Рывок

Хён все реже приходил в бассейн, и вскоре по центру поползли слухи, что он собирается завершить спортивную карьеру. Джэкхён, конечно, не поверил, но внутренне его терзало беспокойство. Он заметил, что хён выглядит уставшим. Этот трудолюбивый человек все реже посещал тренировки, а если и появлялся, то только для того, чтобы пообщаться с тренером, не заходя в бассейн. В спортзале, начав делать разминку или упражнения, он вскоре останавливался, морщась и подозрительно хватаясь за плечо. Иногда он сидел в одиночестве на скамейке в парке, задумчиво глядя в землю. Однажды, когда Джихон вдруг запах свежей травой, запахом, которого Джэкхён раньше не ощущал, его сердце заныло: - Неужели хён собирается бросить плавание? Может, он влюбился и начал пользоваться духами? Запах, исходящий от него, становился все сильнее, а через пару дней Джэкхён получил подтверждение своего альфа-статуса из результатов генетического теста, проведенного в школе. Тренер был вне себя от радости: - Когда Джихон был в твоем возрасте, его рекорд на 100 метрах составлял 58 секунд. А сколько у тебя сейчас? 54? Конечно, ты же альфа! А Джихон - бета, и если ты проиграешь ему, то как же честь альфы? Джэкхён, к пятнадцати годам ты должен обязательно попасть на чемпионат мира. Ты понял? Титул самого юного призера будет твоим, запомни это. Этот человек всегда пренебрегал своими обязанностями, приходил на работу в состоянии алкогольного опьянения, ну, или с бодуна, а сейчас он воодушевлен и кричит неизвестно что. В этот момент Джэкхёну буквально хотелось разорвать его на части. В итоге он попросил руководство заменить тренера. Однако те сразу же начали уклончиво отказываться, но мать Джэкхёна подала официальную жалобу из-за пьянства. Новый тренер, бывший спортсмен, курировавший старшую школу, мало чем отличался от того человека в своих требованиях. Он также настаивал на Кубке мира. Казалось, все они были одержимы этим титулом. Но Джэкхён твердо решил выступить на нем после 17 лет. Он хотел, чтобы этот титул остался за хёном. Это было не только значительным достижением для Джихона, но и имело большую ценность для Джэкхёна. Ведь благодаря хёну он добился того, чего добился. Он не собирался уничтожать этот дорогой и важный титул. Пусть оно всегда сияет рядом с именем хёна, чтобы каждый раз, оглядываясь на прошлое, Джэкхён вспоминал те времена с теплотой и неподдельным счастьем. К счастью, таинственный аромат исчез. Джэкхён даже подумал, что хён вновь обрел душевное спокойствие и решил сосредоточиться на учебе. И тогда он пообещал себе: - Как только он появится в бассейне, я обязательно попрошу его показать мне, как надо плавать. А еще я обязательно скажу ему, что хочу тренироваться вместе с ним. Но реальность оказалась гораздо печальнее: Квон Джэджун сказал, что Джихон, похоже, уходит из большого спорта и завтра собирается забрать свои вещи из центра. - Почему...? Почему...? Джэкхён был так поражён, что уронил ложку. На что Квон Джэджун посмотрел на брата и самодовольно ответил: - Почему? Потому что он бета. А как бета может победить альфу? Джихон понял, что у него нет шансов. Из-за таких подлых альф, как ты, беты вынуждены страдать всю оставшуюся жизнь. - Он так сказал? - А почему ты думаешь иначе? - уверенно произнес Джэджун, но Джэкхён не мог в это поверить. Этот человек не способен так думать. Если бы он действительно собирался бросить плавание по этой причине, то сделал бы это сразу после того, как узнал о своем статусе. Но он этого не сделал. И, несмотря на свой второстепенный пол, он не закончил карьеру и даже выиграл медаль на чемпионате мира. Джихон был тем, кто лучше всех знал, что генетический статус не имеет значения. Он поддерживал Джэкхёна, несмотря на то, что тот - альфа. Он похвалил его за стремление и усердие. Набравшись храбрости, на следующий день Джэкхён схватил Джихона за руку и спросил: - Ты действительно уходишь, потому что ты бета? Он надеялся, что хён ответит «нет». Что скажет, что это не так. Что он уходит из-за травмы и после выздоровления обязательно вернется. Но вместо этого... - Эй, я никогда раньше не видел, чтобы ты так много говорил. Улыбаясь, Джихон убрал руку и продолжил. - Я уже год не слышал твоего голоса, но сегодня его слишком много. Сделав шаг назад, он укоризненно добавил: - Но то, что ты говоришь, так типично для альф. Я не знал, потому что никогда не общался с тобой нормально. Джэкхён был настолько ошарашен, что потерял дар речи. Он не ожидал таких слов от своего хёна. Глядя на его неприступный вид, Джэкхён не смог сдержать слез. Сцепив зубы, Джэкхён стоял как вкопанный, сглатывая подступающую горечь. Вдруг Джихон, словно осознав, что натворил, дрожащим голосом начал успокаивать его: - Прости, я по глупости застыл. - Прости меня, Джэкхён-а. Я был не прав, - продолжал извиняться он, опустив голову, и Джэкхён видел, как искренне он сожалеет. Не в силах ответить, Джэкхён боролся со слезами. Джихон становился все более беспомощным, но в конце концов провел ладонью по лицу и пробормотал: - Проклятье... Прости. Я не должен был срывать на тебе злость. Ты говорил вполне нормально, а я просто наговорил тебе гадостей из-за своей ревности. Прости меня. Джихон снова и снова извинялся и почему-то признавался в собственной неуверенности. На его лице была такая мучительная боль, что казалось, он вот-вот расплачется, а Джэкхён молчал, потому что любой звук грозил вырваться наружу вместе со слезами. Поэтому Джихон слегка наклонился, пытаясь встретиться с ним глазами, и спокойно сказал: - Джэкхён, ты очень талантлив... Если будешь стараться в том же духе, у тебя все получится. А если поступишь в среднюю школу, сможешь ли ты попасть в сборную, пройдя отборочные соревнования? Независимо от того, получится или нет, участвуйте везде. Чем больше ты выступаешь, тем легче будет на крупных соревнованиях, таких как Олимпиада. - Не знаю, смогу ли я вообще попасть на Олимпиаду, - пробормотал Джэкхён. Его резкий тон впервые заставил хёна улыбнуться. - Ну а кто, если не ты? Ты сможешь побороться за медали. Поэтому не ограничивайся Олимпиадой, участвуй и в чемпионатах мира, и в Пан-Тихоокеанском чемпионате, и в Азиатских играх. - Если я выиграю везде, это будет Большой шлем, - недовольно пробормотал Джэкхён. Джихон мягко улыбнулся: - Да, это то, чего тебе нужно добиться. - Не все так просто, - проворчал Джэкхён. - Если ты возьмешь золото на Олимпиаде, то все остальное тоже получится. - Ты, вероятно, способен абсолютно на все, - добавил он. - У тебя отличная физическая форма, и ты трудолюбив. Джэкхён-а, ты действительно хорош. Среди всех спортсменов, которых я видел, ты лучший. Это правда. Он говорил, не отрываясь, глядя в лицо Джэкхёну. Убедившись, что тот больше не плачет, Джихон тихо попрощался и ушел. Джэкхён не мог даже сказать «пока», не говоря уже о том, чтобы попросить остаться. Он лишь смотрел ему вслед, пока его фигура не превратилась в точку, а слезы не затуманили зрение. Даже глядя вслед уходящему Джихону, Джэкхён не верил в случившееся. Казалось, что на следующий день Джихон вернется в бассейн, сядет на скамейку у бассейна и будет наблюдать за тренировкой Джэкхёна. А настоящее осознание реальности пришло только через пару месяцев. Когда вторник и четверг, дни его тренировок, прошли несколько раз, Джэкхён вдруг понял, что остался один в пустом бассейне: - Он все-таки ушел. Случайно он вспомнил, как однажды хён почти беззвучно пробормотал, что иногда чувствует себя одиноким. С тех пор этот недуг одолевал Джэкхёна. Каждый раз, плавая в пустом бассейне, он ощущал невыносимо жгучую меланхолию. Прокручивая в голове этот поникший взгляд и печальное лицо хёна, он был готов в тот же миг разрыдаться.