимать из себя дружелюбие и натянуто улыбаться. Потому что Антон уже устал, но стандарты компании обязывают вести себя так в абсолютно каждом звонке. — Э, куда я попал? — Судя по голосу, звонящий мужчина сильно озадачен. Но Антон не успевает ничего сказать, как настроение мужика меняется в секунду. — О, нихуя себе. А нахуя ежей сушить? Начинает дёргаться левый глаз. Звонкий смех звонящего, ну не то чтобы бесит, а скорее раздражает до трясучки и желания послать или набить морду. Если бы Антон слышал подобную уникальную шутку впервые, то, может, и посмеялся тоже. Но он тут работает уже четвёртый месяц, а день и вовсе выдался не из лёгких, поэтому шутнику хочется ложкой по лбу дать. — Вы желаете оформить заказ с доставкой или самостоятельно заберёте из ближайшего кафе? — Голос спокойный, хотя внутри всё кипит от злости. Но такова работа — не показывать собственных эмоций, потому что по голосу они легко считываются. Приходится выключить микрофон, чтобы шумное дыхание не было слышно, а то вдруг ещё звонок попадёт на прослушку. Не хотелось бы потом ещё и за это получать от наставников. — Ты глухой или чё? Ещё раз спрашиваю, нахуя вы сушите ежей?! После этой фразы, в голове Антона, как будто бы всё встаёт на свои места. Уже нет сомнений, что звонит пьяный человек. И, к сожалению, так быстро от него отделаться не получится. Он наверняка даже ничего и не закажет по итогу, но нервы помотает знатно. Антон уверен — сейчас будут крыть хуями всех, а ему ещё и придется всё это выслушивать. Потому что политика конторы запрещает скидывать звонки с подобными дегенератами, крыть их хуями в ответ и даже просить угомониться. Всё что может сейчас делать Антон — вежливо общаться и умоляющим тоном переводить беседу в русло оформления заказа. — Мы не сушим ежей. — Антон снова выключает микрофон, чтобы шумно выдохнуть и шепотом послать мужика далеко и надолго. — Вы позвонили в «Суши ежи», уточните, пожалуйста, как вас зовут и скажите, пожалуйста, вас интересует доставка или самостоятельно заберёте заказ из ближайшего к вам кафе? Приходится в очередной раз выключить микрофон, чтобы тяжко вздохнуть. А ещё Антон переводит жалобный взгляд на коллегу, сидящего слева. Как же он ему сейчас завидует. Тому наверняка повезло в разы больше и он спокойно принимает заказ, не выслушивая тупые шутки и вопросы. — Колян меня зовут. А ты, долбоёб ёбанный, хули до меня доебался? Тут Антон аж дар речи теряет на пару секунд, потому что долбачей звонит много, но такие индивидуумы — редкость. Он пихает локтем в бок сидящего рядом Сашу, одними губами шепча «пиздец». Ещё и глаза закатываются непроизвольно. — Николай, уточните, пожалуйста, вы желаете оформить заказ с доставкой или самостоятельно заберёте заказ из ближайшего кафе? — Антон чувствует себя заскриптованным ботом или попугаем, который вынужден повторять одно и то же в надежде, что на его вопрос всё-таки ответят. — Блять, олень ты тупой. — Глаза закатываются в очередной раз. Понимая, что встрял, Антон откидывается на спинку кресла поудобнее, а после и вовсе закрывает глаза, мысленно считая до десяти. — Ты с первого раза не понимаешь, поэтому тебе по триста раз повторять нужно одно и то же? Антон улыбается. Потому что это явно не он тут долбоеб, которому нужно повторять вопрос по триста раз. Если бы ему не нужна была эта работа, а точнее деньги, которые он здесь зарабатывает, то моментально бы послал мужчину на хуй и предложил впридачу отсосать трактористу. Но Антону нужна эта работа, поэтому приходится молча злиться и посылать Коляна на хуй только в собственных мыслях и фантазиях. Саша уже завершил свой звонок, успешно оформив очередной заказ, и пока не поступил новый, пихает Антона в бок, уставившись с интересом. Понимает, что у коллеги сейчас явно что-то увлекательное происходит. А тем временем, пьяный Колян всё ещё орёт в трубку матом, проклиная не только самого Антона, но и всех его предков и потомков. Шастун выключает микрофон и переводит свой уставший взгляд на Гудкова, сил и желания нет разговаривать даже с ним, но приходиться перебарывать себя, чтобы утолить интерес коллеги. — Саш, ну это пиздец. Этот еблан просто позвонил и орёт на меня матом, просто потому что ему так хочется и он нажрался до соплей. Или в щи. Или как там вообще обычно про таких долбоебов говорят? — Антон краем глаза посматривает на рабочую программу, убеждаясь, что микрофон точно выключен, а то получилось бы немного неловко. — Обычно, когда на меня орут какие-то кретины, то я что-то увлеченно говорю, а в этот момент тянусь к кнопке выключения компа на системнике. Наставникам можешь сказать, что случайно нажал или сам комп просто взял и выключился. Главное говори максимально доброжелательно и комп выключай на половине фразы. Советы у Саши, конечно, огонь. Пусть и слушать оры кретина совсем не хочется, но и получать потом от наставников или супервайзеров тем более. И тут Антон задумался, потому что пока не понимает, что в данной ситуации хуже — пьяный незнакомый мужик или разъярённая Надежда, от которой за всё время работы он не видел даже малейшего намека на улыбку. Вообще, Надя не то чтобы какая-то мегера или стерва, но взгляд у нее временами страшный, Антона каждый раз аж до мурашек пробирает. А если она ещё и говорить начинает, то сразу почему-то чувствует себя провинившимся ребенком, хотя по сути, даже и не сделал ничего плохого. Вот если бы на смене сегодня был любой другой супервайзер, то все было бы проще, наверное. Антон уже ни в чем не уверен в этой жизни. — Эй, блять, ты там оглох, пидор? — Антон морщится, потому что с какой такой радости его ещё и к лику пидорасов причислили? — Скажи в каком городе находишься, жертва неудачного аборта. Я же, блять, щас приеду и выебу твою мать на твоих глазах, а потом ещё и тебе в рот дам. — Николай, прошу вас общаться корректно, в противном случае буду вынужден прервать диалог. Скажите, пожалуйста, вы хотите оформить заказ или мы можем завершить с вами разговор? — Он честно старается разговаривать максимально доброжелательно, но самого тошнить начинает от этой любезности. Антона не просто тошнит от любезности с тем, кто ее не достоин, а начинает потряхивать от злости. С какой стати он вообще должен так стелиться перед человеком, пока его оскорбляют и говорят настолько гадкие и мерзкие вещи? Сегодня же как только окажется дома, будет шерстить сайты с вакансиями, чтобы найти более спокойную работу, где не нужно будет купаться в помоях, пусть и словесных. От злости и непонимания трясет так сильно, что Антон сжимает руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Но боли не чувствует, исключительно злобу и желание найти этого идиота, чтобы тот ответил за свои слова. — С какой пизды ты, щенок, решил, что можешь указывать, чё мне делать? Голос у тебя пидорский, как у тёлки сопливой. Тебя там в жопу ебут, пока ты заказы принимаешь или чё блять? — Нет, Антон, конечно, понимает, что работа с людьми вообще ни разу не сахар, но такой хуйни он, честно говоря, не ожидал. И пока от возмущения буквы никак не собираются в полноценные слова, Колян не останавливается, продолжая орать в трубку. — Читай мне всё меню, чмо ебаное. Со всеми своими ебучими составами и граммовками, а я блять закажу и проверю. Я блять лично буду каждый твой ебучий ролл взвешивать и если хоть на грамм не совпадает, я тебя выебу, понял? — Николай, к великому сожалению, в таком тоне мы с вами разговор продолжать не сможем. Всего доброго, до свидания. — С нескрываемым сарказмом говорит Антон, после чего выходит из системы, швыряет наушники на стол и встаёт с таким грохотом, что окружающие коллеги сразу обращают внимание. Но на всеобщее внимание плевать. Пробежавшись взглядом по помещению, Антон не находит наставницу ни на рабочем месте, ни около других столов. Взяв со стола пачку сигарет и зажигалку, он проходит несколько рядов из рабочих мест, чтобы заглянуть в соседнюю комнату, предназначенную для обучения новых сотрудников. На его счастье, Настя оказывается именно здесь, проводя обучение для новичков. — Насть, я тебе в аську номер скинул, прослушай звонок, пожалуйста, как время будет. И скинь мне пример объяснительной, ок? Анастасия замолкает на середине фразы, удивлённо глядя на Антона и внимательно его слушая. Но от одного только зрительного контакта ясности не прибавляется, а перед глазами девушки словно открывается окно загрузки, потому что она вообще ничего не понимает. Что вообще делать? Куда идти? Настя ещё с полминуты смотрит на новичков, медленно приходя в себя и в голове уже появляются хоть какие-то мысли что делать, лишь бы столбом не стоять. — Так, ребят, страницу тридцать два прочитайте сами, если что-то непонятно будет, то зададите мне потом вопросы. Пометки можете делать прямо на материале. А я пока отлучусь буквально на пять минут, хорошо? Удостоверившись, что несколько человек утвердительно мотнули головой, Настя хватает под руку Антона и тащит его на улицу, чтобы покурить вместе с ним и заодно спросить, что такого у него случилось. Хоть они с Антоном не особо в приятельских отношениях, но таким она ещё никогда его не видела, а значит явно произошло что-то нетипичное. — Держи. — Антон протягивает ей сигарету, потому что понимает, что она явно вышла без своих, подносит зажжённую зажигалку, а после прикуривает уже свою. И после первой затяжки, немного успокоившись, начинает рассказывать о том звонке. Настя слушает внимательно, совсем не перебивая, только изредка шумно выдыхает, видимо, желая что-то сказать, но сдерживает себя. Зато эмоции на своем лице она не в силах контролировать, а Антон, меж тем, не сдерживается в выражениях, в красках описывая ситуацию и оскорбляя мужика всеми существующими или не очень матами. — Хорошо, Антон, я тебя поняла. Давай сейчас передам звонок Наде на прослушку, она напишет вышестоящим и его просто занесут в черный список. Мне кажется, он уже успел позвонить ещё раз и теперь морально ебёт кого-то ещё. — У Антона аж глаза округляются от удивления. — А чё, так можно было? — Конечно, можно, Антон. Ты думаешь, что мы тут совсем изверги и вас за людей не считаем, чтобы заставлять разговаривать по сорок минут с такими кретинами? Чтобы вы ждали, пока им самим надоест и они сбросят? У нас нет цели сделать так, чтобы операторы сошли с ума. Если всё действительно так, как ты мне рассказал, с твоей стороны было несколько предупреждений, а тон доброжелательный, то пошел он нахуй. Не парься, никаких объяснительных тебе писать не нужно будет. — Если бы Антон мог, то моментально причислил Анастасию к лику святых, но пока все что он может, так это просто крепко обнять её. — Насть, у меня тут ещё это… Я короче вне перерыва вышел, но у меня уважительная причина, я морально травмирован разговором с тем мужиком… — Так, Шастун, а это уже косяк. Но на этот раз прощается. Докурил? Теперь иди дальше работай и желательно больше на ебланов не попадай. — Погоди, Насть, ещё вопрос один есть. — Антон теребит пачку сигарет в руках и губы кусает, потому что не очень хочет услышать ответ на свой вопрос. Точнее хочет, но боится, что прав. — Мне не показалось, что на обучении среди ребят сидел Арсений Попов? — Нет, не показалось. Да, Арсений сегодня второй день как на обучении. А что такое? Он вроде в том же колледже учится, что и ты? — Хуже, Насть, он мой одногруппник. — Антон прикладывает пропуск к двери, та с противным писком открывается и он проходит в помещение, направляясь к своему рабочему месту. А злость внутри него начинает бурлить с новой силой. Кажется, что все звёзды сейчас против того, чтобы Антон спокойно отработал смену. Кажется, что целая жизнь против него, поэтому подкидывает ему в коллеги самую противную и бесящую свинью, то есть человека. И почему именно сюда? Почему именно сейчас? Какое плохое зло и кому сделал Антон, что жизнь над ним так издевается? Пока Саша не занят звонком, а Антон вынужден вводить длинный пароль, чтобы залогиниться, у них есть время на разговор. — Ты знал, что Попов сюда пришел работать? — Агрессивно клацая по кнопкам, спрашивает Антон, даже не поднимая взгляда на Гудкова. — Знал. Он меня как раз недавно расспрашивал обо всем, где работаю, что делаю, сколько платят. Но я сначала думал, что он просто интересуется, а не всерьез решит сюда устроиться. А что такое? — Что такое? Что такое, Сань? Он сидит вон за той стенкой и уже второй день как обучается. Пиздец, Саш. Я в рот ебал это казино и вообще не хочу видеть его ещё и тут. — Ой, как будто в шараге своей ты часто его видишь. — Саша закатывает глаза и в этот момент ему поступает звонок, но, видимо, работать он сегодня не планирует, поэтому тянет с ответом, а секунд через тридцать просто сбрасывает. — Я и то чаще его вижу, чем ты. Так что не ссы. И, кстати, ищи плюсы во всем. Теперь ты будешь раздражать Алёну не только тем, что со мной общаешься, но и за Попова будет прилетать. — Да не собираюсь я с ним общаться, пусть его посадят в другой конец зала и глаза б мои его не видели. — Пароль не получается ввести с первого раза, потому что забыл переключить раскладку языка на английский, поэтому Антон снова агрессивно клацает по клавишам. — Ну как же. Алёну будет злить, что вы одним воздухом дышите. — Саша звонко смеётся, а Антон глаза закатывает. Потому что пиздец. Ещё и каких-то детских ссор ему в жизни не хватало. — И как ты с ней столько лет дружишь? Она же невыносимая дура и истеричка. — Для кого как. Мы с ней нормально общаемся, она меня не хуесосит. А то, что я рассказал о ней, это наш с тобой маленький секрет. — Саше снова поступает звонок и прежде чем ответить, он смотрит Антону прямо в глаза. — Пожалуйста, не рассказывай ей о том, что я все тебе слил, ладно? — Конечно, расскажу. Мы же с ней такие подружки близкие. — С сарказмом отвечает Антон, пока Саша пристально на него смотрит. Его взгляд буквально вынуждает натянуто улыбнуться и ответить честно. — Ладно. Антон наконец-то логинится в системе и ему моментально поступает звонок, но мысли сейчас совсем не о работе. Почему Алёна так сильно взъелась на него? Почему ревнует к общению с Сашей, хотя они просто коллеги, которые иногда разговаривают на работе. И у Антона нет мыслей о том, чтобы перетянуть Сашу на свою сторону и стать его единственным другом, ограничив общение с Алёной. Понятное дело, что Саша и Алёна лучшие друзья с детства, у них семьи дружат очень много лет, а они знакомы буквально с пелёнок, но нельзя же так относиться к другу. Он же не твоя собственность в конце концов. Гудков вообще не обязан отчитываться ей о том, с кем общается и где. Но почему-то Алёна так не думает. И, исходя из рассказов Саши, как только Антон устроился в данный колл-центр и познакомился с ним, Алёна стала задавать слишком много странных вопросов для человека, которому должно быть плевать. Голова под конец этого длинного дня не только разболелась до ужаса, но и мысли теперь путаются. Глядя на панель со временем, Антон буквально считает секунды до начала своего законного перерыва, чтобы наконец-то выйти на улицу и легально покурить. Но по подлому закону, чем больше ты ждёшь появления желанных цифр, тем дольше тянутся те самые секунды. — У тебя же перерыв щас будет? — Гудков наглым образом пихает Антона в бок, отчего становится больно, но он мужественно терпит и лишь кивает. — Я с тобой тогда выйду покурить, а то заебался сидеть. Антон успевает принять ещё один звонок и заканчивает как раз к перерыву. Взяв пачку сигарет, он выходит на улицу и закуривает, пока Саша пытается всеми силами как можно скорее принять заказ на доставку и тоже выйти на свободу. — Я чё, собственно, вышел с тобой. — Саша зажимает фильтр сигареты губами и подносит зажжённую спичку, чтобы прикурить. — Поговорить надо. — О чем? — Настороженно уточняет Антон, потому что серьезность в голосе Гудкова ему вообще не свойственна. Да и хватит уже разговоров на сегодня. Антон устал. — Про всю эту ситуацию с Алёной. — Саша присаживается на корточки и долго смотрит на оранжевый уголёк зажженной сигареты, словно впервые разглядывая. — На самом деле Смирнова классная девчонка, добрая и веселая. Но с тех пор, как в ее жизни появился этот Попов, она стала сама не своя. Бесит меня этот хер с горы не меньше, чем тебя. — Ой, покажи мне человека, которого Попов не будет бесить. — Антон присаживается на корточки рядом, спиной облокачиваясь к фасаду здания. — Да, но сейчас не о нём. — Гудков наконец-то отрывает взгляд от сигареты, но так и не спешит курить, продолжая вертеть ее в руках, пока та медленно тлеет. — В общем, ты на нее тоже, пожалуйста, не сильно злись, она так себя ведёт из-за меня. Блин, не, погоди, сформулируюсь нормально, а то звучит пиздецово. Саша замолкает, чтобы нормально сформулировать мысль, пока Антон медленно курит и вообще ничего не понимает. Это всё слишком для него сложно. Какие-то разговоры, в суть которых надо вникать. А он просто хочет отдохнуть и максимально избавить себя от лишней эмоциональной нагрузки, но пока все получается с точностью наоборот. — Короче, Шаст, у меня есть один секрет о котором знает Алёна. Она знает меня с самого детства и частенько перегибает со своей опекой. Не знаю почему, но она вечно пытается меня опекать, хотя я не ребенок. В общем, я кое-что сказал ей про тебя, не переживай, ничего плохого, но Алёна сильно насторожилась и теперь в какой-то степени ревнует. — Секрет какого рода? Сань, я перестал тебя понимать. Ты какими-то загадками разговариваешь. — Антон докуривает первую сигарету и сразу тянется ко второй, потому что вечер слишком изматывающий, а курение хотя бы даёт иллюзию некого спокойствия. — Шаст, секреты на то и секреты, чтобы о них знали как можно меньше людей. Прости, ты пацан хороший, но я не готов делиться с тобой настолько личным. Просто хочу внести хоть какую-то ясность и оправдать Смирнову. — Сигарета почти истлела и Саша делает одну затяжку, после чего тушит ее прямо об асфальт. — Ничего личного, Шаст. Просто Алёна действительно очень за меня переживает и настороженно относится абсолютно ко всем моим знакомым. А к тебе и немного ревнует, потому что видит, что ты пацан классный и общительный. А то вдруг я перестану с ней дружить и всё своё время буду проводить с тобой не только на работе, но и за ее пределами. — Господи, какой-то детский сад, ей-богу. Как будто в песочнице за одну игрушку боремся и попутно песок на голову друг дружке сыпем. — Антон уже перестал понимать что-либо, а этот детский сад с «дружбой» тем более. У него вообще голова забита не этой чушью, а более взрослыми вещами, например, где денег побольше заработать, как лишний час поспать или как успеть не сойти с ума, параллельно учась на очном в архитектурном. — Сань, я тебя понял, но не очень. Короче, вообще плевать кто и как ко мне относится, я в конце концов не косарь, чтобы меня все хотели. Ближе к одиннадцати вечера, заказов становится все меньше и меньше, тем более, сегодня будний день. Оставшееся время до конца смены Антон листает паблики с мемами, изредка отвечает на сообщения в групповых чатах или скидывает картинки кому-то в личку. Голова практически перестала болеть, но накатила усталость. До ужаса сильно хочется уже сесть в такси, доехать до дома, смыть с себя этот день и лечь спать. Только мысли о том, что ничего не изменилось, что его личный день сурка продолжается, омрачают вообще всё.

♡♡♡

Вакансии вчера Антон так и не посмотрел. Да и без этого знает, что другую, более спокойную и приличную работу попросту не найти в Лесном. По крайней мере, пока он студент на очном отделении. Вот когда закончит, когда получит диплом, тогда его может кто-то возьмёт продавцом в магазин, главное, чтобы на полный рабочий день мог выходить. Сегодня, впрочем, как и вчера, как и позавчера, как и месяц назад — Антон ужасно не выспался и кое-как открыл глаза. Жизнь снова не смиловалась над ним и пришлось вставать аж в шесть утра, чтобы успеть дописать конспект по БЖД, который сегодня нужно показать преподавателю и не схватить двойку. Собрался он буквально на автомате, что теперь даже не помнит, а точно ли зубы почистил? Мятный привкус во рту намекает, что всё-таки почистил. В колледж Антон едет с теми же людьми, что и каждый день. Кажется, что он успел визуально запомнить не только лица этих бедолаг, но и остановки, на которых они выходят каждый день. В автобусе снова не удалось поспать хоть чуть-чуть, потому что всю дорогу его пихали бабки с разных сторон, а одна даже умудрилась схватить его за жопу, но так и не извинилась. А Антон ещё половину пути думал, что это была вообще ни разу не случайность, а скорее намеренное действие от которого захотелось вернуться домой, чтобы ещё раз помыться и одежду кинуть в стирку. Но теперь весь день придется ходить с фантомным ощущением старческих касаний. Дмитрий Позов Где едешь?

Антон Шастун

Уже в центре

На следующей выхожу

А ты?

Дмитрий Позов Уже на остановке. Жду Холодно!!! Давай быстрее.

Антон Шастун

Ща ебану водителю по башке и сяду за руль сам

Антон закатывает глаза настолько, насколько это вообще возможно. И как Позов прикажет ему ехать быстрее, если он едет на общественном транспорте? Не он же за рулём сидит и из вредности едет как можно медленнее. У него даже прав нет. Безусловно, в теории, нет таких ситуаций, из которых не было бы выхода. И ебануть водителю по голове, чтобы сесть за руль самому, как в ГТА, тоже в какой-то степени выход. Только вот есть одна маленькая проблема — Антон не любит бить людей. Ну и ещё маленькая мелочь жизни — в данной ситуации Диме потом придется ждать Шастуна из отделения полиции ещё дольше. Безусловно, Антон понимает, что октябрь не радует теплом и солнышком, а из-за того, что и снега нет ни черта, то и ветер ощущается в разы холоднее, но что ж поделаешь, одеваться надо было теплее. Или, как вариант, конечно, просто пора прекращать на осенне-зимний период их традицию — встречаться каждое утро на остановке, чтобы вместе пойти в колледж. Да, они с Димкой истинные подружки, он его Тамара, с которой вечно ходит парой на пары, в столовку, в курилку и даже в туалет. Потому что братаны по несчастью должны держаться вместе. — Шаст, мы только на четвертом курсе, нам ещё почти два года заниматься этой ебаторией. — Очевидно, что приветствие для лохов, а Дима тут вам не лох какой-то. Не сговариваясь, парни заходят за остановку, достают из карманов сигареты и зажигалки, потому что это один из ежедневных ритуалов — покурить, как бы сильно они не опаздывали. — Ага, Поз, я тебе ещё на первом курсе говорил, что надо бросать эту архитектурную шарашкину конторку и поступать на повара. Во-первых, мозгоебли меньше, во-вторых, уже давно бы закончили, потому что никакие идиоты больше не учатся шараге пять лет, кроме нас, конечно. — И, в-третьих, мы бы могли легально хавать на парах, а не шкериться на задних партах за рюкзаками, чтоб пизды не дали, как на втором курсе. — Понимаемо и не осуждаемо. — Произнес Антон, выдыхая клубы сигаретного дыма вперемешку с паром. — Кстати, у меня родичи на недельку сваливают, батя в командировку, а мать решила с ним за компанию. Я б тебя позвал к себе, но сам понимаешь, пропуск хуй кто даст. — Дима берет сигарету в левую руку, убирая правую в карман, потому что уже не чувствует ее от холода. При этом, он пытается пожать плечами, что выглядит больше как судорога. — Ага, Дим, хуй я в твой Залесный приеду. Меня там выебут все животные леса или военные, не знаю кто у вас оперативнее справится. Парни начинают синхронно ржать, чем пугают набожную бабульку, которая остановилась в нескольких метрах от них, так как увидела церковь на противоположной стороне дороги. А в философии бабушек — видишь церковь — обязана остановиться, перекреститься, а потом уже беги дальше по своим мирским делам. А вообще, шутки про всех животных леса из Залесного — не шутки. Дима родом из маленького закрытого военного города в нескольких километрах от самого Лесного. В городе находится военный завод, на базе которого и был основан Залесный. Поэтому, если ты там не родился или не переехал по работе, то хуй тебе, а не пропуск. Или автомат в задницу от военного дяденьки, которых хоть жопой жуй на каждой проходной и по периметру. И кроме вооруженных мужиков, территория города удивляет совершенно неожиданными животными, которые пропуска не имеют, но через проходную прогуливаются спокойно. Так, например, Дима пару раз радовал с утра Антона фотками из окна, мол, смотри, лось на капоте соседской машины сидит. Антон, как городской житель, который в жизни не видел на улице никого, кроме бродячих собак, котов и бомжей, первое время ахуевал не по-детски, но за то время, как подружился с Димой, уже успел привыкнуть даже к таким странным вещам. Ну, подумаешь, у них в Залесном не собаки по районам шароёбятся, а лоси, ну и что? — У нас, кстати, не так давно всех лосей из города вывезли, но не прошло и недели, как они вернулись. Хуй знает каким хуем, но хуйня такова. — Та самая бабка, которая до сих пор стоит и читает про себя молитву, крестясь с нечеловеческой скоростью, резко замирает и начинает осуждающе смотреть на курящего Антона и матерящегося Димку. По ощущениям, вот прямо сейчас достанет из-за спины здоровенный крест и как начнет из них бесов изгонять и рот святой водой промывать. Чтобы мальчики больше дрянь изо рта не извергали и никотиновое говно туда же не тащили. — Пидорасы. — Неожиданно для всех говорит пенсионерка и продолжает читать «Отче наш», но уже вслух. Антон первым подходит к урне и тушит окурок, взгляд кидая на друга. Дима же смотрит на бабку пристально, обдумывая посылать ее нахуй сейчас или попозже, а может и вовсе сказать, что Бога нет, но потом быстро придется убегать. Потому что мысль о том, что она достанет крест и отпиздит его — ещё имеется. — Поз, пойдём. — Взяв его за локоть, Антон буквально тащит Диму в сторону колледжа, тем более, время поджимает. — Прошмандовка старая. — Бросает напоследок Дима, кинув окурок в урну. — Нет, ну а какого хуя? Я не должен уважаеть ее в силу возраста. Она же меня не уважает, оскорбляет, так а я почему должен ей мило улыбаться и глазки строить? Судя по всему, Дима не на шутку разозлился, поэтому приходиться судорожно думать, как его успокоить. И в голове ровно ноль идей и мыслей, в какое русло можно сменить беседу. Потому что Антон его знает, тот же просто так не успокоится. Ещё и подойдёт к этой бабке, чтобы лекцию прочитать о том, как себя нужно вести в приличном обществе. Даже не смотря на то, что и сам частично виноват. — Ладно, хуй с ней. Лучше расскажи чё там на работе, а то давно не было ахуительных историй. — Тут Антон может спокойно выдохнуть, потому что ему не пришлось самостоятельно ломать голову, а Дима и сам подкинул неплохую идею. — Да, как обычно. Звонят одни ебланы, которые готовы меня на вилы посадить и в суд подать за то, что им курьер привез на одну порцию имбиря меньше, хотя нихуя он им не должен был привозить больше. Сколько заказали, столько и привезли. Плюс, скоро зимнее меню появится, опять придется запоминать составы пицц и роллов ебучих. Колл-центр, хули хочешь. Дима понимающе кивает, хотя по сути ни черта не понимает, каково это работать оператором колл-центра. Но по рассказам уже имеет представление, насколько же это неблагодарная и низкооплачиваемая работа. А ещё понимает, что у Антона попросту нет других вариантов. Нет возможности найти другую работу, где могут принять студента на неполный рабочий день и без опыта. Но и нет возможности не работать совсем. В такие моменты Дима чувствует себя чуточку счастливее, потому что обстоятельства в семье позволяют ему не работать. За рассуждениями и обсуждениями, они достаточно быстро дошли до территории колледжа и снова остановились около местной курилки, чтобы снова перекурить. Понимают, что оба сейчас получат сначала от охранника, потом от гардеробщицы, а может ещё и от дежурного преподавателя достанется из-за отсутствия сменной обуви, которую они оба в рот ебали носить. — Кстати, Поз, ты щас ахуеешь с того, кто пришел ко мне на работу. Точнее, не я кого-то на работу взял, ну короче, кто в кц пришел. — Ну прям ахуею? Ну вот прям да? Это какая-то пиздецовая личность, что я действительно ахуею? Потеряю дар речи? Обомлею? — Дима подошел к данному вопросу со всем существующим скептицизмом, даже брови смешно нахмурил. — Да, Поз. — Антон специально выдерживает драматическую паузу, наблюдая за реакцией, потому что уверен, что Дима сейчас точно дар речи потеряет. — Арсений Попов вчера сидел и обучался у нас. — Ебать. — Удивление настолько сильное и натуральное, что Дима давится дымом, после чего предпринимает попытку откашляться. — Он ещё жив что-ли? — Получается, что так. Саня говорит, что теперь Алёна начнет относиться ко мне ещё хуже, потому что я буду дышать одним воздухом с ее ненаглядным. — Посмеиваясь, в голову приходит одна мысль, о которой он ранее почему-то вообще не думал. — Так вот почему они на пары не ходят… Это чтобы никто кроме нее больше одним воздухом с ним не дышал, да? — Я, конечно, предполагал, что у Смирновой чердак потек, как она с ним связалась, но думал, что все ограничится одной только прической. А тут вон какие дела. — Дима бросает окурок на землю и интенсивно топчет его ногой, чтобы уголёк наверняка погас. — Ну, умом их не понять. Пошли в ласку, нас ждут великие и очень важные пары. Антон аналогично бросает окурок на землю и легонько топчет его ногой, тихо хихикая, потому что название колледжа всё ещё вызывает смех. С тех пор как их учебное заведение переименовали в — Лесной Архитектурно-Строительный Колледж, что сокращённо получается ЛАСК, тем для шуток прибавилось. А со временем название настолько прижилось, что — «пошли в ласку» уже перестало быть чем-то странным. А вот поведение Алёны Смирновой не перестает быть странным и удивляет практически ежедневно. Странности начались ровно в тот день, когда она пришла с новой прической. И все бы ничего, ну, подумаешь, человек решил сменить имидж, а для девочки лет шестнадцати (или сколько ей вообще было на тот момент, Антон понятия не имеет) — это буквально база. Только вот свои каштановые и длинные, почти по пояс волосы, Алёна очень коротко отрезала и перекрасила в пепельный блонд. И, казалось бы, ну и что в этом такого? Ну, захотела каре — отрезала волосы. Захотела пепельный блонд — перекрасилась. Только вот точно такая же прическа была у бывшей девушки Арсения — Александры. Их одногруппницы. И снова можно подумать — что тут такого? Как будто бы Александра — единственная, кто ходит с подобной прической. И Алёна обязательно повторила именно за ней. Бред, да и только. И кто вообще обращает внимание на такие вещи? Им заняться нечем? Своей жизни не хватает? Действительно, наверное всем и дальше было бы плевать, если бы через пару дней Арсений и Алёна не начали встречаться. Но, опять же, ну и что такого? История настолько мутная и полна нелепых совпадений, что все моментально обратили на это своё внимание. У нас же как — дай людям только повод, и они начнут за спиной обсуждать и обсасывать буквально каждый твой шаг. Поэтому, таким образом, они обратили на себя лишнее внимание, и вся эта ситуация стала поводом для шуток. Конечно, как тут иначе развлекаться в маленьком городе? Помимо сходства в причёске и первой букве имени, Алёна и Александра были действительно похожи — обе маленького роста, примерно около ста шестидесяти; карие глаза; тяга к искусству, в основном, кино и театр. И, самое забавное, они даже родились в один день. Конечно, такие странные совпадения не остались без внимания, поэтому и стали основной сплетней в их крысином коллективе. Но самая главная фигура сплетен, конечно, сам Арсений Попов, который непонятно каким образом вообще появился в их группе. Арсений изначально появился в их группе странным образом и этим же странным образом держится до сих пор. Когда Антон поступил на первый курс, в их группе не было никакого Арсений Попова, а через полтора месяца почему-то появился. Как выяснилось позже, в приватной беседе с одним из преподавателей, одна девочка передумала учиться и почему-то захотела вернуться в десятый класс школы после нескольких недель обучения. Место освободилось, а из группы ландшафтников им зачем-то подкинули Арсения Попова. И этот подкидыш до сих пор учится с ними. И не то чтобы он стал каким-то частым гостем в колледже, а скорее напротив, мемный персонаж, про которого все частенько шутили, потому что не видели смысла в этом переводе, если человек так и не начал ходить на пары и получать какие-то знания. Ещё и Сашу с собой на дно потянул, та тоже стала частенько прогуливать. И, наверное, самая странная вещь в ее поведении — она перестала со всеми общаться, хотя раньше казалась достаточно общительной девушкой. Но и это не конец этой колледжной Санта-Барбары, потому что вначале второго курса отношения Саши и Арсения подошли к своему логическому завершению. И началась какая-то новая ветка клоунады, которая продолжается и по сей день. Как только Алёна начала контактировать с Поповым, то моментально изменилась, стала более надменной, перестала общаться с кем-либо другим, ну и изменилась внешне. И нельзя однозначно сказать в худшую или лучшую сторону, просто она стала выглядеть абсолютно также, как ранее выглядела его бывшая. Ну и схожесть в поведении тоже прослеживается. Конечно, саму Александру по итогу такой расклад не устроил и через несколько дней она вернулась с новой прической, перекрасив волосы в более натуральный и темный оттенок. И она делала всё, чтобы перестать выглядеть как близняшка Алёны. Хоть уже и прошло несколько лет, но данная ситуация все равно иногда всплывает в разговорах, как самое сюрреалистическое, что может произойти в жизни. Если бы Антон проводил каждую весну день открытых дверей для школьников, то обязательно рассказывал бы им эту историю, потому что, где ещё люди могут получать столько экшена в жизни, если не поступят к ним? И, к тому же, это ещё не конец их студенческой жизни, ведь почти за два года может произойти многое, главное, чтобы в это Антона не втянули…

♡♡♡

Зачем архитекторам на четвертом курсе нужен такой предметам как БЖД — вопрос прекрасный. На дворе конец октября две тысячи семнадцатого, о каком ядерном оружии говорит этот полоумный мужик? Зачем им надо надевать противогазы на скорость? Чем в жизни пригодится информация, что окна нужно обязательно скотчем обклеивать, чтобы при взрыве стекла не летели мелкими осколками в лицо. Этот мужик вообще, кажется, не понимает, что несёт и как в современном мире могут происходить какие-то вещи из учебников по этой глупой дисциплине. Радует, что всё, что от них требуют — просто писать конспекты. И в конце семестра этот ёбнутый полистает твою тетрадь и проткнет шилом или крестовой отвёрткой насквозь. Да, методы интересные, зато никакой нарушитель закона не сдаст чужую тетрадь, чтобы получить зачёт по бесполезному предмету. Большую часть нудной лекции Антон листает мемы, иногда переписывается с девушкой, и параллельно ведёт увлекательный подсчет слов паразитов, которые говорит преподаватель. — Поз, на перемене сначала в курилку, потом в столовку, там Ира приехала. — Дима кивает, продолжая сосредоточенно ставить палочки в импровизационной табличке со словами «типа», «как бы», «ну» и «это самое». Потому что Антон не единственный студент, который занимается на паре подобными вещами. — Смотри кто соизволил на пары прийти. — Позов пихает в бок резко и больно, отчего Антон чуть не начал материться на весь кабинет, потому что вообще-то неприятно. Потирая ушибленное место, которое теперь вообще-то болит, а может и вовсе синяк останется, Антон поворачивает голову правее и видит чуть позади себя его. Арсения Попова. — Поз, это какой-то пиздец. Вспомнишь про лучик, а тут этот сразу нарисовался. Ещё теперь на работе его видеть придется. Казалось бы, какая такая кошка между ними пробежала? Да никакая. А все эти разговоры про кошек, которые могут перебежать дорогу двум людям так, чтобы они друг друга на дух не переносили — чушь полная. Они просто ненавидят друг друга всеми фибрами души, при этом толком и не общаясь. Антон просто из тех людей, которые видят человека и он либо нравится, либо нет. И если человек тебе сразу не понравился, ты будешь замечать каждый его проёб, чтобы всё больше и больше убеждать себя, что вообще-то я молодец и классный, сразу понял, что этот человек еблан. А ещё Антона очень сильно бесит, что за все годы, что они учатся вместе, Арсения ещё не отчислили. Он, конечно, понимает, что бюджетников никто отчислять не хочет, потому что за них государство деньги башляет, но хоть какая-то совесть должна же присутствовать? Почему Арсений Попов появляется пару раз в семестр, в последний день с горящей жопой закрывает сессию и всё ещё числится в рядах студентов? А Антон один раз сматерился в коридоре и его уже потащили в администрацию колледжа, отчитали как школьника какого-то и заставили писать объяснительную? В общем, Арсений Попов странный человек и это факт. И на вайбе своей странности и редких появлениях, иногда становится темой для их с Позом обсуждений. Эдакая местная легенда, которую не грех обсудить за стаканчиком кофе в местной столовке. И сейчас, эта самая легенда, бессовестно сидит на паре, кажется, впервые за семестр и через пару недель даже получит зачёт. Как и Антон, который ходит на каждую пару стабильно. Ну, ничего. Жизнь это же тот ещё бумеранг, да? И обязательно расставит все по своим местам. По крайней мере, так хочется верить. И Антон в это верит. — Так, лекция на сегодня всё. Теперь будем с вами обучаться порядку надевания противогаза по сигналу. Есть желающие? — Но, ожидаемо, желающих ровно ноль. Преподаватель вздыхает, с некой грустью во взгляде ещё раз смотрит на студентов, а точнее на отсутствие желающих и тянется к журналу. — Иванченко, пойдем. Олеся, которая всю пару занималась более важными для себя вещами, а именно, читала книгу по астрологии, изучая положения планет, чтобы потом смотреть натальные карты и понимать, что такое Сатурн в Марсе, резко дёрнулась и чуть не свалилась со стула. — Куда идти? Пара же ещё не закончилась, куда это я пойду? — Возмущается Олеся, закрывая книгу, пока в аудитории слышатся смешки. — Противогаз пойдем учиться надевать, Иванченко. — Снова повторяет преподаватель, привыкший за три года к подобным странностям от студентки. — Так, зачем вы дали мне какую-то сумочку? Противогаз не так выглядит. — Возмутилась Олеся, когда взяла в руки протянутую зелёную сумку. — Это уже какой-то обзор на что в моей сумочке! Пока по аудитории в очередной раз проходят смешки, Олеся с отвращением держит зелёную сумку, как можно дальше от себя отодвигая. — Иванченко, открывай уже, хватит языком чесать. — Кого чесать? Я никого не чешу, это же физически невозможно! Кажется, что ещё чуть-чуть и у бждшника пар из ушей пойдет. Но пока мужик держится, из последних сил, но держится. А Олеся искренне не понимает, что тут вообще происходит и что от нее требуют. Все же открыв сумку под возмущение преподавателя, Олеся увидела сам противогаз. — Я не буду это надевать. Во-первых, у меня прическа испортится, он же похож на шапочку для плавания с сюрпризом. Во-вторых, у меня макияж вообще-то, вы что, хотите, чтобы я потом весь день без ресниц ходила? И вообще, это не гигиенично! Его же надевали на себя все кто мог и не мог. Надышали там, ещё и слюнями своими, наверное, измазали изнутри. — Тяжко вздохнув, она положила его на парту и скрестила руки на груди. — Ну уж нет, я не хочу потом вся в прыщах ходить. Кажется, что аргументы были достаточно железными, чтобы преподаватель отстал от Олеси со своим этим самым. А Иванченко, с улыбкой на лице, прошла к своему месту, села на стул и снова открыла книгу с астрологической мутью, чтобы продолжить помечать важные моменты цветными маркерами. — Ладно, может быть, Попов нам продемонстрирует порядок надевания противогаза по сигналу? Кажется, что все присутствующие тринадцать человек повернулись одновременно, смотря на Арсения, который в этот момент практически спал, подперев голову рукой. Если бы не Алёна, которая пихнула его в бок в этот момент, он бы и дальше прикидывался мертвым и не реагировал на преподавателя. — Ну чуть что, то сразу Попов. — Арсений к поднялся с места и вышел к доске, где его уже ждал бждшник. — Давайте так, я схематично продемонстрирую, но надевать противогаз на себя не буду. Тут я с Иванченко согласен, это не гигиенично. — Какие вы все нежные. — Бубнит преподаватель, но что тут поделаешь, если молодежь пошла такая характерная. — Чёрт с вами. Пара закончилась быстрее, чем преподаватель успел с помощью Арсения показать и рассказать о том, как правильно надевать противогаз и защитный костюм, после чего сделал пометку в своем журнале, чтобы через неделю продолжить с того же места. А счастливые студенты разбрелись быстрее, чем преподавать успел моргнуть. Надевать куртки, чтобы выйти на улицу и покурить — для слабаков, да и гардеробщица отказывается выдавать куртки раньше окончания третьей пары. Поэтому Антон накидывает на голову капюшон от худи и выходит на улицу так. Он вообще-то молодой и горячий. У Позова, к сожалению, капюшона на кофте нет, но шапочку надевает, потому что голова должна быть в тепле, а от соплей он только недавно избавился. Конец октября — не помеха для всех курящих студентов, поэтому даже в такое время года их слишком много скапливается в курилке. А ещё там уже стоят Ира и Дарина, которым сегодня ко второй паре. — О, шпрота. Уже тут как тут. — Дима пренебрежительно фыркает, глядя в сторону Иры, которая заметив его на горизонте, уже успела скукурузить недовольное лицо. А повернувшись к Дарине, Позов улыбается более дружелюбно и тепло обнимает. — Привет, Дарин. — Антон, скажи своей подружке, чтобы она фильтровала свой базар, а лучше, пусть вообще рот лишний раз не открывает, чтобы не позориться. — Ирина достает из кармана пачку сигарет и закуривает. Понятное дело, что говоря про «подружку» она имеет в виду Диму, потому что отношения у этих двух не заладились сразу. Конечно, большая часть того, что происходит между Димой и Ирой, больше в прикол, но они все равно оба недолюбливают друг друга. Скорее всего, всё началось с тех пор, как Антон вообще познакомился с Ирой, а после они и начали встречаться. Сначала они цепляли друг друга чисто по-дружески и вряд ли со злым умыслом, но довольно быстро эта безобидная игра перетекла во что-то более серьезное. Подколки стали более острыми, а фразы для оскорбления — более изящными, буквально по-настоящему задевая оппонента. Нельзя сказать, что Дима как-то ревнует своего друга. Просто Ирина его бесит и моментами раздражает слишком сильно, чтобы сдержаться и промолчать, а не ляпнуть какой-то саркастичный комментарий. Что-то Позу в ней не нравится. Но и Кузнецова не промах, молчать не любит, поэтому и отвечает практически на каждый выпад и едкий комментарий в свою сторону. Эта война продолжается между ними уже чуть больше двух лет и пока никто уступать не планирует. — Позов, и вообще, схуя я шпрота? Заебал. — Выдыхая сигаретный дым прямо в лицо Диме, спрашивает Ирина, пока Дарина и Антон переглядываются, сдерживая улыбки. — Если ты так просишь, то могу называть тебя и килькой. — Дима лишь руками разводит, намекая на то, что в рот он ебал отвечать на вопросы и вообще, он птица вольного полета и будет делать то, что посчитает нужным. И лучше свой характер не показывать, потому что ему всё равно кристаллически поебать. Мальчики познакомились с дамами в самом начале своего второго курса, то есть когда Дарина и Ира только пришли учиться в ласку. Тогда их одногруппник, Дима Журавлев, решил вписаться в активисты и стать куратором группы первокурсников. Досталась тогда Журавлю группа строителей первого курса, где он ожидал увидеть тридцать мужиков, но приятно удивился, поняв, что в группе есть и несколько девчонок. Тогда Позов и Шастун решили не только поучаствовать в кураторской деятельности, но и познакомиться с этими самыми девчонками. Так как все первокурсники задействованы в культурной деятельности колледжа, по крайней мере, первые пару месяцев обучения, то и проводить с ними пришлось достаточно много времени. Потому что к концертам надо было подготовиться, поставить номер, отрепетировать и даже нарисовать декорации, а только потом уже выступать. Ребята помогали Журавлёву чем могли, в основном — ничем. Но времени с его подопечными проводили много, таким образом Антон сильно сблизился с Ирой. И уже в первый месяц их знакомства, как-то получилось так, что они поцеловались и начали встречаться. Антону изредка думается, что человек, придумавший эту чушь, что студенчество — самое счастливое и беззаботное время — еблан, не иначе. Каждый новый день похож на предыдущий. Да, моментами они могут отличаться, но незначительно. Они могут над чем-то смеяться, что-то разгонять, бегать курить или пить кофе из автомата на первом этаже. Это слегка скрашивает привычную рутину, но неужели такая жизнь и есть то самое «лучшее время»? Страшно представить, как плохо будет потом. Вот и сейчас, стоя на улице и медленно затягиваясь никотином, Антон больше погружен в себя и мысли, чем радуется беззаботной жизни и общению с друзьями и девушкой. И пока мысли не утешительные — его уже ничего не радует в этой жизни. А ещё, кажется, единственное, что способно в данный момент вывести его из этого состояния — какая-то встряска. Но сил нет, чтобы себе устраивать эти самые встряски или искать какие-то приключения на жопу. Выжить бы. Замерзнув на улице до появления соплей, красных щек и отмороженных рук, Дима и Антон возвращаются в первый корпус, чтобы пойти на очередную пару. Кто тот гениальный человек, который придумывает названия учебных дисциплин — непонятно. Почему-то этот сверхразум решил, что называть предмет «МДК» с каким-то бешеным количеством цифр после — идея ахуенная. У Антона в голове только одна мысль на этот счёт — причем тут паблик с мемами в вк? К четвертому курсу уже мало кто запоминает точное название дисциплин, чаще называя их просто по фамилии преподавателя. И вот сейчас, вместо непонятных трёх букв, они просто идут на пару к своей классной руководительнице (да-да, это, конечно, не школа, но у них с первого курса есть классуха). Марина Леонидовна — человек не напряжный, просто есть и есть. Да и ребят лишний раз не трогает, только если ее саму начальство ебать не начинает за пропуски или незакрытую сессию группы. — У нас щас пара у Кравец? С курсовой? — Уточняет Дима, как только они подходят к лестнице. — Ага, две подряд. — Подтверждает Антон, всё ещё пытаясь отогреть замершие руки. — Ёбан бобан, это ж на четвертый подниматься. Может мы всей шарагой на лифт уже скинемся как-нибудь? Не радует меня эта перспектива подниматься по лестнице, потом спускать, потом опять подниматься… —Дим, вот станешь известным архитектором, будешь проектировать все здания с лифтами. Или просто будешь строить исключительно одноэтажки. — Вот стану и буду. Думаешь не буду? А я ещё как буду. Задыхаться куряги начали уже на третьем этаже, поэтому пришлось остановиться, чтобы отдышаться. Несмотря на то, что пара уже давно началась, здоровье важнее. А ещё, они оба знают, что Кравец не будет ругаться из-за опоздания. Скорее поблагодарит, что вообще хоть кто-то пришел, если сама придет. В общем, можно понять, что обучение в ласке — скверное. Зато название прикольное. Антон до сих пор не понимает, что сегодня за праздник, но ко второй паре подтянулось ещё больше людей, чем было на БЖД. А те, кто был на первой паре, даже не ушли по своим делам, а тоже решили досидеть сегодня. Их с Димой парта была свободна, потому что многие занимают привычные для себя места, а на чужие не покушаются. Антон достает свой старенький ноутбук и сразу подключает его в зарядку, которая как раз лежит на полу рядом. Уже как полгода его ноутбук не работает без подключения к розетке, а замена аккумулятора — удовольствие не из дешёвых, но Антон не жалуется. Главное, что техника вообще работает, справляется со своими задачами и тянет все нужные программы. Курсовая работа промышленного здания, продвигается у Антона туго. Вычерчивать план — самое нудное занятие, которое не приносит вообще никакого удовольствия и морального удовлетворения. Благо, он уже справился с этим скучным занятием, а теперь предстоит самая интересная и красочная часть — построение 3Д-модели на основе вычерченных планов. Найдя в рюкзаке наушники, Антон включает любимые треки и полностью погружается в процесс создания курсовой. В такие моменты есть ощущение, что мозг отключается или начинает жить какой-то другой, особенно творческой стороной своей личности. И только лёгкий толчок от Димы возвращает в реальность. Оказалось что прошло уже более часа с тех пор, как он погрузился в проект, а сейчас его зовут в столовку, чтобы выпить кофе. Компания за их столиком собралась приличная — Позов, Шастун, Журавлев, Иванченко и Хомич. Они теперь с трудом помещаются за столом, который, в теории, должен быть рассчитан на шестерых. Поэтому прижимаются друг к дружке, как бедолаги, пытаясь размешивать растворимый кофе в чашках таким образом, чтобы не пихаться локтями. — Олесь, а ты типа как вот смотришь на всю эту муть и что-то понимаешь? Или как вообще это работает? Антона словно выдергивают из мыслей и резко возвращают в реальность, где Журавлев с интересом рассматривает хаотичные линии в круге, которые открыты на телефоне Олеси. — Пока не особо понимаю, но читаю специальную литературу, чтобы понимать. — Олеся забирает свой телефон, но достает из маленькой сумочки какую-то колоду карт. — Я тут ещё таро купила, мне нужно практиковаться, поэтому всем бесплатный расклад за мой счёт! Парни же настроены довольно скептически, потому что во всю эту ерунду не верят. Да и не понимают толком, как по картинкам можно предсказывать будущее. Но Олеся насильно втягивает их в этот процесс, тем более, от них по факту ничего и не требуется — сиди, кивай и не вникай. — Так, Позов, если у тебя нет вопросов ко мне и к моим картам, то давай просто вытяну несколько и посмотрим, что тебя ожидает в ближайший год. — Олеся с лёгкостью перетасовывает огромную карточную колоду, что-то бормоча, а Диме плевать абсолютно. Кто такие эти ваши карты, чтобы определять судьбу? Ерунда и чушь. — Так, так, так. Я вижу по картам какое-то предательство, возможно, измена. Любовный треугольник… ого. Нужна пояснительная, ещё одну вытащу. Дима и глазом не повел, потому что всё ещё уверен, что чушь эти ваши карты, но дает Олесе возможность побаловаться с новой игрушкой. — Ой, смотри! — Олеся кладет карты на стол и звонко хлопает в ладоши. — По итогу ситуация разрешится и я вижу, что всё будет хорошо. — Олесь, я и без карт могу сказать, что всё будет хорошо. — Фырчит Дима, потому что карты всё ещё чушь, а в своей девушке уверен на все сто процентов и не думает, что Лена может ему изменить. — Ой, собрались тут скептики. Ладно, Шаст, ты следующий. — Олеся собирает карты в колоду, тасует, снова что-то бормочет, а после вытягивает несколько. — Так, тут вижу какие-то проблемы, упадок сил, много конфликтов и тайн, зарождение какой-то симпатии и опять любовный треугольник… — Вот видишь, твои карты опять пиздят. — Вклинивается Поз. — Или хочешь сказать, что любовный треугольник будет у нас с Шастом? — Ага, а я, походу, буду третьим. — Хихикает Журавлев. — Погодите… — Олеся снова берет колоду в руки, перетасовывает и что-то нашёптывает, а после вытаскивает ещё несколько карт. — Вижу какой-то разрыв, много лжи и обмана, но при этом состояние влюбленности и некой эйфории. Но как будто бы ни к чему это не приведет, а вся ложь может вскрыться, но спустя долгий промежуток времени. Странно. — Ага. — Шепчет Антон, потому что и сам во всё это не верит, а в какие-то любовные треугольники ввязываться не планирует, потому что упадок сил испытывает и сейчас. К тому же, они с Ирой вместе уже два года, за это время практически не было никаких ссор, да и в кого он может влюбиться, если кроме колледжа и работы не бывает нигде? — Олесь, дай я сам тебе всё разложу. — Дима забирает колоду из рук, пытается перетасовать, но толком ничего не получается, поэтому он просто вытягивает первые попавшиеся карты, кладет на стол, долго рассматривает странные картинки, а потом с видом всезнающего провидца начинает. — Вижу, что ждёт тебя неожиданный жизненный поворот в жизни. — Ой, Поз, у тебя ничего не получается, отдай. — Олеся тянется рукой к выложенным картам, чтобы забрать их, но Дима останавливает её, сохраняя флёр загадочности во взгляде. — Человек, которого ты давно знаешь, напомнит о себе… — Антона уже на смех пробивает, но Дима шикает на него и продолжает свой разбор. — Скоро в твою жизнь придет человек, которого ты давно знаешь. Он будет делать всё, чтобы завоевать твое внимание, но по итогу окажется мудаком редкостным, как и все твои предыдущие мужики. Короче, Олесь, проверишь, потом разложишь по фактам, где я был не прав. — Вообще-то, это не шутки, Дмитрий Позов. — Олеся театрально закатывает глаза и собирает карты в колоду, чтобы снова перетасовать и разложить уже для Леонида. А Антон мысленно ухмыляется и не верит ни единому слову, кроме Диминых. Потому что у Иванченко так всегда — влюбится до беспамятства в первого встречного, а потом страдает, потому что парень мудаком оказался. А расклад для него — выглядит как полная чушь и бред сумасшедшего. Какие ещё скандалы, интриги и расследования? Он что, станет главным героем передачи «Пусть говорят»? Он не планировал. Какие ещё измены? Сам он ни за что в жизни не опустится до такой низости как измена. Потому что это мерзко. Если и почувствует что-то к другому человеку, то обязательно расскажет своей девушке обо всем. Он закончит одни отношения, чтобы с чистой совестью вступать в другие. Если же карты говорят об измене со стороны Иры, то… Да нет, это тоже бред какой-то. Ирина не может так поступить с ним. Опять же, они слишком давно знакомы и он уже достаточно ее знает, чтобы с уверенностью сказать, что такая ситуация просто невозможна. В общем, очередное подтверждение, что таро — какая-то чушь, которая не имеет ничего общего с правдой. На пару они возвращаются спустя минут двадцать. Настроение у всех хорошее, потому что Олеся смогла их изрядно развеселить своими эзотерическими штучками, а к ней ещё и присоединился тандем со скептически настроенными Димами. Журавлев, как и Позов, принял ту же позицию, максимально осуждая таро и расклады, пытаясь убедить Олесю, что это всё чушь собачья. Антон садится на своё место, но экран ноутбука почему-то погас. Странно. Он несколько раз тыкает на пробел, мало ли, ноутбук ушел в спящий режим, но нет, он не реагирует. Взгляд Антона скользит по проводу зарядника, а глаза медленно опускаются на пол и доходят до вилки, которая, с какого-то хрена, не воткнута в розетку. — Какой умник выключил мой ноут из розетки? Вас кто-то просил или что? — Антон вскипает моментально, потому что не помнит, сохранял ли проект перед тем как уйти или нет. И если не сохранял, то вся работа коту под хвост, что только больше злит. — Ну, допустим, я кого-то вынул из розетки, а что? — С задней парты кто-то отвечает и Антон уже по голосу понимает, что это, блять, Попов. — Блять, ну ты нахуя это сделал? Не видишь же, занято было. — Голос становится громче, а злости в Антоне всё больше. — А я чё, должен по всему колледжу за тобой бегать и искать, чтобы разрешение спросить? У меня ноут садился, свободных розеток в сетевом фильтре не было, спросил у ребят, которые тут сидят, можно ли кого-то отключить. Как видишь, никого нельзя было. — То, насколько Арсений спокоен, бесит только больше. — Ну да, тебя не было, в чём вопрос. — Поддакивает сидящая рядом Алёна, а Антон вот-вот взорвётся. — У меня ноут без зарядки не работает, нахуя так делать то. — Взгляд становится более печальным, а глаза как у бездомной собаки. И тут непонятно, это бездомная собака жалость вызывает или готовится жопу откусить. Но, в любом случае, настроение испорчено. — Шастун, это твоя проблема, что у тебя какие-то беды с ноутбуком и, видимо, с башкой, раз ты сразу огрызаться начинаешь. — Арсений как сидел себе спокойно за последней партой и тыкал на кнопки ноутбука, так и продолжает. А Антона это ещё больше из себя выводит. — Да пошел ты нахуй. — Выкрикивает Антон, а потом замечает изумлённые лица одногруппников и оборачивается. И вот же сюрприз, в дверях стоит их классная, держа в руках несколько сетевых фильтров. — И незачем так орать, я в подсобке нашла несколько удлинителей, берите, только не ругайтесь. — Кравец проигнорировала всё, чем стала свидетелем, положила сетевые фильтры на пустующую первую пару и ушла в свою подсобку. Антону неловко. А ещё он очень сильно зол, потому что всё снова пошло по пизде из-за Попова. Теперь даже страшно подключать ноутбук к розетке и дожидаться, пока тот включится. Если проект не сохранился — он обязательно придушит Арсения собственными руками. И Алёну вдобавок, чтобы та больше не подгавкивала, когда ее не спрашивают. Но, благо, проект сохранился и ничего заново переделывать не нужно. Ладно, Арсений Попов, живи.

♡♡♡

Антон очень рад сегодняшнему дню, как минимум за то, что у него выходной на работе. А это значит, что после пар он как нормальный студент его возраста может поехать домой и вообще ничего не делать. Торопиться некуда. Да и можно посвятить себя немного учебе, например, наконец-то начать рисовать несколько работ по рисунку, чтобы на следующей паре не так сильно отхватить от преподавателя, сидя с пустым листом, но очень умным видом перед мольбертом. — Антош, у тебя же сегодня выходной? Может, сходим куда-нибудь? — Ира появилась за их столиком в столовке очень неожиданно. Хотя, на какую неожиданность можно надеяться, когда вы учитесь в одном заведении и практически каждую свободную минуту своего времени проводите либо в курилке, либо в столовой. Понятное дело, что таким образом вы будете пересекаться часто, как минимум, пару раз в день. Но Антон всё никак к этому не может привыкнуть. — Да, выходной. — Антон убирает свой рюкзак со скамейки, освобождая место, чтобы Ира села рядом. — Ну, даже не знаю. Конечно, Антон знает, куда бы хотел сходить. Например, домой. А ещё лучше — домой. Потому что денег у него нет, чтобы куда-то водить свою девушку. И, даже несмотря на то, что он работает, денег нет всё равно. Ведь большую часть заработанных средств он отдает маме на оплату каких-то базовых вещей для их семьи — кредиты, долги, ипотека. Даже на еду не всегда остаётся, поэтому Майя всё больше и больше залезает в долги и кредитку, чтобы хотя бы макароны к ужину были. Нельзя сказать, что Антон получает какие-то огромные суммы. В месяц выходит около двенадцати тысяч, две из которых он обычно оставляет себе на проезд, перекусы и сигареты, а остальное отдает маме. Поэтому да, тут по кафе или ресторанам не разгуляешься, даже в кино сходить уже дороговато для его бюджета. — Может, ко мне после пар поедем? Посмотрим что-нибудь? Конечно, такое предложение Ирину не устраивает. Она демонстративно отворачивается, наверняка ещё и глаза закатывает, хотя знает, в каком положении находится Антон. — Ну, посмотрим. — Обиженно отвечает она, а тем временем, Дима, сидящий напротив, начинает злобно хихикать. — Ну как же так, как же так… Её шпротное величество опять не везут в ресторан. — Дима для полноты картины даже руками разводит в разные стороны и головой мотает, продолжая приговаривать. — Как же так, как же так… Тем временем, Олеся отвлекается от переписки с кем-то в телефоне и видит Иру за столом, только не сразу понимает, когда та успела к ним присоединиться. — Ой, Ир, привет. — Непонимание Олеси меняется на доброжелательную улыбку, чего нельзя сказать о самой Кузнецовой. — Привет, Иванченко. — С явной неохотой в голосе отвечает Ирина, а потом пихает Антона в бок. — Пойдем покурим. Вдвоем. Без этого. — Нет, «этот» тоже с вами пойдет. — Вмешивается Дима. — Олесь, ты с нами? Сегодня там вроде не так холодно. Применить физическую силу, чтобы не пустить Диму курить, Ирина не может, но тащит Антона за собой, чтобы хотя бы по пути до улицы остаться с ним наедине. У нее есть несколько претензий, которые она хотела бы незамедлительно озвучить. — Шастун, я уже смирилась с тем, что ты не умеешь выбирать себе друзей и общаешься с умственно отсталыми. — Ирин, во-первых, это как минимум некорректно использовать такие слова по отношению к тем, с кем я дружу. Во-вторых, диагнозы не место для шуток… — Да мне плевать, что там у тебя дальше по списку, потому что я не договорила. — Ирина перебивает, как и не дав Антону закончить мысль, на что он одергивает руку и останавливается в коридоре первого этажа. — Слушай, мы, кажется, с тобой уже разговаривали на эту тему. Но повторюсь, мне труда не составит. Я против того, чтобы ты общался с девушками, тем более с Иванченко. — Ир, а я против того, чтобы ты мне что-то запрещала. Ещё вопросы, предложения или пожелания будут? — Шастун, ты, кажется, меня не понял. Или сделал вид, что не понял. Мне не нравится, что ты общаешься с Иванченко. — Голос становится жёстче, а взгляд холоднее. Она явно ждёт, что Антон незамедлительно согласится. — Ты только посмотри на нее со стороны! Она же легкомысленная и постоянно флиртует со всеми парнями! — Я вообще не воспринимаю ее как девушку именно в романтическом плане. Олеся всегда для меня была, есть и будет другом. Поэтому, пожалуйста, не неси чушь. И вообще, она не такая и ни с кем не флиртует. — Антон мягко накрывает плечи Иры своими руками и долго смотрит в ее глаза. — Риш, ты же знаешь, что я люблю только тебя. Другие девушки мне не неинтересны. Ирина обиженно дует губы, отводит взгляд в сторону и всем своим видом показывает, как ей неприятно. И вообще, она с места не сдвинется, пока ее правоту не признают. А Антон устал. Устал подбирать слова и терпеть такие внезапные психи. И каждый раз зачем-то оправдывается, хотя мозгами понимает, что вообще ничего плохого не сделал. Антон теми же мозгами понимает ещё и то, что он не собственность Иры и может общаться с кем пожелает. Но это первые отношения Антона. И он пока ещё не настолько взрослый и осознанный, чтобы понимать, что такое поведение в отношениях не окей, а очко полное. Поэтому просто соглашается и пытается загладить свою несуществующую вину. Объятие становится крепче. Антон пытается проявить всю нежность, на которую только способен, чтобы успокоить Иру. Он целует её в макушку, носом зарываясь в волосы и вдыхая сладковатый запах то ли шампуня, то ли ещё какой-то бабской лабуды, которую они наносят на себя. — Ириш, я же люблю только тебя одну и единственную. И постараюсь сделать все, чтобы тебя не огорчать. Не обещаю, что совсем перестану общаться со всеми лицами женского пола, но постараюсь минимизировать, чтобы тебе было спокойнее. Ладно? — Ладно. — Равнодушно отвечает Ира, наконец-то расслабившись в его объятиях. Конфликт вроде бы улажен, поэтому они всё же выходят на улицу, чтобы быстро покурить перед парой, а после — разойтись по разным корпусам учебного заведения. Только вот у Антона на душе — тьма. После этой нелепой ссоры ощущается привкус грязи и песка, как будто бы так быть не должно, но с другой стороны — а как, если не так? От себя тошно, но так, наверное, правильно? Ведь когда два человека любят друг друга, они должны идти на уступки. И в данной ситуации ему приходится идти на эти самые уступки, чтобы сохранить отношения с человеком, который ему дорог. Ведь он уже привык к Ире и попросту не смыслит жизни без неё. Но на уступки ему приходится идти и позже, когда они приезжают после пар домой к Антону и выбирают фильм, который бы хотели вместе посмотреть. Антон, как ярый фанат фильмов про супергероев, испытывал желание пересмотреть в третий раз «Доктора Стрэнджа», а Ирина встала в позу, что ничего кроме «Гарри Поттера» смотреть не будет. Так и пришлось искать первую часть фильма про мальчика, который выжил и в сотый раз смотреть то, что уже смотрел. Только вот от бешеной усталости Антон позорно заснул буквально на пятнадцатой минуте фильма, но зато выспался. А что, он организм молодой и растущий, конечно, но замучился уже спать по пять часов, а иногда и того меньше. — Кто такая Катя? — Но вместо доброжелательной улыбки и пожеланий доброго вечера или дня, Антону в лицо прилетает очередная претензия. — Какая Катя? — Антон спросонья садится на кровать и трёт глаза, потому что лампочка на люстре по ощущениям слишком яркая и светит ему в глаза. Ира тем временем с невозмутимым взглядом держит в руках его телефон и что-то читает. Антон от такого просыпается моментально, потому что какого чёрта? Почему она вообще взяла в руки его телефон и без разрешения? — Катя Варнава. — Ирина разворачивает телефон экраном к Антону, и он замечает, что там открыта их переписка с Катей. — Это моя подруга детства, мы жили в одном доме. — Антон тут вообще не понимает ничего из того, что происходит и зачем-то начинает оправдываться. У него, видимо, защитная реакция такая. Оправдываться и извиняться, даже если не виноват. — Я тебе рассказывал про нее. Я тогда жил в шестом подъезде, а она в первом. После того как я переехал, иногда поддерживаю с ней общение. Но в последнее время мы не общаемся, только поздравляем друг друга с праздниками. В чем проблема? — Мне не нравится, что ты с ней общаешься. Даже иногда. — Кузнецова снова разворачивает телефон экраном к себе, продолжая листать переписку и читать сообщения. — Ир, не перегибай. Во-первых, зачем ты вообще взяла мой телефон? Во-вторых, откуда знаешь пароль? И вообще, мне не нравится, что ты роешься в моем телефоне, это всё же личное. Тем более без спроса. — Сонливость окончательно уходит, а вот злость приходит. И не потому что есть что скрывать, нет. Просто сам поступок из себя выводит. И ещё как-то обидно становится. — Если ты не помнишь, то у нас с тобой одинаковые пароли и это дата начала наших отношений. И вообще, а чего у тебя так тон поменялся? И глазки забегали? Есть что скрывать? Ему скрывать всё ещё нечего. Он — открытая книга. Антон не умеет врать, а если бы когда-нибудь и решился на измену или какой-то обман, то уже тридцать шесть раз где-нибудь сам себя спалил. Сейчас его просто очень сильно раздражает, что вот так вот роются в его личном. И что переписки читают — не нравится. Сил, времени и желания нет даже на какой-то «случайный» флирт. Да и неинтересно ему это всё, потому что Ирину любит и другие девушки ему не интересны. Но сейчас ощущение того, что он идиот полный — зашкаливает. — Мне нечего скрывать, но мне всё ещё не нравится, что ты шаришься в моем телефоне и читаешь мои личные переписки. — Антон старается разговаривать спокойно, не срываться на крик и не устраивать скандал, но желание держаться угасает с каждой секундой. — Отдай мне телефон и больше никогда так не делай. Если хочешь порыться в моем телефоне, то можно просто спросить. — Нет, Антон, я ещё не дочитала. Если я буду спрашивать, то ты можешь удалить что-то. Ну, допустим то, что мне не понравится. А я так и не узнаю, общаешься ты с кем-то или нет. Ирина встаёт с кровати, чтобы Антон не мог дотянуться до телефона и забрать его, продолжая читать чужие переписки. — Тебе скучно живётся или что? Ты хочешь, чтобы я тоже взял твой телефон, начал читать переписки и доебываться до всех, с кем ты общаешься? — Поднявшись с кровати, Антон обходит ее и встаёт рядом. Но Ирина, кажется, настроена серьезно. Она пытается прошмыгнуть мимо, чтобы как можно дальше отойти от Антона, а в идеале — запереться в туалете, чтобы спокойно дочитать переписку. Но Антон, словно чувствует, поэтому вовремя блокирует выход, оказавшись прямо перед Ириной. Она же теперь не в выгодном положении, потому что оказалась зажата между Антоном и стеной. — Отойди. — Грубо отвечает она, переключаясь на следующий диалог, потому что в переписке с Варнавой не нашла ничего провокационного. — Ты совсем ебанутая, Ир? Может мне вообще из квартиры уйти? Пароль от всех социальных сетей тебе дать? Или татуху на лбу заебашить «иди нахуй, я люблю Иру»? Антон с силой вырывает из ее рук свой телефон, откидывая его на кровать. И на душе так погано и паршиво сразу становится. Вся эта ситуация ощущается как какой-то плевок в душу, а от близкого человека — в разы противнее. — Значит так? — Ирина скрещивает руки на груди и смотрит с несвойственным ей презрением. — Когда я прошу провести со мной время, соглашаюсь приехать к тебе и посмотреть фильм в надежде, что хотя бы будет секс, ты берешь и засыпаешь. Как будто нарочно меня игнорируешь и всячески избегаешь хоть какого-то контакта между нами. Естественно у меня куча мыслей и подозрений, я вынуждена залезть в твой телефон, хотя бы, чтобы успокоиться, а ты устраиваешь мне скандал на ровном месте. Тебе не кажется, что дура тут не я? — Ты щас серьезно? — Антон садится на край кровати и тяжко вздыхает. Ага, поспал, блять. Отдохнул, сил набрался. Ахуенно провел выходной, пиздец, ничего не скажешь. — Нет, блять, шучу шутки от нехуй делать! — Взрывается Ира, активно жестикулируя руками. — Да пойми ты, блять, что я просто устал. Я не вывожу эту работу, учебу, спать не успеваю. И если бы я не хотел проводить с тобой время, то как-нибудь слился и не позвал бы тебя к себе. Но нет же, я даже согласился смотреть твоего ебанного Гарри Поттера, который нахуй меня усыпил. — Взгляд он так и не поднимает, смотря в одну точку перед собой. Просто не хочет на Иру сейчас смотреть, ему тошно. — А вместо того, чтобы спросить у меня, в порядке ли я, как себя чувствую и прочая базовая хуйня, ты меня в чем-то обвиняешь. Ира молчит. Долго смотрит на пустое место рядом с Антоном, а после, набрав в лёгкие побольше воздуха, начинает отвечать на очень и очень повышенных тонах, граничащих с истерикой. И в следующие минут двадцать в квартире стоит такой шум, что соседям по-хорошему надо бы ментов вызывать, чтобы скандал не закончился поножовщиной. Но, видимо, соседи либо не дома, либо им плевать, поэтому никто даже по батареям не стучит, чтобы угомонить молодую пару. И только Майя Олеговна, вернувшаяся с работы и громко хлопнувшая дверью, прекращает данный конфликт. — Антош, Ириш, а вы чего так шумите? Что-то случилось? — Майя ставит пакеты с покупками из продуктового на пол, чтобы освободить руки и расстегнуть заевшую молнию на сапогах. — Добрый вечер, Майя Олеговна. Ничего не случилось, я уже ухожу. Рада была повидаться. — Ира не глядя обувается, даже не завязав шнурки на кроссовках, накидывает куртку и выходит, громко хлопнув дверью. — А ты чего? Даже до остановки не проводишь? — Мама странно косится на Антона, снимая шарф с шеи. — Сама дойдет. — Отмахивается Антон, ища в карманах куртки пачку сигарет. — Пойдешь курить на балкон? — Ну пойдем. Только расскажи, что у вас случилось, а то аж с первого этажа ваши крики слышны были.