Время сновидений

Время тянулось медленно и по большей части неинтересно. Будто тоже растягивалось, как пространство под его техникой, пока он тренировал все новые возможности ее использования. В записях шестиглазого предка упоминалась и возможность телепортации на большие расстояния с помощью Безграничности, но у него самого пока не получалось. По всему выходило, что должно быть похоже на прямое вращение Безграничности, совмещенное с эффектом Бесконечности, только сжатие тянуло за собой не предметы, а должно было его самого перебросить в другую точку. Пару раз, когда он пытается, его действительно перебрасывало: с размаху, иногда в стены. Несколько раз затормозив Бесконечностью, он решил для начала разобраться получше с теорией. На миссии их Яга упорно не отправлял. Это было подозрительно: вряд ли все сильные проклятия вдруг исчезли. Но на попытки разузнать подробнее, Яга либо ругался, либо уходил, сославшись на важные дела. Добиться от него чего-либо, когда он не хотел говорить, было сложно, но Годжо продолжал пытаться. Единственным, что приносило безоговорочную радость, был секс с Сугуру. Здесь ему никогда не было скучно или плохо, даже если получалось не так, как хотелось. Ему нравилось брать и отдаваться, пробовать новое и повторять то, что делали совсем недавно. Отсасывать самому оказалось непросто, Годжо давился и кашлял, но считал, что, если он потренируется еще немного, все начнет получаться не хуже, чем у Сугуру, который брал его член в рот так глубоко, что перед глазами будто взрывались фейерверки. Стол был удобен, если трахаться по-быстрому, но неприятно давил на копчик, если улечься на него надолго. В душевых под струями воды было скользко и всегда существовал риск, что кто-нибудь еще придет помыться в самый неподходящий момент, но ему нравилось — возможно, в том числе из-за этого риска. На кровати было лучше всего, но изгвазданное смазкой и спермой белье приходилось стирать слишком часто. Игрушки Годжо не впечатлили: член Сугуру был гораздо лучше вибратора и точно не мог устроить такую подставу, как оборвавшиеся внутри анальные шарики, которые потом пришлось доставать у врача в городе, потому что к Сёко с таким он бы не пошел, при всем доверии к ней как к медику. Наверное, они и были виноваты в том, что больше экспериментов в этом направлении они не предпринимали. В любом случае, не опробованных вариантов все еще было очень много. Годжо все больше убеждался: те, кто считал секс скучным занятием, просто делали что-то не так. Или не с теми. Споря на тренировках или в классе, они все чаще выходили не для того, чтобы подраться за пределами окружавшего колледж барьера, но чтобы справиться с то и дело переполнявшим возбуждением. Годжо хотел Сугуру всегда — и точно знал, что это взаимно. На втором курсе их тренировки стали более индивидуальными: каждый выбирал то, что ему нужнее, и Сёко все чаще совсем не приходила на площадку. В упражнениях с оружием Годжо не видел для себя особого смысла, так что вместо этого оттачивал техники или просто наблюдал за Сугуру. Смотреть на него было приятно, что с оружием, что без. Спарринги нравились им обоим — и в отсутствие Сёко поблизости можно было позволить руке соскользнуть пониже, погладить и задержаться подольше. Захваты переходили в крепкие до боли объятия, обмен ударами — в короткие злые поцелуи. Потрахаться прямо на площадке Сугуру никак не соглашался, но Годжо не оставлял попыток уговорить его — с душем же иногда получалось. — Что, потереть тебе спинку? — насмешливо протянул Сугуру, стянув отсыревшую футболку и наверняка заметив его взгляд. — Давай! Годжо и правда не отказался бы, но в этот раз Сугуру точно просто дразнил: переодевавшиеся Нанами и Хайбара заметно напряглись и успокоились только после того, как они направились по разным кабинкам. Смывая с себя пот и налипший песок с тренировочной площадки, Годжо задумался, чего им еще не хватает для полного счастья. Выходило, что только новых миссий, все остальное и так было прекрасно. Когда он вышел, первогодок в раздевалке уже не было, остался только Сугуру — с распущенными мокрыми волосами он выглядел очень по-домашнему, хотелось его трахнуть прямо здесь и сейчас. Сугуру что-то увлеченно искал в сумке, и Годжо подобрался поближе, надеясь застать врасплох, но, конечно, тот его уже услышал, и получилось только обнять в открытую. — Пойдем на свидание, — сказал ему Годжо, потыкав пальцем в бок. — Зачем? — Сугуру выглядел искренне растерянным, и это было забавно и мило. — Ну, знаешь, когда люди встречаются, они ходят на свидания. Обычно даже начинают с этого, а все остальное — потом. — Когда встречаются. — А мы с тобой как будто нет? Все общежитие знает. Хочешь, позову обратно Хайбару, и сам его спросишь? — Не надо Хайбару. — Вот. Встречаемся, практически живем вместе. Но раз ты меня никуда не зовешь, так и быть, возьму дело в свои руки. — И куда ты хочешь пойти? — Да без разницы. Можем сходить в кино, погулять по городу, посидеть в какой-нибудь романтичной кафешке, держась за руки. Или на Скай Три подняться, хочешь? Вроде как модно среди влюбленных. — Тебе откуда знать? — Ну, я же слышу, что вокруг говорят. И вижу. — Кажется, Сугуру все еще не воспринимал его предложение всерьез, хмурился и как будто ожидал подвоха. — Ну так что, пойдем? — Ладно, — вдруг согласился он. — В следующий выходной ведешь меня на свидание. Показываешь кино, угощаешь в кафе и что ты там еще хотел. Только цветы не приноси. Он точно принял все за шутку, но какая разница. Годжо широко ухмыльнулся в ответ, подключаясь к игре. — А что так, не любишь цветы? — Да не особо. — Договорились. Как ни странно, он не забыл об этом и утром в субботу, напомнил, едва, закончив с завтраком: — Ну что, не передумал? — Конечно, нет. Пойдем. Переоденусь только. Решив, что раз уж у них свидание, Годжо выбрал рубашку понаряднее и попытался пригладить отросшие волосы. Но все равно удивился, увидев, что Сугуру тоже отнесся серьезно к выбору одежды. Видеть его в узких черных джинсах было непривычно, но ему шло, надетая поверх майки расстегнутая рубашка с короткими рукавами, похоже, была новая, Годжо не помнил у него такую. — Что-то не так? — уточнил Сугуру, когда Годжо забрался под нее руками, почти прижался носом к его шее, вдыхая запах одеколона. — Все так, — заверил его Годжо и все-таки убрал руки: Сугуру осуждал обнимашки в коридорах общежития, как и в целом проявления близости там, где их могли увидеть. — Отлично выглядишь. — Ты тоже. То, что Сугуру нравится, как он выглядит, Годжо и так знал: видел по взгляду. Ему было приятно, когда Сугуру так на него смотрел. В целом, в совместном походе в кино не было ничего особенного: они и раньше часто сюда ходили, правда, обычно вместе с Сёко. Вторые «Пираты Карибского моря» показались ему чутка хуже первых, но присутствие Сугуру все делало лучше. Тем более, что в этот раз тот тоже взял себе сладкий попкорн и поделился, когда к середине фильма Годжо успел доесть свой. А вот романтическое кафе было делом новым и непривычным. Годжо выбрал из тех, что были на слуху: с бело-розовой вывеской, приглушенным освещением и столиками в небольших нишах, создающих ощущение уединения. Встретившая и проводившая их к забронированному столику девушка тоже выглядела именно так, как и должна администратор романтического кафе — и даже если была удивлена, увидев двух парней, ничем этого не показала. — Сразу видно профессионала, — пробормотал Сугуру, уткнувшись в меню, и Годжо понял, что он подумал о том же. — А как ты хотел, популярное место. Кстати, у них сейчас все столики заняты, и все парни с девушками. — Ему перегородки и стены все равно не мешали видеть, но сама по себе идея была хорошая: главное, не видели их. Годжо придвинулся ближе к помрачневшему Сугуру, положил руку ему на колено, провел по бедру. Тот не отстранился. — Тебя это напрягает? — Нет. С чего бы? Годжо тоже не видел причин переживать из-за такой ерунды. Если он любил Сугуру и хотел пойти с ним на свидание, это было только их дело. — Все, я выбрал. Годжо ткнул пальцем в фотографию с огромным бокалом молочного коктейля, с горкой заполненного всевозможными сладостями. Сугуру скривился. — Даже смотреть на это не могу, от одного вида все слипается. — Так не смотри. Себе Сугуру заказал обычный кофе, но по случаю свидания Годжо не стал комментировать неоригинальность такого выбора. В любом случае, сладостей в его бокале хватило бы на двоих. Годжо откусил половину от какого-то мелкого пирожного с заварным кремом и протянул вторую половину Сугуру — и вздрогнул от неожиданности, когда, забирая угощение губами, тот лизнул его пальцы. То же самое произошло с розовой вафлей и шоколадной трубочкой. — Спасибо за угощение, — сказал Сугуру чуть хриплым голосом, и Годжо уже жалел, что у разделяющих их столик перегородок не было двери. Большое упущение, Годжо бы охотно уединился с Сугуру. Сугуру выудил из его бокала палочку поки, зажал между зубами конец без глазури, и повернулся к нему. — Да ты, оказывается, романтик, — удивился Годжо и, справившись с поки в пару укусов, прижался к губам Сугуру, чувствуя горечь кофе и сладость съеденного печенья. Так и в самом деле было гораздо вкуснее. Есть сладкое Сугуру быстро надоело, но с остальным Годжо справился и сам, заедая стресс от невозможности трахнуть его прямо сейчас. — Что-то и правда перебор, — сказал он наконец — и допил оставшуюся в стакане розовую сахарно-молочную жижу. Сугуру снова скривился, но на этот раз промолчал. На улицах уже начало темнеть, когда они вышли из кафе. Глядя, как по пути Сугуру машинально оглядывает переулки в поисках проклятий, Годжо задумался, как сильно все-таки их менял колледж, сколько всего уже вошло в привычку. Хотя, возможно, Сугуру с его желанием защищать людей просто сам по себе был таким. — Даже не думай, — сказал Годжо, когда тот все-таки заметил какое-то шевеление. — Мы на свидании, а не на миссии. А они вполне безобидны. — Но все еще могут вызвать у людей мигрень и хроническую усталость. Тебе бы ведь такое не понравилось? — Так я сам решаю свои проблемы и не подпускаю к себе проклятия. Так что забей на них. Если хочешь что-нибудь проглотить, у меня есть варианты поинтереснее. Сугуру закатил глаза, показывая, что думает о таких идеях. — Я не буду отсасывать тебе на первом свидании, я не такой. У меня принципы. Годжо рассмеялся, хлопая его по плечу. И сам одним движением пальца уничтожил стайку слабых проклятий, позволивших себе отвлечь от него внимание Сугуру. На Скай Три они все-таки поднялись, позже, когда уже стемнело. Он не ошибся: парочек там и правда было навалом, они стояли, обнявшись или взявшись за руки, и смотрели на город. Годжо тоже подхватил Сугуру под локоть и потащил ближе к панорамному окну. За почти полтора года жизни в Токио как-то даже и не подумал съездить сюда, но с Сугуру — совсем другое дело. — Надо же, — сказал тот. — Отсюда город выглядит гораздо красивее. Ни проклятий, ни уставших после работы людей. — Ни веселых вечеринок, ни развлекающихся вовсю тусовщиков, — закончил за него Годжо. — Не все же такие усталые и несчастные, как ты говоришь. Не, в городе прикольно, если знать, куда идти. — Ты видишь проклятую энергию отсюда? — спросил вдруг Сугуру. — Конечно. Там ее полно: к вечеру вся мелочевка выбралась пожрать. — Годжо сдвинул темные очки на нос, посмотрел поверх них. Ему и правда не было смысла подниматься наверх, чтобы сбежать от городской суеты. — Вот в том районе и покрупнее есть. Но все равно не настолько, чтобы ты все бросил и побежал их поглощать, расслабься. — Я не потому спрашиваю. А людей ты с такого расстояния видишь? — Все вижу: и людей, и проклятия, и каждый фантик и окурок в мусорках. Ну, это если присмотреться. — Годжо задвинул очки обратно, улыбнулся ему. — Вот так гораздо лучше. Сквозь темные очки город, пусть и наполненный суетой и проклятой энергией, все-таки казался поспокойнее, даже по-своему красивым: неоновые огни вывесок, теплый свет фонарей и фары медленно текущих потоков машин на дорогах. Наверное, примерно таким и видел его Сугуру. Вернулись они поздно, чудом успев на последний автобус до колледжа. Все в той же полушутливой манере Годжо проводил Сугуру до его комнаты, галантно открыл перед ним дверь. — Теперь ты должен предложить мне зайти попить чаю. А там я уже слово за слово останусь до утра. — Или поцеловать на прощание и пожелать спокойной ночи — у нас же первое свидание. — После проведенного вместе дня Сугуру казался гораздо менее напряженным, чем в последнее время. Наверное, им стоило чаще вот так выбираться в город вдвоем. — Что, опять принципы? — Именно. Но так и быть, для тебя сделаю исключение, заходи. И Годжо зашел. И остался на ночь. Чай они, правда, так и не попили, но кому был нужен тот чай.