Рывок

- О? Посмотрите, кто это. Как только Джихон вошел в ресторан с руководителем Ли, помощник менеджера Нам, который сидел за столом в глубине зала, окликнул их. По-видимому, он еще не сделал заказ и быстро предал своих коллег из отдела маркетинга, чтобы сесть рядом с Джихоном и руководителем Ли. - Боже, тебя в последнее время просто невозможно поймать. Почему ты ведешь себя так, будто очень занят? Едва Нам сел рядом с Джихоном и толкнул его локтем, как руководитель Ли ответила за него. - Он не притворяется занятым — он действительно занят. Она взяла меню и кивнула Джихону, который сидел напротив нее. - Он уже несколько дней заперт в конференц-зале с юристами. - Правда? - Да. Юристы в последнее время даже не выходят на обед. Они просто заказывают еду и продолжают работать там. Сегодня я практически сама вытащила заместителя начальника Чжона, чтобы он мог передохнуть минутку. Нам посмотрел на Джихона с широко раскрытыми глазами, как будто спрашивая: - Все настолько плохо? Джихон только пожал плечами, когда официант подошел, чтобы принять заказ. Все трое сделали свои заказы. - Кстати, заместитель начальника Чжон, у вас нет утреннего недомогания? Как только официант отошел, спросил Нам. - О, у меня почти не было тошноты. - Ого, серьезно? - Да. Мне просто немного не по себе натощак, но в остальном я в порядке. Честно говоря, я так хорошо ем, что больше беспокоюсь об этом. На ответ Джихона руководитель группы Ли серьезно сказала: - Заместитель начальника Чжон, вам лучше считать себя счастливчиком. Когда плохо, то очень плохо. Силы падают, кружится голова, и кажется, что умрешь, если не поешь, но когда ешь, то все выходит обратно. Это может свести с ума. У нее была дочь, которая в этом году пошла в начальную школу. Джихон еще не работал в компании, когда она была беременна, но он слышал «легенду» о том, как она похудела на 6 кг в первом триместре из-за сильной утренней тошноты. Учитывая, что она была известна как одна из трёх лучших в компании по рабочим показателям и выносливости, и что она даже подумывала о том, чтобы взять отпуск, это говорило о многом. - У вас было такое сильное утреннее недомогание, госпожа Ли? Нам широко раскрыл глаза и сказал, что не имел понятия. - Да. Но для меня это была не просто тошнота — это было разочарование от того, что я не могла контролировать свое тело и эмоции. Я знала, что не веду себя рационально, но ничего не могла с этим поделать. Жить так каждый день? Это было невыносимо. Тошнота и перепады настроения связаны с гормонами, поэтому они проявляются одновременно. Это было двойное мучение. - А... Нам неопределенно кивнул, но по его лицу было видно, что он не совсем понимает. Руководитель Ли налила себе стакан воды и продолжила. - Вот пример. Я даже не очень люблю фрукты. Но когда у меня была сильная тошнота, я должна была есть фрукты. Я не могла есть ничего другого. Поэтому мы всегда держали их в холодильнике. Но даже тогда, если они не были именно такой сладости и кислотности, как я хотела, они мне не подходили. - А. Теперь Нам кивнул, как будто наконец-то начал понимать. Но руководитель Ли только разогревалась. - Понимаете, обычно я бы подумала: "Ну и что, это же просто фрукты. Съешь то, что есть, а завтра купишь еще". Но тогда? Ни за что. Если я хотела что-то прямо сейчас и не получала этого, я чувствовала себя грустной, злой, даже обиженной. Мой муж говорил: "Просто скажи, что ты хочешь, и я это куплю", но самое расстраивающее было то, что я даже не знала, чего я хочу!" Она посмотрела на них обоих и повысила голос, спросив, понимают ли они, как это раздражает — когда в тебе кипит гнев, отчаяние и беспомощность. Джихёо, который страдал от резких перепадов настроения из-за побочных эффектов феромонного супрессора, мог в какой-то степени понять ее. Но Нам, несмотря на то что он тоже был омегой, выглядел немного растерянным — типа: - Побочные эффекты супрессора? Гормоны что делают? - Я имею в виду, я думаю... может быть, фрукт, который вы хотели, на самом деле не существовал? Как будто это была какая-то идеальная форма. Платонический фрукт, понимаете? Нам был немного не в теме, но он пытался проявить сочувствие, и руководитель группы Ли рассмеялась. - Может быть, вы правы. - В любом случае, это был ад. Не только для меня — моему мужу тоже было тяжело. Днем и ночью он бегал по городу, покупая всевозможные фрукты, а в ответ от меня получал только крики. - Что? Но это же происходит даже когда ты не беременна... - Заткнись. Услышав ее мягкую, но резкую ремарку, Нам опустил голову и сделал вид, что приводит в порядок столовые приборы. Он аккуратно положил их на салфетку и плавно сменил тему. - Но честно говоря, тебе действительно нужно связываться с юридическим отделом по поводу всего этого? Я понимаю, что они завалены работой, но ты же всего лишь свидетель в этом деле, верно? Разве не достаточно просто написать заявление и покончить с этим? - Ну, да, но мы подаем заявление не в одну организацию. Джихон начал расставлять свои столовые приборы, отвечая на вопрос. - Мы планируем подать заявление как минимум в четыре разных спортивных органа. И мы подаем как гражданские, так и уголовные иски через судебную систему. К тому же, я фактически являюсь истцом в одном из них. - Черт. Нам прижал ладонь ко лбу, как будто у него уже началась головная боль. Джихон наклонился и тихо прошептал ему на ухо. - Дело в том, что каждая организация требует разные подтверждающие документы, разные форматы заявлений, разные формы. Кроме того, у таких организаций, как дисциплинарный комитет FINA и Олимпийский комитет, есть строгие сроки. Если документы не поступят в течение трех недель после события, они их даже не примут. - Уффф. Нам застонал, закрыв лицо руками, но через секунду поднял голову, и его глаза засияли. - Подожди. Это значит, что к следующей неделе как минимум два дела будут закрыты, верно? - В принципе, да. И в любом случае, я думаю, что моя часть работы будет в основном завершена на следующей неделе. - О, это облегчение. - Но это только я. Юридический отдел только начинает работу. Им придется контролировать все и реагировать в режиме реального времени. - Ну, это их работа. Им за это платят. Руководитель команды Ли прервала Джихона, не дав ему закончить фразу. - Им платят за такую работу. Что нас беспокоит — меня и генерального директора — так это то, что заместитель начальника Чжон работает больше, чем мы ожидали. Сама прошедшая через беременность, она с беспокойством щелкнула языком. - На самом деле все не так плохо. Я просто хотел побыстрее закончить, вот и все. Быстро ответил Джихон, не желая никого беспокоить. На самом деле юридический отдел был более чем готов пойти ему навстречу и скорректировать график с учетом его беременности. Они предложили встречаться раз в два дня или даже раз в неделю — как ему удобно. Но Джихон, желая побыстрее закончить дело, добровольно приходил в конференц-зал каждый день. - Есть какая-то причина, по которой ты так торопишься? - Я просто никогда не любил оставлять дела незавершенными. Нам сделал лицо, как будто говоря: - Да, ты всегда был таким. - Чем более стрессовая задача, тем лучше закончить ее раньше. Иначе я начинаю бояться ее еще больше. — сказал Джихон, а затем сделал глоток воды. - И, честно говоря, в этом деле лучше действовать быстро, несмотря ни на что. Общественное мнение сейчас на нашей стороне. Было бы глупо не воспользоваться этим моментом. - Да, но Кава все равно будет подавать апелляцию, верно? - Вероятно. - Тогда тебе предстоит долгий путь. Не разумнее ли сбалансировать свои силы? Ты беременный, каким бы физически подготовленным ты ни был. На это руководитель группы Ли небрежно бросила: - Из-за Квон Джэкхёна, очевидно. - Почему, что с ним? - Когда его выпишут на следующей неделе, он вернется к полноценным тренировкам и начнет подготовку к следующим Олимпийским играм. Поэтому Джихон пытается все уладить до этого. - Что...? Нам выглядел по-настоящему ошеломленным. - Подожди, зачем тебе все это? Пусть Мин У или кто-нибудь из других менеджеров позаботится об этом. Он с недоверием нахмурился, а затем подозрительно понизил голос. - Не говори мне... его мама попросила тебя об этом? Типа: «Ты беременный, конечно, но твой муж едет на Олимпиаду, так что тебе лучше взять на себя ответственность и поддержать его»? - Нет! Конечно, нет! Джихон был в ужасе. - Она бы никогда не сказала ничего подобного. На самом деле она чувствует себя виноватой, что так сложились обстоятельства и она не может помочь больше. В соответствии со своим планом, Джихон сообщил госпоже Шим о беременности, как только достиг двенадцати недель. В то время госпожа Шим была вне себя от беспокойства из-за травмы плеча Джэкхёна. Она не могла облегчить его боль и не знала, что еще сделать, поэтому она время от времени заглядывала к Джихону с едой, которую сама приготовила, чтобы проверить, как у них дела. Когда однажды Джихон сказал, что хочет поговорить с ней о чем-то серьезном, она выглядела напряженной — вероятно, ожидая, что он скажет, что она слишком часто приходит или что это неудобно. Она даже заранее защищалась, когда он начал с «Мама...», выпалив: «О, я знала. Я слишком часто прихожу в последнее время, да? Я просто подумала, что раз Джэкхён не приходит домой, сколько бы я его ни просила...» Поэтому, когда Джихон сказал ей, что он беременный, она тут же разрыдалась. Сжимая его руку, она рыдала, благодарила его и поздравляла, смешивая слова так, что их было невозможно понять. А как только она немного успокоилась, она накричала на своего сына.