Вслед за слугами

Вечернее время суток, чернеющее небо. Пора выбираться на волю. Среди выспавшихся подклассов некоторых сервампов стабильно начинались перешёптывания. – Я хочу мутить с Похотью. Хочется секса. – Пробуждённо говорил парень. Ребёнок, росший в особняке Алисейнов. Балдеющий от высоких людей и ухаживающий за непослушными русыми волосами. – А я с Ленью. Ты видел какой красивый сервамп? Голубые с белым волосы. – Сказала уже девушка-вампир. Иссиня-черные волосы практически никогда не путались. Редко, можно отметить. – Кайоши, Масуми, вы не потянете высших вампиров. Похоть слишком пошлая. Лень – очень ленивый демон, знайте. Стоит хозяину появиться в жизни, ещё больше разленится. – Сказал наконец Ями. С волосами более непослушными, чем у подруги. Но не настолько кучерявыми, как у первого вампира. – А если с Алчностью? Тишина застала вампиров. Аж боль по бледным телам прошлась. О нет, только не этот сервамп. Связываться с ним не хотелось ни сколько. Ни на минуту, ни на две. – Зависть? – Высоко. Как смотреться мы будем? – Пойдёмте их всех искать. Наверняка ищут умирающих людей для создания нового подкласса. Я вам говорю. – Уверен Кайоши и загрёб воздух рукой в жесте похождений. *** Трое существ, более сильных и потенциальных по сравнению с другими кровопийцами, раскуривали по сигарете. Худощавый, чутка мускулистый, парень одет в чёрную кофту, чёрные джинсы и обут в очень чистые белые ботинки. Видные ключицы, заметный кадык, и уж личиком вышел. Выражение лица его то хмурилось, то преображалось в эмоциях. Тёмные волосы с фиолетовыми прядями в стиле мелирования заплетены в густой хвост. Пряди чёлки то и дело выбивались из причёски, их приходилось убирать за уши. Второй вампир выражал чувство скуки, разленности и некоторой печали. Голубые волосы с белыми мелированными прядями доходили до лопаток. Фиолетово-синяя футболка, чёрные джинсовые шорты подчёркивали фигуру. Обут демон в коричневую обувь. На тело накинута голубая отцовская куртка. Самое то под внешний облик. Третий был разодет до откровения. Перекрёстные бежево-розовые лямки выделяли грудную клетку, изгибы молочных желёз и также крест-накрест лямки уползали вниз обвивать талию. Шортики были элементом бежево-розового костюма. На вытянутых ногах прозрачные туфли на высоком каблуке. Светлые распущенные волосы, причёска с двумя малыми заплетёнными пучками по бокам. Этот демон приходился ростом выше остальных. Кто так по улице ходит?!?! Не хотел отец отпускать дочь в таком виде, пока другой был вовсе не против. Мертвецки бледные лица, не бывшие на солнце ни разу. Три родственные пары красных глаз: одни потемнее, двое других посветлее. Вампиры обернулись, побросали тлеющие окурки. Сейчас начнётся... – Это сервампы!!! – крикнул чей-то подкласс. Вместе с ним двое друзей подоспели к ним. Стояли, рассматривали их, раскрыв рот и еле как его закрывая. – Это же сама дочь Лени! Дочь Похоти! Сын Гнева! – Они прям копия своих родителей! Поразительно. Дети сервампов. – Мы популярны, мои дорогие. – Смекнула сладко Похоть, к которой прижался Кайоши. К самой коже примыкали ладони, к открытым участкам самого олицетворения сексуальности. Масуми плоть в плоть придвинулась к дочери Лени, задевая синими волосами её плечи. Руки по телу не заставили себя долго ждать. – Поаккуратнее с кошкой. – Попросила Лень, убирая руки в карманы. – Я всё-таки чувствительное существо. Почему чужие подклассы так необычно на них реагируют? Кровавые глаза проходились по каждому. По-моему, это подкласс Гордыни. А это вообще подкласс Похоти, который сейчас трогал Алису. Или нет? Чьи это подклассы? Каждый день кто-то подходит. Всех не запомнишь и не выучишь. Помнит кошка только свой подкласс, больше ничей. "Точно не наши подклассы. Узнаю́ только Кайоши – подкласс моего отца. Ну и Ями ещё", – Алиса светло посмотрела. Женские черты преобладали в лице, которое передалось от отца. Она и сама запуталась кто где. – Очень молодые сервампы такие классные! А можно с вами обниматься всегда??? – спросила Масуми, отскакивая от Лени. – Конечно, – Алисейн заключила в объятия подкласс Хью, как она думает. Теперь два вампира её обнимали. – Не хватало с чужими людьми мяться. Как говорит мой батя: "Раздражает. Геморр один." – Ева, ну хватит тебе. Пусть ребята побудут немного. – Алиса, раздражает. – А у вас есть хозяева? – расспрашивал Кайоши. – Одна Ева есть, то есть я. Вторая не нужна. – Утвердила Лень. – А вообще это рабство. – Только у меня хозяин, – сказала Алиса. – Был. – Ириней-чан, а что насчёт тебя? Черноволосый невзрачно глянул, захмурился. – Он умрёт от моего характера. Я не дерусь, я убиваю сразу. За словами следите, Ев, Алис. – Ух ты, как классно! Гнев. – Не могу обуздать свою же силу. – Честно признался Грех. – Бля, ты прикуси язык. Сам же сказал. – Попросила Ева. Переживания таились глубоко в душе. – Мало ли зачем они это потом используют. Может, это подкласс Юки хочет раздобыть информацию. – Вы что! Мы вас не тронем. Мы обычные вампиры, вы нам не по зубам. – Ями скромно качнулся к Гневу за своими объятиями. – Да, прям побежал Иришка обниматься, целоваться. – Алиса вовсе не улыбалась. – Повторяем: он агрессивен. – Стоп, ты подкласс Алчности!? – Ириней опешил на подошедшего. Красные глаза налились злобой. – Я тебя никогда не видел! Голова почувствовалась болезненными спазмами. Резкий вброс адреналина в кровь привёл к активному действию. Очень быстро паренёк подставил к горлу чужака нож, тем самым испугав почти всех. Кайоши и Масуми отлетели от Алисы. – Быстро вы меня выбесили. Я прикушу не язык, а чужую шею! Ями попятился и чуть не разбился. Он знал: если сервамп выпьет его кровь, то ему конец. Похоть успела его подхватить за слабеющую руку, потянуть и поставить на ноги. – Спасибо. – Ириш, всё нормально? До смерти его запугал. – Алиса более побледнела. А Ева давно привыкла к подобным выкидонам. Силы лучше приберечь на предстоящую встречу. А то потом лень станет. – Да, заебись всё. – Ириша усмехнулся, убрав нож-бабочку в карман джинсов. – Я же несерьёзно. Не оружием своим стал бить, а так, уличным. Ой дурачок... "И это он ещё не разозлился так-то," – Ева подняла веки и опустила их. – Ладно-ладно, мы уходим. – Ями поднял руки в отмашке. Нежити от сервампов потопали прочь от грехов подальше. – Ириш, ты чё? – Алиса выходила из себя, прихватив брата за плечо. – Сонная Дева права. Нежная Любовь, ты поменьше со всеми трещала бы. Не надо позволять кому попало трогать себя. – Ой, всё. Между прочим, Ями – подкласс Зависти. Мы с тобой об этом потом поговорим. Ты очень агрессивен. – Разве не Алчности это вампир? – Нет, – приглушённо, резковато сказала Алиса. Её глаза сделались грустнее. – Я взволнован перед предстоящим собранием. И, ну, извините, я защищался. Любовь мотнула головой. Не перед ней извинится брат. *** Сервамп влетел в помещение и заорал: – С этого дня никакой гордыни, печали и алчности! Никто и не засмеялся. В духе Иринея беспрестанно закатывать цирк. Здоровый парень в красной рубашке ощетинился. Из-под шляпы выглядывали тёмно-каштановые волосы. Оскал перешёл в горделивую улыбку. Это не улыбка, скорее показное превосходство. Мускулист. "Мы вас в порошок сотрём." – Оставил при себе мысли. Но труслив. И на собрании должно сохраняться перемирие. Все понимают для чего собрались. По бокам от парня сидели две девушки. Одна в чёрном хаори и в белом кимоно с голубыми атласными цветочками. Катана с левой стороны не видна с первого взгляда. Тонкие чёрные волосы собраны в крабик, не мешающая чёлка лезла в глаза. Томные вздохи. – Как жаль... Надо выпить. – Никакого алкоголя тебе сказали ещё вчера, Незнакомая Печаль. Побольше телосложением сидела ещё одна девушка, постукивала носком белой туфли. На каблуке отделки в виде ангельских перьев. Крылья как бы обвивали его. На шее располагался длиннющий шарф. Чёрно-белые волосы то и дело откидывались назад. Успевали вампиры замечать вытянутые, как называют музыкальные, пальцы. На Грехе было белоснежное платье с вырезом, подчёркивающим грудь хорошего размера и открывающим её наполовину. Узкие голубые глаза, злостное выражение лица. – Я и не пью никогда перед разговором. Только после. – Я такие же сиськи хочу, как у Юки-чан. – Заканючила Алиса и села напротив. – Нужно попросить Зависть снова попытаться мне их сделать. – Ага, потом опять ныть про спину. – Ева села к ней на соседний стул. – Только имплантаты вынули. – Ах моя спина-а, как же гнуться, когда буду встава-ать, – Иринею сейчас гитарку бы. Парень, как и сёстры, сел напротив трёх враждебных вампиров. – Ха-ха, расслабьтесь, – сомкнул веки и сосредоточился. К середине стола метнулся голубоволосый демон. Сразу к делу. Не время расслабляться. – Давайте сохранять нейтралитет? Знаю что это слово означает, но я имею ввиду прекратить всё это. Нейтралитет – перемирие. "Это точно Лень? Какого она влезает?" – не понял горделивый парень. – Что-что? У тебя синдром главного героя? От игр вдохновлялась геройством? Или за историей засиделась и придумала новое значение слова? – Гг сейчас не я, Падший Ангел. Не мой подкласс напал на подкласс Гнева. – Лень показала на Иринея. – И зачем вы лезете в эти разборки? – Ты убила и моего подкласса, – Алиса опустила голову, поджала губы. – В стороне не останусь и я. Я не позволю вам творить чёрт знает что. "Может, вы и мой подкласс раните." – Ева не намеревается останавливаться, раз пошло дело. – Где-то я это уже слышал, – пошутил мускулистый парень, задорно дёрнув подбородком. – Хоко, ты ещё тогда не родился. Собираешь всякий мусор, перемалываешь его и ходишь гордишься. Самоутверждаешься, чтобы тебя все обожали. Но сейчас не об этом. – Мне и доказывать ничего не надо в своём гордении. Все и так знают кого нужно слушать и уважать. А ты нос суёшь, Сонная Дева. – Есть в кого и я этим горжусь. У тебя по греху конкурент появился. – Дева обратила внимание на чёрно-белую сестру. – За последнее время, Ангел, твои подклассы творят невесть что. Ты действительно думаешь, что сможешь за папкой Беззаконием повторить какой-нибудь треш? И ты, Незнакомая Печаль, с ней. Вас прошлое ничему не научило? – Просто мы вас ненавидим. – Я вообще ненавижу похоть. – Подал голос Гордыня. – Шлюха ты ебливая. Точно прибью. – Ты трусливый. Острый каблук прителел в сильную коленку. Нога легко дотягивалась под столом. – Закрыли рты. На собрании должно быть перемирие. Давайте сохранять нейтралитет? Мы вас тоже ненавидим, но не собираемся убивать. Значит вы тоже должны быть нейтральными. – Из раза в раз повторяешь. Уже бесит это слово. Зачем лезешь? В игры играть мешали. Да! Я знал! Я это знал! – Гордый Парень неистово похлопал в ладони. – Ты больно смелый стал. Зачем тебе сейчас держаться за Падшего Ангела и Незнакомую Печаль тогда? – чисто риторически спросила Алиса. – Я и без них силён. – Хокори и не стал вдумываться в риторику, а сразу ответить по чесноку. – А им сила нужна. У вас же есть Ириней? Вот и я тоже самое. Только сильнее, умнее. – Да ты чё... – Ириней почти вышел из расслабленного состояния. Оскорбился от брата конечно. – Сидит прям Апполон напротив. – Заткнулись!!! – прорычала Ева и опустила голову. Чёрные плотные джинны обвили чужие ноги. Потеряй контроль над внутренним демоном – ни от кого ничего не останется. – Действуем старым способом! "Потому что больше я ничего не знаю." – Осознавала девушка. Блондинка заметила её взгляд. Как раз сюда брала с собой бумаги и ручку. Она быстренько раздала каждому по одной. – Теперь пишем, кто за нейтралитет, а кто – нет. – Проститутка. – Шикнул Гордый Парень. – Пойди и тоже самое скажи моему отцу. Не понравились мы им внезапно, иш ты. Я тебя даже пишущей палочкой зашибу. – Алиса кинула ему ручку. – Ну и говор у аристократки. – Подшутил Гордыня, взял канцелярию и написал на бумаге свой ответ. – Не забывай кто меня растит и чьи во мне гены. Воспитание здесь ни при чём. Анонимное голосование закончилось через минуту. Ева успела заскучать, да и рассвет близился. Всё тело знало, выдавая ленивую слабость. Разобрав почерки, оказалась ничья. – Кого-то ещё привлекаем? Высокое Мнение? Прозвище говорит само за себя. – Алё, это моя мать. Тем более, Высокое Самомнение. Не впутывайте родителей. – Нормально просил Парень. – Это наша битва. Их уже давно закончилась. – Папа Махиру не переживёт. – Ева подтверждалась правильность решения. – Твой то морально. А вот у папы Мисоно вообще сердце остановится. У папы Лилии тоже. Я их очень люблю, не хочу такого исхода. – Мы уважаем всех родителей и никогда не станем трогать их. Нам не нравитесь конкретно вы. – Сказала Печаль. – И чем же? – А я за папой хочу повторить. Честно и без претензий. – А где Зависть? – поняла Ева, кто им возможно поможет. – Как раз рядом, в больнице. – Ответила Алиса. – Алис, иди спроси. – Я не пойду. Мы в ссоре. – Это ничего не поменяет. Как же вы без хозяев собрались драться? – Гордый Парень лыбился. – У нас они есть. Я вообще со своим Ивом встречаюсь, любимый мой парень. – Ой-ой, ещё своей ориентацией хвастайся. Я так-то тоже по мальчикам. – Встревала Любовь. – Алис, блять, заебёшь и без ножа. – Воскликнул Ириней, вцепившись в край стола. Печаль засмеялась громко, представив как он стол переворачивает, и сразу после мысли успокоилась. "Я пыталась что-нибудь сделать..." – Ева боязливо осунулась. – Давайте обсудим этот нейтралитет. Я считаю... Нет. Давайте разберём эти голоса. Кто их писал. – Так голосование анонимное. – Неа, я передумала. Раз вы думаете, что можете нарушать мораль, а именно трогать ближних, я тоже буду идти против. – Давайте посмотрим. – Поддержала Алиса. – Может, кто-то на самом деле за спокойствие. Просто выёбывается много, либо боится кого-то. – Давайте. – Ответил Гордый Парень без капли смущения. – ДАВАЙТЕ, – взревел Ириней и тут же улыбнулся. – Знаете, это правда ничего не изменит. Прежде за нейтралитет нужно драться. – Считала Алиса. – Ты в своём уме? Он должен быть без драки. Просто поговорить нужно. – Срочно заявила Ева. После она упала на пол и превратилась в белую кошку. Для Иринея и Алисы это знак. – Вставай давай, – потребовал Гнев, – мы тебя не понесём. Кошка, растянувшись дугой, что-то промурчала. – О, утро наступило. Её уже не поднять. Лень одолевает. Это ночью ломится куда-либо, а как утро – всё. Ночь тоже – всё. – Заключила нежнейшая Любовь. – До встречи, Трусливый Парень. Девушка обратилась белой чайкой, её мирный брат обернулся вороном и клюнул в пятку кошки. Кошка проснулась. Все трое покинули "палату". – Не понятно для чего вся эта хуйня сейчас была. – Сказала Печаль. – Значит так, я выпью покрепче и не ищите меня до... – Опять?! Ты только из запоя вышла. – Пора возвращаться. – Сказала девушка. – Мне тоже пора в берлогу, уж извиняйте. – Гордый Парень достал сигарету с плотной набивкой внутри коричневой палочки. Запахло шоколадным табаком. – Бля, я забыла сиги. Дай одну пожалуйста. – Печаль слабо протянула руку. – Алкашка, – брат отдал целую пачку ей. – Спасибо. – Что-то плохо становится. Я надолго разлучилась с Евой. – Под ребром у Юки кололо. Позже и эти трое покинули помещение.