Время сновидений

Годжо и правда скучал без Сугуру, хотя сказал ему это не всерьез, больше чтобы подразнить. Вечером после душа он сначала прошел мимо своей комнаты и только потом сообразил: сегодня без вариантов, идти к Сугуру, пока его нет, было бы совсем тупо. Фильмы они всегда смотрели вдвоем — или втроем, если к ним присоединялась Сёко, — так что без него даже пересматривать старое не хотелось. С приставкой дела обстояли так же. Сугуру занимал много места в жизни Годжо в колледже, но раньше у него не возникало проблем с тем, чтобы занять себя чем-нибудь в свободное время. Любовь и правда все делала сложнее, пусть и прекрасней. Годжо забрал со стола ноутбук с наушниками, устроился поудобнее в постели. На самом деле, порно он смотрел не так уж часто: не всегда было свободное время и возможность уединиться, а для дрочки хватало фотографий и собственного воображения. Но сегодня он настроился изучить все как можно подробнее, совмещая приятное с полезным. Наскоро пролистав коллекцию любимых видео, Годжо заметил то, на что раньше не обращал внимания: женщины на видео были разные, но мужчины — всегда азиаты с длинными черными волосами. Он даже задумался, не поделиться ли этим открытием с Сугуру, но решил, что лучше скажет потом, при случае. Смотреть порно оказалось интереснее, если прикидывать, как бы все это использовать в жизни. Годжо мысленно сортировал видео на то, что хотел бы повторить с Сугуру, и что ему не нравилось с самого начала. Секс втроем и вовсе отмел сразу: делить Сугуру с кем-либо он был категорически не согласен. Только изучив все, что хотел, он отложил ноутбук и наконец полез в штаны за возбужденным членом. Смотреть на посторонних людей во время дрочки не тянуло, хотелось думать о Сугуру. Как тот ласково касался бы его чуть шершавыми от тренировок с оружием пальцами, или наоборот, грубо тянул за волосы, вжимал постель и наваливался живой разгоряченной тяжестью. Годжо очень понравилось, как Сугуру трахал его, наверняка понравится и самому быть сверху. Судя по тому, как у них все было хорошо в первые разы, они идеально друг другу подходили, а значит, дальше могло быть только лучше. Кончил он, представляя, как Сугуру выгибается под ним от удовольствия, запрокидывая голову и сжимаясь вокруг его члена, — и все равно не почувствовал обычного удовлетворения: без Сугуру даже дрочить стало скучно. Он вздохнул, наскоро обтер член и руки бумажными салфетками и решил лечь спать пораньше, раз уж ничего интересного сегодня не будет. С утра он снова подрочил, но уже без порно, мысленно перебирая в голове то, что подобрал вчера для них — и снова убедился, что без Сугуру все не то. В столовой, куда он спустился в поисках развлечений, в это время были только Нанами с Хайбарой, Сёко по выходным всегда появлялась позже. — Выспались? — спросил он, когда они оба уставились на него. Нанами кивнул, но по его лицу было видно, что он бы охотно добавил и пояснение, что именно в этот раз не помешало им спать спокойно. — Да, Годжо-семпай! — А Хайбара ничего не хотел добавить, просто радовался утру, еде и хорошей погоде. Хайбара вообще большую часть времени был чему-то рад, и его проклятая энергия, сконцентрированная в основном возле рук и головы, переливалась солнечным теплом и тоже была на редкость позитивной. Годжо набрал в тарелку всего подряд и с чашкой чая устроился за соседним столом. — И куда вас отправили? — А вы уже знаете? — Просто вижу: встали рано, в форме, несмотря на выходной — точно собрались на задание. На самом деле, еще и чувствовал, но это было не так важно. — Да. В Йосикаву, там что-то в садике детей пугает. Вернемся еще до вечера, дольше ехать, чем дел на месте. — Не надо считать миссии развлекательной прогулкой, — сказал вдруг Нанами. — И на такой можно встретить проклятие сильнее, чем ожидаешь. — Такой юный, а уже такой зануда, — Годжо хмыкнул. Нанами он не нравился. Годжо не знал, почему именно, но не особо вникал: не нравился он многим, и по большому счету ему было на это наплевать. — Везет вам, — сказал Годжо, когда они доели и собрались уходить. Он предпочел бы тоже отправиться на миссию. Нанами снова покосился на него, будто он сказал какую-то глупость. На тренировочной площадке утром в субботу никого не было. После встречи с Зенином и, особенно, его проклятым оружием, он в очередной раз убедился: его Бесконечность все еще несовершенна, хотя бы в том, что была активна не всегда. Но если раньше ему было слишком утомительно держать ее постоянно, с обратной техникой у него появлялась такая возможность. Он активировал технику, решив, что раз Сугуру не будет до завтрашнего вечера, столько ее и продержит. Как ни странно, после того просветления, через которое он прошел, Красный получался как надо: в сознании легко возникал образ искрящейся алым сферы, который Годжо достраивал, манипулируя проклятой энергией. С точностью, правда, еще стоило поработать. Годжо был уверен, что и с Фиолетовым не должно было возникнуть проблем. Но Фиолетовый не был той техникой, которую стоило активировать на тренировочной площадке, да и в целом на территории колледжа, с его барьерами, камерами и вездесущей Тэнген. Наверное, полигон для тренировки и в самом деле подошел бы, но тратить проклятую энергию впустую, не получая результата в виде уничтоженного проклятия, ему претило, а без зрителей, даже если это только Гето и Сёко, было скучно. Лучше уж и правда дождаться серьезного задания. На самом деле, ему бы тоже стоило съездить в поместье клана и новым взглядом посмотреть на записки шестиглазого предка — того еще графомана, успевшего оставить после себя груду томов и свитков. Полезная информация в них перемежалась скучными рассуждениями о жизни, своей и вообще, так что в детстве Годжо не все из них читал внимательно, мог что-то упустить. Но ему в любом случае придется поехать в Киото на время Обона, а лишний раз радовать сородичей своим появлением он не собирался. Оказавшись на обратном пути возле столовой, Годжо заметил Ягу и сразу подошел, уселся напротив него. — А Хайбара и Нанами уже отправились с утра на задание, — сообщил он то, что Яга, конечно, и так знал. — Да, — жевавший свой рис Яга кивнул в ответ. — А нам миссия нашлась? — Нет. Яга ел, отвечал односложно и старался его не замечать. — А почему? Теперь ему наконец удалось привлечь его внимание. — Тоже хочешь гонять слабые проклятия по детским садам? — Кажется, Яга был не в настроении. Годжо покачал головой, послушно соглашаясь, что не хочет. Проклятия в детсадах по большей части были даже забавные, но смысла заниматься такой ерундой он точно не видел. — Но как только появится что-то подходящее, вы отправите нас с Сугуру и Сёко? — Отправлю. Слушай, дай поесть спокойно. Займись какими-нибудь своими делами. Своих дел у Годжо не было, в этом и заключалась проблема. Побродив еще немного и так и не придумав, чем себя занять, он пошел искать Сёко. В комнате ее не оказалось, и в этом случае вариантов оставалось немного. После того, как Сёко разрешили участвовать в вскрытиях, в морге она проводила большую часть свободного времени. На взгляд Годжо, единственным плюсом морга было то, что летом в нем было прохладно. Сёко и правда была здесь, стояла у прозекторского стола над чересчур большим телом и что-то в нем делала. — Ого, целый измененный человек, — сказал Годжо, незаметно подкравшись и заглядывая через ее плечо. — Тебе теперь и такое доверяют? Утахимэ бы уже разоралась, поэтому ее интересно было пугать; Сёко всегда реагировала спокойно, как будто даже безразлично, поэтому Годжо считал ее другом. Слабой она точно не была, пусть ей и было далеко до них с Сугуру. — Да, сенсей уже все посмотрел, теперь передал мне для практики. Моргом заведовал старый дед, которому, на взгляд Годжо, давно было пора на покой. Видимо, он это наконец осознал и вовсю готовил себе преемника. Было понятно, что так удачно доставшегося ей покойника Сёко теперь не оставит. Годжо уселся на ближайшую каталку, подобрал ноги, устраиваясь в не особо аккуратную падмасану. Поначалу Сёко пыталась сгонять его с них, но потом привыкла и отстала. Уже сама по себе, поза успокаивала и вводила в состояние душевного равновесия. Наверное, медитация в морге была бы хорошим опытом, ему стоило попробовать — тем более, что заняться все равно больше было нечем. Он попробовал. Когда он вышел из недолгой медитации, Сёко все еще возилась с трупом. — Выходной же, и погода хорошая. Что ты здесь весь день сидишь? — Он снова начал пилить ее, рассчитывая, что она решит, что труп может и подождать, а он — нет. Сёко не отвечала. Годжо продолжал внимательно смотреть ей в затылок: она каждый раз как-то угадывала, что он это делает, и ее это раздражало. — Тебе совсем заняться нечем? — спросила она наконец. — Нет. То есть, да. Совсем нечем. — Сходи потренируйся. — Уже. — Поешь? — Не хочу. Что лучше: Плейстейшн или Нинтендо? — Нинтендо. — Не угадала. — Зачем тогда спрашивал? — Предположим, выбираю подарок Гето на день рождения. — День рождения Гето только в феврале. — А что мне мешает начать готовиться заранее? — Похоже, Сёко сделала что-то не то: тихо ругнулась и снова замолчала, полностью уйдя в работу. — А если позвать Гето в лав-отель, он захочет? Вот ты бы пошла? — Молчание Сёко стало ощутимо тяжелым, хоть что-то ее проняло. — Никто не будет жаловаться, что мы шумим, опять же… — Нет, Годжо, я не буду обсуждать с тобой твою личную жизнь. — Разве это личное? Я же не рассказываю тебе как мы… — Ну правда, сходи куда-нибудь еще, пока я здесь закончу? Я тебя потом найду. Придумай пока, чем хочешь заняться. Это уже было лучше, чем ничего. — Договорились. Годжо вернулся к себе в комнату и лег. Даже дрочить не хотелось. Активировав технику, он подтянул к себе валявшийся на столе плеер, по привычке отмечая: не уронил по пути — явный прогресс, немного не рассчитал, и тот чуть не прилетел ему в лицо — еще есть над чем поработать. Он включил музыку погромче и закрыл глаза, все равно улавливая следы проклятой энергии — главным образом, собственной. Наверное, стоило в следующий раз потрахаться здесь, чтобы в комнате осталось больше от Сугуру: его проклятая энергия, отпечатки пальцев, запах. Бесконечность вокруг него ощущалась только по затратам энергии на ее поддержание, но, если специально сосредоточиться, можно было почувствовать ее как окружавший кокон, сделать этот кокон тонким, в несколько сантиметров, или расширить до большой сферы, или уплотнить так, чтобы Бесконечность, преодолевая сопротивлением гравитации, подняла его над землей. Игры со своей техникой помогали развлечься в детстве, во время скучных церемоний и долгого ожидания, или когда не удавалось сразу заснуть. Сейчас тоже помогло: он увлекся настолько, что даже не заметил, как в комнату кто-то зашел, почувствовал, только когда тот оказался у самой кровати. Но, пожалуй, ничего удивительного: его тело и разум не видели в пришедшем угрозы. Годжо открыл глаза, посмотрел на Сугуру и отключил Бесконечность.