Рывок

Хан Юсун мгновенно уменьшился. Казалось, он не мог выдавить из себя даже обычного «я с нетерпением жду» или «я постараюсь». В этот момент люди за соседним столом встали, освобождая свои места. - Похоже, теперь все свободно, - сказал Джихон. Ким Хисок, погрузившись в раздумья, рассеянно пробормотал. - Ах да... Тогда мы поменяемся местами. Простите за неудобства. Словно в прострации, он пробормотал извинения и, не дожидаясь ответа, поспешно направился к свободному столику. Хан Юсун с непроницаемым видом последовал его примеру, лишь коротко кивнув на прощание. И как только они уселись за стол, Джихон спросил: - Ты ведь не всерьез решил участвовать в обоих соревнованиях? - Всерьез, - спокойно ответил Джэкхён, оставив Джихона без слов. - Правда?... - Почему я должен притворяться? Парень насмешливо фыркнул и взял со своей тарелки еще одно пирожное. После небольшой паузы, пока он жевал, Джихон продолжил: - Это из-за Юсуна, или как? - Не притворяйся, что ты с ним близок, - прорычал Джэкхён, возмущенный тем, что Джихон назвал его по имени. Джихон хотел было возразить, но, поняв, что перепалка - бессмысленная трата времени, быстро сменил тему. - Ладно, ладно. Ты из-за Хан Юсуна? Он все равно не попадет в финал Олимпийских игр. - Если он не на достаточно высоком уровне, то ему вообще не стоит участвовать, - проворчал Джэкхён, стряхивая крошки с пальцев. - Если этот выскочка нацелен на комплексное плавание, то он должен сдать норматив. Тогда ему не о чем будет беспокоиться в отборочном туре. Неважно, буду я участвовать или нет. - А если Хан Юсун не сможет?» - Ну, тогда он не попадет на Олимпиаду. Все просто. Джэкхён сказал это таким тоном, словно это было само собой разумеющимся. На что Джихон невольно усмехнулся, ведь на самом деле Джэкхён был прав. Правила национального отбора по плаванию гласили, что в олимпийскую сборную по каждой дисциплине могут попасть только два человека. По результатам отборочных этапов формируется общий рейтинг. Однако это не гарантирует участия: чтобы попасть на Олимпиаду, необходимо уложиться в олимпийское квалификационное время (ОКВ), установленное Международным олимпийским комитетом. Если спортсмен с лучшим результатом уложится в ОКВ, а занявший второе место - нет, то на Олимпийские игры поедет только первый. Если же оба не справятся, то путевку на Игры получит тот, кто показал лучшее время среди всех претендентов и при этом преодолел порог олимпийского квалификационного норматива (ОКН). - Судя по лицам сектанта и его гуру, они не смогут справиться с квалификационным нормативом, - уверенно добавил Джихон. - Максимум, на что они способны, - это сдать норматив OКВ. Самоуверенность Хан Юсуна поначалу заставила его усомниться в своих предположениях, но их искренняя реакция говорила сама за себя: чуда не будет. Похоже, план состоял в том, чтобы занять первое место в национальном отборе и пройти OКВ. Именно поэтому новость об участии Джэкхёна в заплыве на 400 метров вызвала у них такой ужас. Ведь этот парень даже с закрытыми глазами может легко сдать квалификационный норматив и занять первое место. Следовательно, у Хан Юсуна нет никаких шансов попасть на Олимпиаду, даже если он успешно сдаст ОКВ. - Ладно, с Хан Юсуном все понятно, - понизив голос, продолжил Джихон, - а ты? Ты действительно собираешься участвовать в заплыве на 400 метров? - Конечно», - не задумываясь, ответил Джэкхён. - А ты сможешь? Джихон был уже в замешательстве. - Нет, нет, конечно, сможешь! Если тебя пустят, это будет просто замечательно! Dоскликнул он, не скрывая своей радости. - А что в этом такого замечательного? пробормотал ворчун, надувшись. - Ну... Я всегда думал, что тебе стоит попробовать свои силы на этом поприще. Было бы здорово хотя бы раз выступить на дистанции 400 метров до конца твоей карьеры. И вот ты сказал, что будешь участвовать! И даже на Олимпийских играх! Джихон с энтузиазмом затараторил, улыбаясь. - Эй, что такое? Почему ты такой счастливый? удивился Джэкхён, заметив, как он закрыл лицо руками, пытаясь успокоиться. На что Джихон отмахнулся от него, как бы намекая: «Не обращай внимания», а когда немного успокоился, снова спросил: - Планируешь ли ты сократить количество дисциплин? От чего ты откажшься? От плавания на спине или баттерфляя? - А это я решу после первого отборочного тура. Не думаю, что там придется что-то убирать, - сказал Джэкхён, нарезая вилкой пирожное. А затем, положив кусочек в рот и прожевав его, добавил: - Я буду участвовать во всех соревнованиях, как и раньше. Ну, еще будет комплексный заплыв на 400 метров: Одним больше, одним меньше - неважно. Джихон молча смотрел на него. - Ты чего? нахмурился Джэкхён, не понимая, почему тот так на него смотрит. - Ничего, - пробормотал Джихон. - Ну же, что такое? Джэкхён не мог остановиться и нетерпеливо барабанил пальцами по столу, словно собирался устроить скандал на глазах у всех присутствующих, если не услышит объяснений. В конце концов Джихон сдался и, покраснев от смущения, пробормотал: - Просто... Ты был так крут сейчас. И... Заикаясь от смущения, он как-то пришел в себя и быстро пролепетал: - Мое сердце даже забилось быстрее. Застигнутый врасплох, Джэкхён практически потерял дар речи. Он некоторое время смотрел на стол, сильно покраснев. Видимо, поняв, что выдал себя с головой, он сердито сказал: - Хён, не дразни меня, серьезно. - Это не то, что ты подумал, - смущенно пробормотал Джихон. - Я не это имел в виду. Ну, пожалуйста, успокойся. -... - Вот, попей, - он налил воды в стакан. - Тебе нужно остыть. Джэкхён послушно выпил воду одним глотком и, тяжело вздохнув, провел рукой по волосам. Джихон, желая разрядить обстановку, поспешил сменить тему: - В любом случае, нам нужно пересмотреть план тренировок и скорректировать расписание. Джэкхён должен как можно скорее возобновить тренировки, чтобы восстановить форму, ведь после месяца отдыха мышечные волокна начинают истончаться. - Даже если ты не плаваешь, силовые тренировки должны быть включены в твой распорядок дня, - заключил Джихон. - Ну, да. - Директор Кан упомянул, что у него есть один тренер на примете для тебя. Он уже работал с нашими ребятами. Все очень хорошо о нем отзываются. У него также есть сертификат спортивного врача, и он прошел курсы по работе с медицинским мячом. - Да, да, - равнодушно согласился ворчливый парень. Не заметив повисшего в воздухе недовольства, Джихон продолжил, доставая свой телефон: - Если ты свободен на этой неделе, мы можем договориться о встрече. Вообще, я хотел представить тебя чуть позже, так как мы планировали начать тренировки где-то в середине ноября... Но если тебя все устраивает, то мы сразу же проведем тесты на выносливость и... Внезапно Джихон почувствовал на себе неподвижный взгляд и смутился. - В чем дело? - спросил он. - У тебя есть другой кандидат? - Нет, мне все равно, с кем работать, - подозрительно сдержанно ответил Джэкхён, наливая воду в пустой стакан. - Хён, ты что, не рад? Такое ощущение, что ты не можешь дождаться, когда я начну тренироваться. - Это все потому, что я доставляю тебе столько хлопот? - обиженно пробормотал он. Джихон был обескуражен нескрываемым разочарованием в голосе Джэкхёна. Еще несколько дней назад он места себе не находил, мечтая как можно скорее затащить его в бассейн и тем самым спасти свою шкуру. Но теперь, когда представился реальный шанс, все эти мысли как по волшебству испарились. Джихон был слишком взволнован новостью о своем участии в заплыве на 400 метров, и все остальное не имело для него никакого значения. Однако он прекрасно понимал, что если признается сейчас, то Джэкхён тут же возомнит о себе неизвестно что. И обязательно скажет что-нибудь вроде: «Вот видишь, хён, тебе тоже все это нравится, и ты хочешь еще, да?». В такой ситуации невозможно было поддаться эмоциям. Поэтому Джихон, нарочито понизив тембр, сказал: - Джэкхён, давай жить по совести, хорошо? Похоже, у бульдозера еще остались ее жалкие крохи. Ведь он воздержался от едких комментариев, хотя всем своим видом чуть ли не кричал, что вообще не имеет к этому никакого отношения. И просто сосредоточился на уничтожении десертов, избегая зрительного контакта с Джихоном.