Лестер и математический анализ

Любовь нежна? Она груба и зла.

И колется и жжётся, как терновник.

А если так, будь тоже с ней жесток,

Коли и жги, и будете вы квиты.

«Ромео и Джульетта», разговор Ромео и Меркуцио

Лестер просидел в оцепенении час. Прислонившись спиной к кровати, подтянув колени к груди, он сидел на полу и пустым взглядом смотрел перед собой. Лунный свет тянулся от окна к неразобранной сумке, и Лестер заторможенно проследил за тем, куда вела эта дорожка. Он вспомнил, как Лэйн вдохновенно объясняла ему египетскую теогонию. Их всего этого кошмара Лестер запомнил лишь историю про Сета, которому заправили салат спермой племянника. Он съел свой любимый салат, пошёл на суд, боги воззвали к семени Гора, и оно отозвалось в животе Сета. Сет проиграл. «Я не успел рассказать об этом Ноа, — тоскливо подумал Лестер. — Он бы смотрел на меня, как на полоумного. Было бы забавно». А может не стоило мне глотать… Но кроме этой потешной жестокой легенды, Лестеру запомнился бог луны и мудрости Тот. И сейчас, глядя на разрезавший тьму лунный свет, парень вспомнил его. Там, где обрывался холодный свет, лежала неразобранная сумка. Парень разочарованно цыкнул. «И что я ожидал увидеть? Нет никакого Тота, который ниспослал бы мне мудрость». Однако Лестер пнул сумку и оттуда что-то вывалилось. Парень долго скучающе вглядывался во тьму, пока вдруг не понял, что именно лежало в сумке. Он резко вскочил на колени и подтянул её. Это был бордовый кашемировый шарф, которым Ноа укрыл его от холода. Лестер забыл вернуть, а Ноа и не напомнил. Зарывшись лицом в шарф мужчины, Лестер глубоко вдохнул и растворился в его запахе. Ноябрьские дожди не прекращались. Чтобы не думать о произошедшем, Ноа работал, а в свободное время проходил в очередной раз «Heavy Rain». Музыка из игры заела в его голове, усиливая тоску. Лестер чудился ему всюду: в мелькавших белых футболках, рыжих макушках, заливистом смехе. Ноа читал пятничную лекцию аспирантам и постоянно кидал взор на то место, где всегда сидел паренёк и всячески пытался отвлечься. В столовой Ноа рыскал взглядом, ища его. На улице, идя по территории кампуса, мужчина смотрел в сторону общежитий, — может, хоть где-то появится? Он пытался убедить себя, что Лестер — очередной неудачный опыт. Но одна лишь мысль об этом недотёпе, этом упрямом баране согревала Ноа — и причиняла боль. Он злился, ругал его, но воспоминания предавали: являли внутреннему взору нежную улыбку парня, его зелёные горящие глаза, а кожа горела там, куда её чаще всего целовали губы Лестера: на шее, за ухом, на плечах и между лопаток. Ноа шёл по улице, и пальцы его судорожно дёргались: он вспоминал, как струились мягкие огненные локоны по ладони. Лестер лежал на его груди, посапывая, и утреннее солнце согревало их. Особенно сильно его отсутствие ощущалось, когда наступала ночь. Ноа забирался под одеяло на свою половину кровати. Раньше ему нравилось спать одному, а потом появился Лестер. И вот, время час ночи, глаза болят от усталости, а сон не идёт. В тайне — даже от самого себя — Ноа мечтал, что Лестер придёт, как в ту ночь, и опять обнимет его. На мгновение он даже почувствовал его руки на своём теле. Словно его призрак пришёл утешить мужчину. Больше одному быть не хотелось. Ноа перелёг на подушку, которая всё ещё пахла Лестером, и уткнулся в неё лицом. — А зачем он мне вообще нужен? — пробормотал Ноа. Голос его звучал приглушённо. — Вцепился в какого-то бесполезного дурака. Напускал мне пыли в глаза, а я и рад поверить. Как будто в прошлый раз мне было мало. Ноа вспомнил, что где-то в галерее в телефоне у него затерялась очень красивая фотография бывшего партнёра. Без сомнений и жалости, щурясь, чтобы картинка расплывалась и его мерзкой рожи было не различить, Ноа удалил фото. После этого благоразумие покинуло мужчину. Он полез в их с Лестером переписку — его соцсетей Ноа найти не смог, да и сам кроме научного Реддита и Твиттера нигде не мелькал. Он увидел, что Лестер был онлайн. Рядом с его именем мелькнуло «печатает…» Ноа испуганно вздрогнул и поспешил выключить телефон. Он с грохотом положил его на тумбочку и закутался в одеяло. Сердце стучало в груди, дыхание сбилось. Он чувствовал себя так, словно крался мимо забора с вывеской «Осторожно, злая собака!» и услышал громкий лай. Мурашки побежали по телу, облегчённая улыбка против воли появилась на лице. Лестер тоже думал о нём. Не успев заледенеть, Ноа вновь начал таять. Но сообщение не пришло. Так продолжалось до понедельника. Сердце сильно билось в груди, когда Лестер подходил к аудитории. Не желая попасться на глаза Ноа, он смотрел из-за угла, когда тот отвернётся или выйдет, чтобы что-нибудь принести. Простояв минут пять, парень наконец проскользнул в лекционный зал и, пока Ноа не было внутри, занял предпоследний ряд. Но вещи он положил на скамью, а сам сел на пол. «Я идиот», — пронеслось в голове у Лестера. Его не было видно. Поскольку задние ряды Ноа просил не занимать, никто не садился туда и не увидел, как по-глупому выглядит Лестер. — Давайте отметимся, — предложил Ноа, когда подошло время лекции. Пришло сообщение от Лэйн. Она писала ему и прежде, но Лестер ответил, что рассказать нечего. Да и не хотелось. «Где ты? Как ты сегодня? Тебе полегчало? Ты придёшь сегодня?» Лестер: «Меня не будет» Лэйн: «Тебе нельзя пропускать. Не пользуйся Ноа, это неправильно» Лестер: «Как ты заговорила…» В следующую секунду гром телефонного звонка разразился в аудитории. Это была клоунская музыка — парные рингтоны для них с Лэйн. Лестер замер и начал судорожно соображать, как же объяснить свою позу, когда его найдут. Он поспешил выключить звонок. — Что за детский сад? Ребят, потише, — пробурчал Ноа. Он продолжил проверку. Лэйн: «Где ты?» Лэйн: «Я бегу за тобоююю» Лэйн: «Разрываюсь с мечтоююю» Лестер: «Достала» Лестер: «… Под столом. Второй ряд с конца» Лэйн: «Ты с ума сошёл? Что случилось?» Лестер: «Он меня не простил. Я пришёл тогда, но он меня прогнал. Как мне появиться перед ним?» Лэйн: «Почему не писал мне?» Лестер: «Не знаю» Лэйн: «Это кошмар. Тебе нужна помощь» Когда очередь дошла до Лестера, Ноа дважды позвал его по фамилии и имени, но он не отозвался. На полминуты воцарилась тишина, началось какое-то оживление, а затем Ноа сказал: — Понятно, спасибо, Лэйн. Разбудите своего трудолюбивого друга, пусть покажется нам, иначе у него будет очередной пропуск. Послышались смешки и быстрый стук подошв о пол. Лестер замер и повернулся в ту сторону, где должна была появиться Лэйн. Она остановилась перед рядом, нашла взглядом друга. Лэйн с уверенностью могла сказать: с ним и вправду творилось что-то ужасное, раз он так осунулся на лицо. Если бы не дурацкая поза Лестера, в которой он согнулся под столом, она бы посочувствовала ему, но девушку вдруг начал разбирать хохот. Кусая губы и кривясь от смеха, Лэйн пробиралась к нему между скамьёй и длинной партой — надо же поддержать ложь, что Лестер заснул. Всё это время парень осуждающе смотрел на неё, и это только сильнее смешило. Вся аудитория наблюдала за утренним представлением. Лэйн села на скамью и толкнула Лестера пару раз — под его скучающий взор. Парень выждал несколько секунд, растрепал себе волосы и поднялся. Раздался глухой звук и болезненный стон. Лэйн не сдержалась и рассмеялась в голос. — Да что там творится?! — вспыхнул Ноа и всплеснул руками. Лестер сел обратно на пол, так и не вынырнув из-под парты. Он потирал ушибленную макушку под хохот аудитории и тихий смех Лэйн и, с обидой глядя на неё, попытался встать второй раз. Корчась и пыхтя, Лестер вылез из-под стола и выпрямился. Избегая взгляда Ноа, он сложил руки перед собой и подал голос: — Извините, заснул. Лестер здесь. Ноа смерил его странным взглядом, покачал головой и отметил его присутствие на бумажке и в электронном журнале. — Мне сесть поближе? — неуверенно спросил парень, и надежда вновь встрепенулась в груди, как запертая в клетке птица. — А для вас какие-то особые правила? — безразлично ответил Ноа, глядя в экран компьютера и что-то щёлкая. — Так бы и сказали, что соскучились по мне, — бросил Лестер тем же бесстрастным тоном. Они с Лэйн вместе вернулись на свои места. — Привет, — шепнула ему Кира, неизменно сидевшая позади. — Как ты? Лестер обернулся к ней и, прищурившись, язвительно проговорил: — А по мне не видно? Кира пропустила мимо ушей его противный тон и спросила: — Как ты себя чувствуешь? Лестер передёрнул плечами, пробормотал: «Нормально», — и швырнул тетрадь и ручку на стол. Ручка, которую он стащил год назад из банка, упала и покатилась на пол, прямо к парте Ноа. Преподаватель поднял на него раздражённый взгляд и не сдержался: — А вы швырните так, чтобы вашим соседям в лоб отлетело. Что же так слабенько? Кто-то рассмеялся. Лэйн полезла в свой пенал с Куроми за ручкой другу. — Не старайтесь вы так ради него, — опять вмешался Ноа и обошёл парту. Он сел в свою излюбленную позу: на край парты, опёрся на вытянутые руки. Ручка оказалась рядом с его ботинком. — Он едва ли страницу испишет за всю лекцию. Лестер закатил бы глаза, но взгляд его зацепился за ручку у ног Ноа. Он посмотрел в ухмыляющееся лицо мужчины, которое источало явный вызов, и не смог сдержать улыбки. Встал рядом с ней — наверняка хотел посмотреть, осмелится ли поднять её парень или нет. Лестер ходить вокруг да около не стал: — Профессор, вы меня сегодня прямо подначиваете, — он перемахнул через стол и приземлился перед Ноа. Мужчина с интересом следил за ним. — Хотите, чтобы я упал к вашим ногам? Да пожалуйста. Лестер сел на корточки перед Ноа и, посмотрев на него снизу вверх, взял ручку. Он незаметно задел его щиколотку пальцами и поднялся. Так же легко Лестер перепрыгнул обратно и расселся на скамье. Ноа смерил его скучающим взглядом. Вздохнув, он отряхнул рукава, поправил причёску и вновь опёрся о парту. — Ещё бы ваша бравада соответствовала действиям… Если на сегодня ваше выступление закончилось, позвольте я начну, — Ноа бросил взгляд за спину, на большой экран, где была его презентация. — Итак, тема… К середине лекции у Ноа появилось два желания: выгнать парня из аудитории или прикончить на месте. Лестер лез к Лэйн, крутился, поддразнивал Киру, пыхтел над конспектом, сдавался и буравил профессора требовательным взглядом. Ноа стоически терпел: иногда подходил и становился прямо напротив него, облокачивался о стол, но смотрел на остальных студентов. От такой близости дыхание у парня перехватывало, и он успокаивался. Но когда по просьбе Лестера Лэйн начала зашивать ему дырку на футболке, которую он умудрился порвать в отремонтированной, новенькой аудитории, терпение Ноа лопнуло. Он грозно посмотрел на парочку и навис над ними. Они не сразу заметили, что лекция остановилась и воцарилась тишина. Первой глаза подняла девушка. Её лицо, уши и шея покраснели, но она затянула последний стежок, завязала нитки, отрезала лишние и только тогда убрала всё в свой маленький швейный наборчик. — Вы друг друга стоите, — с досадой бросил Ноа. Он уже смирился с тем, что всё сегодня наперекосяк. — Один игральные кости и открывашку для бутылок в кармане носит, вторая иголки с нитками и благовония. — У меня дырка, — объяснил Лестер, показывая идеально зашитую футболку. — В голове, — кивнул Ноа, — я заметил. И шило в заднице. Конечно же, утомлённые студенты оживились и захихикали. Лицо Лестера, как и следовало ожидать, растянулось в похабной улыбочке. — Что-то вам мой зад покоя не даёт, — отразил парень. Кира, сидевшая позади, возмущённо ахнула. — Мне не даёт покоя зад, который светит вам на экзаменах с такими успехами. Повторите, Лэйн, что я рассказывал? — сердито нахмурился он. К удивлению, девушка, хоть и не точно, но повторила то, что рассказывал преподаватель. Она тоже устала от сложной темы и немного отвлеклась, но даже зашивая слушала. Ноа кивнул и обратился к Лестеру: — А теперь перескажите, что объяснила Лэйн. — Что? — возмутился парень. — Даже не то, что рассказывали вы? Вы настолько в меня не верите? — Хорошо, повторите мои слова, — вздохнул Ноа. Он смотрел Лестеру прямо в глаза, и парень таял изнутри. Каждый взмах ресниц мужчины отзывался в сердце щекочущим чувством. Он глупо заулыбался и забыл всё. Он ничего и не запоминал. Ноа растолковал всё по-своему — и угадал: — Вы не слушали. — Вздохнул, устало протёр очки, прошёл к своему столу. Улыбка спала с лица Лестера. — Я надеялся, что раз не меня, хоть подругу свою слушаете. Для кого я стараюсь? Хоть Ноа и пытался скрыть разочарование, последняя фраза прозвучала отчаянно. Кому-то стало не по себе, кто-то уткнулся в тетради, ноутбуки, кто-то вперил взор в отражавшийся на стене слайд. Даже Лестеру было паршиво — от себя самого. Ноа и вправду старался, и был отличным преподавателем, хоть и раздражительным, и требовал много. Парень виновато потупил взор и проговорил: — Объясните ещё раз. А потом добавил: — Пожалуйста. И только Ноа поднялся с парты и засучил рукава, чтобы удобнее было чертить на доске, как Лестер ляпнул: — Кстати, классные штаны, вам идут. Все рассмеялись, и парень не сразу понял почему. Только вздох Лэйн подсказал: он всё испортил. А ведь брюки и впрямь великолепно сидели. — Да как вы мне надоели! — вскипел мужчина и рассерженно глянул на него из-за плеча. — Вон из аудитории! — Да я комплимент хотел сделать, настроение поднять! — положа руку на сердце воскликнул парень. — Я готов слушать, давайте. Но Ноа не двигался, прожигая Лестера полным недовольства взглядом. — Я ни за что не повернусь к вам спиной, — процедил он, с вызовом прищурившись. Затем стыдливо прикрыл глаза: сказал же такую глупость перед аудиторией! И кто вывел его из себя? Безалаберный мальчишка, который непонятно зачем продолжает его изводить. Теперь и до парня дошло. Он тут же приободрился и подался вперёд. — Звучит мило, профессор. И всё же не мог преподаватель оставить ребят без объяснения. Когда он обернулся к доске, Лестер не выдержал и сказал: — А говорили, не повернётесь. — Да смотрите сколько хотите, — пренебрежительно выдал Ноа, старательно писавший длинный пример. Почему он, любитель технологий, чертил мелком? Да потому, что от руки мышкой и даже стилусом получалось криво — никто не понимал. — Привыкайте к виду вашего будущего, если не возьметесь за ум. В этот раз Лестер рассмеялся со всеми. И внутри что-то встало на место. Ему так нравилось проигрывать Ноа в словесных битвах. Нравилось, что последнее слово всегда было за этим вздорным мужчиной. Было что-то особенно приятное в том, чтобы признавать от него поражение. Когда лекция закончилась и все начали покидать аудиторию, Лестер остался на месте. Вид его был пренебрежительно-отстранённый, вопреки приподнятому настроению ещё полчаса назад. То было ясно: близился разговор. Парень крутил в руках ручку и нервно поглядывал на мужчину. — Вы на отработку? — спросил Ноа, собирая вещи. — Да, — ответил Лестер, грустно потупив взгляд. — Кто будет уходить последний — закройте дверь, — попросил преподаватель. Уходя, кто-то по ошибке выключил свет. Все разошлись, и наступила тишина. Только шум дождя за окнами разбавлял тяжёлую, наполненную недосказанностями атмосферу между ними. Потешные пререкания во время лекции забылись. Ноа сел на парту, Лестер опустился на стол напротив него. Он сминал в руках ткань брюк и кусал изнутри щёку. Едва ли парень замечал, как тяжело вздыхал, собираясь с силами. Наконец, Ноа поднял голову и окинул Лестера тяжёлым взглядом. Но он тут же укротил злость и разочарование, всколыхнувшиеся при виде этого оболтуса: парень выглядел откровенно плохо, и только сейчас, когда улыбка не освещала его лицо, это стало заметно. «Уж лучше бы ты улыбался», — невесело подумал мужчина. — Лестер, одно слово, — тихо, но твёрдо проговорил Ноа. — Всё кончено? Лестер взволнованно округлил глаза и наконец посмотрел на него. — Ты прогнал меня в четверг, — он не мог сдержать обвинительного тона и поморщился, сетуя на себя. — Ты растоптал мои чувства. Ты сказал, — повторил его тон Ноа, — что я всё себе напридумывал. — И ты мне поверил? — непонимающе покачал головой Лестер. Ноа ошарашенно уставился на него. — Ну… Да? А что ещё мне оставалось делать? — Я сказал это, чтобы задеть тебя, — буркнул Лестер. — Ну, задел, — пожал плечами Ноа. Они замолчали. Порыв ветра ударил в окна. Тяжёлая ветвь перекрыла те крупицы света, которые хоть как-то освещали аудиторию. — Я взрослый человек, Лестер. Не отнимай у меня время и силы, которые я могу потратить на достойного, зрелого партнёра. Неприкрытая жестокость, холодность, с которой Ноа произнёс слова, резанули Лестера по сердцу. В глазах и носу защипало, губы и брови дрогнули. Он вскочил со стола, и его разъярённый голос оглушительным эхом отразился от стен: — А я?! А я не достойный?! Хватит уже тыкать в меня своей зрелостью! Ноа кинулся к парню и закрыл рот ладонью, возмущённо шикнул на него. — Ты идиот?! Чего разорался? Прикосновение Ноа чуть успокоило, и Лестер замолк. Губы приятно закололо, но гнев внутри ещё бурлил. Он посмотрел Ноа в глаза и резко обхватил за талию. Мужчина упёрся руками ему в грудь и попытался оттолкнуться, но Лестер притянул его ближе. — Отпусти, — потребовал Ноа. — Правда, Лестер, на что ты рассчитываешь? — Я не знаю, — тихо ответил тот и уткнулся лицом в плечо мужчины. — Я не знаю, я сошёл с ума. — Там ума нет, чтобы с него сходить, — проворчал Ноа и попытался высвободиться. — Всё, отпусти, я вижу, что ты не в состоянии говорить сейчас. Потом разберёмся. — С чем? — гнусавым голосом спросил парень и обнял Ноа сильнее. — С этими недоотношениями. Слушай, я держусь из последних сил, чтобы не ударить тебя за то, что ты даже не объяснился, прятался, заставил меня волноваться, вместо того чтобы подойти и сказать: «Всё кончено, Ноа. Я к тебе ничего не чувствую!» Неужели ты такой трус? Отпусти уже!.. — Я не трус, — твёрдо сказал Лестер и свёл брови над переносицей. — Я не трус, я просто… — Что? Думаешь, ты первый такой выбрал тактику по-тихому слиться? Хоть не напакостил — и на том спасибо, — с горечью в голосе проговорил Ноа. — Я не слился, — упрямо повторял парень, — я просто… Я не могу тебе сказать! — Переспал с кем-то что ли? — спокойно спросил Ноа. Он сам удивился, как легко слова сорвались с языка. И дрожь поднялась изнутри: он страшно боялся услышать «да». — Что?! — вскричал Лестер и от обиды даже оттолкнул мужчину. Ноа чуть не свалился. Поправив одежду и очки, мужчина деловито приосанился и с любопытством посмотрел на Лестера. Не врёт. Точно ни с кем не был. — Лестер, мы с тобой просто спали и пару раз сходили на свидание, — пожал плечами мужчина и наметил расслабленную улыбку. — Да, ты прав, я сам себе напридумывал, но ты же раскрыл мне глаза. — Ты издеваешься, — прищурившись, вгляделся в его лицо Лестер. — Никаких договорённостей о серьёзных отношениях у нас не было. Тем более, мы же в клубе встретились, а в клубе любовь не ищут. Если ты с кем-то спал, что ж, просто сдай анализы на ЗППП и покажи мне, что здоров. Если ты намерен продолжать, — добавил Ноа. — На пару недель химии между нами ещё хватит. — Ты издеваешься надо мной! — вспыхнул Лестер. — Какие ЗППП? Не расшифровывай! — гаркнул парень, увидев, что Ноа открыл рот. — Я не настолько тупой, как тебе хочется думать! Я ни с кем, кроме тебя не трахался! Я для тебя кто? Парень вскочил и взволнованно прошёлся взад-вперёд. Пальцы нервно перебирали и без того растрёпанные огненные локоны. — Так спокойно говоришь об измене — я и вправду только инструмент для утоления потребностей? Погоди… — подозрительно сощурился Лестер. — Ты с кем-то спал? Ноа поражённо распахнул глаза — на долю секунды, — но тут же вернул себе равнодушный вид. Парень ошарашенно уставился на него. — Ах ты муд… Изменщик! — прорычал Лестер и в два шага оказался лицом к лицу с Ноа. Он хотел выругаться, но у него язык не поворачивался обозвать мужчину или нагрубить ему. — Кто это был?! С кем?! — Какой, нахрен, изменщик? — вспыхнул Ноа. — Да ты прямо сказал, что между нами всё кончено. Я должен ждать тебя? Сидеть гадать, соизволишь ли ты объясниться? Оно мне надо? — Да нет же! — воскликнул Лестер и схватил его за ворот свитера. Ноа поморщился и обхватил его кулаки руками. — Я страдал, мне было страшно, я паниковал, а ты с кем-то там кувыркался?! С кем, кроме учебника математики? Ноа зажмурился и быстро покачал головой. Он не успевал за потоком вопросов Лестера. И эта неуместная ирония… Боже, Ноа скучал по нему. — Погоди, страшно? Что случилось? — непонимающе нахмурился мужчина. — Отчего паниковал? Почему мне не сказал? — Потому что… Потому что… Я поверить не могу, ты правда с кем-то спал? — Лестер поморщился так, словно собирался заплакать. — Как ещё я должен был понять, что тебе, оказывается, плохо было? — рассерженно возразил Ноа. — Я пригласил тебя — ты не пришёл. Я звонил тебе, писал — ты не отвечал. Ну я и решил, что ты перегорел и разорвал наши… нашу связь. Особенно после моего… предложения. Отпусти, свитер растянешь. Лестер переставил руки на плечи Ноа и тряхнул его. — С кем ты спал? — потребовал он. — Скажи, кто это, женщина или мужчина? Ноа задумчиво отвёл взгляд. Может, немного помучить его? Отомстить за дни боли и одиночества? Пусть теперь ломает голову. — Это Джоуи?! — ужаснулся Лестер и гневно тряхнул его. — Она только и ждёт, когда меня рядом не будет, чтобы тебя соблазнить! Или тот сосед? — Да не… Какой ещё сосед? 75-летний разваливающийся дед? Ник, который скоро от недосыпа помрёт? Я ни с кем не спал, — повторил Ноа. — Лестер, скажи, чего ты хочешь от меня? — Те… Тебя, — брякнул Лестер и, покраснев, пристально всмотрелся в глаза Ноа. — Тогда почему ты мне не отвечал? Что я должен был подумать? — Потому что… — Лестер потупил взор. — Ты прав. Я трус. Я испугался. Опять внутри поднялась дрожь. Словно буря, разгоняясь, набирала мощь. Такое Ноа испытывал, когда приближался к разгадке чего-то очень важного для него. — Чего ты испугался? — настаивал мужчина. Наконец он может получить ответы. Он так устал гадать, в чём они ошиблись. — Тебе меня мало? Ты хочешь чего-то больше? Лестер судорожно сжал его плечи и посмотрел в пол. Иногда его поражало то, как Ноа чувствовал его и слепо нащупывал правду. Правдой здесь было не то, что Лестер хотел чего-то больше — Ноа казался ему недостижимой вершиной, покорив которую предстанешь перед вратами рая. Настолько этот совершенно нормальный, правильный и принципиальный человек поразил его воображение. Неудивительно: Лестер только крайности и видел. Правда была в ином: именно «мало» и «много» парень использовал, оценивая себя, свою жизнь и других. Было ли это из-за незрелости? Из-за того, что он знал лишь нужду и видел богатство таких масштабов, когда не знаешь, куда деньги девать? Не имеет значения. Главное то, что Ноа его понял. Помимо этого, было видно, что у Ноа уже вырисовывался план, как жить. В своём мировоззрении они были похожи. Их желания были до скуки старомодны: дом, семья, достаток и немного успеха на карьерном поприще. Пусть Лестер осознал это недавно, бессмысленная праздность начала поедом есть, и прежнее существование опостылело. Вот только Ноа не знал, как Лестер оказался на одной с ним социальной нише. По глупости и наивной вере, что всё образуется, парень попал в такое болото, из которого не мог выбраться. «Но деньги… — с щемящей тоской подумал Лестер. — Там такие деньги крутятся, и я мог бы…» Нет. Нельзя так думать. Он уже решил отречься от прошлой жизни. Слишком много потерял: и друзей, а главное — себя. — Да куда мало-то? Я не знаю, как с тобой справиться, а ты про… — Зачем со мной справляться? Чего ты боишься? — допытывался Ноа. Он наклонился, словно хотел поймать взгляд Лестера, но парень отвернулся в другую сторону. — У тебя нормальная, размеренная жизнь, а я… Да что я могу тебе дать, Ноа? Это был второй человек, в отношении которого Лестер подумал: «Что я могу дать?» — а не: «Что я могу взять?» Ноа запустил пальцы ему в волосы и надавил на затылок. Рука его задрожала, и сердце лизнуло пламенем: он так соскучился по Лестеру, по его теплу и запаху. Парень уткнулся лицом в изгиб шеи и судорожно вздохнул. Мужчина обнял его и принялся аккуратно поглаживать по спине. — Я всё-таки дурак в твоих глазах, да? — с обидой в голосе пробурчал Лестер. — Ты ведёшь себя как подросток, а тебе уже двадцать три. Пора бы взяться за ум. — Я это постоянно слышу от мамы, — пробормотал Лестер. — Теперь ещё и от тебя? — Умная она у тебя женщина. Тело парня, напряжённое, расслаблялось в объятиях любимого человека. Он обнял Ноа и стиснул, наслаждаясь запахом его тела. Наконец, за долгое время Лестеру стало по-настоящему хорошо. Он и вправду не понимал, почему его тогда охватила паника. Ноа оказался зрелым партнёром, отношения развивались очень быстро. От избытка чувств находиться с Ноа стало физически больно, и Лестер вместо того, чтобы примчаться к нему вечером и утопить в своей любви, начал избегать его. А когда буря утихла, продолжал упрямиться, потому что сдать назад ему всегда было сложно. Он постоянно спотыкался сам о себя. Ноа был прав: ему ещё взрослеть и взрослеть. В двадцать три. Что за позор. — Я понимаю, что ты студент, — терпеливо объяснял Ноа. — И я понимаю, что обеспечивать нас первое время буду я. Меня вообще родители содержали, пока я не получил свой первый диплом. Стипендия покрывала расходы лишь частично. Лестер сжал его в объятиях, зарываясь лицом в мягкую ткань рубашки и сглотнул. — Раз я тебе предложил съехаться, значит, я готов, — мягко добавил мужчина. — Я не хочу отставать от тебя. Ноа не стал отговаривать его. Он хотел рядом взрослого человека, а не сопляка. Поэтому предложил иной выход: — Летом устроишься на работу. Двадцать часов в неделю по закону — твои. — Хорошо. Но зачем я тебе? — сипло спросил парень. — Неужели ты не можешь найти кого-то более достойного? Ноа не ответил. Он не знал, зачем ему Лестер. Он был слишком влюблён и хотел его рядом с собой. Времени на размышления не было, разумных доводов тоже. Но без него было пусто, а с ним — как дома. — Вот и ответ. Наиграешься и бросишь, как ненужного пса, — грустно прохрипел Лестер, еле сдерживая слёзы. — Я так… Так в тебя влюблён, а ты отталкиваешь меня, уходишь, показываешь, что я надоел тебе, навязываюсь, и мне больно. Я ни в чём не уверен. Вдруг ты меня выгонишь? А потом на — ключ. Ещё и спал с кем-то, пока я мучился, — добавил он гнусаво и, отвернувшись, жалостливо всхлипнул. Ноа поражённо смотрел перед собой и не знал, что делать. Сердце затрепетало в груди, как мотылёк у огня. Влюблён. Лестер был влюблён. Он не играл, не флиртовал, он правда был влюблён. Счастливая улыбка осветила лицо Ноа. Прикрыв веки, он сильно сдавил Лестера в объятиях. Неужели и правда взаимная любовь — или хотя бы влюблённость? После стольких лет горестей и разочарований? — Лестер… — тихонько проговорил Ноа и чуть отодвинул его, чтобы посмотреть в глаза. Парень лишь сильнее вжался в него. Шея Ноа намокла. — Ну всё, хватит плакать, Лестер. Ты мне тоже очень нравишься. Я абы кого жить вместе не зову. И я ни с кем не спал. — Тогда почему ты соврал? — обиженно и отчаянно вопросил парень. Ноа устало вздохнул. Ну да, он намеренно ввёл его в заблуждение своей реакцией. Но теперь жалел. — Потому что мне хотелось сделать тебе больно. Я не хотел показывать, что скучал по тебе. А я ещё и твой преподаватель. Как-то стыдно в моём возрасте… Лестер ничего не ответил, его беззвучные рыдания усилились. Ноа обнял его крепче и поцеловал в изгиб шеи. — Мне скоро тридцать. Странно страдать из-за любовных переживаний, когда тебе уже давно не семнадцать, — вздохнул Ноа. — К тому же, знаешь, сначала наобещал невероятных вещей, типа минета под столом во время лекции, а потом смылся. Шутка подействовала: Лестер усмехнулся, но потом скривился. — Чёрт, ты это помнишь… Я надеялся, что ты забыл. — Да как такое забыть? — фыркнул Ноа и поцеловал его в висок. — А я до сих пор помню твоё: «Ты гей?» — и: «Я не по парням». Ноа закатил глаза и выпутался из рук Лестера. Он бережно усадил его на парту. Парень не спешил поднимать головы. Почему-то от его вида сердце Ноа защемило. Он подошел к Лестеру и зарылся пальцами в его мягкие волосы. — Сегодня, — тихо говорил Ноа, — приходи ко мне, я буду тебя ждать. Если так переживаешь, скажи, где ты живёшь, и я зайду за тобой. — Мне теперь так стыдно, — закрыв лицо руками, пробубнил Лестер. — Разрыдался как ребёнок. — Это лучше, чем молчать и таить обиды, — терпеливо разубеждал его Ноа. Он потрепал парня по голове и посмотрел на экран телефона. — Мы ещё к этому вернёмся. У меня занятие через десять минут, мне пора. Больше не пропадай. Обняв его ещё раз напоследок и поцеловав в опухшее веко, Ноа покинул аудиторию, а Лестер, измотанный, подошёл к окну, открыл его и подставил разгорячённое лицо холодному ветру. Остыв, он пошёл в туалет, умылся, и только потом — в столовую, где его ждала Лэйн. Девушка сидела с полным еды подносом. Свою порцию она уже заканчивала. — Извини, не дождалась, — сказала она и подтолкнула тарелки к Лестеру. Парень уселся и подтянул к себе свою порцию. — Решила, что лучше займу очередь и возьму еды. — Ты лучшая, — поблагодарил её Лестер и прожевал кусок жареного мяса. — Как прошёл разговор? — осторожно спросила Лэйн. — У тебя глаза красные. Парень нахмурился и потёр лицо. Он вкратце рассказал всё, что происходило за последние дни. Лэйн удивлённо посмотрела на Лестера. — Ого, вот это драма. Даже у нас с Анной спокойнее вышло. Учитывая, что ей вообще неприятна эта тема… Ты понял. — Я не понимаю, — задумчиво бубнил Лестер, едва прислушиваясь к Лэйн. Но девушка не обижалась. Она знала, в каком состоянии был друг. — Почему я превращаюсь в тряпку с ним? Я и впрямь такой слюнтяй и истерик? — Нет, ты просто влюблен, — пожала плечами Лэйн. — Я тоже с ума сходила. Даже кричала на неё. Лестер весело посмотрел на неё и передразнил её тоненьким, писклявым голосом: — Анна, если я заражу себя мандовошкой, ты обратишь на меня внимание?! Лэйн хмуро стрельнула в него глазами и кинула в него картошкой. — Я такого не говорила. Лестер ловко поймал палочку и съел. — Спасибо, — подмигнул он ей. Затем на его лице вновь возникло задумчивое выражение. — Чёрт. Я так в него влюблён. Я уже соскучился. Это невозможно. Вот поэтому я не хотел ни в кого влюбляться. Даже есть не хочется. Лэйн кинула на него загадочный взгляд и сдержанно улыбнулась. — А мне нравится видеть тебя влюблённым. С этими словами она пододвинула к себе порцию Лестера и быстро всё смела. Вечером Лестер пришёл к Ноа с бутылками виски и колы в руках. Его всё ещё потряхивало, но уходить он не собирался. Спустя полминуты после стука открылась дверь. Увидев парня, Ноа облегчённо вздохнул и отошёл в сторону, пропуская его внутрь. Лестер поставил бутылки на пол, а сам сел на корточки развязать шнурки. — Ты без сумок? — удивился Ноа, оглядывая его с ног до головы. Он непонимающе посмотрел на мужчину. — Каких сумок? — С вещами. Лестер опять вопросительно нахмурился. — Какой же ты ту… тугодум, — вскипел Ноа. — Завтра вторник, ты в чём пойдёшь? — Возьми отгул, — просто предложил Лестер и поднялся. — Побудем дома. Ноа хотел съязвить по поводу «дома», но вовремя передумал. Ещё расстроит Лестера и вместо вкусного ужина и спокойного вечера будут слёзы и сопли по дивану размазывать. — Ага, сейчас, — закатил глаза мужчина. — Ты студент несчастный, и я не миллионер. Если я отгулы брать начну, на что мы жить будем? — Я могу устроиться стриптизёром, — пошутил Лестер. — Ага, конечно, — хмыкнул Ноа. — Будем ещё доплачивать, чтобы смотрели. Лестер уронил голову на грудь и рассмеялся. Как же он скучал по подколам и остротам. Наконец он разулся и, поднявшись, столкнулся лицом к лицу с Ноа. Мужчина смущённо отвёл взор в сторону: Лестер так пронзительно смотрел, что всё внутри переворачивалось. Всё ещё избегая его настойчивого взгляда, Ноа приблизился. Закрыв глаза, он поцеловал его. Прикосновения Лестера обжигали. Ноа искренне наслаждался этими беззаботными мгновениями, когда от присутствия любимого всё внутри сжимается и переворачивается. Потом страсть уляжется. У кого-то она пропадает, у кого-то таится до тех пор, пока двое не отринут все обиды и недопонимания и не вспомнят, что когда-то заставляли колени друг друга дрожать, а сердца биться чаще. Ноа не знал, что их ждёт дальше, поэтому переступал через смущение и брал и давал всё, что мог. Он не хотел упускать Лестера не только потому, что тот был лёгок на подъём, похож на него и открыт грядущим дням, но и потому, что с ним Ноа вновь поверил в любовь. В нынешнем мире это дорогого стоит. Погладив его по волосам, Ноа осторожно разорвал поцелуй. Он взял бутылки и пошёл в гостиную, куда манил аппетитный запах еды. — Твоя одежда на тумбочке в спальне, — бросил мужчина напоследок. Губы Лестера дрогнули и растянулись в широкую, счастливую улыбку. Он помчался в спальню и чуть не расплакался, когда переоделся в свежевыстиранную домашнюю одежду. Ссора в коридоре теперь казалась несусветной глупостью. Когда Лестер зашёл в гостиную, Ноа разливал виски с колой по стаканам. Краем глаза он заметил паренька и сказал: — Принеси лёд из морозильника. Первая полка. — Понял. Идя на кухню, Лестер прислушался к своим ощущениям. Сколько раз он слышал за последние три года подобные приказы и заглушал чувства, кричавшие, что это неправильно. Сколько раз Лестер хотел развести руками и крикнуть: «Да кто тебе позволил так обращаться со мной? Ты думаешь, из-за твоих денег…» — ему давали деньги, и он затыкался, так и не вымолвив ни слова. Но когда ему говорил что-то сделать Ноа, это ощущалось иначе. Как будто они замужняя пара, решившая приятно провести вечер. Лестер улыбнулся. Он принёс Ноа лёд и сел рядом на диван. Он отрешённо смотрел на то, как мужчина выдавливает кубики льда в стаканы, и те растворяются в тёплой жидкости. На столе стояли две тарелки с мясом и овощным салатом. Лестер вдруг почувствовал, что проголодался. Неудивительно: уже вечер, а он в обед едва поел. Ноа включил музыку — что-то из того, что слушала Лэйн: спокойное, расслабляющее. Лестер всегда шутил, что такое слушают те, кто в подвале трупы прячет. Он смотрел на Ноа, освещённого мягким светом чёрно-белого музыкального клипа, и понимал, что мужчина скрывает не меньше, чем он сам. Было немного страшно. Но бежать больше не хотелось. — Вот, — хлопотал Ноа, переставляя тарелки. Точно так же он копошился в ресторане. Эту суету он наверняка унаследовал от своей мамы. Было бы здорово с ней познакомиться. — Мясо я недосолил, а соус пересолил, поэтому вместе должно быть неплохо на вкус… Лестер рассмеялся и подтянул к себе блюдо. Ноа оказался прав: вместе сочетание было великолепным. — Вообще для мяса у меня припасена бутылка вина, но раз ты принёс виски, будем его. А, салат… Чёрт, ложку забыл на кухне… — Хватит суетиться, — Лестер обхватил его запястье и притянул к своим губам. — Кроме нас его никто есть не будет, наложим вилками. — В штаны себе наложишь, — выдернул руку Ноа. — Салата много! Скиснет же! Однако на щеках его выступил румянец: до Лестера с ним так кокетничал один лишь человек. Но с тем сердце билось от страха, будто говоря: «Беги», — а с Лестером всё казалось простым и правильным. — Не скиснет, — усмехнулся Лестер и нагло залез вилкой в салат. Ноа кинулся было перехватить его руку, но передумал: не хотелось заляпать маслом стол. — Ты, небось, и торт режешь на куски. — Ну, да? — нахмурился Ноа. — А как иначе? Лестер фыркнул и весело посмотрел на него. — Да просто берёшь и ешь вилкой. — Нет, Лестер, — мужчина поправил очки и строго уставился на него, — мы будем есть цивилизованно. — Цивилизованно? — Лестер откинулся на спинку дивана и расслабленно вытянулся. Его мышцы заиграли под футболкой, и Ноа быстро отвёл взгляд. — Напомни себе об этом слове, когда мы будем заниматься любовью. Лицо Ноа превратилось в маску равнодушия, но он плохо притворялся. Лестер соблазнял его, а тот охотно поддавался. Мужчина отложил съеденный наполовину ужин и тоже откинулся назад. Стаканы стояли опустевшие, лёд растаял. Взгляд мужчины изменился: томный, он обволакивал Лестера и притягивал. Парень подсел ближе, и теперь их плечи соприкасались. Ноа всё так же безотрывно рассматривал черты его лица, пушистые ресницы и потрескавшиеся губы и даже не понимал, как соблазнительно выглядел. — Ты мне нравишься, — выдохнул Ноа и склонился ещё ближе. — Очень. Лестер рассмеялся, но как-то неуверенно. — Какие могут быть сомнения? Я молодой, привлекательный, слежу за собой. Пользуйся — не хочу. Ноа помрачнел и положил руку на его щёку. Он поцеловал его, бережно, нежно. Лестер всегда переводит всё во флирт, когда нервничает или пытается что-то скрыть. Ноа было больного за него. — Что же за отношения у тебя были, раз ты думаешь, что я тобой пользоваться собираюсь? Я от всего сердца. — Как мне нравится, когда моя снежная королева тает, — нагло улыбнулся Лестер и утянул Ноа в объятия. Он повалил мужчину на диван и придавил его своим телом — Ноа не признавался, но Лестер почувствовал, что ему это нравится. Возможно, в этом что-то крылось. Может, сопротивляться было бесполезно: Лестер больше и сильнее, его не сдвинуть, а значит, можно оставить суматоху и отдаться на его милость. А может, чужая близость успокаивала. С такой махиной разве страшно по жизни идти? — Ещё раз так меня назовёшь… — угрозы в голосе Ноа не было — только предупреждение, и то неуверенное. Губы Лестера растянулись в широкую улыбку. — Назову. И конечно, он захотел выудить ласковое прозвище. Лестер схватил Ноа за запястья и прижал их к дивану. — Если ты — снежная королева, которая тает со мной, то кто я? Ноа завертел головой и зажмурился. Его очки съехали. — Умоляю, давай без этого? — страдающе произнёс он. — Клянусь, первый «зайка», «котик» или ещё какое животное — и я с их скоростью улепётываю из твоей жизни. Лестер отвёл посерьезневший взгляд. Он размышлял вслух: — Черепаха тогда? Улитка? Ленивец? Ну, чтобы быстро не бежал. — У тебя пожизненный запас чепухи в голове? — огрызнулся Ноа. — И чего ты опять на меня переключился? — То-о-очно, — осклабился Лестер и перехватил запястья мужчины одной рукой, а второй снял с него очки и убрал на стол. Теперь лицо Ноа выглядело нежнее, и сам он, казалось, стушевался. — Ну, раз ты снежная королева… — Я тебя убью, — подал голос Ноа. — И ты растаял… — Всё, замолчи! Лестер делал вид, что не слышал стыдливые причитания Ноа, но его выдавала знающая ухмылка. — То-о-о… — Солнце! — гаркнул Ноа и дёрнулся, пытаясь столкнуть с себя его тяжёлое тело. — Доволен? На мгновение глаза Лестера намокли, улыбка на устах замерла. Он потупил взор и, не глядя Ноа в глаза, разжал руки и лёг ему на грудь. Мужчина лишь немного повздыхал, но сдался и запустил пальцы ему в волосы. Чёрт, а ведь и правда похож. Кое-как окончив трапезу, препираясь, толкаясь, выхватывая друг у друга еду, они посмотрели на стол. — Гора грязной посуды, — вздохнул Ноа. — Давай завтра помоем? — предложил Лестер. — Клянусь, я умру это мыть. — Вставай и пошли, — беспрекословно потребовал Ноа. Лестер с тяжёлым вздохом поднялся и помог всё перенести в раковину. Ноа улизнул в коридор. — Эй, куда? — возмущённо заголосил Лестер. — Я не буду мыть один! Ответ был зажат между указательным и большим пальцами Ноа. Он с напряжённым видом протягивал ему ключи — те самые, которые выкинул. Не смог. Полез и достал. Лестер стушевался и принял их. Его щёки порозовели, и нижняя губа немного выпятилась. — Ноа… — Никаких слёз, — отрезал мужчина и прошёл к раковине. Он включил воду, будто жалкая струйка могла заглушить бурю чувств внутри. — Бери полотенце, будешь вытирать посуду. Ноа казался холодной глыбой, но кончики его ушей и шея покраснели. Лестер подошёл к нему и, обняв со спины, поцеловал за ухом. — Хватит отлынивать, — строго произнёс Ноа. — Помогай. — Так ты меня в качестве посудомойки оставил? — пошутил Лестер. Ноа ничего не ответил. Он требовательно взглянул на него и с грохотом поставил мокрую тарелку на резиновый коврик. С очередным тяжёлым вздохом, Лестер облокотился на столешницу и принялся перетирать посуду. Через минуту он не выдержал и покачал влажным стаканом для виски: — М-да, нас всего двое, откуда столько посуды? Так выглядят серьёзные отношения? — Так выглядит твоё желание пожрать. — И твоё тоже. — Заткнись. Лестер рассмеялся и весело посмотрел на него. — Да ты ненавидишь мыть посуду ещё больше, чем я. — Я хочу поговорить с тобой, а это, — Ноа кивнул на раковину, — отвлекает. Улыбка исчезла с лица Лестера. Он поджал губы и отвёл отрешённый взгляд в сторону. — Сказать по правде, я так и не понял, зачем я… — он запнулся, не сказав «тебе». Странное дело: с богатыми женщинами подобные вопросы его не мучили. Он знал, для чего он им и они ему. А Ноа? — Зачем тебе я. Типа... Секс-услуги? Под конец голос Лестера стал таким тихим, что Ноа не сразу расслышал. А когда осознал, чуть не выронил салатницу. — У тебя всё в порядке с головой? — злобно и с неверием прошипел он. — Что ты несёшь? Господи, — его глаза полезли на лоб: Лестер неловко почёсывал затылок. Он жалел, что ляпнул. — Господи, да ты серьёзно! — Я не… — Лестер, тебе точно лечиться надо. Парень болезненно поморщился и забрал салатник из рук Ноа. — Всё, я опять глупость сказал. И я уже лечусь, — попытался предотвратить назревающий спор Лестер. — Я просто… Ноа выключил воду и возвёл глаза к потолку. Оговорку про лечение мужчина как-то не заметил. Вздохнув, он подошёл вплотную к парню и сказал: — Сейчас я просто влюблён. Это ты хотел услышать? Лестер бросил на него взволнованный взгляд. Он кинул полотенце в сторону и притянул Ноа за талию. Ресницы мужчины затрепетали, как крылья бабочки, угодившей в паутину. — И это тоже. А потом? — Потом — что? — недоумевающе спросил Ноа. — Сейчас влюблён, а потом? Ноа опустил голову и уткнулся лицом в плечо Лестера. Он обнял его и легонько провёл пальцами по татуировке на руке. — Что будет потом никому знать не дано. Главное — будь со мной.