Вслед за слугами

Кто-то пошёл спать, кто-то курить, а кто – просто отошёл. Остались в номере три девушки. Голубые глаза изучали шатенку в розовом платьице. И сервампу Лени, который сейчас в принципе не был во внимании, очень это не понравилось. Она просто чувствовала со спины, смотреть не обязательно. Брови прихмуривались, тело тоже, сутулясь. Что-что, а за девушку готова напрячься. Длинные пальцы с чёрным маникюром аккуратно подцепили конфету за кончик и потянули к себе ближе. "Если мы не смотрели не значит, что мы не видели," – подумала Каори, отреченно смотря на Ангела. – Жадина, – Лень крутанулась от спины к лицу и залезла к сестре в лифчик, царапая мягкие формы. – Все это заметили. Она достала набитые туда конфеты, забрала их себе в руки и кинула подклассу. Шатенка ловко поймала и засунула их уже себе в лифчик. Сладости в фантиках пристроились в самом низу. Пусть погреются, жевать хоть не придётся. – Этот тоже хорош, набивает жадные карманы папа Лоулесс, – гневалась Ева. – Они у него бездонные, – шутливо улыбнулась Юки. Оставленные сестрой красные полосы жглись и тут же заживали. – Не сомневаюсь. Оставь моему папе. – Жадность тоже что-то крал. Блять они оба набивают! Оставьте нам! Сволота. – Наезжала Каори. – Ещё коллективную жалобу напишите. – тоже злилась Юки. Из-за каких-то конфет! – И напишем. Алиса поможет, она всё видела. Ты охуевшая. Что на мою девушку смотришь? – предъявила Ева. – Убить тебя хочу. – Стиснула зубы Падший Ангел, показались клыки. Из чарующей фиолетовой ауры возник кинжал. Каори испугалась леденящего голубого взгляда, но верит в хозяйку. Правда напасть может? Сердечный ритм гулко отдался в мёртвой грудине. Они обязательно справятся. Или же нет? – Я не намерена драться, – разленные черты лица Сонной Девы приобрели себя. Приятная расслабленность хотела отключать мозг, утащить в сонное царство. – Будешь иметь дело со мной, Анге-лочек. – Загибал свою линию подкласс. – Ну значит, – Падший Ангел метнулся, – тебя не станет тоже. Я ненавижу лень. Каори успела ударить Алчность по лицу, рефлекторно отпрыгнуть назад и не попасть под колющий удар лезвия. В этот момент она почти попала под горячую руку, но успела заметить как лезвие прошло в мёртвую грудину. Но не в её. "По-моему у неё крышу снесло..." Ева кашлянула – распласталась алая жидкость из повреждённых сердечных сосудов прямо по светлым стенам. Юки судорожно замерла. Дева небрежно вынула с хрустом из себя этот нож, задевая, считай раздирая ещё больше сосудов и заставляя непроизвольно терять больше крови. Подкласс ловко перехватил его и дёрнул лезвием глубоко по запястью. Оружие вернула её обладательнице, вызывающе швырнув. Оно оказалось поймано. "Так дело не пойдёт. Еве нужна кровь. Моя кровь..." – Каори подставила руку вблизи. Просочилась жидкость, выпятились вены. Пальцы сервампа прошлись по оголённому запястью, обожгли болезненное мясо и с пальцев сервамп лизнул жидкость, металлическую по вкусу для людей, а для вампиров – настоящий сахар. Дала кровушку – пошло заживление сердца. Ева жадно облизывала её. Мелькнула таившаяся серебряная цепочка, висящая на шее. Возникла в воздухе цепь, соединившая шею сервампа и лодыжку вампира. По металлу разгулялась коричнево-голубая аура вперемешку с чёрным цветом – цветом души и сознания всех демонов. Неужели... "Ч-что!? Она подкласс. Как такое может быть!?" – Юки обронила оружие, ладонями опираясь о деревянный пол. Бледные ноги более похолодели до синевы, пышные округлости не вздымается, белый подол ночного платья испачкан пылью и кровью. Голос терялся. Густота заполонила воздух, казалось, вот-вот задохнёшься под вражеским натиском. Несуществующее явление. Что, мать вашу, они сейчас сотворили? Стоит эта матрёшка красноглазая, придерживает сервампскую, между прочим, цепь, а Ева настроена как никогда. Аж бликанули клыки и очертания красных глаз. – Мы так уже проворачивали. Слюна сервампа не должна попадать в рану подкласса, и тогда ничего не будет. – Объяснила Ева. Юки до горя не понимала как они заключили контракт. Тревога забилась в голову, долбила, долбила... Цепь, контракт, вампир-хозяин... – Я её хозяйка. – Заявила Каори темнеюще и дёрнула за цепь, на что Ева потянулась. Джинны Лени окутывали её тело положительно, принимали хозяйку-вампира. Стоящая доминирующая девушка, контролировала свою хозяйку-сервампа. Но... Как? Ева слушается. Сервампы сами по себе, без хозяев находясь. Это что за зрелище? Чувство попадания в нерелистичную сценку. И всё внимание было направлено на лживую постановку. Или это сон? Пока брюнетка отвлеклась на затягивающие раздумья, Ева подоспела к ней и с грохотом швырнула об пол. Забылась, опомниться не успела Юки как ощутила колющую боль в сгибе локтя. Приличная доза жидкости пошла по венам. – Сказала же, что не намерена драться. Я – химик, в тебе хлороформ. Распад наврядли ожидается скоро. Так проще, чем драться. – Голубые кончики волос щекотнули щёки Алчности. Оно не важно в данности. Сейчас в голове не укладывается полное объединение сервампа и его подкласса. Они единое целое? Насколько сильна их связь, что они провернули невозможное?! – Как сказал однажды папа: "Не нужно никаких цепей для сильной связки". – По-своему сформировала мысль Ева. Не помнила она кто как говорил. – Наша связь нерушима, непоколебима, тебе очень придется постараться разорвать её. – Предупредила Каори. Им не нужны цепи. Этот подкласс, как и хозяйка, являются вампирами. Она ей даже имя не дала? Блестит серебряная цепь. В голове застыл вопрос: "Сука, где мой Ив в самый нужный момент?" Далее Ева просто легла с расслабленным лицо, будто ничего не произошло сейчас. Раны заживали аккуратным швом. – Я устала. "Лучшая, – Каори уже не трусилась, дрожь отступала. – Такая лень наступила просто пиздец. Как по инструкции." Всё в крови. Лежит маленькая девочка с голубыми волосами, пока другая с чёрными крутанула свою вещь в руках и хотела ей в грудь всадить. Она уже скорее игралась. С несильно нацелившимся ножом из последних уходящих сил лезет на Деву, но обессиленно рухнула рядом. Нет, устала, слабость. Оружие исчезло, а за ним и фиолетовые джины. Каори с помощью цепи уже готова была оттащить Еву. Веки, губы той не дрогнули. За этими действиями смотрели молча и не отрывно трое людей, пока беззащитная Юки не упала. Действия были заторможенными, детскими. Лицо закрывали чёрно-седые пряди, грудь не шелохнулась, лишь была похожа на желе. Боевые действия прекратились. Взгляд кончился, появились разговоры. – Бля, ебанутые. – Ева Алчности подоспела в самый последний момент. Схватившись за чёрные волосы, она почти впала в панику. "Во что меня втянули?" Мико похлопала по щекам и сказала самой себе прийти в себя. – Ну-ка прекратили. Я спать хотел, заебали орать, геморрные. – Приказал Куро. "Ну что она вытворяет? Я не хочу с братом ругаться." – Самое последнее что хотелось с Хайдом. Вся в отца племянница. – Ева мертва?? Что здесь случилось? – Махиру протёрся коленями об пол и склонился перед дочерью. Но картина полная не сразу прошла в голову. Ив медленно повернулся. Его сервамп уже смотрел, многое повидал за длиннющую жизнь, но такого не мог предположить ни разу. Цепь, ведущая к шее и лодыжке обеих вампиров? Юки молчала, действие хлороформа давало о себе знать через угашенный разум и бездействия против сестёр. Растворились джины, исчезла цепь со смещённой аурой, стоило Каори устало вздохнуть и опуститься на пол к любимому вампиру. Заметив шприц, Махиру сказал: – Ты чем обдолбалась? Я иду за Ясуки. Он просто не понимал и не признавал всё что происходит между детьми. Как можно с семьёй ругаться? Так ещё никогда не бегал. – В следующий раз будет галоперидол для отключения больной нервной системы. – Кинула Ева комментарий. Юки уже ослаблена, чтобы что-то отвечать. Махиру притащил за рукав врача-психиатра. Хорошо хоть он есть. Куда молодые сервампы вечно несутся? Не хватило рассказов о прошлом? Тот сразу понял что произошло по крови и драке. Каждый день в приёмнике кто-нибудь да посрётся. Ну и обосрётся в прямом смысле этого слова. – Кто-то хлороформ использовал??? – Ясуки чутка прихуел, учуяв сладкий запах. – Стоит на всё отдел... Точнее, на всю палату. Блять. Ну это... – попытался он вспомнить, как называется слово. – На номер. Запах пиздец стоит на номер. Блять, ну в номере. – Наконец поправил Сайто самого себя. – Это Ева, – сказала Каори. – Что? – уточнил Широта. – Она вколола в Алчность укол. Походу среди нас ещё один медик. – Шатенка легкомысленно пожала руками. – Не несите хуйню. – Сказал Ясуки, выпрямляясь и положив руки в карманы. – Она с кровати встать не может. Это всё очень серьёзно. Медицина – не шутки, там не место лени. Хотела Алчность смеяться, но не могла под действием химии. Корчилась, переворачивалась. Медицина и Ева? Что? Это кому в голову пришло? – От вас даже собственные Ивы убежали. Мы выиграли. Нейтралитет выиграл. – Сказала Каори. – Рано радуетесь, – сказала Юки и отключилась. "Медик? Ева?" – Махиру призадумался. В последний раз девочки чуть не взорвали дом. В предпоследний раз чуть не надышались азотной закисью. Да, Ева любит химию, но ей больше подойдёт быть либо химиком, либо фармацевтом. Никак не врачом. Хотел бы отец, чтобы она пошла учиться куда-нибудь после окончания школы, но её лень ей этого не позволит. Поэтому не думал много об этом, но питал надежду. Да и как представишь Лень врачом? Развалившийся ленивый хранитель семени почти уснул. – Ты совсем? Тут драка произошла! – Широта мягко двинул ногой по боку голубоволосого. – Что ты хочешь? – сонно пробурчал Прах. – Иди со мной полежи. – Да, на грязном полу с кровавыми стенами. Сука эта Алчность, а не грех. Как можно было напасть на мою дочь!? Пойдёшь говорить с Жадностью сам. Я его боюсь, ты знаешь. – Не пойду, сами пусть разбираются. Пока хозяин гостиницы не заметил пиздеца Каори пошла за ведром с тряпкой. Сейчас заметят другие, начнётся ор, жалобы и всякая прочая хуйня. Оно не всралось никому здесь. Другие должны отдыхать, а не становиться свидетелями этой гражданской войны. "Пизда всему колхозу. Это Ева ещё не сильно напрягалась." – Каори зажгла свет в подсобке, оставила дверь приоткрытой. Приятная обстановка в коричневых цветах, всё прибрано. Сзади уже стоял вампир, которому она безмерно благодарна. Женские руки обвили верх и полезли в лифчик, доставая конфеты и засовывая себе в карман. Подкласс вздохнул, не желая продолжения именно в этом месте. – Спасибо, – Ева дотянулась через её плечо к её сиське, поцеловала, прикусила. – Любимая. Ты не просто подкласс, ты большее. – Ев, не самое лучшее место для любви. – Каори покраснела, выдавив из себя стон. – Я и не возражаю. Просто люблю тебя, хочу поцеловать. Каори вытянула губы и прикрыла глаза. Ева расцеловала их до возбуждения. Её от себя отодвинули вскоре. – Давай лучше в номере, всё-равно Алиса отошла. Даже если зайдёт, то ей будет пох. – А куда ушла? – не припоминала Ева как видела уходящую сестру. Ну вся папу в Лилю: тоже мотается везде, наматывает круги, как будто шило в одном месте. Хотя понятно что вместо шила там бывает. – Пизда её знает, – хмыкнула Каори. Проходя мимо номера где произошла драка девочки побежали от разговорчивого Махиру по всем этажам. Тецу принялся всех отлавливать, выяснять причину. Всё, гостиница встаёт на уши...