Аконитов цвет

На рассвете, когда луна утратила свою силу, Примула смогла снова принять человеческое обличье. Обратное превращение также сопровождалось болью, а ещё ей моментально стало холодно - сказалась худоба, разница температуры тела человека и зверя, неотапливаемое помещение, сквозняки. Зимой наверняка будет ещё хуже, но Прим хватило и этого, чтобы отчаянно застучать зубами и первым делом дрожащими руками наложить на себя согревающие чары. Она куталась в плед, торопливо подбирая с пола босые ноги, сотрясаясь от озноба, и только когда тело перестало противно скручивать судорогами, она смогла приподняться и одеться. Выбравшись из-под Ивы, она поплелась к заднему входу в замок, направляясь прямиком в Больничное крыло. Дверь открыл Филч, который отчаянно зевал, и ей стало неловко - побеспокоила человека, который мог спать ещё как минимум час. - Доброе утро, мистер Филч, - пробормотала она, старательно вытирая ноги о коврик. - Доброе, профессор Люпин, - прекращая зевать, отозвался он. - Мне говорили, вы дежурите в полнолуния на улице. Неужто дементоров не хватает? - Как раз от них и охраняю, - ответила Прим, хватаясь за ложь, как за удобную отговорку. - Луна сильна, и они тоже. - Они и днëм не подарок, - согласно закивал старик. - То-то вы с лица спали, выглядите худо. - Уже иду к мадам Помфри, - успокоила его Прим, и, отказавшись от сопровождения, медленно побрела в указанном направлении. Поппи тут же переодела Примулу в больничную пижаму, обработала свежие раны, оставленные когтями, влила в пациентку несколько зелий и уложила в постель. Медведьма действовала молча, весьма решительно и деловито. Было заметно, что у неё имелся опыт, и работала она в перчатках, тут же уничтожая перевязочный материал со следами крови. Заражение идëт через слюну оборотня, но Помфри профессионал, она не давала заразе ни малейшего способа распространения. Сколько раз она лечила царапины маленькой гриффиндорки Прим Люпин, когда той было одиннадцать? И в тот период зелий не было, значит и последствия для здоровья должны быть серьëзнее. Но кроме Снейпа, который пострадал от лап оборотня из-за своего любопытства, за все годы обучения больше никто опасности не подвергался, заражëнных не было, и это подтверждало, что школьный медик ответственно выполняла свою работу. От усталости голова кружилась вместе с комнатой, и Примула не была уверена, что сможет к вечеру подняться на ноги. Обороты истощали, неудивительно, что Люпин почти не покидала своих комнат - в этот период она становилась беспомощной и слабой, как щенок. Интересно, как другие переживают эти периоды? Или оборотни по рождению переносят полнолуния легче? Ей сложно было судить, не накопив опыта. Пробормотав слова благодарности, Прим задремала, а проснулась уже ближе к обеду, когда солнце настойчиво согревало лицо, а ещё настойчивее было ощущение чужого взгляда. Она принюхалась, приоткрыла один глаз и вежливо поздоровалась: - Доброго утра, Северус. Что ты здесь делаешь в такую рань? - Половина одиннадцатого. Может, достаточно вам спать? Примула нахмурилась, прислушиваясь к внутренним ощущениям, и отрицательно мотнула головой: - Недостаточно. Буду спать ещё. Спасибо, что навестили. - Погоди, - к ней приближалась мадам Помфри с подносом. - Поешь, потом спи дальше. Прим грустно посмотрела на тарелку с куриной отбивной, пюре и овощами, понимая, что есть не хочет, но и медведьма выразилась вполне определëнно, ещё и посмотрела грозно, придавая словам веса. Пришлось браться за вилку. - Так по какому вопросу вы здесь, коллега? - спросила она у Снейпа, отправляя в рот кусочек брокколи. - Наблюдаю из научного интереса. Мне интересно, как действует сваренное мною зелье. - И как? - Действует, - он раздражëнно нахмурился, но не уходил. - Будете писать статью, меня в соавторы укажите, - нахально попросила Прим. - С чего бы? И не подумаю! Ты же не зельевар, Люпин, а… - Подопытная крыса… э-э… мышь. Люпинотуум. - Подтвердила она, замечая, что раздраконенный зельевар опять позабыл про вежливость и скатился на «ты». - К твоему сведению, я не собираюсь извиняться, что осуществляю наблюдения и делаю записи. Это моя работа! - Точно, как и визиты в логово оборотней в полнолуние. В должностной инструкции зельеваров так и написано: «Действенность зелий испытывать на себе, с каковой целью давать себя змиям кусати, оборотням лизати да василискам в зыркала глядети». - Не утрируй, - он недовольно сложил руки на груди, будто защищался. Примула развеселилась. - Звучит, как отговорка. Я и не знала, что ты любитель мохнатых кошкодевочек, Северус, - подколола она, дожëвывая кусочек отбивной. Тело болело и аппетит не появился, но распоряжения врача необходимо выполнять. - Ты же не кошка, - скептически указал он. - Вот именно, я невнятная волосатая страхоедина, - удручённо кивнула Прим. - Не такой уж я и страшный. - Так я тебя и не доела, - автоматически отозвалась она, мысленно недоумевая - он что сейчас, скаламбурил? Волчьи нелепые шуточки в стиле самой Прим - явно не в духе строгого Мастера зелий. Надо срочно отнимать и прятать ключи от каламбурошной, второго такого же шутника Хогвартс не вынесет. Она отложила приборы и спросила: - Кажется, полнолуние продлится ещё день? - Два, - сурово поправила её мадам Помфри, подходя и забирая поднос с посудой. - И день на восстановление. Понаблюдав, как Примула закутывается в одеяло, Снейп кивнул и удалился. Страхом от него уже почти не пахло, зато любопытства прибавилось. Ну, пусть изучает. Главное, чтобы не решил отпилить себе кусочек оборотнятины на опыты. Она зевнула и снова задремала. Вторая и третья ночь прошли без особых изменений, разве что без гостей. Прим брала с собой толстое пуховое одеяло, но всё равно в первые минуты после оборота неимоверно мëрзла. Ползать в хижину с каждым днём становилось сложнее, но она не могла позволить себе дать слабину. Коротать время в кабинете, в неком подобии комфорта, наверняка было бы удобнее, но для неё главным оставалась чужая безопасность. Потерпит. Зато Филч выдал Прим запасной ключ и теперь она могла входить сама, не беспокоя завхоза стуком по утрам. В первый день появившись в Большом зале после болезни, она уселась на привычное место, кивая соседям по столу. - Примула, кинд, ви ист ире гесунтхайд*? - заботливо спросила Макгонагалл. Прим предположила, что профессор интересуется её здоровьем, поэтому храбро брякнула: - Гут! Вряд ли её с таким выражением лица спрашивают о погоде, а немецкий она так и не учила. Судя по тому, как Минерва кивнула, принимаясь за еду, Прим угадала. Снейп, усаживаясь по соседству, спросил: - Велхе фарбе хат дер блауэ хамме? - И тебе гут, Северус, - недовольно проворчала Прим. - Я спросил: «Какого цвета голубой молоток?». Вы и правда ничего не смыслите в немецком. - Ну и кто после этого «подлиза»? Как будет «молоток» на гоблинском? - Понятия не имею, - он развëл руками. - «Молоток» будет звучать так, - оборачиваясь к ним, просветил чересчур ушастый Флитвик, издав странный звук, что-то между чиханием и рычанием. - Но если ошибиться в тональности, получится ругательство. Вы же не хотите нарваться на кровную месть? - Он улыбнулся весело и весьма зубасто. - Сочувствую переводчикам, - искренне сказала Прим. - Думаете, почему было столько гоблинских восстаний? Очень много наших слов можно произнести, как ругательства, а люди постоянно ошибались. Оценив выражение лица Примулы, полугоблин снова хихикнул и вернулся к беседе с Помоной. - Сам учи гоббледук, я еще пожить хочу, - прошептала она зельевару, принимаясь за остывшую кашу. Тот фыркнул, а после кисло поинтересовался: - И как ты догадалась, что я буду проходить на занятиях оборотней? Мне не улыбалось рассказывать пуффендуйцам про тануки, как бы Аббот меня об этом ни упрашивала. - Всё просто. Ты, Северус, категорически предсказуемый. Если можно сделать гадость - никогда не откажешь себе в этом удовольствии. Он неопределëнно повëл вилкой, будто оценил высказывание, решал, стоит ли обижаться и посчитал его в некотором роде логичным, поэтому возражать не стал, а молча занялся сосисками. Расправившись с кашей, Примула отпила кофе и развернула лежащую у руки газету. На развороте красовалась фотография поджарого блондина в очках, с аккуратной бородкой и цепким взглядом, который спрашивал что-то у коротышки в котелке на фоне весьма приметного фонтана в атриуме Министерства. - Кто этот горячий мужчина? - Ричард Скитер, - глянув на страницу, недовольно отозвался Снейп. - Та ещё гиена. Не советую связываться, Люпин, если не хочешь, чтобы твоё мохнатое бельё полоскали на первой странице «Пророка». - Ричард, значит, - протянула Прим. - Выглядит аппетитно… Она так и не поняла, по какому принципу тут распределялись роли. Почему она - женщина, Скитер - мужчина, а Минерва Макгонагалл - этническая немка. В разрезе собственного существования это уже даже не особо волновало, просто казалось любопытным. - Разумеется, представителей семейства собачьих всегда тянет к вонючей противной гадости, - охотно согласился чрезвычайно довольный Снейп, тут же сбегая и не дожидаясь, пока Прим в отместку его стукнет. - Как мало человеку надо для счастья, - покачала она головой, спокойно допивая кофе. Нельзя же так радоваться, оставив за собой последнее слово в обмене колкостями. Будто подарок на Рождество получил. Отправляясь на урок к пятикурсникам, она одновременно пыталась вспомнить, на чëм они остановились, и раздумывала, что делать дальше. Проблем меньше не становилось, в конце октября Блэк проберëтся в школу. А сама Прим в это время, скорее всего, будет чесать себе ухо задней левой лапой. Как некстати. И Питер, крыса, до сих пор в замке. Может - ну его, пусть детишки сами разбираются? Зачем лезть в сюжет, отнимать у них всё веселье? Пока история движется по канону, Малфой расхаживает с повязкой на руке, Хагрид рыдает. Усевшись на стул, она почесала нос и чихнула. Нюх уже терял остроту, но набор навозных бомб в карманах близнецов Уизли было сложно не учуять. Точно, карта! Прим глянула на братьев так кровожадно, едва не облизнувшись, что те с опаской переглянулись, пожимая плечами. - Итак. Келпи, - хлопком в ладоши устанавливая тишину, начала лекцию Примула. Посторонние дела могут подождать. - Водные лошади, любители человечины. Причина, почему не стоит тянуть руки к первой встреченной коняшке с криком: «Лоша-а-адка!». Запомните, это может быть совсем не лошадка! Как только колокол прозвенел, Фред и Джордж предприняли попытку слинять, но их остановил вкрадчивый, довольный окрик преподавательницы: - А вас, Уизли, я попрошу остаться… Когда близнецы, понурившись, подошли к ней, Прим указала на стол: - Боеприпасы сдать. - Профессор Люпин… - Это не то, что вы думаете… - Да мы вовсе и не храним ничего запрещëнного… - Всё в рамках магического законодательства… Заговорили они, как обычно, продолжая предложения друг за другом. - За навозные бомбы в Азкабан не сажают. Но я очень восприимчива к сильным ароматам. И если в коридорах будет вонять, я очень. Очень. Рассержусь. Вы же не хотите, чтобы я сердилась? Братья снова пожали плечами. Они пока не видели Примулу в гневе и не могли предполагать, чего от неё ждать. Но решили не дразнить волков и выложили бомбы из карманов. - Только осторожнее, они могут сработать, если дëрнуть за верëвку, - предупредил более осторожный Джордж. Видимо, он решил, что профессор не умеет ими пользоваться. Прим задумчиво выбрала один из сероватых шариков, размером с теннисный мяч, пару раз подбросила и поймала. - Какашечные шутки - классика. От первобытных приматов до современных подростков - все в восторге… - Уизли следили за полëтом бомбы зачарованными глазами, видимо, уже представляя, какой бардак образуется, если Прим её уронит. Хотя это вряд ли. Навозная бомба пахла так, что она могла поймать её с закрытыми глазами. Нужно будет после помыть руки. И впредь выпендриваться поменьше. - Нас накажут? - поинтересовался Фред, когда Примула отложила опасную игрушку. - За это? Никто не пострадал, можно и закрыть глаза на контрабанду. Но вот карту Мародеров я у вас заберу. - Откуда вы узнали? - Как? - Вы не можете! - хором и весьма расстроенно заявили они. - Хотелось бы вернуть свою собственность… по праву создателя, - дружелюбно улыбнулась Прим. - Будем знакомы: я Лунатик. Сперва она думала подождать и позволить передать карту Гарри, чтобы тот устроил себе прогулку в Хогсмид. Но желание завладеть артефактом пересилило. О подземном ходе ему могут шепнуть и так, а знать, где находятся враги, будет полезно. - Вы взаправду Мародëр? - Фред вынимал пергамент из кармана, но по лицу его было заметно замешательство и волнение. Прим легонько улыбнулась, без слов касаясь палочкой Карты, и та послушно развернулась, расчерчиваясь дорожками следов и тонкими линиями коридоров. - Как педагог я не могу одобрить ваши шалости. Но, в то же время, горжусь, что у нас подросла достойная смена. Смогли сами подобрать пароль - молодцы. - Мы равнялись на лучших, - с вызовом сообщил Джордж. - Профессор Лунатик, мэм. Она предостерегающе погрозила пальцем, укоризненно покачивая головой. - Пусть это будет нашим маленьким секретом. Оставив близнецам пару автографов, она дождалась, пока они уйдут, помыла руки, протëрла палочку и склонилась над картой. Вот Гермиона идет на урок древних рун… и ещё одна Гермиона подпирает стену возле кабинета трансфигурации. Гарри и Рон с ней, там же отмечен Питер. Прим ощутила, как ей внезапно захотелось сырого мяса и представила, как косточки Петтигрю будут сладко похрустывать на её клыках. Нахмурившись, гневно ущипнула себя, напоминая, что она не чудовище, но гнев уже поднялся внутри, распустился плетями. В её новом теле слишком много звериного. Сглотнув, она погасила рык, который рождался в глубине горла. Грязный предатель. Убийца. Она в своëм праве! Растрепать, уничтожить, чтобы ошмëтки вонючей плешивой шкуры разлетелись в разные стороны. Стоп. Вдох-выдох, Прим. Вдох-выдох. Прим свернула карту, с удивлением заметив, что успела поцарапать ногтями столешницу. Кончики пальцев ныли, но она даже не ощутила боли. Ей придëтся быть очень осторожной, чтобы не стать первым профессором, который сожрал на глазах ученика его ручную крысу. Конечно, это может провернуть и Минерва, но в ней наверняка намного больше благоразумия. Проверять свою выдержку она не хотела. Пусть уже не превращалась в бездумного кровожадного зверя в полнолуние, но хищные необузданные инстинкты оставались, и теперь, испытав весь букет эмоций и впечатлений, с этими дикарскими порывами справляться будет намного сложнее. Похоже, сдать Питера в руки правосудия и не сожрать его в процессе будет тем ещё испытанием. Но она справится. Во всяком случае, Примуле очень хотелось в это верить. _______ *Кинд, ви ист ире гесунтхайд - Дитя, как ваше здоровье?