Время сновидений

На миссии их и правда не отправляли уже слишком давно, даже на первом курсе они не сидели без дела настолько долго. Так что, похоже, паранойя Сатору имела под собой все основания. То, что Ягу до сих пор не назначили директором, тоже было подозрительно. Глядя, как тот избегает неудобных вопросов Сатору, Гето уже и сам захотел узнать ответ. Дождавшись, когда Сёко выйдет из класса, он подошел к преподавательскому столу, и Сатору, тоже было шагнувший за порог, тут же заинтересованно вернулся. — Учитель, почему нас не отправляют на миссии? Дело ведь не в том, что нет сильных проклятий. — Так и знал, что вы не отстанете. — Яга вздохнул, будто отвечать ему было неприятно. — На самом деле, Магический совет пока запретил отправлять вас куда-либо. Если так подумать, ответ был на поверхности, Гето и сам не понимал, как не догадался. А вот Сатору казался удивленным. — Почему? — А мне откуда знать? Все еще не могут определиться, что думать по поводу убийства Воплощения звездной плазмы и Зенина Тоджи. — Было бы о чем думать. Они так вечность могут тянуть, а нам ждать? — А ты предлагаешь что-то другое? — Я могу сходить разобраться с ними сам. Яга снова вздохнул. — Именно поэтому я тебе и не хотел говорить. Не лезь в это, только хуже сделаешь. — Да куда уж хуже? — Сам знаешь, есть куда. Скоро все разрешится, подожди еще немного. — Сатору явно собирался спорить дальше, но учитель ему не дал такой возможности: — Верю, что когда-нибудь ты, как и хочешь, им всем еще покажешь. А пока — слушай старших. Яга обошел их и вышел в коридор, оставив Сатору возмущенно таращиться вслед и искать подходящие слова, чтобы ответить. — Пойдем, — сказал ему Гето. — Что толку тут теперь стоять. На улице было жарко. Получив наконец ответ и внятную причину, Гето чувствовал себя спокойнее, а Сатору, как будто, наоборот только сейчас начал злиться всерьез. Ничего не говоря, но шагая так, будто хотел продавить асфальт дорожки, дошел до автомата с напитками у входа, сердито потыкал пальцем в кнопки и, получив свой Спрайт, залпом выпил половину. И только потом уселся на бортик ограждения, вытянул длинные ноги, почти полностью перегородив узкий проход. — Сборище старых дураков, — пробормотал он. Вторым глотком допил банку и свернул ее своей техникой в плотный жестяной комок. — Как думаешь, может, стоит их убить? — Не говори так, — одернул его Гето. Сатору только фыркнул в ответ. Кинул комок из банки в урну и, конечно, как всегда, попал точно в цель. Вот так просто об убийствах людей Сатору говорил уже второй раз. И если в случае сектантов, виноватых в смерти Аманай Рико, Гето еще мог понять его чувства, такая неприязнь к Магическому совету все еще казалась чрезмерной. Разговоры об убийствах тревожили. Пытаясь сообразить, что с этим делать, он выбрал себе Колу, открыл банку и сел рядом с Сатору. — Поехали на полигон, — предложил он. — Дам тебе какое-нибудь из моих проклятий поиграться. — А не жалко? Я же его совсем уничтожу. — Пф, это если у тебя получится. — Хочешь проверить? — Гето не стал возражать, когда Сатору взял у него из руки банку Колы, сделал небольшой глоток и сунул банку обратно. — Ладно, поехали. Прямо сейчас? — Нет, поздно уже. Давай завтра с утра. Я пока заявку подам, чтобы нам там никто не мешал. Сатору достал телефон, посмотрел на часы, похоже, прикидывая время. На экране снова была какая-то девушка с длинными черными волосами. Хотя совсем недавно была рыжая. А еще раньше — тоже брюнетка, но другая. Сатору продолжал регулярно обновлять обои с моделями, но менять объект симпатий в обычной жизни не торопился. Гето убеждал себя не радоваться раньше времени, потому что на самом деле это еще ничего не значило, но чем дальше, тем проще было верить, что так будет всегда. Ему бы очень этого хотелось. На следующий день встали они рано, по будильнику, установленному на телефоне Сатору, привычно оделись и собрали сумки — и Гето впервые задумался, что это и правда похоже на совместную жизнь: с общим бытом и налаженными привычками. Кровать больше не казалось слишком узкой и неудобной для двоих, а их вещи равномерно распределились по двум комнатам, так что и полотенце, и зубную щетку можно было найти в любой из них. Было в этом что-то по-домашнему уютное. Полигон им достался только дальний: остальное успели разобрать те, кто запланировал тренировки заранее. Так что, спустившись к остановке, они дождались автобуса и поехали. — А была бы телепортация, за секунды оказались бы там. — Сатору недовольно ерзал и ворчал, прижимался бедром и боком, и от этого Гето было жарко, несмотря на кондиционер. — И меня бы, что ли, перенес? — Конечно, так тоже можно. Ну, будет можно, когда я разберусь, как это сделать. — Сатору положил голову ему на плечо, посмотрел поверх очков. — А ты уже решил, какое проклятие отдашь мне на истребление? — Да. Но не скажу, сам потом увидишь. Ехать и правда было дольше, чем хотелось. Под конец Гето и самому надоело, стоило взять с собой книгу: Сатору все-таки угомонился и задремал, и сразу стало скучно. Из автобуса Сатору выбрался быстрее него, широкими шагами направился к воротам. Гето показал разрешение старику-охраннике, поставленному скорее чтобы посторонние не забредали, чем для охраны всерьез. Пиджак Сатору бросил на скамью у входа и направится к центру поля. Гето к нему выходить не собирался: выпустить проклятие можно было и отсюда. Сатору остановился, размял пальцы, сцепив их в замок и потянувшись, и махнул Гето, что готов. Выпущенное проклятие было большим, бесформенным и грязно-зеленым. Оно смотрело россыпью мелких глазок и больше всего напоминало кусок болотной трясины, которым, по сути, и было. Неплохое, пусть и не из любимых и часто используемых. Но выбрал его Гето не поэтому. Подчиняясь приказу, проклятие шустро поползло к Сатору, на кончиках пальцев которого тут же разгорелось красное свечение. Гето не первый раз видел, как Сатору использует обратное вращение Безграничности, и чаще всего эти попытки заканчивались ничем. Но в этот раз все было как надо: идеально ровный красный шар сорвался с пальцев, устремился к проклятию — и прошел насквозь, когда масса, из которой было собрано его тело, сначала расступилось перед ним, а потом собралось обратно. Так и не нашедший цели Красный обвалил кусок стены и был погашен барьером вокруг полигона. Сатору радостно рассмеялся, будто подтверждение, что проклятие не исчезнет после первой же атаки, было для него лучшим подарком, на его пальце снова разгорелась красным сфера побольше. Подчиняясь приказу Гето, проклятие ускорилось, на этот раз уходя с линии атаки. При желании, проклятие перемещалось очень быстро, пусть и выглядело неповоротливым, меняло форму и умело нападать. Воздух возле Сатору то и дело вспыхивал синим и красным, он ухмылялся все шире и безумнее. Ему использование своих техник приносило удовольствие — яркое, почти физическое. Неудивительно, что в их первый раз он был таким обдолбанным, настолько хотел секса. Наверное, в будущем будет хвататься за все задания подряд, чтобы удовлетворить эту потребность, особенно если со временем ощущения притупятся. У самого Гето сражение с проклятиями — и особенно их последующее поглощение, — вызывали только тошноту и усталость. В этом тоже была большая разница между ними, которую никак не изменить. В какой-то миг Гето заметил, как вспышки синего и красного будто слились в одно, приобретая отчетливый фиолетовый оттенок. Наверное, это была именно та техника, про которую говорил Сатору. Он засмотрелся, отвлекаясь — и не успел среагировать, когда в проклятие попала красная сфера, завязла в нем, разрывая на куски. В голове неприятно кольнуло, как всегда, если убивали подчиненное ему проклятие. Не то чтобы Гето не ожидал, что этим все и закончится. Сатору вдруг исчез с места, где он только что стоял — и тут же оказался рядом с ним, правда, подпортив впечатление от телепортации тем, что пролетел на несколько шагов дальше и еле удержал равновесие. — Ну что, видел? — заявил он, все еще продолжая радостно скалиться. Взорвавшееся проклятие забрызгало его грязью и слизью, как будто он и правда лазал по болоту, но его это, похоже, нисколько не смущало. Почему во время боя он отключил Бесконечность, Гето даже спрашивать не стал, наверняка ничего путного не ответит. — Что именно? Как у тебя не получился твой обещанный Фиолетовый? — Да ну тебя. — Сатору только отмахнулся. — В следующий раз получится, я уже понял, что сделал не так. И для того проклятия и Красного за глаза хватило. А Красный был хорош, скажи? — Да, наконец-то не косячишь через раз. — И телепортация на близкое расстояние получилась! — Ну да, даже не об стену тормозил. Сатору, похоже, решил игнорировать в его ответах все, что шло после безусловного признания его превосходства. Гето был рад видеть его таким воодушевленным, ради такого даже проклятия было не жаль. — Пойдем в туалет, — заявил Сатору наконец, — хочу руки ополоснуть. — А я тебе там зачем? — Пойдешь — узнаешь. Гето и без того прекрасно догадывался — и все равно пошел. — Ты же собирался мыть руки? Вот и помой сначала, — сказал он, когда Годжо, едва за ними закрылась дверь, собрался его облапить. — Зануда ты все-таки, — пожаловался Годжо, уже развернувшись к раковине и торопливо намыливая руки. Оставив очки на фаянсовом бортике, он пару раз плеснул в лицо водой и снова посмотрел на него. С мокрой челки на рубашку капала вода, в как будто ставших еще ярче глазах светилось предвкушение. — То есть, мне уйти? — поддразнил его Гето, хотя куда бы он теперь пошел. Наоборот, сам дернул на себя Сатору, ударившись спиной о дверь, когда тот охотно поддался. — То есть, давай по-настоящему, просто дрочки или отсоса мне сейчас не хватит. — Сатору вжался в него твердым членом, качнул бедрами снизу вверх, показывая, что именно подразумевал под «настоящим». — У меня нет с собой смазки. — У меня есть! Я и презервативы взял, все, как ты хотел. Гето не стал говорить ему, что согласился бы, даже если бы у него ничего с собой не было: его тоже возбуждала демонстрация силы Сатору и хотелось по-настоящему. Стоя со спущенными штанами и опираясь ладонями о шершавую стену, Гето разве что надеялся, что сюда и правда никто не придет. Обычно, если они занимали какую-то из тренировочных площадок, никто не рисковал туда соваться до их возвращения, но мало ли что могло случиться. — Не напрягайся ты так. — Сатору погладил поясницу, а потом в зад сунулись холодные пальцы, и Гето чуть не закричал от неожиданности. — Я опять слышу все твои мысли. А хочу слышать стоны. — Точно не здесь. И не тормози, пока сторож не пришел проверить, где мы. — Как скажешь. После таких слов Гето ожидал, что он и засадит со всей дури, но Сатору входил медленно и осторожно. Потом еще разгонится, конечно, но все равно было приятно, что тот заботился о его комфорте. Спустя недолгую паузу, пока все распирало и давило, и первые трудные толчки, стало наконец приятно и само по себе — от размеренного движения внутри, от жара тела прижимавшегося к нему сзади Сатору. Гето тихо выдохнул, пошевелился, становясь понадежнее, и уже сам подался навстречу, предлагая ускориться, отдаваясь его желанию, по привычке стараясь не шуметь. Наверное, им и правда когда-нибудь стоило уединиться в лав-отеле, просто чтобы узнать, как это — когда не надо сдерживаться и опасаться, что их могут услышать. Сатору горячо дышал в шею, вбивался быстро, сильно, хорошо, умудряясь одновременно дрочить ему и шептать всякие непотребства, и Гето упирался руками в согревшуюся стену, пытаясь устоять под его напором. Ему и правда не потребовалось много времени: кончая, Сатору прикусил его за плечо, вжался так, словно хотел слиться с ним в одно, даже тогда не переставая ласкать его член до тех пор, пока руку не залило спермой. Сатору наконец вытащил из него член, и Гето привалился плечом к стене, оглянулся, чтобы проверить, чем он там занят. Сатору осторожно слизывал с ладони его сперму, и Гето невольно поморщился: — Тянешь в рот всякую пакость. — Ты слишком плохого о себе мнения. — Лучше помой. Сатору еще немного подразнил его, а потом все-таки развернулся к раковине, вымыл руки, подтянул обратно штаны. Только теперь Гето сообразил, что одежда у него тоже была в ошметках уничтоженного проклятия, и теперь все это наверняка осталось и на нем. Но сейчас ему было все равно: слишком хорошо и расслабленно он себя чувствовал после секса. Хотелось поскорее добраться до автобуса и дремать всю дорогу до колледжа. Но надо было еще кое-что проверить, прежде чем они уедут. Он все-таки выгнал Сатору, чтобы воспользоваться туалетом и привести себя в порядок, а потом снова направился на тренировочную площадку — и Сатору заинтересованно потянулся следом за ним. Дальний полигон был оптимальным местом для манипуляции проклятиями, здесь никого не беспокоили всплески проклятой энергии, так было проще не привлекать лишнего внимания. Выбрав место поудобнее, Гето выпустил червяка, перехваченного после смерти Зенина Тоджи. До изначального размера тот так и не восстановился, но все оружие, спрятанное в нем, сохранилось. Тогда, после поглощения, Гето только бегло изучил содержимое, а после все никак не выдавалось удобного случая. — Ого, так он у тебя, оказывается. А я еще думал, куда он успел сбежать. Это что-то вроде хранилища. — Знаю. Проклятого оружия Зенин Тоджи успел собрать приличный арсенал. — Вот это я помню, хорошая штука, — сообщил Сатору, с интересом разглядывая выложенные на песок артефакты. — И это тоже. — Он использовал это в бою? — Не, оно раньше было в хранилище Зенинов, я еще в детстве видел. Удивительно, что оно оказалось у изгоя клана. — Забрал в качестве компенсации за плохое отношение? — Все может быть. — Сатору ткнул пальцем в сторону ножа странной формы, будто состоящего из двух широких отростков. — А вот это он использовал, та еще дрянь: прошел сквозь мою Бесконечность, даже не замедлившись, вообще любую технику гасит. — Гето помнил, как выглядела одежда Сатору после боя с Зенином, и мог представить, насколько серьезными — смертельными — были его раны до того, как обратная техника их исцелила. Вот, значит, чем их нанесли. — Так что теперь у тебя есть оружие, которым меня можно убить. — Даже не шути так. — Он не собирался убивать Сатору ни при каких обстоятельствах, ему не было нужно такое оружие. — Хочешь забрать? — Гето протянул ему нож рукояткой вперед, но Сатору только покачал головой. — Подержи пока у себя, так надежнее. Может, заберу потом, когда придумаю, что с ним сделать. — Гето кивнул и принялся собирать оружие обратно в червя. — Ты упомянул в отчете, что проклятие с оружием у тебя? — Да. В любом случае, когда-нибудь всплыло бы. — Логично. Главное, не отдавай им, оно теперь все по праву твое, — заявил Сатору и, увидев, что Гето закончил, первым направился в сторону ворот. — Пусть Зенины лопнут от злости, — добавил он, не оглядываясь, и заржал, как вредный подросток, устроивший мелкую пакость. Так со стороны никто и не догадался бы, что это — сильнейший маг современности. Гето усмехнулся и пошел следом за ним.