Рывок

Это произошло за несколько дней до зимних праздников. В новостях сообщалось о разрушениях в столичном регионе, вызванных внезапной метелью и сильным ветром накануне. В доме бабушки и дедушки Джэкхёна в Сонбук-доне разбилось окно, и его мать отправилась к ним. Она дала Джэкхёну денег на такси, чтобы он мог самостоятельно добраться до бассейна. По этой причине он приехал в плавательный центр позже обычного. Вокруг царил какой-то хаос, возможно, из-за суровых погодных условий. Даже входная дверь в здание центра была немного перекошена, но Джэкхён не обращал на это внимания, так как очень переживал из-за опоздания. Он небрежно толкнул стеклянную дверь, но она почему-то не сдвинулась с места. Джэкхён снова попытался отодвинуть ее, но она не сдвинулась с места: - В чем дело? В панике он стал толкать дверь внутрь, тянуть и толкать ее, но все было безрезультатно. Вдруг изнутри послышался чей-то голос: - Подожди. Нельзя так толкать. Парень в темно-синем тренировочном костюме сидел на полу на одном колене и, видимо, завязывал шнурки. Заметив, что Джэкхён сопротивляется, он отбросил все свои заботы и подошел к нему, чтобы помочь. - Думаю, дверная коробка немного сломана из-за вчерашней метели, - пояснил он, хотя, по правде говоря, Джэкхён об этом не спрашивал. Незнакомец слегка приподнял дверь и толкнул ее в другую сторону, чтобы Джэкхён смог войти. Джэкхён уже собирался поднять голову, чтобы поблагодарить его, но вдруг замер. Лицо, которое он видел только на экране, теперь было прямо перед ним. - Ты старшеклассник? Ты пришел сюда, несмотря на холод? Это достойно уважения. Когда их глаза встретились, хён одарил его милой улыбкой. Джэкхён был совершенно сбит с толку тем, что не мог ни поблагодарить, ни возразить, ведь он еще даже не закончил начальную школу. И в конце концов он просто убежал. Забежав в раздевалку, Джэкхён принялся переодеваться. Однако когда он увидел свое отражение в зеркале, то удивился не меньше: его лицо и шея были покрыты густым румянцем. Впервые в жизни Джэкхён был доволен наставлениями матери. Она заставляла его постоянно кутаться из-за холода. Благодаря этому шарф полностью скрывал следы смущения. В результате он никак не мог сосредоточиться на занятии. Он помнил лишь отдельные фрагменты событий того дня и ругань недовольного тренера. А дома тем более: сосредоточиться на просмотре видео было вообще невозможно. Все казалось ему странным и нереальным. Даже хён на экране выглядел как-то иначе. Не в плохом смысле. Он все так же, как цветок, великолепен. Однако сейчас Джихон улыбался слишком ярко. Все-таки мягкая и сдержанная улыбка, которой он сегодня одарил Джэкхёна, подходит ему гораздо больше. Даже голос воспринимался как-то по-другому. То, что Джэкхён увидел и услышал от него лично, разительно отличалось от того, что было в видео. Хён в реальной жизни оказался еще круче: более зрелым и добрым. - А плавание у него такое же? Будет ли оно еще более впечатляющим, чем на видео? - Насколько потрясающим будет плавание, если я увижу его вживую? Наблюдать за тем, как хён скользит по воде, фиксировать каждую новую улыбку на его лице, слушать его голос и общаться с ним почаще - вот о чем мечтал сейчас Джэкхён. Отбросив телефон, Джэкхён зарылся лицом в подушку. Закрыв глаза, он представил, как хён выходит из темного здания, открывает перед ним дверь с развязанными шнурками и говорит с ним, мило улыбаясь. - Как такое вообще возможно? - подумал Джэкхён. - На его месте я бы равнодушно прошел мимо, не обращая внимания. Я бы удивился, зачем кому-то пытаться открыть сломанную дверь, и даже бы улыбнулся. Но Джихон так не поступил. Он бросил свои дела, чтобы помочь, объяснил, почему она не открывается, и, кроме того, похвалил его энтузиазм. Скорее всего, остальные тоже легко поддаются дружелюбию. Но то, что именно Джихон проявил к нему такую доброту, имело для Джэкхёна огромное значение. Его мать посоветовала Джэкхёну учиться у него не только технике, но и манерам. Однако это невозможно. Джэкхён никогда не сможет стать таким, как он. Джихон уникален. И это было замечательно. Он не просто мастер своего дела, но и достойный человек по натуре. И впервые Джэкхёну стало интересно узнать о нем больше: какую еду он любит, какие песни слушает, ходит ли на утренние или дневные занятия в школе, носит ли форму или предпочитает спортивную одежду. Грубо говоря, он хотел знать о нем все и даже больше. А еще подружиться с ним. Но Джэкхён не знал, как этого добиться. Он даже не знал, когда увидит Джихона в следующий раз. Такая неопределенность ужасно беспокоила его. Видео уже не приносило прежнего удовольствия. Все, о чем он мог думать, - это встреча с хёном. Поэтому на время каникул Джэкхён забыл о телефоне и усиленно тренировался в бассейне. Прошло несколько дней. Как обычно, он проплыл 400 метров разными стилями и снял очки. Вдруг он заметил, что кто-то сидит на скамейке у края бассейна и смотрит на него. Судя по купальнику, это был не родитель или администратор, а пловец, ожидающий своей тренировки. Раз этот человек пришел в такое время, скорее всего, он занимается индивидуально. Прочистив горло, Джэкхён случайно поймал его взгляд. В ту же секунду он уронил очки. Это был Джихон. На нем не было шапочки для плавания, а черные очки висели на запястье. По наклону головы и направлению взгляда было понятно, что он смотрит на Джэкхёна. - Он смотрит, как я плаваю, - мелькнула мысль, заставившая сердце Джэкёна забиться быстрее. Он почувствовал себя одновременно и смущенным, и счастливым. Он быстро надел очки и погрузился в воду, демонстрируя свои навыки и скорость. Даже когда тренировка подходила к концу, он продолжал плавать до тех пор, пока часы не показали ровно четыре. Затем он покинул бассейн, и Джихон встал в то же время, разминаясь. Чтобы вернуться в раздевалку, Джэкхёну пришлось пройти мимо него. Беспокоясь, что его лицо снова покраснело, он старался держать между ними достаточно приличное расстояние. Но как раз в тот момент, когда он собирался осуществить свой план, Джихон заговорил первым: - Ты очень хороший пловец! Джэкхён был удивлен неожиданным комплиментом и сухо ответил: - Не совсем... - Нет, ты действительно хорош, - с улыбкой повторил хён. - Ты ведь ученик начальной школы, не так ли? И уже сейчас такой высокий и крупный, в будущем твоя физическая форма будет просто потрясающей. От постоянных слов похвалы Джэкхён смутился, и его и без того неспокойное сердце готово было разорваться. Он искренне хотел что-то сказать, но лишился дара речи. Поэтому, опустив голову, он поспешно покинул бассейн, словно убегая. Все то время, пока Джэкхён принимал душ, он бился головой о зеркало и ругал себя: - Почему я ничего не ответил? Мне нужно было поблагодарить его, а я молчал, как идиот! Эта застенчивость разочаровала его, и он поклялся, что в следующий раз такого не повторится. Но выполнить клятву оказалось не так-то просто. Он пообещал себе стать более общительным с хёном, но как только Джэкхён увидел его, его тело почти замерло, а рот просто не двигался. Все, что он мог сделать, - это пролепетать пару слов и убежать. Из-за этого хён перестал с ним разговаривать, и по плавательному центру поползли странные слухи: - Похоже, он очень ревнует к новому парню. Его тренировки начинаются гораздо позже, но он специально приходит пораньше, чтобы посмотреть, как тот парень плавает. - О, он всегда притворялся таким спокойным, а теперь, похоже, нервничает, потому что появился талантливый мальчик. - Конечно, он нервничает. Говорят, что ребенок проплывает 100 метров за 55 секунд. А когда он учился в школе, то установил рекорд в 55 секунд, и его называли гением. А теперь младший школьник, по сути, догнал его. - Конечно. Скорее всего, этот мальчик, тоже будет соревноваться на 100-метровке вольным стилем. И он, видимо, боится, что его рекорды будут побиты. Когда родители пловцов сталкивались в коридоре, они постоянно шептались между собой. Джэкхёну не нравилось, что они придумывают истории, называют их «он» или «тот парень», а потом притворяются дружелюбными. Тот хён был хорошим человеком, поэтому не реагировал на нападки. Но Джэкхён не собирался мириться с таким отношением: они не просто придумывали небылицы, а несли всякую чушь о Джихоне. Поэтому, когда эти люди пытались с ним пообщаться, Джэкхён игнорировал их и делал вид, что откусывает им головы. - Джэкхён, пожалуйста, следи за своими словами. Почему ты так нетерпим к другим? - в конце концов сказала его мама. Она ругала упрямца каждый раз, когда он начинал огрызаться. Но Джэкхён не сдавался: - Я не врал, так зачем? - Важно, как ты это произносишь. Нельзя заставлять собеседника чувствовать себя плохо. - Нет, я не хочу. Почему меня должны волновать их чувства? Джэкхён искренне не понимал, почему он должен мириться с лицемерием окружающих. Почему нельзя говорить то, что думает он? Все это больше походило на подхалимство. - Это не подхалимство, а вежливость. Даже если тебе это не нравится, ты все равно должен проявлять уважение. Постарайся быть хотя бы нейтральным. Посмотри на Джихона, без которого ты не можешь жить. Разве он слушает всех этих людей, потому что ему это нравится? Конечно, нет. Но он умеет быть вежливым. В какой-то момент она начала упоминать хёна, потому что заметила, что ее сын сразу стал слушаться: - Бери с него пример. - Говорят, его отец - военный. До школы они жили в служебной квартире рядом с мэрией. Неудивительно, что он так хорошо воспитан и совершенно не похож на современных детей. Его мать явно хотела, чтобы Джэкхён вел себя так же. Но Джэкхён был слишком занят своими мыслями, представляя, как Джихон смиренно сидит перед своим отцом-военным. - Его отец - военный. Если бы он не выбрал спорт, стал бы он военным? Да, ему бы очень шла военная форма, и он был бы очень крут, - рассуждал Джэкхён, пока не понял, что его мать в курсе даже таких деталей. А если знает мать, то и все в бассейне тоже. Это место совершенно лишено секретов. И люди не стеснялись копаться в очень интимных деталях: например, пытались выяснить генетические особенности семей. У кого-то отец - бета, у кого-то мать - альфа, но не доминантная, старшая сестра, скорее всего, бета, значит, и ребенок, скорее всего, бета. Они предсказывали и наблюдали друг за другом. Спортивная среда была очень чувствительна к второстепенному полу. И это была не просто чувствительность: они ненавидели и завидовали альфам, считая их привилегированными. Вскоре после того, как Джэкхён начал ходить в бассейн, поползли слухи, что его отец - альфа. Многие напрямую спрашивали мать: - «Ваш сын - альфа?». И каждый раз она сухо отвечала: - «Мы еще не проводили тест», но ее никто не слушал. - «Если отец - альфа, то и он будет альфой. Посмотрите, какой он высокий для своего возраста. Он вырастет еще больше». - А потом они добавляли: - «Им нужно соревноваться друг с другом, отдельно от остальных». Они постоянно язвили, спорили и нападали друг на друга. Даже старший брат Джэкхёна называл альф мерзкими и трусливыми, а их существование - противоречащим социальной справедливости. Разумеется, Джэкхён его игнорировал. Он не посмел бы изрыгать желчь в присутствии отца или деда, которые тоже были альфами. Если бы он действительно так думал, то сказал бы это взрослым. Но он цеплялся только к Джэкхёну, изображая из себя воина справедливости. Джэкхён периодически выходил из себя, язвительно замечая: - Зачем ты мне это говоришь? Скажи своему отцу или деду, что тебе не нужны их грязные деньги. Откажись от карманных денег и наследства. Тогда лицо Квон Джэджуна покраснело, и он пнул Джэкхёна, сказав: - Не будь таким дерзким, щенок. По правде говоря, Джэкхён мог бы его ударить, но мама всегда просила его воздержаться от побоев. Ведь брату сейчас очень тяжело, и нужно постараться поставить себя на его место. Поэтому Джэкхён терпел, не желая слушать эти надоедливые нравоучения. В любом случае, тычки Джэджуна были для него как щекотка. Джэкхён решил не обращать на него внимания, но после переезда в Ильсан это стало сложнее. Когда они переезжали, мать предложила ему остаться с отцом в Сеуле, но он настоял на том, чтобы поехать с ними: - Почему я должен остаться? Я же не сирота. С тех пор Джэкхён стал чаще злиться из-за постоянных нападок, но еще больше его раздражало то, что Джэджун подружился с хёном раньше него. Однажды Джэджун проклял альфу прямо перед ним: - Альфы мерзкие, трусливые, их существование несправедливо. И Джихон, выслушав его, ответил: - Что ж, твоя точка зрения имеет право на существование. Альфы действительно имеют разные физические характеристики. Но если ты имеешь в виду своего брата, то я с тобой не согласен. Он будет успешным спортсменом независимо от того, альфа он или нет. На мой взгляд, он тренируется больше всех в нашем центре. А среди отечественных спортсменов его тренировки можно назвать одними из самых интенсивных. Конечно, его выносливость и физическая подготовка играют большую роль, но даже среди альф с одинаковыми задатками не все могут достичь такого же уровня. Услышав это, Квон Джэджун тут же замолчал, добавив лишь: - Ну, я говорю не только о Джэкхёне... - Да, я понимаю. Иногда мне тоже бывает обидно. Но что поделаешь? Раз уж ты родился бетой, то должен научиться жить с этим. К тому же, Джэджун, ты высокий и умный, никто не догадается о твоем втором поле, если ты сам об этом не скажешь. - Что ж, это верно, - пробормотал он. Хотя его слова прозвучали неуверенно, после разговора с хёном он перестал докапываться до Джэкхёна, по крайней мере, на пару дней. Впрочем, Джэкхён был бы рад, если бы Джэджун даже подрался с ним, лишь бы не общался с хёном. Но Джэкхён был доволен тем, что Джихон всегда поддерживал его и не поддавался на жалкие слезы Джэджуна. Поэтому, как только они начинали общаться друг с другом, Джэкхён вставал за дверью комнаты отдыха и ждал, когда хён вступит в диалог. Этот человек был взрослым не по годам и всегда снисходительно относился к окружающим. Он всегда выслушивал собеседника и мягко высказывал свое мнение, не критикуя. Возможно, именно поэтому, когда Джихон посоветовал ему немного изменить технику из-за возможных последствий в будущем, Джэкхён не воспринял это с враждебностью. А если это было неискренне, то для него это не имело значения. Умение мягко общаться с другими уже было важной и привлекательной чертой характера хёна. Собственно, и сам Джэкхён хотел быть таким: быть добрым хотя бы с хёном или первым приветствовать его и активно поддерживать диалог. Но у него это плохо получалось. Джэкхён знал, что не отличается особым красноречием. И, по словам людей, стоит ему открыть рот, как он тут же начинает всех злить. Он просто боялся показать хёну эту постыдную и неловкую сторону себя. Поэтому Джэкхён предпочитал молчать, а не выплескивать из себя всякую ерунду. А его грубый голос, сломавшийся из-за подросткового возраста, звучал по-идиотски комично. Джэкхён хотел, чтобы эта ломка прошла как можно скорее. И его тембр будет таким же приятным и глубоким. На самом деле мечты Джэкхёна были обширны и многогранны: он видел себя и Джихона в составе национальной сборной, представлял, как они тренируются бок о бок, делят одну постель и болтают по ночам в спортивном лагере. Но чем отчетливее становились его желания, тем дальше они уходили от реальности.