Рывок

Джихон не мог вспомнить его реакцию. Возможно, он сказал с ухмылкой что-то вроде: «Эй, ты плаваешь так же», или с прямым лицом: «Постарайся улучшить свою технику», а может, и вовсе ничего не сказал. Неожиданное тепло, которое подарил ему ребенок своим комплиментом, - единственное, что осталось в его памяти. Именно поэтому в тот день он не отдал тренеру письмо, в котором сообщил, что намерен уйти из спорта. В конце концов, Джэкхён ничего не изменил. Он по-прежнему широко расправлял плечи и энергично двигал руками. Это вызвало у Джихона вихрь эмоций, ведь парень был совершенно не похож на него. Джихон испытывал широкий спектр эмоций - от смущения за то, что посмел давать советы, основываясь на собственных стандартах, до зависти к парню, который все еще был на вершине мира и не получил таких же травм, как он, хотя учился схожим образом. Его мощное от природы тело, длинные конечности, сильные руки и ноги, способность одним махом продвинуться на несколько метров поражали, как и прилив горьких чувств. Но в глазах ребенка, устремленных исключительно на Джихона, отразилось восхищение, заставившее его сердце забиться быстрее. - Может, ты попробуешь, хён? Не успел Джэкхён оглянуться, как уже преодолел 400 метров. Вместо ответа Джихон просто улыбнулся. А парень снял очки и вздохнул. - Серьезно? Неужели я прошу слишком много? У Джэкхёна были очень длинные ресницы. Когда на них собирались капельки воды, они цеплялись за них, напоминая драгоценные камни. Моргнув несколько раз и не избавившись от них, он потер глаза рукой. Его по-детски невинный взгляд был очень милым, что редкость для взрослого человека. - Хён. - Выглядеть так же, как десять лет назад, - против правил, - подумал Джихон. Когда он надел очки и направился к стартовой линии, Джэкхён был несколько удивлен. - Что с ним не так, ведь это он начал всю эту шумиху? Он подумал, что было бы здорово, если бы он смог принять хотя бы полуправильную позу. Как только он опустил талию, обе его руки ухватились за переднюю часть опоры, а левая нога двинулась назад. И в нужный момент он, естественно, подпрыгнул. Тело погрузилось еще глубже. Он уже сбился со счета, сколько раз за последние десять лет ему снились подобные сны, но сейчас он не чувствовал прежней тяжести. Скорее, происходящее напоминало полет, невесомый и легкий. После того как он всплыл на поверхность, ситуация не изменилась. Впервые за долгое время он чувствовал себя так. Плечи не болели, а локти держались нормально. Джихон уже преодолел 50-метровую отметку всего за несколько взмахов, а когда повернулся, начал энергичнее двигать руками. Он не участвовал в гонках, и ему не нужно было ставить рекорды, но его тело само набирало темп. Ему нравился сам момент движения вперед. Рассекая холодный поток, он не мог остановиться, потому что не хотел упустить это удовольствие. Вдруг в поле его зрения появилось лицо Джэкхёна. Джихон подумал, не остановиться ли ему на мгновение, но руки продолжали двигаться, не обращая внимания на его мысли. В конце концов он дошел до конца и коснулся рукой стены, словно это была сенсорная панель. Внезапно Джэкхён спросил: - Ты проверяешь погоду? Зачем так резко поворачивать шею? - Ой, перестань, а? Тренер Лим постоянно кричал тоже самое, - пробормотал Джихон. Парень рассмеялся, найдя реакцию Джихона забавной. Джихон еще никогда не слышал, чтобы он так искренне смеялся. От этого сердце предательски забилось. Как и тогда, десять лет назад, оно трепетало только от слов парня. Он смущенно вытер мокрое лицо обеими руками и добавил: - Тренер Лим говорил так, даже когда у детей все было хорошо. - Он настоящий придира. - Да, он один из тех, кто считает нормальным повышать голос. - Я действительно ненавидел его. - Потому что он много пил? - И за это тоже. Джэкхён не назвал конкретных причин, хотя за этим господином числилось немало ошибок. - Он никогда не был выдающимся тренером. Преподавание - вообще не его сильная сторона. Но он неплохой спортсмен. Джихон кивнул головой и продолжил: - Он выиграл серебряную медаль на Азиатских играх. Потом у него был перерыв на несколько лет из-за травмы, но после реабилитации он смог выиграть чемпионат. Я думаю, он был сильным и выносливым спортсменом. Джэкхён, до этого молча слушавший, вдруг сказал: - Хён, ты всегда находишь в людях положительные стороны. Когда Джихон с видом знатока пояснил, что речь идет вовсе не о нем, он рявкнул: - Ты всегда ищешь в людях что-то хорошее. - Правда? Скорее, это профессиональная деформация. Чтобы успешно выполнять свою работу, я должен замечать сильные и слабые стороны людей. - Ты всегда был таким, - серьезно заключил Джэкхён. - Правда? - Во всяком случае, я пошутил насчет поворота шеи. У тебя отличная техника, ты на высоте. - Ну, это потому, что я начал медленно. Джэкхён сделал лицо, которое кричало: - Я думаю, все в порядке. - Хён, ты не плавал десять лет? - Да. - Почему? - Из-за занятости? Я ни с кем не ходил в бассейн, так как полагал, что друзья в конце концов попросят меня «показать класс». - Но ты ведь мог бы им продемонстрировать? - Нет, не мог. - Почему нет? - Я не хотел хвастаться. - Но у тебя все равно хорошо получается. Джэкхён сказал, что не понимает. Джихон усмехнулся и по-детски надулся: - Ты мог бы поплавать один. Но Джихон медленно покачал головой, показывая свое истинное отношение: - Я не тренировался уже много лет. - Ты устал? - Может быть. В школе я готовился к экзаменам, а потом поступил в колледж. - Похоже, ты хорошо проводил время, - усмехнувшись, прокомментировал Джэкхён. - Да, мне нравились те дни. Но, кажется, где-то на третьем курсе я поехал с друзьями на виллу с бассейном. - Ты плавал? - Нет, не плавал. Я никогда не заходил в воду. - Почему? - Если бы я это сделал, то обязательно захотел бы вернуться... Джихон облокотился на разделительный трос, отчего тот, свесив ноги, раскачивался и покрывался рябью. - Раньше я думал, что бывшие спортсмены избегают разговоров из-за болезненных воспоминаний о тренировках и боли. Но нет, вся причина в эмоциях, которые они испытывали после. Вода обволакивала пальцы его ног, колени и бедра. Та самая вода, которой он так дорожил, но от которой пытался убежать, теперь снова покрывала все его тело. - Мысли вроде «а что, если бы я потерпел еще немного» или «что, если бы я дал себе еще один шанс»... самые болезненные. Результат, скорее всего, остался бы тем же, но такие размышления - самые тяжелые. - Хён. Внезапное обращение заставило Джихона поднять голову: - Хм? Когда их взгляды встретились, Джэкхён спросил тихим голосом: - Тебе было неприятно смотреть, как я плаваю? Джихон решил остаться откровенным: - Сначала да, но не сейчас. И ненависть была не такой уж большой. Я наблюдал за тобой и думал о том, какой ты замечательный. Ты напоминал мне о прошлом и о том, кем я был раньше. Но чем больше он смотрел на него, тем больше понимал, что гнев и чувство неполноценности бессмысленны. Квон Джэкхён есть Квон Джэкхён. Он лучший в мире не просто так, он работал больше многих. Те, кто не приложил таких усилий, не имеют права завидовать. Джихон отказался от спортивной карьеры, и его нынешняя задача - заботиться о спортсменах и поддерживать их. У них разные роли, и он не собирался мучиться, сравнивая себя с ним. С Джэкхёном ему нужно сотрудничать, а не соревноваться. А конкуренты - это не пловцы, а агентства. Теперь у него есть Квон Джэкхён. Он получил то, о чем другие компании только мечтали. Покинет ли он команду менеджеров, неизвестно. Сейчас он должен сделать все возможное для Джэкхёна, пока тот рядом.