Лёд

Готье долго не мог прийти в себя — за один вечер произошло слишком много всего. Вчера, из-за своей обиды, он сбежал из дома, и теперь за это себя проклинал. - «Надо было, конечно, тебе повыеживаться, нет, сидеть спокойно! Надо показать всем, кто тут главный!» После очередной такой мысли Готье, от стыда и смущения, ударил себя учебником по истории. Он надеялся отвлечься и заняться чем-то полезным, но пока просто сидел и пялился в книгу, которая в данный момент казалась ужасно скучной и сухой. - «Мало того, что всё это случилось, так ещё и Скэриэлу досталось ни за что! Он ведь хотел помочь мне, может, даже облегчить жизнь отцу — и его, конечно же, за это “отблагодарили”. Очень щедро!» Готье с трудом заставил себя не смотреть на телефон, хотя проверял его каждые десять минут. Он звонил и писал, но Скэриэл не выходил на связь.  Неужели его это действительно задело? Ну конечно задело, кого бы не задело... А ещё отец. Совсем непонятно, что на него нашло — да и что на меня нашло! Как вообще это возможно? Я едва экзамен сдать могу, а тут… откинул старшего, и даже не заметил этого. Готье облокотился на руки, закрывая лицо ладонями. Слишком много чувств и эмоций: вина, непонимание, злость, страх. Единственное, что вчера поразило и окончательно запутало — поведение Гедеона. Он был за то, чтобы помочь Скэриэлу, хотел отвезти его обратно. Он старался помочь и самому Готье, когда отец кричал в гневе. А их вчерашний разговор. Казалось, они никогда не говорили так долго. Вернее, Готье не помнил, когда в последний раз такое было. - Он хотел помочь Скэриэлу. Он хотел помочь мне. Он разговаривал со мной. Это всё только сильнее запутывало, но, среди хаоса, эти мысли хоть немного успокаивали и не давали сойти с ума. Но непонимание что делать дальше мешала жить. Он не мог вечно сидеть один в комнате, ожидая, когда отец вызовет на разговор, или надеясь, что всё само решится «что, по сути, он и делал». В 11 утра он всё ещё сидел в пижаме, не ел и не пил со вчерашнего дня, пялился в открытую книгу которая кажется даже была не на том параграфе которое они сейчас проходят, и занимался самокопанием. Но так продолжаться не может. Пусть как только выйдет спокойствие разрушится, но лучше быть в аду, чем ждать ада, не правда ли? Он встал, быстро надел что-то домашнее белую футболку и серые, слишком большие штаны и вышел из комнаты. В доме было тихо Габриэла на дополнительных занятиях, отец и Гедеон, ну это только богу может быть известно но, скорее всего, дома ведь сегодня суббота, ни работы, ни учёбы. Готье спустился на кухню и увидел брата, который сидел с книгой и чашкой чая. Гедеон даже не взглянул на него и в мыслях пронеслось - как обычно. Но сегодня Готье показалось что это к лучшему. Он подошёл к холодильнику, стараясь делать вид, будто ничего не происходит. Странно было видеть Гедеона именно на кухне, а не в столовой, и также странно было не видеть на кухне Фани и Кетрин. На секунду мелькнула мысль, что, может, брат ждал его. Но это вряд ли, на него не похоже. Младший сделал себе чай и самый простой бутерброд и уже собирался уйти в столовую, чтобы не попадаться на глаза лишний раз, но слишком поздно, надо двигаться быстрее подумал про себя Готье. - Вроде тебя учили манерам. По-моему, обычно говорят «доброе утро», когда видят человека. Гедеон отложил книжку и недовольно посмотрел на брата. Готье застыл с чашкой и тарелкой в руках и через секунду ответил - Доброе утро. Наверное нужно было как то оправдывать себя ведь взгляд старшего стал только суровей, но на ум пришел только один вопрос. — Как отец себя чувствует? Гедеон смотрел несколько секунд, потом ответил: — Ну явно не лучшим образом. Пока восстанавливается у себя в комнате. Кровь отхлынула от лица, потом прилила обратно. Готье отвернулся, чтобы перевести дух, но уши всё равно горели. Пришлось сделать вид что забыл сахар, что бы не выглядеть жалко. — Мне жаль. Я не хотел этого. Он закусил губу новая волна стыда опалила щёки. Я знаю, — ответил Гедеон спокойно. — Вчера мы все погорячились. Но пообещай мне еще раз, что больше никогда не воспользуешься силой против семьи. Ясно? Готье кивнул. Стыд понемногу отступал, но неловкость осталась. Он подумал, что разговор закончен, и уже хотел уйти в столовую подальше, но Гедеон показал на второй стул у маленького стола и проговорил. - Готье сядь. Готье мысленно чертыхнулся, но ослушаться не решился. Он сел напротив, и вдруг заметил Гедеон что нервничает? Это было непривычно. - Готье, начал старший, - мы с тобой не особенно близки. Я понял, что мало о тебе знаю. Поэтому… хотел просто поговорить. Например, о твоих интересах. Или друзьях толко об других. Он взмахнул рукой будто отменяя любые мысли о Скэриэле. Глаза младшего округлились. - Прости что? Поговорить? Готье слышал такой факт, что во сне у человека всегда не правильное количество пальцев, он посмотрел и увидел пять. Значит это миф, ведь сейчас он точно спит. - Да, поговорить, — нахмурился Гедеон. - Как обычный младший и старший брат? Очень мило. — Готье усмехнулся — Да, а мы с тобой кто? Гедеон замер будто сам от себя не ожидал такого вопроса, а после чего за секунду переменился в лице. -Ладно забудь. Старший встал с намерением уйти и Готье среагировал очень быстро. Младший схватил брата за руку не давая выйти с кухни. - Постой! Гедеон повернулся взглядом прожигая младшего, пока тот маялся и злился на самого себя что мог упустить такой разговор. Разговор который он так сильно хотел и боялся. - Я тоже хочу с тобой поговорить — через секунду добавив. Как старший и младший брат. Гедеон смотрел на него долго и непроницаемо. Казалось, борется с самим собой. Но всё же вырвал руку и направился к выходу, не забрав даже свою книгу. Готье не выдержал, бросился за ним, схватил сзади за талию обеими руками, чтобы остановить. Но Гедеон резко толкнул его, и Готье едва не врезался в стол. Старший развернулся и был явно зол. Готье подумал, что, может, тот сейчас его убьет, но уже было всё равно. - Почему!? Что во мне не так!? Что с тобой не так!? - Ты ничего не понимаешь! И это к лучшему. — последние слова он сказал тише. Гедеон быстро вышел, оставив Готье в одиночестве на кухне.