Хрупкая тишина.

***

Билли. 05:07 Кошмар. Мне снился кошмар. Я просыпалась раза три за ночь. И каждый раз, когда снова засыпала, один и тот же сон повторялся снова и снова. Ужасно. 10:46 Проснулась. Или, может, вовсе и не спала. Я не выспалась от слова совсем. Сил как будто бы не было даже на то, чтобы встать. Я слышала голоса с первого этажа — кажется, они завтракали. — Ладно, я её разбужу, — послышался голос Мэри. Разбудит? Меня, что ли? Я услышала шаги, которые становились всё громче. Мой мозг не придумал ничего лучше, чем притвориться спящей. Я даже не двигалась — просто закрыла глаза. Она постучала, но, не услышав ответа, тихонько открыла дверь и вошла в комнату. — Билли? — я молчу. — Билли, ты проспишь завтрак, — так же тихо сказала она, и, видимо поняв, что меня этим не разбудить, подошла к кровати. Близко. Только не трогай меня. Ненавижу тактильность от не близких мне людей. Она молчала. Стояла надо мной, как над спящей принцессой… ну или над мертвецом. Второй вариант мне больше нравится. Она чуть наклонилась и немного громче произнесла: — Билли, вставай. Ребята уже завтракают. — Ага, щас подойду, — неразборчиво пробормотала я, присев на кровати. Она улыбнулась. Чему, интересно? Но я не спросила, а она просто развернулась и молча вышла из комнаты. Встала. Умылась, расчесалась, спустилась вниз. От светящейся радостью и бодростью Клаудии мне стало не по себе… Как можно улыбаться с самого утра? — Биллс! Садись завтракать! — воскликнула Клау в привычной манере. У ребят были планы, поэтому я решила прогуляться, а потом поехать домой. Мэри, немного странно на меня посмотрев, пошла за мной. 13:00 Мы доехали до дома, и перед самым входом я заметила, что Мэри напряглась. Значит, с родителями она не знакома. Ну, я хоть не одна, с кем она не знакома. — Волнуешься? — Что? А… нет. Идём, — смело. — Как скажешь, — ухмыльнулась я, открывая дверь. — Билли, детка, это ты? — мама выглянула из кухни. Взгляд типа “ты не одна?” и следом вопрос: — Познакомишь? Она с улыбкой подошла к нам. Следом подошёл и папа. — Мам, пап, это Мэри, моя охранница. Мэри, это моя мама — Мэгги и папа — Патрик. Она не успела сказать ни слова, как мама её обняла. Затем она пожала руку Патрику. — Ты такая хорошая! Надеюсь, Билли не давит на тебя? Она у нас с характером. Да что ж такое! Нормальный у меня характер. — Маам, — устало протянула я. — Нет, миссис О’Коннелл, она хорошо себя вела. Они говорят, будто меня тут вообще нет. Будто я непослушный ребёнок! — Ой, прошу, называй меня Мэгги. — Хорошо, как скажете. Я молча ушла в комнату. Настроение было ни к чёрту. — Билли, не забудь про интервью вечером! — напомнила мама. Интервью… Я и забыла. Конечно, перед туром у меня будет интервью. И не одно. Логично, блядь. Дверь открылась, и в неё вошла Мэри. — Что? — Ничего, — она присела рядом со мной на кровать. — Ты в порядке? Я выгнула бровь. — Почему спрашиваешь? Дерьмово выгляжу? — Нет. Отлично выглядишь, только грустно. Утром тоже вела себя тихо. — Я всегда тихая, если ты не заметила. — Когда мы гуляли, ты не была тихой. Скорее воодушевлённой. Я замялась. — Не спала ночью. Оттого и настроение плохое. — А… — Нет. Её вопросительный взгляд впился в мои глаза. — Я не буду тебе рассказывать. Твоя работа заключается в том, чтобы сопровождать меня, а не выслушивать, — я встала. — Да. А ещё моя работа включает в себя много разных пунктов. Например: ходить за тобой, пока меня не отпустят. Я могу уйти только, когда тебе этого захочется. Обязана быть с тобой даже когда ты не на улице. Что немного странно, не замечаешь? Она встала вплотную ко мне, так что я всем телом чувствовала её присутствие, а затылком — её дыхание. Она читала договор. Блядь. Я хотела поставить её в тупик, мол: “ты обязана делать то-то по договору”, — но в тупике оказалась явно не она. — Что. Ты. Делаешь, — я выдохнула последнее слово. Сука! Теперь она думает, что оказывает на меня влияние. Нахуя я вообще задержала дыхание? Билли, что, мать твою, ты творишь? — Это пункт из договора. Разве ты не знала? Она не отходила. Почувствовала власть? Не бывать этому. Я её начальница. По договору. — Я составляла договор и знаю все его пункты, — я повернулась к ней, посмотрела в глаза. В её глазах промелькнуло удивление. Едва уловимое. Но я заметила. — Ты имеешь что-то против? — я поддалась чуть ближе, хотя казалось, уже некуда. Зачем? Я не знаю… — Да, — она не отводила взгляд. Приняла игру? Я мысленно улыбнулась. — Жаль, но ты уже его подписала. Она отвела взгляд. Победа. Я улыбнулась своей победе, чуть склонив голову вбок. Но она посмотрела на меня таким взглядом… таким искренним? Всего за секунду моя улыбка сошла на нет. В её взгляде читалась серьёзность. Или темнота делает атмосферу серьёзнее. В моей комнате всегда темно. — Билли… — это был почти шёпот. Мы снова уловили зрительный контакт, поэтому, когда её взгляд на одну миллисекунду упал ниже моих глаз, я это заметила. Она посмотрела на мои губы. Я резко отстранилась. Глазами размером с яблоко металась взглядом по комнате, пятясь назад. Смотреть куда угодно, только не на неё… Нащупала рукой ручку от двери. — Пойду… спрошу маму насчёт интервью… — и, не теряя времени, пулей ретировалась из комнаты. Бегом зашла в ванную. Отражение в зеркале. Я вся красная, тяжело дышу. Что, мать твою, это было? Я умылась холодной водой и снова глянула на своё отражение. Может, она случайно посмотрела? Не выдержала взгляда, и он случайно упал туда? Я одним глазком видела её данные, которые Дэнни заботливо отправил после встречи. Ей 22 года. Вроде. Она бы не смотрела на подростка. Я всё напридумывала. Но почему в отражении всё ещё красные щеки? Почему сердце до сих пор не успокоилось от этого взгляда? Я не могла настолько сильно испугаться какого-то взгляда. Я — Билли Айлиш, с вечной безэмоциональностью. Я выключила кран. Краснота ещё не сошла. Чёрт. Уже что-то намечается… хехе На самом деле хочу растянуть фик, так что дальше таких eye contact пока что заходить не будем. (Извинитесь.) Хахаха Я заболела, так что у меня, как и у Билли, настроение не к чёрту. Надеюсь, у вас всё хорошо :3