Миротворец

Незаметно для студентов наступил Хеллоуин. Как и в прошлом году Гарри решил не пойти на праздничный ужин, и после очередного собрания кружка умников, он отправился бродить по замку. Гарри нравилось рассматривать портреты и разговаривать с ними. Нравилось наблюдать, как на начищенных до блеска доспехах сверкает пламя от факелов. Его завораживали виды на окрестности из больших витражных окон, и ему нравилось слушать свист ветра, гуляющего по пустынным коридорам. Иногда Гарри казалось, что замок дышит и даже что-то шепчет, какие-то свои тайны, доступные не каждому. Мальчик остановился, пытаясь прислушаться к эфемерному голосу, но, внезапно, довольно чётко услышал: - Убииииить, я хочу убиииииить… Вздрогнув, Гарри осмотрелся, но в коридоре никого не было. Голос вновь произнёс: - Убиииииить, я должен убииииить… Сообразив, что голос говорит будто из стен, Гарри поспешил последовать за ним. Он чувствовал приближение чего-то нехорошего, но находясь под каким-то странным наваждением, которое уже посещало его в прошлом году во время убийства Квирела, он следовал за голосом и лихорадочно думал о том, что будет ждать его в конце пути. Это оказался коридор рядом с Большим залом. Пол был залит водой, и Гарри даже вначале и не обратил внимание на огромную надпись на стене, написанную чем-то красным: «Враги наследника трепещите! Тайная комната вновь открыта!» Очевидно, что послание было написано кровью. Гарри отступил, чуть не споткнувшись, но потом увидел то, что окончательно его поразило – на стойке для факелов висела на собственном хвосте бесчувственная миссис Норрис! Никаких тёплых чувств Гарри к ней не испытывал, но то, что сотворили с животным… Было по истине ужасным. Как по заказу в это время двери в Большой зал отворились, и студенты высыпались в коридор, сытые и хохочущие. Первые, завидев Гарри, тут же остановились и с ужасом уставились на стену и кошку. Филч, растолкавший всех, протиснулся вперёд и с диким воем подлетел к Гарри. - Ты убил мою кошку! Убийца! Ты за это ответишь! Он орал на Гарри и тряс его, из-за чего с мальчика чуть не слетели очки. Он хотел было что-то сказать, возразить, но эти руки, сжимающие его железной хваткой, напомнили ему дядю Вернона, и Гарри сковал страх. Ему стало отчаянно не хватать воздуха, и держался на ногах он только благодаря Филчу. Гарри закрыл глаза и стал еле слышно лепетать «я н-ничего не делал, я н-ничего не делал…» и даже не заметил, как тряска прекратилась, и кто-то осторожно прижал его к себе, мягко поглаживая. - Филч, вы идиот, скажите на милость?! Вы что, действительно думаете, что второкурсник мог прибить вашу облезлую кошку и нарисовать непонятно откуда взявшейся кровью граффити?! Я не позволю вам тут вершить самосуд! Это был голос тёти Лии, раздававшейся прямо над ухом Гарри. Так вот кто его обнял… Откуда-то сбоку послышался спокойный голос директора: - Всех прошу разойтись по своим общежитиям. Немедленно. А ваша кошка, мистер Филч, лишь окаменела. Мы расколдуем её, не переживайте. Тётя Лия присела на корточки, тревожно разглядывая Гарри. Мальчик с ужасом воскликнул: - Я н-ничего не делал! Азалия, снисходительно улыбнувшись, кивнула. - Я знаю, Гарри, знаю. Расскажи, что ты видел. Гарри, увидев, столько преподавательских глаз обращены на него, поёжился. Ему бы следовало рассказать про голос, но ему не хотелось, чтобы кто-то, кроме тёти Азалии и Снейпа знали об этом. Может, он действительно лишь переутомился, а другие подумают, что он сумасшедший. - Я п-просто шёл, чтобы в-встретить ребят, а потом у-увидел это… Я правда не знаю, что с-случилось… Не добившись от Гарри никаких внятных объяснений, его отпустили. До общежития его провожала декан, необычно хмурая и сосредоточенная. - Скажите, профессор, вы знаете, что происходит? Спраут виновато пожала плечами. - Если бы, Гарри, если бы… Для меня происходящее кажется каким-то дешёвым магловским ужастиком. Я попрошу вас, ребята, стараться ходить вместе. Что-то мне подсказывает, что на одной только миссис Норрис этот «наследник» не остановится. Ты меня понял, Гарри? - Да, мисс. - Тогда беги отдыхать. Отдохнуть у Гарри не получилось. Вместе с друзьями они до самой ночи просидели в гостиной и пытались предположить, что же всё-таки произошло. О странных голосах в стенах Гарри промолчал. Хотя, может и не стоило…

***

Снейп преспокойно попивал свой чай, слушая, как профессор Лонгботтом препирается с директором. После произошедшего около Большого зала, Дамблдор собрал срочный педсовет. Из его слов выходило, что преподаватели просто не должны создавать панику и постараться внушить детям, что лучше им не бродить в одиночку по школе. Конечно, преподавателя Артефакторики это не устроило. - Почему мы должны пустить всё на самотёк?! А если кто-то ещё пострадает?! - Азалия, послушай… И так уже продолжалось около часа. Снейп отлично понимал, что пока не возникнет прямая опасность ученикам, директор не будет вмешиваться, поэтому терпеливо ждал, когда эта баталия закончится. И она и правда закончилась, когда мисс Лонгботтом уже устала кричать и, усевшись на своё место, демонстративно скрестила руки на груди. Злая, она яростно сдувала со лба чёлку и буравила Дамблдора самым своим уничижительным взглядом. Сказав ещё пару слов, директор отпустил всех и ушёл сам. Снейп тоже собирался направиться в подземелья и переговорить со старостами, но увидев, что Азалия продолжает сидеть на своём месте, тяжело дыша, вздохнул и остался. Навёл успокаивающего сбора из теплиц Спраут и уселся рядом, как ни в чём не бывало. - Вы сейчас взорвётесь, Лонгботтом. - Вам-то какая разница, Снейп? Мужчина приподнял брови. Ну, начинается… - Вы же понимаете, что Дамблдор просто не хочет разводит панику раньше времени. Школе это не выгодно. Беспокойные родители наверняка попросят забрать детей, директор будет писать отчёты, вся учебная деятельность пойдёт коту под хвост, и не известно, смогут ли что-то обнаружить авроры, которых обязательно вызовут для протокола. Всё, что мы можем в данных обстоятельствах, это действительно ждать и следить за студентами. - Дурацкие обстоятельства… Азалия, мрачно смотря перед собой, наконец взяла чашку в руки, угрюмо отпивая предложенный напиток. Немного успокоившись, она произнесла: - Может, я и правда слишком остро реагирую, но… Вы же видели Гарри? Он был такой бледный и такой напуганный. Я хотела разорвать Филча на части. Снейп ухмыльнулся. - В Вас проснулся материнский инстинкт? - О, Вы шутить изволите! Конечно, нет. Откуда ему у меня взяться? Я всегда считала, что не слишком подхожу на роль матери, учитывая какое у меня было воспитание. Азалия улыбалась каким-то своим мыслям, высматривая что-то на дне кружки. Её чёлка находилась в полнейшем хаусе, помада давно была съедена. Её расслабленная уставшая фигура в свете свечей казалась необычайно хрупкой и будто готовой вот-вот раствориться. Снейп, словно видя её впервые, смотрел на свою коллегу, силясь понять, всерьёз ли она произнесла свои слова. За этот год она бесчисленное количество раз беспокоилась не только за Невилла, но и за других студентов, отстаивала их права перед руководством и нещадно боролась с небрежным отношением к их здоровью. И она хочет сказать, что не годиться в матери? Смешно! - Вы будете хорошей матерью. Странно, что Вы считаете иначе. Азалия улыбнулась. - Приятно слышать это от Вас, профессор Снейп. - Почему же? - Вы всегда говорите то, что действительно думаете, не приукрашивая. Да и вообще. Просто приятно узнать мнение мужчины по этому вопросу. Боюсь, что даже если я и надумаю родить, с поиском отца могут возникнуть проблемы. Вы и сами знаете, что меня не каждый вытерпит. Снейп кивнул, соглашаясь. Впрочем, добавил: - Нельзя нравиться всем подряд. А настоящие ценители, поверьте мне, найдутся. Женщина хитро улыбнулась - это не предвещало ничего хорошего. Произнесла: - О, ну, конечно. Вот я Ваш самый искренний и преданный ценитель! И я всё ещё задумываюсь над созданием фанклуба… Дадите мне автограф? Снейп закатил глаза. - Пейте свою ромашку, Лонгботтом. Иначе я отправлю Вас в Мунго с подозрением на сотрясение мозга. - Да всё-всё, умолкаю… Вздохнув, Снейп подумал о том, что ему бы тоже не мешало выпить чего-нибудь успокаивающего. Эта ведьма точно его когда-нибудь доведёт!