Рывок

Во вторник днем Джихон закончил работу раньше обычного и привел в порядок свое рабочее место. Как только он выключил компьютер и перевел звонки на свой мобильный телефон, помощник менеджера Нам высунул голову из-за перегородки рядом с ним и спросил: - Господин Чжон, вы уходите? - Да, но я вернусь. - Даже если нет, ничего страшного, просто возьмите с собой Квон Джэкхёна. - Я потороплюсь и продолжу работу ночью. Помощник руководителя Нам рассмеялся. Было ясно, что его слова были шуткой. Он знал это, но сейчас ему было не до смеха. - Старший менеджер, я пойду, - попрощался Джихон с начальником и вышел из офиса. Когда он вышел из здания, то сразу же задохнулся от жары. Лето обещало быть жарче, чем обычно, и с наступлением июля дневная температура в Сеуле поднялась до 34 градусов Цельсия. Джихон поймал такси прямо у здания компании. Поскольку это была важная встреча, он тщательно выбирал рубашку и галстук и весь день не курил, опасаясь, что от него будет исходить неприятный запах. Однако палящее солнце мешало сохранять спокойствие. - Пожалуйста, в Джамщиль, - сказал он название отеля таксисту, который тут же завел машину, не проверив навигацию. Джихон снова посмотрел на время и откинулся на сиденье. Кондиционер охлаждал его голые предплечья, и Джихон, скрестив руки на груди, смотрел в окно. Несмотря на то, что по работе он оказался в похожей ситуации, она все равно казалась ему нереальной. Факт встречи с Квон Джэкхёном был просто невероятным. Квон Джэкхён всегда игнорировал любые агентства, даже когда они умоляли его. Однако он решил дать шанс молодой компании Споин, и это было связано непосредственно с Джихоном, что было еще более удивительно. Разве не так? Прошло десять лет, и максимум, что они делали, - это время от времени здоровались. Джихон не был достаточно близок к нему, и он также не мог вспомнить, чтобы сделал для него что-то значимое. Поэтому вчерашний звонок застал Джихона врасплох. Он и представить себе не мог, что мать Квон Джэкхёна будет так рада его видеть. Впрочем, она всегда была такой. В хорошем смысле она исключительно общительна. А в плохом - просто очень дружелюбна, даже с незнакомыми людьми. Она даже в несколько раз дружелюбнее и общительнее своего сына, словно пытаясь компенсировать суровость Квон Джэкхёна. Особенно это проявилось в отношении к Джихону. Она никогда не проявляла равнодушия, тепло здоровалась с ним, спрашивала о самочувствии, о травме плеча и болях в суставах, даже рассказывала о материалах для купальников, которые его не особенно интересовали. А в конце разговора она всегда говорила: - Надеюсь, Джэкхён скоро вырастет и будет тренироваться с тобой. Ты даже не представляешь, как сильно ты ему нравишься. Мы приехали сюда после того, как он увидел по телевизору видео с чемпионата мира и захотел тренироваться там же, где и ты... Она повторяла это каждый раз, как будто в первый раз. Джихон всегда невозмутимо отвечал: - Правда?. Этот ответ стал для него стандартным, потому что не только мама Джэкхёна, но и почти все родители детей из начальной и средней школы цеплялись к нему и говорили похожие вещи. В то время, когда Джихон только выиграл медаль на чемпионате мира и стал горячей темой, многие дети стали посещать бассейн, где он тренировался. Сотрудники центра были обеспокоены частыми запросами родителей о том, могут ли их дети также заниматься у тренера Чжон Джихона. Несмотря на это, редко кто переезжал в Ильсан, как это сделала семья Квон Джэкхёна. Каждый раз преодолевать такое большое расстояние было утомительно. Большинство родителей из дальних провинций предпочитали оставлять детей у близких родственников или поручать заботу о ребенке одному опекуну. Однако мать Квон Джэкхёна смело решила перевезти всю семью в Ильсан. Джихон не знал, как отреагировал на это решение отец Квон Джэкхёна, но было очевидно, что его старший брат не в восторге. Да и как могло быть иначе? Он совершенно неожиданно переехал из Сеула в Ильсан из-за младшего брата. В то время брат Джэкхёна учился в старшей школе. Он не мог нарадоваться, что внимание его семьи теперь вращается только вокруг младшего брата. Почти каждый день после школы брат Квона Джэкхёна приезжал в спортивный комплекс, ждал окончания тренировки и вместе ехал домой на машине матери. Джихон несколько раз наблюдал, как брат Квон Джэкхёна сидел в гостиной и ждал их. Он был похож на Квон Джэкхёна, но отличался от него и всегда недовольно смотрел на свой блокнот. Это напомнило Джихону его младшую сестру, которая часто жаловалась, что их мать заботится только о нем. Однако, в отличие от матери Джэкхёна, мать Джихона не так охотно посещала бассейн, ведь ее муж был военным, а это могло привести к некоторым волнениям. Естественно, мама Джихона не стала следовать типичной схеме, принятой у других родителей, забирающих своих детей с тренировок. В основном она общалась с тренером по телефону. Однако его сестра была разочарована как диетой, которой придерживалась вся семья из-за его брата, так и атмосферой в доме. В конце концов, родители отдавали приоритет соревновательному графику Джихона. В детстве он не мог понять чувства сестры, ведь его собственная семья отличалась от семей других спортсменов. Поведение сестры казалось ему несколько странным. Однако, повзрослев, он понял, с какими трудностями сталкиваются родители таких детей, и стал лучше понимать разочарование сестры. Возможно, именно поэтому ему стало жаль брата Квон Джэкхёна, когда он увидел его одиноко сидящим в гостиной. Он был ровесником сестры. Это заставило его проникнуться к нему еще большим сочувствием. Джихон приветливо здоровался с ним и иногда угощал выпивкой или закусками. Поэтому, когда он видел Джихона, он всегда звал его: - Хён, хён и следовал за ним повсюду. Иногда он не отпускал Джихона до конца тренировки. Теперь, когда Джихон задумался об этом, стало ясно, что старший брат Джэкхёна был очень похож на их мать. Интересно, что, несмотря на частое общение с семьей Джэкхёна, сам он редко с ним разговаривал. Они даже не здоровались, когда пересекались у бассейна. Впрочем, это была проблема Квон Джэкхёна, а не его. Ведь ребенок не здоровался в спорткомплексе ни с кем, кроме главного тренера. Но даже с ним он не разговаривал, а просто выполнял указания с отсутствующим выражением лица. В общем, ему было наплевать на собственное окружение. Квон Джэкхён относился к Джихону примерно так же: не здоровался с ним, не замечал его, когда они случайно сталкивались друг с другом. Такое поведение сохранялось независимо от места встречи, будь то бассейн, гостиная или кафетерий. Даже если бы он подошел во время разговора Джихона и его брата, то просто проигнорировал бы их обоих, как будто их не существует. Учитывая такое поведение, Джихон не мог поверить словам госпожи Шим, когда она сказала, что он очень понравился Джэкхёну и попросил Джихона прийти в бассейн, чтобы потренироваться с ним. Лучше было бы просто не обращать на это внимания. Примерно через полгода, в тот день, когда Джихон в последний раз посетил спортивный комплекс, его застали врасплох. Квон Джэкхён последовал за ним на улицу и поймал его. - Хён, ты действительно бросил плавание? Джихон почувствовал удивление и даже смущение от того, как резво ребенок бросился за ним. Он просто хотел сказать: - Да, старайся изо всех сил. Как он отвечал другим детям, но не смог произнести ни слова и просто уставился на мальчишку, чувствуя себя растерянным. - Почему ты уходишь? Это потому, что ты бета, хён? Ты не альфа, поэтому уходишь? Полагая, что Джихон специально не ответил, он еще крепче схватил его за руку. Джихона не волновал ни настойчивый тон, ни вывод, к которому каким-то образом пришел ребенок. Он проходил через это много раз. Каждый раз, когда он говорил тренеру, чиновникам федерации, членам ассоциации спортсменов и школьному классному руководителю, что бросает плавание, все они повторяли одно и то же. Но почему-то, как только он услышал такие слова от Джэкхёна, он не выдержал. - Нет, это неправда. Причина, по которой он разозлился на слова Джэкхёна, была очевидна. - Хён, ты ведь знал об этом с самого начала, не так ли? В мире много альф, но хён не уступает им в росте и размахе крыльев! Ты можешь продолжать тренировки, так почему же ты бросаешь их, даже не попробовав? Так сказал 12-летний мальчик, которому всего несколько дней назад подтвердили, что его вторичный пол альфа. Конечно, Джихон знал. Это была не вина Джэкхёна. В конце концов, рождение альфой - это не то, что можно выбрать или контролировать. Джихон и сам хотел бы им стать, если бы у него была такая возможность. У него не было причин резко реагировать на замечания Джэкхёна. Неужели он и дальше будет поддаваться влиянию слов мальчика, который ничего не знает о ситуации? А может, ему придется пройти через это в будущем? Пока Джихон пытался успокоить себя подобными мыслями, Джэкхён продолжал говорить. - Даже альфе нужно принимать лекарства, чтобы оставаться в спорте. Говорят, лекарства у всех разные, поэтому могут быть побочные эффекты, но тебе, по крайней мере, не придется их принимать, хён. Когда он заговорил, едва успокоившееся сердце Джихона снова затрепетало. - Лекарства? Ты хочешь сказать, что лекарства - это заноза в заднице? Какого черта? Мне придется жить с чипом в теле до конца жизни, а ты можешь рассчитывать только на лекарства, - подумал Джихон. Люди говорили, что, когда эмоция достигает предела, ее можно выразить противоположным способом, и это было правдой. Джихон только посмеялся над словами ребенка, сказанными без злобы. - Эй, я никогда раньше не видел, чтобы ты так много говорил. Улыбаясь, Джихон убрал руку и продолжил. - Я не слышал твоего голоса целый год, но сегодня это уже слишком. Джэкхён снова попытался поймать его, назвав хёном, но Джихон сделал вид, что поднимает сумку, которую нес на плече, естественно, избегая прикосновений. Сделав шаг назад, он гордо заявил: - Но то, что ты говоришь, так типично для альф. Я не знал, потому что никогда не общался с тобой нормально. Джэкхён остановился. Его рука, тянувшаяся к Джихону, замерла в воздухе. Джихон посмотрел на свою руку и снова улыбнулся. - Но сегодня мне было приятно это осознать, - добавил он шутливым тоном, но ребенок, очевидно, понял истинный смысл слов. Возможно, именно поэтому Квон Джэкхён выглядел таким обиженным.