Last resort (Последнее Средство)

Пролог Море успокаивало Джайну. Она выросла на нём и провела большую часть жизни близ воды; и хотя Джайна на время покидала Кул-Тирас, он так и не ушёл из её крови. Но это был не тот берег и не то море. Слишком тёплое, слишком спокойное, и корабли в гавани были совершенно другими. Джайна стояла на доках за пределами Оргриммара, наблюдая, как вьючники разгружают ящики из Зандалара. Таурен кивнул ей, проходя мимо, а его спутник из Племени Тёмного Копья смотрел на неё с опаской. Она ответила им обоим натянутой улыбкой и задумалась о своём положении. Была некая ирония в том, что она стала тем стержнем, на котором держался мир. Она так долго этого хотела, лишь чтобы его снова и снова швыряли ей в лицо, пока от неё не осталась одна лишь горькая, необузданная ярость. Год назад она была готова стереть Орду с лица земли. Сегодня она была единственным, что стояло между взаимным гарантированным уничтожением обеих сторон. Она, по сути, и была тем самым взаимным гарантированным уничтожением. Словно в ответ на её настроение, на горизонте сгустились грозовые тучи, и она увидела вспышку молнии. — Подумываешь о том, чтобы уплыть? Знакомый голос действовал ей на нервы, и Джайна едва взглянула в направлении Натаноса. —Мне кажется, мне говорили, что мне разрешено свободно перемещаться по Оргриммару. Разве это не часть Оргриммара? — Формально — да, — согласился Натанос. — А если бы я пожелала навестить Громовой Утёс? Луносвет? Сурамар? Он смотрел на неё с нечитаемым выражением лица, позволяя вопросу повиснуть в воздухе. Как раз когда она подумывала треснуть его своим посохом, он ответил. —Как и было согласовано, все земли Орды открыты для вас, и вы можете время от времени навещать семью и друзей в других местах. За тем исключением, что для последнего будет ограничение по времени, но это была цена, которую Джайне пришлось заплатить за эту уступку. Так что она кивнула и посмотрела мимо него, на укрепления города. Горло сжалось, а во рту пересохло. —Пора, да? Натанос склонил голову в её сторону, и Джайна не могла понять, что он чувствовал или о чём думал. Но её это не волновало. Она посмотрела на себя, на тёмно-синий и белый цвет свадебного платья её матери. Платья, которое она когда-то думала надеть для кого-то другого. Это была ещё одна ирония, хотя та, на которой она отказывалась задерживаться. Подняв руку, она жестом подозвала Натаноса подойти ближе, в то время как вокруг неё закрутилась чародейская энергия. Если уж на то пошло, она совершит вход. Тремя месяцами ранее Война шла плохо. Для всех. От флотов Орды и Альянса почти ничего не осталось; силы Кул-Тираса и Зандалара практически уничтожили друг друга. Половина Боралуса лежала в руинах, и Зулдазар был ненамного лучше. А отчёты о потерях... отчёты о потерях преследовали Андуина в кошмарах. Несмотря на успехи калдорай в Ясеневом лесу, основная часть армии Альянса увязла в Степях. Главные силы Орды всё ещё стояли лагерем в Красногорье. Если их линии снабжения были нарушены так же сильно, как у Альянса, Андуин был уверен, что у них такие же проблемы. Всё свелось к азериту. Он был у обеих сторон, и последствия его применения были опустошительными. Каждой потере Орды соответствовала потеря Альянса. Согласно докладам, растущее число погибших становилось неустойчивым. Им был нужен мир, пока ещё оставались Орда и Альянс, чтобы обсуждать условия. Не в первый раз Андуин спросил себя, как бы поступил его отец. Он был уверен, что Вариан смог бы полностью избежать войны. Вариан Ринн лучше контролировал Альянс. Другие лидеры уважали его. Даже Сильвана уважала его. А теперь Андуин был уверен, что они на грани уничтожения. Звук шагов вернул его внимание к настоящему, и он поднял голову, увидев приближающуюся калдорай. У неё были фиолетовые волосы, собранные в два хвоста, с вплетёнными в чёлку разноцветными нитями, и он узнал печати Штормграда и Бронзового драконьего полёта на её пальцах. Более болезненно, награда, которую, как он помнил, вручал Болвар Фордрагон, красовалась под нашивкой с ночным саблезубом на её плече. Он улыбнулся чемпионке. —Юкале, в чём дело? Она переступила с ноги на ногу, затем потерла затылок и протянула запечатанное письмо, прежде чем сообразила, что забыла кое-что, и склонила перед ним голову. —Вы не поверите, но Орда хочет говорить о мире. Не веря своим ушам, Андуин взял письмо и уставился на печать с символом Орды. —Ты уверена? Юкале улыбнулась с надеждой. —Абсолютно. Он знал, что, вероятно, была какая-то история о том, как именно разбойнице вручили это письмо, но он давно усвоил, что иногда лучше не знать. Он сломал печать, развернул послание и пробежал его глазами. А затем перечитал ещё раз. Андуин поднял голову, встретившись взглядом с Юкале. —Мне нужно, чтобы ты собрала лидеров Альянса. И нам нужно будет определить нейтральное место. — Я сразу займусь этим. И, думаю, у меня есть идея насчёт места. — Ухмылка Юкале стала шире, и она подбросила Андуину монету. Рассмотрев её, он снова взглянул на неё. —Что это? — Небольшой подарок, который я стащила из кармана Тёмной Госпожи, — ответила она, прежде чем выбежать из зала под звуки смеха короля. --- Старый корабль был не совсем тем местом, которое Сильвана представляла для этих переговоров. Она даже не хотела этих переговоров, но она, как и Андуин, понимала, что если боевые действия продлятся ещё немного, то не останется Орды, которой можно было бы руководить. Позиции, о которой она никогда не просила, но теперь, когда она здесь, она сделает почти что угодно, чтобы сохранить свою Орду целой, несмотря на то, что некоторые могли не соглашаться с её методами. — Ну, это очаровательно. — Она прошествовала по палубе, обращаясь к калдорай, прислонившейся к мачте корабля, пока та болтала с одним из чемпионов-отрекшихся Сильваны. Сильвана не питала иллюзий насчёт лояльности этой разбойницы и того, где она могла лежать, но Юкале была одной из немногих героинь Азерота, кто проводил больше времени с клинком в спинах общих врагов Орды и Альянса, чем в спинах Орды. Ан'Кираж, Нордскол, Смертокрыл, Гаррош, Легион... Сильвана сузила глаза, задаваясь вопросом, не думала ли когда-нибудь калдорай обратить эти опасные клинки против неё самой. Юкале умерла бы в мгновение ока, но Сильвана уважала бы саму попытку. «Шёпот Ветра» когда-то был пиратским кораблём. Он всё ещё пах ромом, и полдюжины членов команды слонялись без дела, пока корабль мирно стоял между «Боевым Воплем» и большим кул-тирасским кораблём, который казался смутно знакомым. Любой из военных кораблей мог стереть «Шёпот Ветра» в порошок, не вспотев, так что он был не более чем символическим барьером. Но Сильвана научилась ценить силу символов. Она жестом подозвала отрекшуюся присоединиться к ней, в то время как одна из предательских рен'дорай подошла к Юкале и, встав на цыпочки, поцеловала её. С возмущением закатив глаза, Сильвана прошла по палубе, а её отрекшаяся — рядом. —Ты доверяешь ей, Тайра? Тайра перевела свой слабо светящийся взгляд на эльфиек. —Насколько можно доверять любой из них, госпожа. Но здесь? Думаю, нам стоит беспокоиться больше об Альянсе, чем о ней. Тайра Коул была одной из самых фанатичных чемпионок Сильваны, получавшей удовольствие от сбора трофеев с мёртвых. Обычно воительница носила пояс с болтающимися на нём ушами. Сейчас его, на удивление, не было. Сильвана предположила, что это признак того, что её приказ не провоцировать Альянс выполняется. Провокации она хотела приберечь для себя. Потрогав связанную под доспехами рукавицу, Тайра взглянула на неё, затем через воду на корабль Альянса. Сильвана могла разглядеть шлюпку, направляющуюся к ним. Наконец-то. — Можно спросить, госпожа? — Конечно, — ответила Сильвана, не отводя глаз от той шлюпки. — Это уловка, да? Заманить их и затем разбить навсегда, а? Она перевела взгляд на Тайру. —Нет. Боюсь, это не уловка. Пути к победе больше не существует. Если мы хотим, чтобы Орда выжила, процветала, это единственный путь. Пока что. Тайра нахмурилась, затем кивнула и отсалютовала Сильване. Она присоединилась к остальной почётной страже Сильваны, встав рядом с орком и его возлюбленной син'дорай. Она не могла вспомнить их имён, но чувствовала, что син'дорай беременна. Снова. Эти двое плодились как кролики, и она фыркнула. Они, вероятно, ещё сами не знали. Возле штурвальной рубки она заметила темнокожую женщину-человека. Как и Юкале, она носила на плече нашивку с ночным саблезубом. Интересно. Она вела себя непринуждённо, но для Сильваны было очевидно, что она следит за ней так же бдительно, как её стража — за ними. Пока она наблюдала, на перила рядом с женщиной приземлился ворон-буревестник. Та протянула руку, почесала пальцами шею птицы знакомым жестом, заставляя её чистить перья. Несмотря на милую сцену, у Сильваны было чёткое ощущение, что друидка смотрит на неё с ненавистью. Её орк пошевелился, сжимая пальцы на рукояти топора, прислонившись к перилам. Сильвана лениво поинтересовалась, не нападёт ли он на друида. Или на неё саму. Тёмная Госпожа прекрасно осознавала недовольство в своих рядах. Это было такой же проверкой на лояльность для них, как и попыткой заключить некое перемирие. Шлюпка достигла верёвочной лестницы. Сильвана сложила руки за спиной, в то время как все остальные на борту напряглись. Краем глаза она увидела, как Юкале нервно играет с чем-то на поясе, а её возлюбленная смотрит на син'дорай, приближающуюся к Сильване. Наклонившись, она выслушала, что сказала женщина. — Кроме двух разбойниц, друида и паладина, на марсовой площадке есть охотница. Они называют себя Авангардом Ночных Саблезубов. Это не считало никого под палубой или команды, но Сильвана не считала команду угрозой. Пятеро из этого Авангарда и Андуин. Она сама, её воины и жрец. И, конечно, Натанос, в укрытии. Равные шансы, если всё пойдёт наперекосяк. Она в последний раз мысленно перебрала свои запасные планы, когда на борт поднялся король Андуин Ринн, а за ним не отставала Джайна Праудмур. Чёрт, это объясняло, почему корабль был знакомым. Шансы были уже не в её пользу. Надо было брать тех чернокнижников. Сильвана одарила их улыбкой. —Я вижу, вы оставили пса дома. Мудрое решение. Он нам не нужен, чтобы мочиться повсюду. Они могли обсудить дальнейшие детали с другими лидерами своих фракций позже, но на этой первой встрече будут только они. Если они вообще хотели мира в ближайшее десятилетие, собрать всех лидеров фракций на переговоры так рано было бы адски сложно и, скорее всего, закончилось бы тем, что кто-то лишится глаза. Праудмур была неприятным сюрпризом. Мальчик, определённо, имел привычку преподносить ей неприятные сюрпризы. Посередине палубы был установлен стол с двумя стульями. Сильвана подошла к своей стороне, отодвинула стул и села, не дожидаясь остальных. Она откинулась на спинку, закинув ноги на стол. Она уставилась на Андуина, когда тот сел напротив. — Ну? Андуин поднял руку, словно собираясь ущипнуть переносицу, но остановился. Вместо этого он наклонился над столом и ровно сказал: —Это вы предложили оливковую ветвь, Вождь. — Тогда давайте перейдём к сути, Верховный Король. Лорд-адмирал. — Сильвана махнула рукой, одним глазом наблюдая за Джайной, пока та говорила. — Мои шпионы сообщают, что у Альянса есть три месяца, пока у вас не закончатся ресурсы. Ваши подданные голодают, ваши города и пахотные земли лежат в руинах. Вы не можете ловить рыбу, потому что рыбу не найти. — Она убрала ноги со стола и выпрямилась. — Я уверена, что ваши шпионы рассказали похожую историю об Орде. И они говорили бы правду. Взгляд Джайны был прикован к ней, но Сильвана отказывалась это признавать. Она здесь, чтобы говорить с Андуином, и больше ни с кем. Разозлить Джайну было лишь приятным бонусом. Волшебница сделала шаг вперёд. Мгновенно за спиной Сильваны зазвенела броня и зашуршала ткань. Она подняла руку, и движение прекратилось; после напряжённого момента она услышала почти неразличимый звук ослабляющейся тетивы над головой. — Вы правы, по всем пунктам, — сказал Андуин, и Сильвана почувствовала нечто, что праздная часть её памяти назвала облегчением. — По отдельности мы оба погибнем. Вместе у нас может быть шанс выжить. — Она встретилась взглядом с молодым королём, и Андуин был слишком неопытен, чтобы скрыть свой шок. — Я перебрала все возможные расчёты. Так что позвольте заверить вас, что это, в прямом смысле, последнее средство, если моя Орда хочет выжить. Были альтернативы, и они витали над столом, пока она наблюдала, как Андуин обдумывает их, как это делала она сама несколько недель назад. Альянс разбит; Орды больше нет. Каждая раса и каждый народ идут своим путём или имеют ограниченные связи. Половина рас по обе стороны войны держатся на волоске. Андуин не мог позволить калдорай или дренеям идти своим путём в их нынешнем состоянии, как не могла и она — Племени Тёмного Копья или син'дорай. — Вы предлагаете союз? — В голосе Джайны явственно звучало отвращение, а её лицо исказилось от омерзения. Впервые Сильвана встретилась с ней взглядом. Она не могла её винить. Они были во многом слишком похожи, и Орда совершала немыслимые вещи по отношению к Альянсу в целом и к Джайне в частности. В каком-то смысле Джайна была идеальным примером типа людей внутри Альянса, которых будет труднее всего — и абсолютно необходимо — убедить. Но и у Альянса руки не были чистыми. Война показала, что они способны на тот же уровень жестокости, в котором они обвиняли Орду. Взгляд Сильваны скользнул с милого, хотя и усталого, лица Джайны обратно на Андуина. —Нечто большее, чем союз, но меньшее, чем аннексия или поглощение. Открытые границы, свободная торговля, вывод войск. — Не все в Альянсе с этим согласятся, — указал Андуин, поднимая руку, чтобы остановить Джайну. — Как и не все в Орде. Наше соответствующее руководство будет... скептически настроено. Но Андуин был заинтересован, отчаяние в его глазах, которое Сильвана глубоко прятала в себе. Она могла этим воспользоваться. —Это одна из вещей, которые нам нужно обсудить. Что будет необходимо, чтобы убедить остальных присоединиться. Что делать с нашим азеритовым оружием. — А Чума? — Костяшки Джайны побелели, так сильно она сжала кулаки. Сильвана не смотрела на Джайну. Вместо этого она смотрела мимо неё, туда, где стояли чемпионы Альянса. Чума была мощным козырем на переговорах, и она не собиралась легко с ним расставаться. Но дать им знать, что это вариант? Она могла это сделать. —И что делать с Чумой. Рано, как только она осознала масштаб опасности, стоящей перед Ордой, она взвесила риски просто заразить всех Чумой и поднять их. Это могло бы упростить дело. Это также могло создать ей слишком много врагов, чтобы быть жизнеспособным, хотя она всегда мечтала превратить Штормград в новую столицу Отрекшихся. Но даже мечты должны умирать. — Есть определённые... — Законы, да, я знаю, — перебила Сильвана. — И у меня есть решение для этого. Такое, которое гарантирует, что ни одна из сторон не сможет действовать против другой без последствий. Андуин сузил глаза. —Что вы предлагаете? Улыбаясь, Сильвана показала им свои клыки. —Скоро будет свадьба, маленький лев. С видом человека, не верящего своим ушам, Андуин спросил: —Свадьба? С кем? — Со мной. — Наступила затянувшаяся пауза, в течение которой Сильвана не отвечала. Медленно нарастающий ужас отразился на лице Андуина, когда он естественным образом предположил, что это будет он. Взгляд Сильваны на мгновение скользнул к Джайне. Достаточно долго, чтобы Джайна заметила, и больше никто. —И я уверена, мы найдём подходящего добровольца.