Разжечь и зацвести

      Ино не знала сколько времени провела в гендзюцу, но как только поняла, что это было именно оно, тут же судорожно начала думать, как от него освободиться. Стандартное действие для шиноби, осознавшего, что он попался в гендзюцу — концентрация чакры и техника:       — Развеять, — на удивление, это сработало.       Ино была уверена, что это гендзюцу шарингана, и уже готовилась к тому, что будет находиться в этой темноте очень и очень долго.        Она попыталась осознать, что произошло. С поля битвы с Акацуки её кто-то забрал и оставил тут. На кровати в какой-то незнакомой тёмной комнате.        Точно. Ведь в гендзюцу её погрузил Учиха Итачи, и забрал с собой именно он. Но если она жива и не ранена, не значит ли это, что друзья смогли спасти её?       Ино понимала, что надежда на это была небольшой, но так хотелось верить.        Она поднялась с кровати, подошла к окну. Густой лес, в основном состоящий из хвойных деревьев, распространённых как в стране Огня, так и во многих соседних странах. Узкая река с кристально-чистой водой, а значит, по крайней мере вверху её русла не было городов, отходы которых обычно мутят воду. Судя по высоте солнца был поздний вечер, в это время года оно садилось на такую высоту примерно к девяти часам.        Раздался щелчок дверного замка, заставивший Ино буквально подпрыгнуть на месте. Она поспешно обернулась, смотря на то, как отворяется дверь, и как Итачи Учиха, заходит в комнату, глядя на неё в ответ.       Надежды, хоть и были слишком незначительными, всё же разбились, принеся ей немало внутреннего отчаяния.       Она приказала себе успокоиться, держать эмоции под контролем и молчала, готовясь в любой момент защищаться от атаки.       — Ты можешь задать свои вопросы.       Даже получив такое позволение, Ино не торопилась что-то говорить. Учиха зашёл в комнату, закрыл за собой дверь. Ино напряжённо следила за тем, как он начал расстёгивать плащ, остановился на середине, вытащил левую руку из рукава и зафиксировал на плаще, как на привязи.       — Где мы? — наконец несмело спросила куноичи.       — В одном из моих убежищ, — с готовностью ответил Итачи.       — И… для чего?       — Сожалею, но тебе придётся остаться здесь.        От такого ответа разобраться в том, что происходит, стало только сложнее. Ино начала теряться в догадках. Он хочет использовать её навыки сенсора или клановые способности? Возможно, каким-то образом узнав о том, что она медик, хочет заставить её кого-то лечить?         Когда он устремился к ней после снятия техники переноса разума, Ино была уверена, что он хочет убить её из-за того, что она узнала что-то очень важное. Но убийства не произошло. Но что тогда…       — Что ты хочешь от меня? — прямо спросила она.       — Ничего. Ты просто останешься здесь.        Получить такой ответ, пожалуй, было неожиданнее всего. Врёт? Ино была в этом почти убеждена.       — Это плен? — она всё сильнее пропускала в голосе полную растерянность, но просто не могла справиться с удивлением.       — Ты можешь называть это так…       Захотелось нервно рассмеяться, закричать и расплакаться одновременно. Но Ино взяла себя в руки и задала новый вопрос:       — Это из-за той моей техники?       — Что ты видела? — бесцветно спросил он вместо ответа. Ино мысленно готовилась защищаться, хоть это и не имело никакого смысла.       — Ты знаешь, — обтекаемо ответила она, боясь сказать больше.       — Мы видели одно и тоже? — ничего не оставалось, кроме как подтвердить, — Ясно.       — Я… мало что поняла, — предприняла попытку показаться дурочкой Ино. Впрочем, пока что сказанное было чистой правдой.       — Ты знаешь больше, чем кто-либо другой.       Так Ино и полагала. Она не знала, что из увиденного было настолько ценным знанием, но была готова к тому, что Учиха будет хранить свои тайны любой ценой.       Он сделал шаг вперёд. Теперь их разделяла только кровать, стоящая посередине комнаты. Ино и так стояла у самого окна, но всё равно попыталась отдалиться.       — Нет, не подходи, — это вырвалось против воли, и Ино тут же прикусила язык.        Учиха послушно остановился.       — Это убежище заброшено. Ты можешь ходить по нему свободно и делать, что хочешь. Но не пытайся сбежать, — это было последним, что сказал Итачи перед тем как уйти.       Как только дверь за ним закрылась, Ино съехала спиной по стене, испытав не малую долю облегчения.        Она просидела в том же углу много часов, прямо так, на холодном полу, подтянув к себе колени и обняв их. Сидела и думала о том, в какое попала положение. Она в плену у Акацуки.       Ещё в Академии их учили, что ниндзя, попавший в плен, был обязан оборвать свою жизнь, но не позволить информации попасть к противнику. Многие шиноби носили ампулу со смертельным ядом для такого случая. Ино охватил ужас от одной мысли об этом.        Плохой из неё вышел шиноби. Она полностью отдала себя во власть врага. Даже если сейчас он говорил, что ничего от неё получить не хочет, это не значит, что ему можно было верить. Нет, верить было категорически нельзя. Два года назад она уже поверила симпатичному парню из деревни Дождя.       Любым способом нужно сбежать. Дождаться момента, когда это станет возможно и унестись прочь. А вернувшись в Коноху, доложить обо всём, что она узнала Хоккаге, чтобы найти способы уничтожить Учиху Итачи.       А ещё можно попытаться понять, что именно она видела в воспоминаниях.       Намеченный план действий подарил ощущение контроля, а вместе с тем прилив сил.        Ино поднялась с пола, начала осматривать комнату. Ничего лишнего: голые стены, бетонный пол, ни единого предмета декора, а из мебели только кровать, тумбочка и шкаф. К нему Ино и направилась. Внутри оказалось несколько полотенец и бельё.        В комнате была ещё одна дверь, помимо той, через которую заходил Учиха. За ней оказался санузел. Ино подошла к раковине и проверила наличие воды: была и холодная, и горячая.       Также она не преминула возможностью посмотреться в зеркало: выглядит как всегда, разве что немного уставшей.        Походив ещё немного из угла в угол, Ино всё же решилась выглянуть наружу, посмотреть, что было за пределами очевидно выделенной для неё спальни.        Очень длинный и мрачный коридор. Выходить из комнаты было боязно, поэтому первую вылазку она оставила на потом. Всё равно сейчас хотелось отдохнуть и ещё немного подумать о произошедшем. Ино захлопнула дверь и трусливо закрыла её на щеколду.        Сначала она была уверена, что не сможет уснуть этой ночью, но полежав немного на кровати, смотря в потолок, сама не заметила, как погрузилась в сон. Решив, что бессмысленное бодрствование ничем не поможет, а только отнимет последние силы, она позволила себе провалиться и уснула прямо так, не раздеваясь и не заправляя постель.       Дома её часто будило щебетание канареек. Именно этих птиц она начала подкармливать когда-то в детстве, и с тех пор они облюбовали дерево рядом с домом клана Яманака. Но в этот раз пробуждение не сопровождалось ни щебетанием, ни звуком маминой готовки на кухни, ни голосом отца, уже начавшего отчитывать её за безделие.        Ино просто открыла глаза, абсолютно выспавшейся.       Первой же мыслью стал вопрос «Где я?», на смену которой пришёл очевидный ответ «В убежище Акацуки». С наступлением нового дня кошмар не закончился, и теперь было необходимо смиряться со своим положением заново.        Не хотелось нежиться в утренней постели, как это бывало обычно дома, потому что быстро начавший работать мыслительный процесс, подгонял к действиям.        Умывшись и сбросив остатки сна, Ино решилась на то, что вчера откладывала. Но как только она попыталась выйти из комнаты, услышала в коридоре шаги.       Притихнув, она стала внимательно вслушиваться. Шаги остановились — пришедший стоял прямо за дверью.       — Я оставлю тебе еду, — послышался звук соприкосновения чего-то металлического с полом и снова шаги. Вскоре они стали удаляться и стихли совсем.        Ино осторожно подошла к двери, сняла задвижку и приоткрыла дверь. Рядом стоял поднос, на нём стакан с какой-то оранжевой жидкостью, скорее всего соком, омлет и булочка.       Есть действительно хотелось очень сильно, поэтому еда была кстати. Учиха бы мог убить её куда более лёгким способом и не заморачиваться с приготовлением омлета (неужели это правда мог приготовить он?). Поэтому она решила не усложнять всё пустыми подозрениями и просто поесть. Если же еда и правда была отравлена, то значит, её судьбой станет именно такая кончина. С едой было покончено в считанные минуты.        И всё же Ино решила вернуться к первоначальному плану. Не позволяя себе передумать, она быстро покинула комнату и пошла прямо по коридору. В светлое время суток здесь было также мрачно, как и в тёмное.       Теперь она знала наверняка, что Учиха никуда не отлучился из убежища, и не хотела с ним пересекаться. Но и прятаться и трястись и дальше от страха тоже больше не собиралась.        Убежище оказалось на удивление огромным. Только в одном коридоре на этом этаже было не меньше двадцати комнат, и каждая, в которую она успела заглянуть, была один в один похожа на ту, в которую её поселили.        Также здесь была лестница, которая вела как наверх, так и вниз. Ино решила сначала осмотреть первый этаж.       Убежище явно было рассчитано на проживание многих людей, при чём не на постоянную основу. Здесь было всё необходимое для жизни, но точно ничего для того, чтобы чувствовать себя дома.        С помощью сенсорики, она определила, что Учиха был на первом этаже, и оказавшись там же, пошла в противоположную сторону. Больше ничьей чакры она не чувствовала на десятки километров вокруг.        Она наткнулась на просторную столовую. Судя по количеству мест, здесь и правда когда-то мог размещаться целый взвод. Интересно, для чего строилось это здание. Акацуки ведь точно использовали уже готовую постройку в качестве убежища.        Ещё на первом этаже Ино обнаружила кухню, несколько пустых залов с матами, очевидно, тренировочные полигоны, пустые оружейные и склады. Все помещения за один раз было даже не осмотреть.        Медленно бредя обратно, она почувствовала приближение посторонней чакры, но не стала разворачиваться. У лестницы она встретилась с Учихой.       На этот раз она сама начала разговор:       — И сколько ты собираешься держать меня здесь?       — Тебе придётся смириться. По-другому никак.       Она в гневе сжала перилла, на которые оперлась рукой.       — Меня будут искать. Моя семья, мой клан и друзья не прекратят попыток.       — Знаю.       Вечно ледяное выражение лица стало теперь не только пугать, но и выводить из себя. А ещё некстати вспомнился вечер в Тэнрю. Тогда он вёл себя совсем по-другому…       — Зачем ты всё усложняешь? Не проще ли убить того, кто знает что-то лишнее? — это был резонный вопрос, который никак не давал покоя. И всё же Ино не собиралась его задавать, будто глупо полагая, что он просто не подумал о таком варианте, а она сама подсказала ему отличный выход.       — Нет, Ино, не проще.       Это было обманчиво похоже на акт гуманизма, и Ино бы именно так и подумала будь перед ней кто-то другой, а не один из страшнейших преступников в мире шиноби. Человеку, совершившему в прошлом ужасное преступление, творившему такое, что и представить трудно, ничего бы не стоило убить ещё раз.       — Время от времени я буду уходить. Продукты буду оставлять на кухне. Ты можешь пользоваться тренировочными площадками, библиотекой и всем, что сможешь здесь найти. Моя комната здесь, на первом этаже. Если тебе что-то будет нужно.       Он начал уходить, и Ино проводила его откровенно враждебным взглядом, но только потому что знала, что он его не видел.        — Два года назад клан Тамура вырезал ты и Кисаме Хошигаке?        Учиха остановился.       — Да.        — Значит, вот какую миссию ты выполнял. А деревню Дождя выбрал для прикрытия, потому что это одно из самых закрытых поселений, — заключила Ино, и не получив никаких отрицаний, продолжила, — Вы добили побеждённых моей командой шиноби и забрали их тела. Но почему не напали на нас?       — Это не входило в миссию.       — Вот как. Значит, ты не делаешь ничего, что не входило бы в миссию, — это было простой вывод, в который Ино не вложила никакого особого смысла.       Но то, как медленно и напряжённо Итачи обернулся и каким посмотрел взглядом ясно давало понять, что она попала в точку, нащупала что-то очень важное.       Она развернулась и стала быстро подниматься по лестнице.        В этот же день Учиха куда-то ушёл. Ино перестала ощущать его чакру поблизости и на какое-то время позволила себе расслабиться и подумать.       В библиотеке она нашла письменные принадлежности и чистые листы бумаги. Да, возможно это глупо, но она решила записать некоторые свои соображения. Дома она всегда так делала, когда пыталась организовать всё по полочкам. Она выпишет все рассуждения, а затем уничтожит, чтобы Учиха не нашёл их в случае чего.       В первую очередь, она решила разобраться с главным, его воспоминаниями, пока память была свежей.       Она написала про каждого фигурирующего в них человека: мать, отец, Саске, Третий Хоккаге и двое, кого она не могла определить: юноша без глаз и старик с перебинтованным лицом. Ещё были погибшие товарищи, члены клана (сначала живые, а затем и убитые им), но их образы были размытыми.       Также Ино выписала каждую произнесенную этими людьми фразу дословно. По крайней мере, перечитывая, она убеждалась, что запомнила верно.       Видения, связанные с матерью и Саске были важны лишь тем, что вообще всплыли в подсознании Итачи, а значит имели для него большое значение. Но они ничего не говорили, и зацепиться было не за что.        Отец говорил о гордости и называл сына добрым ребёнком. Самое странное, что это было последнее всплывшее воспоминание. Объяснить это можно тем, что к тому моменту Учиха почти выбрался из захвата техники, поэтому сам подкинул этот эпизод, пытаясь скрыть что-то важное.       Наиболее информативно говорили остальные: Третий Хоккаге упомянул угрозу войны, и о том, что некие «мы» должны её остановить. Среди этих «мы» был и Учиха? Но никакой войны последние пятнадцать лет не было, а значит либо Итачи в какой-то момент жизни действительно предотвратил её, либо она была отменена из-за других обстоятельств. Но мир среди шиноби всегда был нестабилен, и война нависала над великими странам не единожды на её памяти. Например, правитель деревни Скрытого Облака пытался похитить Хинату Хьюго и был убит её отцом. Тогда деревня Листа пошла на компромисс с Облаком, и вооружённое столкновение было предотвращено.        Учиха Итачи до своего предательства служил в АНБУ деревни, это было известно из досье, которое ни раз ей зачитывал Шикамару среди прочих. Выполняя миссии, он наверняка мог однажды и конфликт между странами предотвратить.        В этом факте самое важное то, что Третий Хоккаге Сарутоби Хирузен, мудрый и очень уважаемый человек в деревне, а также родной отец Асумы, доверял ему. Но Итачи Учиха всё равно предал деревню.       Дальше, парень без глаз, который упал в воду. Из воспоминаний же, было несложно предположить, что это и есть Шисуи Учиха, тело которого нашли в реке Накано. Есть два варианта, почему это воспоминание было важно: либо смерть Шисуи сильно потрясла Итачи, либо он был им убит. Зная о его кровавой биографии, было логично предположить именно второе.       Но Шисуи называл его «единственным человеком, на которого можно положиться», и если попытаться подумать трезвой головой, в этом эпизоде не всё было так однозначно.        Последний, старик с бинтами на лице, который говорил о самопожертвовании шиноби. Первая мысль — он готовился принести себя в жертву, возможно сражался с Учихой и был готов умереть. Вторая — пытался заставить пожертвовать собой именно Итачи. Если так, то у него это явно не получилось.        И вот, из такого набора фактов необходимо сложить общую картину, чтобы узнать о беглом шиноби и преступнике S-класса как можно больше информации для деревни. Судя по словам Учихи, Ино и так узнала очень много. Но останавливаться на этом она точно не собиралась.        Ещё свой досуг Ино занимала поисками способа сбежать. Здесь всё было ещё сложнее. В убежище не было ничего, что могло бы ей помочь, был найден лишь склад с деревянным оружием в одном из тренировочных залов, да рукописи в библиотеке. Её оборудование ниндзя Учиха забрал. С пустыми руками придумать план побега было ещё тяжелее.       В убежище она была одна уже третий день. На кухне действительно были обнаружены продукты, из которых она могла готовить свежую еду, хоть и делала это нехотя: казалось, заниматься чем-то нормальным, бытовым в таком месте просто глупо.        Чтобы освежить голову, Ино также стала посещать тренировочные залы и упражнялась в тайдзюцу и в метании деревянных сюрикенов.       Именно в одну из тренировок она почувствовала приближение чакры Учихи. В тот момент она занималась с деревянным посохом Бо. Когда-то Тен-Тен дала ей несколько уроков по обращению именно с таким оружием, но это умение пока так и не пригодилось.       — В твоей комнате я оставил новую одежду и средства гигиены, — несмотря на то, что Ино знала о его приходе, тихий вкрадчивый голос заставил её подпрыгнуть на месте.       Она посмотрела на Учиху Итачи, как обычно одетого в ненавистный плащ Акацуки.        Что говорить, новая одежда, зубная щётка с пастой и хотя бы кусок мыла будут очень кстати. Мыться одной водой, просто поласкать рот и каждый день застирывать бельё, которое не успевало просыхать в прохладной комнате за ночь, становилось немного затруднительно. Однако и она была не на курорте.        Учиха просто стоял в проходе и не торопился уходить, и Ино неожиданно осознала, что вообще-то ни с кем не говорила три дня, и была бы не против сказать хоть что-то. К тому же можно попытаться выведать что-то полезное для расследования.       Ино подошла к стойке с бутафорским оружием, взяла точно такой же посох, как у себя, и без слов протянула его в сторону Учихи. Тот почему-то принял своеобразное приглашение, приблизился, по пути снимая плащ и откладывая его на полку для тренировочного ассортимента. И приготовил оружие. Оба одновременно приняли боевую стойку.       — Что это за место? Здесь очень много пустых залов и целых полигонов.       — Раньше это была тренировочная база клана шиноби, уничтоженного во время Первой мировой войны.       Ино сделала резкий выпад, нанося проверочный удар в бок, который конечно был тут же заблокирован.        — И зачем Акацуки такое большое убежище, если вас всего десять? — Ино задумалась, — Нет, сейчас уже меньше. Без Орочимару, Сасори и Дейдары… и без Хидана и Какузу.       В последнем она не была уверена точно, но хотела бы выяснить, смогли ли её друзья победить. И был ли отомщён сенсей Асума.       — Поэтому убежище и забросили, — не поддался на очевидную провокацию Итачи.       Попытка выяснить были ли повержены двое его товарищей изначально была провальной.       Спарринг продолжился. Ино с удивлением обнаружила, что несмотря на явную разницу в силах, ей было нетрудно поддерживать бой, а атаковал Учиха намного мягче, чем даже её подруга Тен-Тен. Как только Ино вернётся в Коноху, то обязательно выскажет ей всё, что об этом думает. Шутка ли, она в тренировочном бою суровее нукенина из Акацуки.       Удар — блок, разворот — выпад, уклонение — обманный манёвр. Чувствовалось, что противник не вкладывал полную силу в поединок, хоть и был серьёзен. Но Ино этот факт никак не унижал, скорее озадачивал.        Тем не менее ни разу задеть его посохом пока так и не вышло, как не старайся.       Запыхавшаяся Ино во время уклонения от удара отскочила назад, но не заметила лежащего позади себя мата и неловко упала на спину.        Чистый проигрыш. Реальный противник добил бы её, противник на тренировке представил бы оружие к открывшемуся месту, например, к горлу, демонстрируя победу. Итачи Учиха поставил посох на землю, подошёл и вдруг протянул руку.        Сначала Ино даже не поняла, чего он от неё хочет, но никакого подвоха в его действии не оказалось. Учиха правда хотел помочь ей подняться? Наблюдая за её колебаниями, он и сам кажется пожалел о том, что сделал, а ещё через некоторое время опустил руку.       Ино и не собиралась её принимать. Она поднялась на ноги, недоверчиво глядя на Учиху, и сказала:       — Я не понимаю тебя и устала мучаться в догадках, — Ино знала, что бессмысленно бросаться обвинениями, но ничего не могла с собой поделать, — Так себя с заложниками не ведут. Оставлять меня в живых слишком рискованно. Да и тогда, два года назад… ты сказал, что убивать нас не входило в миссию, но зачем помогать врагу и спасать его?       — Ты мне не враг, — сказал очередную странность Учиха.       — Вся Коноха — твой враг и все союзные деревни и страны, — возразила Ино, рассудив, что его высказывание могло говорить «такая как ты мне не угроза», — И что, чёрт возьми, было потом? Зачем ты таскался со мной в Тэнрю?       — Ты уже спрашивала меня об этом, — утомлённо ответил Итачи, — И сама ответила на свой вопрос.       — Да, но чем больше я об этом думаю, тем нелогичнее всё выглядит, — начала выходить из себя Ино, — Я была под действием гендзюцу? Ты делал что-то ещё, может стёр мою память?        — Это не так, Ино. Но ты всё равно не поверишь мне.        — В этом ты прав, не верю. Может и всё, что происходит сейчас — твоё гендзюцу. Я и понятия не имею на что способен пробуждённый шаринган, — всплеснула руками девушка, — Может всё это вообще нереально, и я лежу где-нибудь как кукла, пока Акацуки вытаскивают из моей головы всю информацию о деревне.       Мысль была нереалистичной, почти бредовой, но в конце концов Ино действительно не знала, на что был способен один из самых могущественных членов клана Учиха.       — Если ты не веришь в то, что я не намерен использовать тебя, то поверь в то, что твои знания бесполезны для Акацуки. Они знают о Конохе даже больше, чем ты.       Спорить с этим было бессмысленно, тем более, что Ино не знала насколько эти слова могли быть правдивы. Ведь она действительно была всего лишь чуунином деревни, которого мало во что бы стали посвящать. Если им ранее удавалось пленить джонинов или членов АНБУ, то информации явно удавалось узнать больше.       — Тогда что это? — Ино неопределённо обвела саму себя рукой, — Какое-то извращённое проявление великодушия? Я чем-то лучше, чем остальные убитые тобой шиноби Конохи? Чем собственный…       В этот раз она вовремя замолчала. Однако было слишком очевидно, что именно хотела сказать и в каком преступлении обвинить. Но в конце концов, это не было тайной. Перед ней убийца своего же клана, и она знала об этом не понаслышке: видела всё своими глазами во время вторжения в его голову.       Итачи закрыл глаза, глубоко вздохнул. Ино ошеломлённо наблюдал за тем, как он поставил тренировочный посох на место, взял свой плащ и побрёл к выходу.       Действия Учихи вызывали смятение. На такие слова он не просто никак не ответил, такой реакции Ино как раз ожидала от этого холодного и отстранённого человека, а ушёл, будто бы сдавшись. Те слова задели его? Упоминания о самом страшном поступке что, могло расстроить такое чудовище?        Вспомнилась психологическая оценка, которую специалисты написали в характеристике нукенина. Её им с Чоджи зачитывал Шикамару перед заданием по поиску членов Акацуки. Там было сказано примерно следующее: отсутствие эмпатии, сниженная способность к состраданию, неспособность к раскаянию, лживость и манипулятивность.        Человеку с таким набором качеств ничего бы не стоило ввести её в заблуждение своим поведением. Иной вопрос для чего ему это?