Миротворец

Гарри вошёл в уже родной кабинет Артефакторики, но уже как самый настоящий ученик. На этот предмет ходило не так уж много ребят, поэтому здесь учились третьекурсники со всех факультетов. За одним из круглых столов Гарри заприметил Гермиону и Теодора, которые ещё в прошлом году стали гораздо больше общаться по учёбе. Ребята помахали ему, и Гарри, улыбнувшись, присел рядом. - Давно не в-виделись, Тео. Как провёл лето? Как всегда слегка угрюмый, Теодор пожал плечами и ответил: - Скучновато и мрачновато. У меня не самый весёлый отец, поэтому почти всё время я только читал. А я слышал, что ты гостил у Малфоев. У Драко потрясающая мама, правда? Гарри заметил грустную улыбку Теодора и только кивнул. Он знал, что миссис Нотт умерла задолго до первого курса собственного сына, из-за чего сам Теодор очень болезненно реагировал на любое упоминание о ней. Гермиона, тоже заметив мрачное настроение слизеринца, резко спросила: - А кто это, Тео? Она кивнула в сторону стоящей в проходе девочки со Слизерина. Она неловко топталась на одном месте, её глаза безостановочно бегали по классу, но она так и не решалась занять свободное место. Неловко теребя кончик собственных блондинистых волос, она будто что-то шептала себе под нос. - О, это Дафна Гринграсс. Она у нас немного странненькая. Вот её младшая сестра нормальная, с ней хотя бы поговорить можно. Обычно Дафна ни к кому не лезет, но просто посмотрите на неё, болтает сама с собой, а других не подпускает. Не повезло ей. Гарри, внимательно выслушав товарища по учёбе, тут же поднялся и осторожно подошёл к Гринграсс. В начальной магловской школе он видел однажды такого мальчика, и решил, что обязан немного помочь. Подойдя к Дафне он протянул ей руку и представился: - Я Гарри. Ты ведь Дафна, да? Если хочешь, можешь сесть за стол с нами, у нас как раз не занято. Дафна опустила голову и не подала ему руку, но тихо проговорила: - Хорошо, Дафна сядет с Гарри. И под обескураженный взгляд Теодора и Гермионы, Гарри аккуратно подвёл девочку к их столу и отодвинул ей стул рядом с собой. - Думаю, т-теперь мы можем заниматься вчетвером. Дафна, это м-моя подруга Гермиона. Грейнджер тепло улыбнулась и сказала: - Очень рада знакомству, Дафна! Девочка ничего не ответила, продолжая смотреть в пол, но кивнула. Теодор хмыкнул и перевёл свой взгляд в сторону доски. Гарри показалось, что в глазах Нотта загорелось какое-то странное сияние. Умники, такие умники! Урок у тёти Лии проходил в тихой и уютной атмосфере. Она мигом запомнила их имена, рассказала немного о себе и своей работе до Хогварста, а потом стала рассказывать о прелести Артефакторики и почему её изучение так важно. Только под конец занятия они написали небольшой вводный конспект и получили письменное задание – написать свиток о самых интересных на их собственный взгляд артефактах. Гарри всё это время неосознанно наблюдал за своими новыми соседями по парте. Теодор неотрывно слушал тётю Лию и черкал что-то в пергаменте, пачкая чернилами щёки и нос. Гермиона иногда хмурилась, иногда улыбалась, листала страницы учебника и зачем-то конспектировала каждое слово профессора. Дафна же смотрела на свои руки или строго вперёд, избегая зрительного контакта и, казалось, на целый урок превратилась в камень. Она даже моргала удивительно медленно. - На этом всё! Не забудьте о задании, дети. На следующем уроке мы уже начнём с вами лёгкие превращения, так что скучно не будет! Все дети, очарованные профессором, дружно кивнули и сказали спасибо. Теодор, наспех собравшись, уже убежал, а Гермиона терпеливо подождала Дафну и, поинетересовавшись, не хочет ли она вместе прогуляться до кабинета ЗОТИ, получив кивок головы, радостно улыбнулась, обнажив большие передние зубы. Гарри же подождал, когда все сокурсники покинут кабинет, и пересел на первую парту, поближе к тёте Лие. - Ты что-то хотел, милый? Может, дать тебе какую-нибудь дополнительную литературу? Я, конечно, ко всем отношусь одинаково, но всё же не все дети умеют так аккуратно обращаться с книгами, как ты. С годами начала понимать мадам Пинс. Кошмар, наверное, я старею. Женщина хохотнула, от чего её чёлка забавно подпрыгнула, и Гарри в который раз невольно залюбовался Азалией. - Нет, я хотел п-поинтересоваться о кое-чём другом. Т-точнее о ком. Дафна Гринграсс, она… Мальчик не знал, как поточнее сформулировать свой вопрос, но тётя Лия обладала какой-то уникальной способностью предугадывать его мысли, поэтому она тут же понимающе закивала и задумчиво протянула: - Дафна… На самом деле, она необыкновенно умна, даже гениальна, если верить профессору Снейпу. Понимаешь, Гарри, мы все очень разные. Ты и сам очень сильно отличаешься от других детей, не так ли? Дафна, случай особый. Тебе ведь не мешает твоё заикание? Задумавшись лишь на секунду, Гарри уверено покачал головой. Конечно, Дадли и его дружки часто смеялись над ним, но здесь, в Хогварсте, никто не смел называть его заикой или передразнивать. - А Дафна имеет большие проблемы с тем, чтобы общаться с другими ребятами. Магглы называют это синдромом Аспергера. При всей своей талантливости и уникальности, Дафна не может нормально общаться с другими, не понимает жестов и мимики и сама не умеет выражать эмоции. Понимаешь, она чувствует всё с удвоенной, если не с утроенной силой, и это перегружает её мозг. Слишком много ощущений одновременно, с которыми она не может как следует разобраться и объяснить нам, чтобы мы могли помочь. Гарри понимающе кивнул и грустно вздохнул. Азалия улыбнулась и поспешила добавить: - Мы не выбираем, какими нам родиться, милый, но можем сделать всё возможное, чтобы приспособиться и жить так, как хочется. Если ты беспокоишься за Дафну, предлагай ей свою помощь, и это уже будет очень славно и приятно для неё. Ты у нас мальчик добрый и чуткий, я верю, что ты можешь стать для неё первым настоящим другом. Как думаешь? Поправив съехавшие очки, Гарри серьёзно посмотрел в глаза тетё Лие и кивнул. Почему-то у него часто появлялась эта потребность заботиться и помогать другим, и Гарри считал это чем-то правильным. - Ты очень вырос, Гарри. И я очень тобой горжусь. Если ты не слишком сильно спешишь от меня сбежать, как насчёт чашечки чая? Ты давно ко мне не заходил, я уже соскучилась по нашим посиделкам. Когда Гарри отпил из кружки знакомый сбор трав, в его груди потеплело, но совсем не от чая. Им гордились, по-настоящему, и его ждали. Для него это было настоящим счастьем и отрадой, вот так сидеть вместе с Азалией, болтать о пустяках и о чём-то серьёзном, есть сладкое и получать тепло и любовь просто за то, что он есть. Это было почти невыносимо приятно. Сможет ли он когда-нибудь отблагодарить тётю Лию за то, что она сделала для него и продолжает делать? Едва ли. Но он точно постарается сделать её очень счастливой. Осталось только понять, как.

***

Снейп заворачивал за угол, когда нос к носу столкнулся с Гарри. Тот уже шёл с ужина и о чём-то усиленно размышлял, хмурясь и бурча себе под нос. Мужчина тут же напрягся. Этот год, пожалуй, был одним из самых нервных на его памяти. Сбежавший из Азкабана Блэк, в чьём помутненном разуме не стоило сомневаться, работающий в школе Люпин, который в любой момент по собственной глупости и забывчивости может не выпить антиликантропное зелье и укусить учеников и преподавателей, летающий по всему замку призрак Тёмного лорда… В конце концов Снейп чувствовал некое волнение за людей, которых должен был от всего этого защищать на правах шпиона. Ему не хотелось, чтобы кто-нибудь, в особенности небезразличный ему, пострадал. Гарри определённо входил в список важных ему людей, да и мисс Лонгботтом с её племянником… Снейпу пришло время самому себе признаться, что Азалия заняла важную нишу в его жизни. Всего за каких-то два года эта женщина невероятным образом заставила его проникнуться к себе доверием и даже симпатией. Ему было приятно находиться в её компании, он даже стал искать этих их вечерних встреч, иногда с алкоголем и простыми, наполненными сарказмом и житейской усталостью диалогами. Несмотря на то, что эта женщина принадлежала к уважаемой и богатой чистокровной семье, активно борющейся с Воландемортом, Снейп не ощущал в ней и её к нему отношению какого-то мерзкого превосходства. Азалия едва ли его боялась и относилась к его прошлому с такой же лёгкостью, если бы раньше он, к примеру, работал клоуном в магловском цирке. Эта неподкупная честность и умение видеть людей насквозь Снейпу нравилась, хоть он иногда и ощущал её назойливое желание разобрать его по кирпичикам. Назойливость он не любил, но почему-то и сам не замечал, как потихоньку сдаёт мисс Лонгботтом все свои карты, причём сплошь козырные. Отмахнувшись от этих надоедливых мыслей и так и застрявшей в его голове картинки с образом Азалии, смеющейся и подмигивающей, он мягко останавил Гарри за плечо и поинтересовался: - Что-то случилось? Гарри слегка вздрогнул, но увидев Снейпа перед собой, слегка смущённо улыбнулся. - Вообще-то Вы мне и н-нужны. Мы можем п-поговорить? Я могу прийти к Вам п-после ужина. - Я поужинаю потом. Пойдём сейчас. Гарри растерянно кивнул и пошёл следом за Снейпом, переключившимся на свою сверхзвуковую скорость передвижения по подземельям. Когда они наконец оказались в надёжных стенах кабинета Зелий, Гарри какое-то время сидел в кожаном кресле Снейпа, беспокойно ёрзая и теребя длинные рукава чёрного худи. Наконец он оторвал свои глаза от рассматривания каменного пола подземелий и спросил: - Дафна. Как можно ей помочь? Северус удивлённо вскинул бровь. Вздохнул. Прикрыл глаза. - Гарри, ты понимаешь, что ты только что чуть не довёл меня до нервного расстройства? - П-почему? - Я подумал, что тебя беспокоит Сириус Блэк. Что ты заметил что-нибудь странное. Или Люпин сказал тебе какую-нибудь глупость. В общем, я ожидал всё, кроме твоего интереса в мисс Гринграсс. Гарри неловко улыбнулся. Уточнил: - То есть Вы за м-меня волновались? Северус слегка закатил глаза, но кивнул. - Если тебе так принципиально, то да, Гарри, я беспокоюсь. Учитывая, в какие переделки ты попадал в прошлые годы… Коротко рассмеявшись, Гарри неожиданно приподнялся и обнял Северуса. Мужчина заметил, что после совместно проведённого лета, Гарри стал гораздо более открытым, искал физического контакта со Снейпом и очевидно видел в нём близкого человека. Это было странное, но несомненно приятное чувство, от чего мужчина неожиданно для самого себя мягко улыбнулся и обнял в ответ. - Приятно знать, что кто-то за тебя в-волнуется… Тётя Лия, Вы… У меня будто п-появилась семья. Снейпу не понравилось это «будто», но он не стал акцентировать на этом своё внимание, зато заметил кое-что другое. - Ты называешь её тётей Лией, а я до сих пор профессор. Тебе не кажется это странным? Изумрудные мальчишеские глаза смешно округлились, а лицо озарила самая яркая улыбка, что доводилось видеть Северусу. - Тогда как я могу..? - Хм, думаю, Северус будет в самый раз. Что думаешь? - Думаю, что это просто отлично! Так… Северус, расскажешь мне про Дафну? Снейп ухмыльнулся и, мягко потрепав Гарри по голове, сказал: - А куда я денусь от твоего любопытства? Стоит ли говорить о том, что Снейп ужинал глубокой ночью, предварительно проводив Гарри до общежития?