The piece of a Wormy Apple.

***

Раннее утро. Детектив Шерлок Холмс и его единственный друг, а так же помощник, военный доктор Джон Хэмиш Ватсон — спокойно прогуливались вдоль окутанного золотистым солнечным светом леса, под чудесную музыку состоящую из пения птиц и подпевающего оркестра шумящих деревьев, которые лишь шелестом листвы создавали прекрасные произведения музыки природы. Шерлок как всегда был сосредоточен на своих собственных мыслях, в то время как Джон внимательно слушал рассуждения увлечённо рассказывающего детектива, который яро пытался описать каждую деталь своих планов в своей голове. Иногда Ватсон даже не успевал за его потоком мыслей, и часто переспрашивал неуслышанное, что мягко говоря раздражало Холмса, но проявляя терпение к невнемательному товарищу, он спокойно повторял уже ранее сказанные им слова. Это была достаточно обычная прогулка, ничем не примечательная и обыденная. Они частенько так выбирались прогуляться с утра пораньше, чаще всего в выходные, если Джон свободен и не пропадает как обычно где-то со своей очередной пассией. И эта прогулка сначало не несла за собой ничего особенного, обыденность, всё как любит великий Холмс, но правда ли они были лишь вдвоём в том лесу? Шерлок настолько бурно рассказывал Джону о предстоящих планах, он уже давно всё и за всех решил, это же Шерлок. - В понедельник. Мы должны будем пойти туда в понедельник. Ляжем пораньше, чтобы точно проснуться во время и не опоздать туда. — то и дело размахивая руками и жестикулируя произнёс Холмс. Видимо, он был достаточно сильно увлечён своими планами, что так резко оживился, хотя буквально полчаса назад допивая свой утренний кофе готов был замертво упасть и уснуть. Проблемы со сном вообще часто беспокоили детектива, но он ссылался на обычный человеческий фактор, и утверждал, что просто не может лечь или уснуть раньше. - Постой, как это, в понедельник? — удивлённо вскинув брови озадачился Джон. — Н-но погоди...В понедельник у меня свидание с Вероникой. Я не могу пойти вместо этого с тобой за очередными приключениями, которые мы и так частенько находим. Может перенесём? К примеру, на вторник. Или нет...Во вторник лучше нет. В пятницу или среду, хорошо? Мраморная кожа детектива отразилась на солнце проникающим сквозь густую листву высоких деревьев, а тень исходящая от волос закрыла взор на глаза мужчины. Он остановился, и дождался, пока сопровождающий его доктор тоже затормозит, и обернётся, дабы выяснить, что заставило друга так резко прекратить ход. Джон вопросительно выгнул бровь, сложив руки на груди, и устремил взгляд на Шерлока. - Как это понимать...Ты «не сможешь» пойти в понедельник, лишь потому, что у тебя тет-а-тет с очередной дамой? — серьёзным и твёрдым тоном произнёс Шерлок, стараясь подавить пассивную агрессию, которая возникла из-за нарушения стабильности его планов. - Эм...Да..? Извини, я забыл предупредить тебя. — виновато опустив голову, а вместе с ней и глаза, с лёгким вздохом произнёс Ватсон. - В очередной раз. — не показывая истинного недовольства подметил детектив, лишь напомнив напарнику, что такая ситуация разворачивается между ними не в первый раз. - Снова.." — неловко почесав затылок с нервным смешком пробормотал белобрысый, отводя взгляд куда-то в бок, где были лишь кусты и деревья. — Так может назначим на другое время? Как я и предложил, во вторник я ещё могу быть занят Рони, но в среду и пятницу я весь твой. - Нет. — Не долго думая твёрдо заявил Холмс. — Времени ждать у нас нету. Надо как можно скорее разузнать всё что мы хотим, пока свидетелей не уничтожили. А его люди могут это сделать, и, возможно, занимаются этим прямо сейчас... — голос Шерлока медленно, с каждым словом всё громче и громче, а раздражение уже не пытается скрыться в тени, и озлобленной коброй ползет по венам детектива оставляя следы яда в его нервных окончаниях. — Пока мы с тобой страдаем херней и гуляем по лесу, бегая туда-сюда в поисках правды!!! Шерлок взмахивал руками выражая недовольство собой и приятелем, что они так, по его мнению, нагло бездельничают, пока нарастающая проблема прогрессирует и не даёт решить себя. Затем, выкрикнув последние слова так, словно весь накопившийся в нём гнев за секунду вылетел из него, облегчив детективу ношу, он опустил плечи и поставил руки на пояс, вглядываясь в самые малейшие детали в траве и на земле, немного двигаясь на месте, без возможности ровно встать и стоять так дожидаясь реакции спутника. Джон Ватсон какое-то время молчал, заморозив эмоцию удивления на своём темном от тени ввиде Шерлока лице. Но затем, сделав глубокий вдох и плавный выдох, он спокойно старался аккуратненько начать объяснение аутистичному товарищу то, что он не может вот просто взять и отменить все свои планы ради него. - Послушай, Шерлок...Я понимаю, ты одержим расследованиями и прочими детективными штучками. Но если ты не хочешь настраивать СВОЮ личную жизнь, не мог бы ты, в таком случае, не мешать мне строить свою? — спокойным и расчётливым тоном произнёс военный, наблюдая за мимикой детектива, который пытался уловить то что сказал его друг. Но Шерлок лишь принял задумчивую позу, и вовсе отвернулся от Ватсона, как бы показывая, что диалог он продолжать не собирается. Но доктор не растерялся, он знает младшего Холмса лучше, чем Холмс знает сам себя. Но и терпение его было не вечным, хоть он и пытался не повышать голос при разговоре с напарником. - Шерлок, ты же понимаешь, что это уже перебор? Ты помешался на своих идеях, и мешаешь этим не только себе, но и мне строить личную жизнь. Мир не крутится вокруг расследований, понимаешь? — жестикулируя руками, пытаясь донести до Шерлока нечто очень важное, говорит Джон. Его лицо выражало всю серьёзность и точность сказанных им слов, а голубые глаза не отрывались от силуэта, смотря на него хмурым взглядом. Серо-зелёные глаза детектива встретились взглядом с сине-голубыми глазами доктора, но тут же отпрянули в сторону. Шерлок упрямо смотрел куда-то вдаль, но затем выдохнул, как бы понимая чувства Джона Ватсона, его лучшего и почти единственного друга. Холмс развернулся к нему, и сравнялся с ним, убирая руки за спину. Они продолжили движение. - И действительно это так, Ватсон. — начал Шерлок. - Понимаю, вам бывает сложно отлучиться от личной жизни ради помощи мне в расследованиях, но поймите одну вещь... — детектив останавливается, задумчиво смотря вверх на развивающуюся на прохладном утреннем ветерке листву. Холмс наполовину оборачивается, его ледяной расчётливый взгляд застывает на лице напарника, от чего у второго пробегает холодок по спине. — Это дело особой важности, «Мориарти» очень важное для меня дело, моя новая цель, мой новый стимул отбросить все эти пошлости вроде тех же "отношений", чувств, и потребностей. Это то, для чего я сейчас нахожусь здесь, стараясь на свежем воздухе обдумать план по изучению всех зацепок и найти подход к этому делу. Ватсон какое-то время молчал, стараясь переварить всю эту пафосную речь своего приятеля, стараясь выдавить из себя хоть что-то кроме усталого вздоха от одержимости Шерлока этим делом. - Молчите, доктор? - С каких пор мы снова на "вы"? Мы знаем друг-друга достаточно долго, чтобы больше не возвращаться к этому. Шерлок нахмурился, опустив взгляд на покрытую утренней росой траву, заставляющую думать Холмса о её происхождение, снова отвлекаясь от диалога. Мужчина зажмурился, и встряхнул головой, дабы повыбрасывать лишние мысли из головы. - Извините, привычка. Так что ты думаешь по поводу моих слов, Джон? — устремив на собеседника заинтересованный в будущем ответе взгляд, спрашивает он, слегка наклоняя голову в бок. - Что тут что-то не так. — сужая глаза в подозрении, недоверчиво отвечает бывший военный. — С каких пор ТЕБЯ так сильно интересует какое-то дело? Обычно ты не заинтересован в чем-то так сильно, если это не касается чего-то, что для тебя действительно является чем-то важным. - ... — Шерлок задумался. Его взгляд опустился вниз, когда сознание окунуло его в поток мыслей, выталкивая из реальности. Детектив обдумывал этот вопрос с предъявой, задавая вопрос себе же «А действительно...Что такого в этом деле, что такой человек как я так сильно был в нём заинтересован?». Быть может..Дело в необычности дела, его запутанности...Или в неком «Мориарти», незнакомце, что решил перейти дорогу самому Шерлоку Холмсу? А действительно ли НЕЗНАКОМЦЕ? - Шерлок? Ты опять задумался. — подметил Джон, слабо улыбнувшись привычке друга уходить в собственное сознание, теряя связь с реальностью. - Так ты...Скажешь мне что именно тебя так привлекло в этом деле? Ты знаешь, я не особо люблю тайны, когда дело касается действительно важных вещей. Ответа не последовало. Вместо этого, он поднял взгляд куда-то вверх. Светло-мятные глаза детектива блестели чем-то необыкновенным, когда солнечные, достаточно яркие лучи, светили прямо ему на лицо. Джон Ватсон смотрел прямо на них, и заметил, что глаза напарника светились флюоритом, от чего у него перехватило дыхание. Глаза Холмса прекрасно описывали всю красоту этого камня, его холодные оттенки, его блеск...Но так же и его хрупкость, когда мужчина отвёл взгляд от Джона, рассматривая что-то на деревьях между листвой. Доктор обратил внимание на то, что так заинтересовало Шерлока в обычных деревьях. Среди листвы от пробравшихся золотистых лучиков сияло что-то ярко-красное. Взгляд блондина устремился на объект, изучая его. Он во всём видел опасность...Можно сказать, у него был триггер на ярко-красный оттенок, напоминающий ему о войне и о пролитой крови на ужасном поле битвы. Краем глаза Холмс заметил беспокойство приятеля, уже было протянувшегося к поясу за пистолетом, и демонстрируя контроль над ситуацией, подошёл ближе к дереву и объекту в его листве. Шерлок какое-то время ещё смотрит сквозь зелёные листья, а затем тянет руку туда, пытаясь нащупать красное свечение. - Шерлок.. — обеспокоенно произнёс Джон, его голос был едва громче шёпота, слегка подрагивая в беспокойстве. Но детектив был спокоен как никогда. Хруст веток и шелест листвы, и рука мужчины вынырнула из неё, сжимая в руке красное наливное яблоко. Военный выдохнул, поняв, что это всего лишь спелый фрукт, а не что-либо опасное, что могло бы ему угрожать. Его плечи опустились, тело расслабилось, напряжение спало. Темноволосый мужчина сжимал в руке красивое аккуратное красное яблоко, будто бы это какой-то дар природы, реликвия..Или тот самый «запретный плод», который вкусила дорогая Ева. Будто бы Уильям Шекспир державший в руки череп, Шерлок Холмс держал в руки яблоко, так же вытянув перед собой руку, будто бы позируя художнику золотого века, рисующему картину, которую позже продаст за большие деньги. - Я должен быть с тобой честным, если хочу твоей помощи в этом деле, верно? — не отрывая заворожённого взгляда от блестающего золотом плода, спросил темноволосый мужчина. - Ну, я то тебе и так помогу...Но вопрос в другом. Хочешь ли ты САМ быть со мной честным, Шерлок Холмс? Детектив вертит в руке яблоко, рассматривая его со всех сторон, обдумывая вопрос и ответ на него. - Хочу. — быстро произносит Шерлок, метнув на напарника короткий взгляд. - Тогда расскажи мне, в чём же дело? — выделяя последний слог каждого сказанного слова, говорит Джон, скрестив руки на груди, слегка наклоняясь, чтобы лучше донести собственные слова. Холмс какое-то время ещё молчит, и Ватсон наблюдает заметные изменения в его взгляде. Блестающий ранее флюоритом взгляд брюнета мутнеет, лицо приобретает слегка расстроенный вид, будто бы то, о чём он сейчас собирается рассказать, вызывает у него сильные чувства, ранее несвойственные ему. Когда наконец он собирается с мыслями, и, стараясь скрыть эмоции, говорит: - Я знаю кто такой Мориарти. — признаётся детектив, и поворачивает голову, встречаясь с Джоном беспросветным взглядом. Ватсон, какое-то время, лишь смотрит на него широко раскрытыми глазами. Он пытается осознать это, слова его друга о том, что тот, кто угрожал им, жестокий и опасный преступник, устроивший им игру на выживание, и доставляя им прочие неприятности и страдания...Был знакомым, а быть может даже и другом детства Шерлока Холмса. - Как это понимать? Вы были знакомы, ты знал его? — с нескрываемым потрясением спрашивает Ватсон, смотря то на детектива, то на ярко-красный фрукт в его руке. - Я с ним знаком ещё с детства. Ещё с пяти лет, кажется.. — задумчиво отводя взгляд, копаясь в собственных воспоминаниях, ответил Холмс. — Странно познакомились. Мы тогда были совсем детьми ведь, но он...Он был необычным ребёнком, совсем другим. — с призрением к собственным словам продолжал он, сверля яблоко в его руке каким-то странным взглядом, собственнически сжимая его, будто бы этот фрукт ещё сильнее напоминал ему о нём. И ведь так оно и было...Шерлок и Джеймс, совсем ещё дети, познакомились благодаря красному сотворению природы. Странно, не так ли? - Подожди, как это понять "другим"? Он..делал какие-то ужасные вещи, отличался жестокостью? — поинтересовался Джон, скрестив руки на груди. - О нет, совсем нет...Наоборот, он был одним из самых светлых и добрых детей, что я тогда знал, и знаю по сей день. Он никогда не отличался жестокостью, и даже к тем, кто причинил ему столько боли, относился с трепетом и пониманием. — Шерлок замолк, и с новой волной растерянности продолжал смотреть на красное яблоко. — Он отличался другим.. - Другим.. — отзеркалил доктор. — И чем же он так "выделился"? — с наигранным интересом и нескрываемым сарказмом и призрением, спрашивал доктор Ватсон. - Дело в его семье...Мягко говоря, её нельзя было назвать «благополучной». Всё то время, что мы с ним виделись, его тело постоянно было покрыто синяками. Он выглядил достаточно нездорово, было даже ощущение, что совсем на грани смерти. Бледная кожа, тёмные синяки под глазами...А так же нездоровая худоба, для ребёнка в его возрасте. — Холмс описывал его с непривычной для него эмоциональностью, тяжело вздыхая, будто бы сами воспоминания съедали его изнутри. Он оживился: — Совсем пропавший. У него даже не было друзей, не единого! Все сторонились его только из-за замученного внешнего вида и слухов о его ужасной семье. Даже мои собственные родители запрещали мне к нему подходить, а брат контролировал, чтобы тот не приближался ко мне. Джон Ватсон озадаченно выгнул бровь, услышав, что Мистер и Миссис Холмс запрещали своему младшему сыну общаться с на вид странным мальчиком. И даже Майкрофт, старший брат, поддерживал их запреты, и помогал их соблюдать. - Ну и как же тогда вы познакомились, если тебе вся твоя семья запрещала с ним общаться? Несостыковки, Шерлок. — всё ещё с призрением смотря на собственного друга, спросил Джон, стараясь понять к чему клонит он. Шерлок усмехнулся, воспоминания заставили его выдавить из себя слабую улыбку. - Он меня обокрал)) — сдерживая смех ответил детектив, и поднял взгляд, чтобы увидеть удивление на лице приятеля. — Что? Неожиданно?? Вижу, у тебя есть вопросы. Ватсон и вправду был озадачен, и не мог это скрывать. Поэтому он попросил: - Просвяти меня. Как это обокрал? — спросил военный, озадаченно нахмурив брови. Холмс привык к недопониманиям со стороны своего друга, Джон всегда был на пару шагов позади мыслей детектива, так что этот вопрос так же не был для него новостью. Слегка усмехнувшись себе в ладонь, подбросив в воздухе и поймав ало-красный плод рукой, детектив начал рассказывать эту историю, пока солнечные лучи освещали его...О боже, как же он любил актёрствовать. - Наша с ним первая встреча произошла когда мне было пять. Родители доверили мне мой первый поход в магазин...Поручили купить корзину яблок. Юный я выполнил задание, и хоть корзинка была тяжёлая, я не хотел разочаровать родителей, поэтому стойко нёс эти чёртовы яблоки. До дома оставались считанные минуты, шёл я по привычному мне маршруту, вдоль тропинки рядом с которой находился лес. Как вдруг из-за кустов выпрыгивает низкого роста худощавый мальчишка с бледной кожей, в руках у него была большая палка и мешок. Я был поражён, и от шока выронил и без того тяжелую корзинку из рук...Прежде чем я успел среагировать, мальчик бросился к упавшим яблокам на землю, и стал собирать их в свой потрёпанный пыльный мешок. Забрав больше половины яблок, он скрылся в кустах. — рассказывал детектив, не забывая про детали, будто он не говорит, а пишет поэзию. Ох уж этот Шерлок, как всегда драматичен. Холмс пытался разъяснить всё чётко и ясно, зная, что до его драгоценного напарника и друга может не дойти с первого раза, как и происходит всегда. Но в этот раз, на удивление, Джон всё действительно понял, если можно так сказать. В голове крутился целый ураган вопросов, и ответы на них знает только Шерлок Холмс. Самое главное, что Хэмиш хотел разузнать, это то, какие у Шерлока с Мориарти были отношения. Он задумался, что редкое для него явление. Шерлок помнит такие детали о их первой встрече, а он запоминает только всё самое важное, остальное удаляет со своего так называемого "жесткого диска" у него в голове...Следовательно, воспоминания о их первой с Джимом встрече имело свою цену для Холмса, раз он это не удалил. Вопрос сформировался в слегка мутной голове военного, а кем Шерлок и Мориарти были друг для друга? Будь они просто знакомыми, это бы не волновало Шерлока так сильно, и он бы не запоминал столько подробностей...Это интересно. Действительно интересно. Не теряя времени даром, Джон спрашивает: - А что было дальше? После кражи яблок, я имею ввиду...Вы виделись? Выражение лица Шерлока потемнело от этого вопроса, взгляд не отрывался от алого фрукта в его руке, рассматривая его. - Да, виделись. — честно ответил Шерлок, не видя смысла в том, чтобы это скрывать. Далее он добавил: — Наши дома были расположены не так далеко друг от друга, можно было дойти пешком. Джон кивнул с пониманием, обрабатывая эту информацию у себя в голове. Он решил рискнуть, и пойти дальше, задавав следующий волнующий его вопрос: - Ты говорил что знал его как доброго ребёнка из неблагополучной семьи...Выходит, вы с ним поддерживали какую-то связь?? Дружескую, например. — осмелился спросить Ватсон, зная, что Шерлок не станет ему врать. Шерлок действительно не стал скрывать правду, просто напросто не видел в этом смысла. Что было, то было. Что было, то было... - Да, он был моим...Другом. Лучшим другом. — отвечал он Джону, драматично вздыхая. — Близким другом, я бы даже сказал. Он многое для меня значил, Джон.. Возникла неловкая тишина. Грусть и тоска в голосе детектива заставила доктора Ватсона чувствовать себя виноватым за заданный вопрос, но интерес обычно заглушал такие чувства как вина, сострадание. Вопросов в голове всё ещё оставалось в избытке, но Джон никак не решался задать не один из них...Вместо этого он предложил: - Пойдём, заглянем куда нибудь поесть. Умираю с голоду...И, быть может, ты тоже наконец-то съешь что нибудь. - Сытость отупляет. — ответил Шерлок в своём репертуаре, однако пошёл вслед за удаляющийся фигурой своего товарища. Перед тем как уйти, Шерлок снова взглянул на красное яблоко в своей руке, созданный природой сладкий плод, цвета крови. Он смотрел на это яблоко так, будто оно было одним из тех, что Джим украл у него когда они были мальчишками. Прошлое...Это всегда так тяжело забывается, но от чего-то и забывать совсем не хочется. Со вздохом детектив бросает фрукт в кусты, забыв о нём как о мусоре. Пока напарники удалялись, идя по лесной тропинке, из под дуба рядом с теми кустами, куда Шерлок кинул яблоко, вышла невысокая мужская фигура. Мужчина наклонился, и поднял яблоко, цокая трижды. - Шерлок, Шерлок.. — раздался высокий голос никого иного как Джима Мориарти. — Ты практически открыл ему душу, как забавно. Джеймс подкидывает яблоко в руке, выходя из тени. Его темно-карие глаза осматривают плод в своей руке, переливающийся на золотом солнечном свете...Недолго думая, он кусает его, и тут же морщится, осознавая — это яблоко было червивым.