Рывок

- Эй, так у тебя теперь отношения с Квон Джэкхёном? спросил Инёп, доставая из кармана пиджака пачку сигарет. - Как давно вы вместе? С того момента, как он согласился сотрудничать, верно? Значит, прошло уже около трех месяцев? Или вы сошлись с ним задолго до этого? И он подписал контракт с вашей компанией по твоей просьбе? Инёп осыпал меня неудобными вопросами, даже забыв о главной цели, ради которой он вообще сюда приехал. Видимо, именно поэтому он настоял на том, чтобы пройти в курительную комнату и все обсудить. - Мы не встречаемся. Запоздало опроверг Джихон. На что Инёп широко раскрыл глаза, как бы споря: - Правда? Джихон уже мысленно предвидел, что за этим последует: - Ты правильно думаешь. Если у тебя есть совесть, ты не должен так поступать. Однако... - Почему...? пролепетал Инёп, пребывая в полном шоке, и Джихон, удивленный неожиданной реакцией друга, сжал в руке фильтр. - Что значит «почему»? Потому что я могу разрушить его жизнь. - Эй, что ты надумал? Почему он должен страдать из-за романа с тобой? Он фыркнул, тонко намекая на то, что Джихон слишком много о себе возомнил. На самом деле Инёп прав. Джихон, сам того не зная, горько усмехнулся и, сделав медленную затяжку, решительно возразил: - В любом случае, мы не встречаемся. - Странно. В университете ты ввязывался в отношения почти со всеми, кто выражал тебе симпатию. - Вы говорили, что это неправильно. Прислушавшись к совету старшего, я стал отказывать всем подряд. Но по какой-то причине ты снова остался недоволен. Когда он спросил, в чем дело, Инёпу, казалось, нечем было крыть, и он просто зажег сигарету. Затем, стряхнув пепел, он, словно под дых, пробормотал: - Все равно ты плохой человек. Мужчина продолжал изрыгать проклятия вроде «распутник», «грешник», «пришло время получить по заслугам», но его лицо оставалось улыбчивым, в отличие от того, как он обычно выглядел. - Тебе весело, да? - Да, я умираю от смеха, - искренне рассмеялся Инёп. - У меня руки чешутся рассказать Дон Чжину и Вонмёну обо всем, особенно о том, как Чжон Джихон попал в беду. Ребята были на два года старше Джихона. И все они когда-то были членами одного клуба. - Ты все еще общаешься с ними? - Иногда мы проводим время вместе. - Понятно. - А со своими младшими или сверстниками вы хотя бы пересекались на каких-нибудь мероприятиях? - Нет. Я ни с кем не поддерживаю связь. На самом деле Джихон вступил в киноклуб не из-за своей большой любви к кино. Он сделал это потому, что его девушка очень хотела работать с ним там. Однако он никак не мог найти подходящую возможность, и в результате вся эта бурная деятельность затянулась до окончания школы. У Джихона не сложились дружеские отношения с товарищами. Но, если честно, он и не особо стремился к этому. - О, да! Все твои «близкие» сбежали. Сколько их там было? Не меньше четырех! Ты все испортил, не так ли? Казанова! серьезно начал Инёп. - Я бы встречался спокойно, зачем каждый раз затевать бесполезную драму? Из-за тебя мы потеряли много ценных кадров! Ты пережил абсолютно всех! И старших, и младших! Инёп визжал без остановки, словно нарочно избавлялся от всех своих бывших. - Я не требовал, чтобы кто-то уходил. Мои слова не имеют веса в таких важных решениях. Это был их выбор. По правде говоря, мне было не по себе, и я тоже хотел уйти. Вы знаете, что я их не бросил, так что это не моя вина. Любой роман, где не было ни капли его инициативы, словно по написанному сценарию, неизбежно заканчивался разрывом. Но ответственность не позволяла ему забыть о своих обязанностях и кануть в Лету. В результате бывшим партнерам становилось неуютно рядом с ним, и все они поспешно отступали. - Значит, вам придется расстаться по-дружески. - Нет, я всегда так расставался. Джихон никогда не повышал голос, не было ни ссор, ни скандалов... Даже когда его уличили в неверности, он сохранил спокойствие и сказал лишь следующее: «Если бы ты сразу сказала, что хочешь покончить со всем, мы могли бы избежать всех этих разговоров об измене и отношений на два фронта». Несмотря на то что все закончилось относительно мирно, его пассия всегда избегала встреч с ним. - Эй, это потому, что ты нашел кого-то нового сразу после расставания!»Только представь, каково это, когда твой бывший возлюбленный на твоих глазах начинает вытворять фокусы с другой. Это настолько невежливо, насколько возможно. - Я не понимаю. По-моему, если ты был вежлив и заботлив, пока вы были вместе, этого достаточно. Джихон всегда старался подстроиться под своего партнера: делал все, что тот просил, а если возникали ссоры, всегда уступал. Он не проявлял ни ревности, ни подозрительности, даже если видел, что его обманывают. А он просто делал вид, что верит. Но зачем проявлять сочувствие к тому, с кем все кончено, оставалось загадкой. - Переживая за своего бывшего, ты причиняешь боль тому, кто с тобой в настоящем. А я этого не хочу. - Ну да, ты прав, но..., недовольно пробормотал Инёп, сканируя Джихона взглядом с ног до головы, - Да, в первом приближении твой взгляд на отношения вполне здравый, но что-то в нем в корне не так... Джихон с сигаретой в руке слегка приподнял брови, как бы спрашивая: - Правда? - Да. В то время все говорили, что ты обречен на неудачу с самого начала. Если они тебе не нравились, зачем ты вообще начинал? Почему ты всегда принимал все признания? - Да, я не любил, но и отвращения не испытывал. Он думал, что в процессе их чувства могут измениться и, возможно, возникнет глубокая привязанность. Выдохнув струйку дыма, Джихон продолжил: - И каждый раз я был благодарен за эти чувства и хотел отплатить им. Инёп, молча слушавший его, пробормотал как бы про себя: - Как я и думал, вот в чем проблема. В общем, не стоит заводить отношения. Это, пожалуй, единственный способ хоть немного очистить свою карму. - Я же сказал, что не буду, - резко пробормотал Джихон, стряхивая пепел. Инёп, наблюдая за ним, прищелкнул языком, а затем, словно что-то вспомнив, снова вернулся к насущной теме: - А насчет Квон Джэкхёна... В этот момент в кармане брюк Инёпа раздался громкий звонок. Увидев на экране телефона номер, он быстро ответил на звонок: - О, они уже здесь? Понял, скоро буду. Затем он бросил окурок в пепельницу со словами: - Эй, нам пора уходить. На что Джихон затушил сигарету и вышел с ней из курительной комнаты. Не успели они подождать и минуты, как из зоны прилета вышел Оливер со своей командой. Заметив камеру, мужчина помахал им с широкой улыбкой, и Джихон, бодро подойдя, поприветствовал его по-английски: - Мистер Бэйл, спасибо, что приехали. Я Чжон Джихон из Споина, работаю агентом Квон Джэкхёна. - Я знаю, господин Чжон. Мы обменивались письмами, не так ли? Почему вы не предупредили заранее, что вы красавчик? Оливер оказался таким же дружелюбным, как и предполагалось. Он пожал руку Инёпу и тут же представил своих коллег. Вместе с Оливером в Корею приехал доктор Глисон, который работает с ним в тандеме и является лечащим врачом Джэкхёна в Австралии. А рядом с ними стоял еще один человек, который не упоминался ни в одном из электронных писем. - Это мой племянник Лукас. Он здесь, чтобы помогать мне и путешествовать, - сказал Оливер, указывая на парня со светлыми волосами и голубыми глазами, как у него. - Привет! Я Лукас! Парень поприветствовал их на корейском. - Ты знаешь корейский? удивленно спросил Джихон. На что он, смутившись, замешкался: - Я немного... очень немного. Я недавно начал посещать языковой центр, поэтому пока говорю не очень хорошо. Но Оливер пояснил, что в прошлом году он окончил школу и все свободное время посвящает изучению корейского. - Правда? Ваши успехи впечатляют! И произношение хорошее. Лукас мгновенно покраснел от комплимента. Парень, которому недавно исполнилось 20 лет по корейским меркам, имел довольно хрупкое телосложение, но лицо у него было милое и симпатичное, как у главного героя подростковой драмы. А застенчивость придавала ему особое очарование. Он не знал, что с собой делать, и это странным образом трогало сердца людей. В Квачхон они отправились на служебной машине. В просторном внедорожнике, который вел Мин У, Лукас сидел рядом с Джихоном и всю дорогу непринужденно болтал. - Ноа сказал, что называет тебя Хани. Можно и мне тебя так называть? - Вы близки с Ноа? - Да, когда Оливер работал в Викторианском аквацентре, я часто туда ходил. Там же я научился плавать. В итоге я подружилась с Ноа и Джэкхёном. Оливер и доктор Глисон называли Джэкхёна «Джей», но Лукас всегда обращался к нему правильно. Несмотря на свою невнятную и неуклюжую речь, он произносил свое имя очень точно и четко. Как будто репетировал десятки, а то и сотни раз. Самый робкий парень выучил иностранный язык, который вряд ли пригодится ему в Австралии, пересек полмира и даже был готов выслушать бредни Ноа. Одних этих подробностей достаточно, чтобы вызвать у Джихона подозрение. Но когда он услышал, что произношение Лукаса стало только лучше, когда он упомянул Джэкхёна, Джихон убедился в своих догадках. Лукас приехал сюда за Квон Джэкхёном. И действительно, как только Лукас вошел в зал и увидел своего друга, он был в полном замешательстве. Вместо теплого приветствия он спрятался за спину доктора, покраснев до кончиков ушей, а Джэкхён, казалось, вообще не заметил его присутствия. Джэкхён легонько обнял Оливера и пожал руку мистеру Глисону, а затем подошел к Джихону: - Оливер не сказал ничего странного? - Странного? - Ладно, забудь об этом. С этими словами Джэкхён вернулся к Оливеру. И они начали обсуждать его нынешний режим тренировок. Тем временем Лукас, по-прежнему прячась за мужчиной, смотрел на них. Из-за этого мистер Глисон, пожалев ребенка, тихонько отошел в сторону и обратился к Джэкхёну: - Эй, Джей. Посмотри, кто здесь. Обернувшись, Джэкхён наконец-то заметил застенчивого, но решительного Лукаса, бросил укоризненное «О», и на этом вся программа социального минимума закончилась. Никаких «Ты тоже здесь?» или «Давно тебя не видел». А потом он повернулся к Оливеру и продолжил разговор, оставив беднягу наедине со своим унынием. Похоже, мистер Глисон прекрасно осведомлен о пылкой безответной любви младшего. Впрочем, как тут не догадаться? Он практически кричал о ней всем своим существом. - Боже мой, он так молод! Даже Инёп, ухмыляясь, вставил свои два цента. - Мне кажется, это будет интересно. Из-за продюсерских инстинктов, внезапно проснувшихся в Инёпе, Джихон неодобрительно прищелкнул языком: - Не делай этого. - Что именно? - Не играй с сердцем ребенка, - шипел Джихон, уточняя, что это наказуемо. На что наглый телевизионщик широко раскрыл глаза, а в следующий момент понизил голос. - О ком ты говоришь? О Лукасе или о Квон Джэкхёне? Не зная, что ответить, Джихон просто скрестил руки на груди и вздохнул, опустив голову. Инёп, наблюдая за ним, тихонько рассмеялся: - Верно, игра с чувствами детей - прямой путь к наказанию. Хорошо, что ты это понимаешь. И, громко хлопнув Джихона по спине, он крикнул своей команде: - Все, поднимаемся на второй этаж! Настраивайте оборудование, пора начинать снимать!