Миротворец

Пока падали звёзды на поле,

Я желание им сочинял:

Пусть все люди забудут о боли,

Даже те, кто её причинял.

Гарри сидел на своём чемодане, ожидая автобуса, и стучал зубами от холода. Ему хотелось есть, он замёрз, и его настроение было окончательно испорчено. И вот почему. Его тётя Мардж, сестра дяди Вернона, тучная женщина с громоподобным голосом нарушила свою традицию приезжать в августе, и наведалась к Дурслям сразу после того, как Гарри приехал из Хогвартса. Она всю неделю изводила его, цеплялась, говорила гадости про его родителей и называла Гарри отбитым хулиганом. Возможно, он бы и мог перетерпеть это, но сегодня Мардж облила его супом в порыве ярости, и это стало последней каплей. Гарри был готов проклясть тётку, но вовремя вспомнив, что за такое его легко могут исключить из Хогвартса, не долго думая собрал свои вещи, отпустил Буклю в свободный полёт, и отправился на автобусную остановку. Он понимал, что, возможно, его внезапное появление может быть не самым благоразумным поступком воспитанного волшебника, но Гарри правда не хотел проблем. Внезапно из кустов вышел громадный чёрный пёс. Гарри вздрогнул и сжал палочку в кармане штанов. Несколько секунд пёс буравил его своими проницательными чёрными глазами, и в какой-то момент Гарри показалось, что он чувствует исходящую от пса тоску и неясную нежность. Автобус подъехал, взвизгнув тормозами. Гарри резко встал и забежал, на бегу оплачивая проезд. Пёс смотрел ему вслед, и мальчик поспешил отвернуться. Гарри шёл мимо старых унылых покосившихся домиков Паучьего тупика, чьи окна недружелюбно осматривали чужака, посмевшего оказаться на улице в столь поздний час. Наконец подойдя к знакомому чёрному и пугающему зданию, Гарри с облегчением вздохнул. Незаметно для него самого, мальчишеские губы растянулись в улыбке при виде света, пробивавшегося из-за задёрнутых штор. Мальчик вошёл во двор, отворяя скрипящую калитку, и неуверенно постучал по двери. Профессор Снейп встретил его, запахнувшись в длинные полы чёрного халата и недоумённо вздёрнув брови. - Гарри? Что-то произошло? Мальчик без слов отпустил ручку чемодана и прижался к мужчине, крепко обнимая. Он так замёрз, устал и вымотался за этот день, а злые слова тёти вновь заставили его чувствовать себя никому ненужным и одиноким. Профессор был тёплый, его руки нежно гладили Гарри по спине, а его неподдельное беспокойство, слышимое в голосе, заставило Гарри наконец спокойно выдохнуть впервые за неделю. - Я знаю, что это н-невежливо, но можно я у Вас п-поживу? К нам приехала р-родственница, и она невыносимая м-магла… Только и делает, что называет м-меня придурком. - Конечно, можно. Ты голодный? У меня осталась шарлотка. Гарри улыбнулся. Он был рад, что в его жизни есть человек, который без лишних слов был готов принять его к себе. Он послушно съел шарлотку, выпил молоко и отправился спать. Профессор постелил ему диван на втором этаже, в крохотной комнатке с круглым окном, но Гарри был рад даже такому скромному пристанищу, лишь бы не возвращаться обратно на Тисовую улицу. Мальчик без сил свалился на кровать и мгновенно заснул. Зашедший пожелать доброй ночи Снейп только устало вздохнул, задёрнул шторы, аккуратно снял с Гарри очки и укрыл его одеялом. Жизнь в Паучьем тупике была спокойной и размеренной, как в гостиной Хафлпафа. Каждое утро Гарри пил чашку какао, а профессор – кофе. Они ходили за покупками на небольшой магловский рынок, Снейп учил его новым рецептам зелий, разрешая пользоваться своей личной лабораторией. Гарри нравилось следить за сосредоточенным профессором, который с лёгкой небрежностью профессионала кидал в котёл ингредиенты и внимательно следил за реакцией. Иногда Гарри брал книги из небольшого книжного шкафа профессора и изучал магический мир. Вечером они гуляли, уходя в пшеничное поле на окраине города, к старой мельнице, где могли часами сидеть на пледе и разговаривать. Эти дни не были наполнены яркими событиями, но однозначно стали дорогими воспоминаниями для них обоих. Гарри даже упросил Снейпа сделать им совместное колдофото, после чего бережно вставил его в альбом к другим фотографиям с родителями и друзьями. Подошло время отправляться в Малфой-мэнор. Гарри встретил огромный особняк, древние стены которого хранили приятную прохладу даже в самые жаркие августовские деньки. А ещё эти стены хранили тайны. Гарри вместе с Драко и Луной, которая, оказывается, тоже получила приглашение, исследовали тайные ходы и скрытые двери, рылись на пыльном старом чердаке, болтали с портретами целых поколений Малфоев, пугали павлинов, катались на качелях в яблоневом саду, прыгали на огромных кроватях с балдахинами, устраивали пикники в виноградниках и ловили лягушек у небольшого озера. Нарцисса Малфой оказалась миниатюрной красивой женщиной с блондинистыми локонами густых волос и проницательными тёмно-карими глазами. Она каждый день работала в саду, и ребята помогали ей ухаживать за розами и кустами малины. Днём она всегда делала им холодный вишнёвый сок, а вечером играла на фортепиано. Иногда они играли вместе с Драко, и Гарри заворожено смотрел на мать и сына, становившихся в такие моменты единым целым. Мэнор наполнился топотом ног о паркет, звонким смехом и разговорами до ночи, и было видно, что миссис Малфой тихо радовалась такому оживлению. Иногда она расспрашивала Гарри о его детстве и увлечениях, нежно перебирая его непослушные кудри, и он представлял, будто это мама Лили гладила его по голове. Иногда Нарцисса уводила Луну, и целый день они примеряли наряды и украшения в отдельной гардеробной, а потом устраивали целый модный показ. Мистер Малфой же первое время сидел в кабинете и только здоровался с друзьями сына за завтраком, но уже к концу недели Люциус проводил свои вечера в общей гостиной, покачиваясь в кресле-качалке, и наблюдал за тем, как Драко учит Гарри и Луну танцевать вальс. Потом он стал сидеть с ними в саду, пока дети летали на мётлах, осматривая близлежащие поля и выискивая зайцев, петляющих между рапсом. А потом Гарри обнаружил мистера Малфоя сидящим на полу в комнате Луны, в то время как сама Лавгуд с особым старанием вплетала в его роскошные белые волосы разноцветные ленты и бусины. Гарри так и замер, увидев такую картину. Всегда невозмутимый и сдержанный мистер Малфой неловко сидел на ковре, пока Луна кружила над ним и без остановки щебетала о своих любимых мозгомышах. На секунду Гарри показалось, что Люциус улыбается и смотрит на девочку с теплотой в глазах. Мальчик хихикнул и поспешил найти Драко. Лето в мэноре было шумным, пахнущим печеньями миссис Малфой и наполненным долгими бессонными ночами, когда Драко доставал свой телескоп, и они исследовали ночное небо по старинному атласу семейства Блэков. Гарри был счастлив.

***

Снейп зло скомкал газету, в которой сообщалось о побеге Сириуса Блэка из Азкабана. Это было плохой новостью, очень плохой. Северусу было глубоко наплевать на самого Блэка, но если он что-то сделает Гарри… В общем, Снейп за себя не ручался. Посидев некоторое время в напряжённой тишине, мужчина всё-таки стал спешно собираться – ему был необходим совет, ещё одна светлая голова, чтобы понять, что делать с Блэком, потому что Снейп понимал – его отношение к этой ситуации предвзятое и ни о какой объективности речи быть не может. Азалия жила в магловском районе Лондона – он уже бывал этим летом у неё в гостях и даже умудрился разговориться с Невиллом, который наконец перестал делать испуганное лицо в его присутствии. Так что мужчине пришлось аппарировать в небольшой тупичок между домами, а уже потом находить нужный подъезд и этаж. Коротко постучавшись и услышав неразборчивое «войдите», Снейп решительно распахнул дверь и прошёл вглубь квартиры. И застыл. Мисс Лонгботтом сидела в гостиной на полу в одном бюстгалтере и коротких шортах, копошась в каких-то деталях. Рядом с ней стоял включённый вентилятор, который, впрочем, не сильно помогал. В комнате стояла ужасная жара, но раскрасневшаяся женщина продолжала упорно работать, не обращая внимания на многочисленные неудобства. Подняв голову, она коротко улыбнулась и сказала: - Жарковато сегодня, да? Если хотите, можете взять мороженное из холодильника. Кондиционер сломался, пришлось отправлять Невилла к бабушке и доставать этого старичка. Она кивнула на вентилятор. Снейп заторможено присел, стараясь не смотреть в сторону Азалии, и пробормотал: - Использовали бы заклинание Охлаждения… Азалия недовольно сморщилась и покачала головой. - Из-за магии потом телевизор барахлит. А мне передача про миграцию слонов дороже. Да и мастер обещал сегодня приехать и починить мой кондей… Вы просто зашли или по делу? Снейп всё же сходил за мороженным, и только после этого мрачно оповестил: - Сириус Блэк сбежал из Азкабана. Азалия выронила детали нового артефакта из рук, а из соседней комнаты прилетел Реддл с горящими глазами. Видимо ему было довольно скучно в четырёх стенах. Мисс Лонгботтом отложила свою работу и резюмировала: - Это плохо. Гарри знает? - Нет. - Ему нужно рассказать. Мы не можем знать, что у Блэка на уме. Спустя столько лет в Азкабане он наверняка повредился умом. Так что надо обезопасить Гарри. - М, Вы правы. Видимо Азалия всё же услышала в его голосе странные нотки и, приподняв бровь, посмотрела на Снейпа. Несколько минут они провели в напряжённой борьбе взглядов, после чего ведьма неуверенно произнесла: - Он был придурком в школьные годы, но… Неужели был предателем? Вы об этом думаете? Снейп вздохнул и потёр виски. Он уже много лет думал о той ночи на Хеллоуин, когда его жизнь круто развернулась. Чтобы избавиться от чувства вины, ему иногда хотелось злиться на Блэка, выдавшего собственных друзей Тёмному Лорду, и всё же даже у Снейпа, чей разум был затуманен болью и горем, закрадывались сомнения насчёт виновности Сириуса. Да, он был подонком. Возможно, он даже был худшим кошмаром Северуса. Но разве этот человек, смотревший на Джеймса Поттера взглядом преданного пса, мог выдать своих друзей? Быть врагом Сириуса Блэка ужасно. Но если ты его друг… Он готов разорвать за тебя другим глотки. В этом они были похожи с Северусом, и, наверное, Снейп так ненавидел этого человека как раз из-за этого сходства. - Я не знаю, что думать. Он сам чистосердечно признался, все факты были против него. Мне не нравится этот человек. Я ненавижу его и возможно я даже был рад, что он попал в тюрьму. Но я не знаю, виновен ли он. Это странно, да? Что я не верю, будто Сириус Блэк не законченный псих? Азалия пожала плечами. - Это не странно. Это всего лишь говорит о том, что Вы взрослый человек, способный смотреть на вещи вокруг чуть шире, чем через оконную форточку. За это я Вас и уважаю. Она неловко улыбнулась, отводя глаза в сторону. Где-то на заднем плане фыркнул Том и пропал в стене. Снейп кашлянул. Азалия сказала: - Может, сходим пообедать? Не могу сидеть в такой духоте. - Я подожду в коридоре. - Да, хорошо. Снейп сел на маленький пуфик и взглянул в огромное зеркало в полный рост. Он увидел свой слегка рассеянный взгляд и противоестественную для него мягкую улыбку. Вздрогнул. С чего бы ему улыбаться?

***

Гарри вместе с Луной и Драко в компании Нарциссы Малфой шёл по Диагон аллее. Письмо из Хогвартса на предстоящий учебный год наконец пришло, и всем им необходимо было прикупить всё необходимое для школы. Радовало, что в этом году в списке не значились книги Локхарта, а Гарри, к своему привеликому удовольствию, увидел строчку с книгами по артефакторике, рунам и нумерологии, на которые он записался ещё в конце прошлого года. Ему не терпелось попасть на урок тёти Лии. Расплатившись с продавцом, мальчик приметил в дальнем конце лавки рыжую макушку Рона. Недолго думая, Гарри поспешил поздороваться со своим гриффиндорским другом и удивлённо уставился на его загорелую веснушчатую физиономию. Гарри знал, что семья Уизли выиграла поездку в Египет, но не ожидал увидеть Рона таким. - Ну, как т-тебе Египет? П-понравилось? Рон улыбнулся и активно закивал. Около получаса он распинался о пирамидах и вкусном арабском кофе, пока Гарри не почувствовал, как на его плечи легла чья-то ласковая рука. - Тётя Лия! Азалия Лонгботтом, как всегда облачённая в свой любимый красный цвет – на этот раз это была юбка вишнёвого цвета и строгая алая рубашка, ласково смотрела на него. - Отдохнул за лето, Гарри? Невилл сказал, что оно у тебя было насыщенным! - Лия! Невилл, выглядывающий из-за её спины слегка сморщился, из-за чего его тётя только рассмеялась и потрепала племянника по голове. И только сейчас Гарри, обрадованный долгожданной встречей, заметил ещё одно лицо, зашедшее вместе с Лонгботтомами – это был Северус Снейп. В отличии от тёти Лии он выглядел более мрачным и встревоженным, и у Гарри появилось нехорошее предчувствие. Оно оправдалось. Стоило Невиллу пойти выбирать книги вместе с Молли Уизли и её детьми, как Азалия, воровато оглянувшись по сторонам, прошептала Гарри: - Нам нужно поговорить с тобой, милый. С глазу на глаз. - Хорошо. К-куда мы пойдём? Гарри проследовал за взрослыми на второй этаж. Усевшись за небольшой столик между стеллажами и накрыв себя непроницаемым куполом Заглушающих Чар, тётя Лия и профессор Снейп как никогда серьёзно посмотрели на Гарри, из-за чего тот поёжился и стал думать, не провинился ли он где-то. Женщина обратилась к нему: - Гарри, милый, ты читал новость о том, что некий Сириус Блэк сбежал из Азкабана? Мальчик кивнул. - Миссис Малфой р-рассказала. Блэк её двоюродный брат. И в-вроде как был пособником Воландеморта. Думаете, он сбежал, чтобы убить м-меня? Гарри не был глупым. Тем более, эту новость они уже вдоль и поперёк обсудили с Луной и Драко и пришли к выводу, что других причин для побега Блэка не существует. Снейп на это заявление ещё больше нахмурился. Сказал: - То, что он был слугой – большой вопрос. Есть другое обстоятельство, о котором нужно сказать. Он твой крёстный, Гарри. Лучший друг твоих родителей. И по решению Визенгамота именно он сдал ваше местонахождение в Годриковой впадине Тёмному лорду. Я не знаю, так ли всё было на самом деле, но в любом случае будь осторожен. Блэк и до Азкабана был невменяемым, а уж теперь… Гарри кивнул, закусывая щёку изнутри. Да, неприятная история выходила. Он пока не мог с точностью сказать, что именно испытывает к этому человеку, только знал одно – тётя Лия и Снейп искренне за него переживают, и он постарается сделать всё, чтобы они не волновались о нём. Посидев немного в гнетущей тишине, Азалия внезапно тряхнула головой и вскрикнула: - Отставить грусть! Между прочим, Гарри, я видела твою запись ко мне на занятия, я очень рада. Будет весело! И вообще, в этом году столько всего интересного будет. Хогсмит, например… Кстати, тебе подписали разрешение на Хогсмит? Гарри грустно достал из кармана джинс слегка смятый листик-соглашение на посещение волшебной деревни. Так как он сбежал от Дурслей, никто из них конечно бы не стал подписывать, а других опекунов у Гарри не было. Внезапно тётя Лия выхватила у него из рук разрешение и, выудив откуда-то из копны волос обычную магловскую ручку, быстро поставила свою размашистую подпись. Торжественно вручив лист Гарри, она заговорщецки подмигнула ему и сказала: - Это будет наш малюсенький секретик. Вы ведь нас не сдадите, профессор Снейп? - Посмотрим на ваше поведение, профессор Лонгботтом. Она закатила глаза и шепнула Гарри на ухо: - Вечно он так… Скукотища. - Вообще-то я всё слышу. Гарри прижимал к груди разрешение и смеялся, глядя на двух таких важных для него людей. Какие бы странности с ним не происходили, сколько бы раз не возвращался Воландеморт, как бы часто не сбегали из Азкабана Пожиратели, он знал одно – его обязательно защитят, во что бы то ни стало. И это было главное.