The Words I Cannot Speak

…и ты даже не представляешь, какой этот урод наглый. Разве так можно разговаривать с моей мамой, да ещё при всех посетителях?! Я просто хотела влепить ему такого леща, прямо в ебальник. Почти встала и собралась подойти. Но я словно услышала тебя рядом, как в старые добрые, пытающуюся меня успокоить и велевшую не вмешиваться. Я видела в голове, какое разочарование будет в твоём следующем письме, где ты опишешь, во что я вляпалась, избив какого-то придурка. Я села обратно, и Джойс его выставила. Пронесло. Короче, суть в том, что даже когда тебя нет рядом, ты — где-то 90% моего самоконтроля. Спасибо за это. Кстати, ты меня здорово ошарашила началом третьей страницы. Из всего, с чем нам пришлось столкнуться, я в жизни не ожидала увидеть радиоактивных инопланетных пауков, ха-ха. Но не бойся — у Супер-Хлои на них есть план! (Честно говоря, я не до конца уверена, насколько удачно это получилось; если покажется глупо — можешь перерисовать.) Сейчас доделаю тот эскиз, что обещала. Знаю, ты в предвкушении, но потерпи! Получишь его, как только я буду уверена, что он соответствует тому, чего ты заслуживаешь (ладно, ты заслуживаешь совершенства, но я постараюсь). И да, не могу дождаться твоего ответа. Твоя дерзкая корсарша, Капитан Синяя Борода

***

Перечитывая последнее письмо Хлои уже где-то десятый раз за день, Макс улыбалась сама себе как идиотка. Страница слегка помялась от того, что она так часто разворачивала и сворачивала её во время коротких перерывов между уроками. Придётся сдерживать себя и не делать этого больше, пока она не донесёт письмо домой, чтобы положить его к остальным в безопасное место. — О чёрт, это что, одно из печально известных писем Хлои? — послышался голос из-за спины. Макс аккуратно сложила страницы обратно и обернулась, но это был всего лишь Фернандо, подходивший к ней. Кроме них двоих, в просторном учебном зале почти никого не было: в углу смеялась компания спортсменов, а в другом спорила пара учеников. — Да. Оно пришло сегодня утром, — ответила Макс, осторожно убирая письмо обратно в конверт и пряча его в передний карман сумки. Страницы их совместного комикса с Хлоей всё ещё лежали на столе, но она не спешила убирать их, надеясь успеть поработать над следующими панелями до конца учебного часа. — Расслабься, — сказал Фернандо с уверенной улыбкой. — Я не собираюсь подглядывать. — Я знаю, извини. Просто… рефлекс, наверное. Эти письма личные. — Ничего, я понимаю, — тот прислонился к её столу, но решил не садиться. — Хотя, признаться, мне интересно, что она такого пишет, что ты выглядишь такой заведённой. — Завидённой? И вовсе я не заведённая! Фернандо фыркнул. — Чувиха, ты вообще видела себя? Я всегда понимаю, когда приходит письмо — ты весь день ходишь с этой идиотской улыбкой. Даже сама с людьми разговариваешь, добровольно. Типа… эй, кто ты и что сделала со скромницей Макс? Макс моргнула. Конечно, письма Хлои делали день потрясающим, но неужели это действительно настолько заметно? — Просто… мне приятно получать от неё письма, ясно? Почта идёт медленно, так что такие письма — редкость. Фернандо вскинул бровь. — Разве ты не созваниваешься с ней чуть ли не каждый вечер? — Да, и что? — То есть, ты и так регулярно с ней общаешься. — И что с того? Он одарил её странным взглядом. — А она тебе реально нравится, ха? Макс закатила глаза. — Какая тонкая наблюдательность. Она ведь моя лучшая подруга с самого детства. — И всё? Её брови сдвинулись. — Что ты имеешь в виду? Фернандо будто собирался что-то добавить, но передумал. Он пожал плечами и снова улыбнулся. — Ай, не бери в голову. Главное, что ты счастлива. Кстати, мы с Кристен собираемся позже вечером сходить в «Рэнди». Ты с нами? Макс хотела было спросить его прямо, что он имел в виду, но решила не настаивать. Наверное, ничего такого. — Не знаю… Мне нужно начать отвечать Хлое на письмо и позвонить ей раньше обычного, ведь сегодня я иду в кино с родителями, и мне бы хотелось успеть сделать пару кадров во время золотого часа… — Да брось, Макс. Золотой час — это временно. Пицца в «Рэнди» — навсегда. К тому же, мы вернём тебя домой до начала фильма. Она хотела было возразить, что пицца исчезнет ещё быстрее, чем продлится Золотой час. Однако в какой-то момент его слова показались ей логичными. У неё уже было достаточно таких снимков, позже сделает ещё больше. Она несколько дней не виделась с друзьями, хотя обещала Хлое больше общаться с людьми. Да и от мысли о пицце из «Рэнди» начинали течь слюнки… — Ладно, хорошо, убедил, — простонала она, хотя и улыбалась. Фернандо победоносно выброрил кулак. — Да! Сегодня пицца на максимум! Макс снова застонала и закрыла лицо ладонями. — Почему я вообще с тобой общаюсь? — Понятия не имею! — весело сказал Фернандо, как раз когда прозвенел звонок. — Ладно, мне пора идти умирать на физкультуру. Увидимся, Максимус! Он уже направился к двери и не заметил её недовольного взгляда. «Максимус» — одно из прозвищ Хлои для неё. Слышать это от кого-то другого было странно. Придётся потом отчитать его за это. Она закинула сумку через плечо и подняла страницы комикса. Собиралась положить их в сумку и идти к двери, но остановилась, чтобы снова рассмотреть последние обновления Хлои. План Супер-Хлои по борьбе с инопланетными пауками был, мягко говоря, неортодоксальным. Макс не хотела ничего исправлять — это противоречило всей идее их совместного комикса, работать вместе, со всеми его недочётами, — но она никак не могла придумать, что добавить дальше. Возможно, стоит отложить это на несколько часов, чтобы дать отдохнуть, а потом она могла бы… Что-то большое и тяжёлое врезалось в неё сзади. Потеряв равновесие, Макс испуганно вскрикнула. Руки инстинктивно отпустили страницы комикса, чтобы ухватить сумку во время падения на пол. К счастью, приземлилась она на сторону, противоположную сумке. Страницы комикса разлетелись вокруг. Стонущая, она подняла взгляд и замерла. Перед ней стояла группа спортсменов из того самого угла. Все они были крупные и крепкие, но тот, кто только что врезался в неё, был самым большим — примерно на голову выше Макс. И хотя столкновение, казалось, нисколько его не смутило, он смотрел на неё так, будто она только что оскорбила его мать. — Смотри, куда идёшь, задротка! — прогремел он. — Прямо посреди сраного прохода стоишь, хоть бы глаза открыла, ёбаный в рот! — П-прости… — робко пробормотала Макс. Он был прав, глупо с её стороны было просто остановиться посреди пространства между столами. Она попыталась подняться. — И что это за… — крикнул спортсмен, глядя на пол. Слишком поздно Макс поняла, что он разглядывает страницы их комикса. Она рванула к ним, но он оказался быстрее, схватил их и поднёс к лицу. — Это личное! — закричала Макс, пытаясь выхватить страницы. — Верни! Он просто поднял их слишком высоко, чтобы она не смогла дотянуться, и продолжал читать, смеясь. — «Приключения Супер Макс и Супер Хлои»? Боже, что за унылая херня? — Отдай их! — Макс неожиданно даже для себя попыталась его толкнуть. Это ощущалось, будто она попыталась сдвинуть кирпичную стену. Качок оценил её усилия усмешкой. — Ладно, можешь забирать, — хихикнул он. Начал опускать страницы к ней, и Макс уже протянула руки. А потом схватил страницы обеими руками и разорвал пополам. Из её горла вырвался сдавленный вскрик, пока он рвал клочки снова и снова, всё мельче. Затем швырнул обрывки ей в лицо и протиснулся мимо, продолжая смеяться. Его дружки последовали за ним, подначивая и гогоча. Макс осталась на месте ещё на несколько секунд, прежде чем опустилась на колени. Слёзы катились по её лицу, пока она судорожно собирала все обрывки и тщетно пыталась сложить их обратно. Будь у неё скотч, она могла бы восстановить страницы, она могла бы спасти комикс, вся их работа не могла просто взять и пропасть, искусство, которое она создавала с Хлоей, не могло просто… Но было уже поздно. Качок постарался на славу. Кусочков было слишком много. Даже те, что она смогла соединить, были слишком изуродованы, чтобы воссоздать тщательно продуманные панели и мелкий диалог. Никакой скотч этого не исправит. Даже если бы мог, комикс остался бы испорченной пародией на то, чем он был раньше. Прозвенел второй звонок. Пять минут до следующего урока. Сдавленно ругаясь на что-то неопределённое, она сунула обрывки в сумку и направилась к двери. Люди в коридоре заметили её слёзы и перешёптывались, но ей было плевать на их мнение. Гораздо важнее было, что подумает Хлоя. Чёрт, как же она будет расстроена. Разозлится ли она на Макс? У неё ведь будет на это полное право. Если бы Макс не стояла у прохода, как идиотка, вся работа Хлои не пошла бы насмарку. Захочет ли Хлоя и дальше делать с ней комиксы после этого, если Макс нельзя их доверить? Эти мысли преследовали её ещё долго после того, как она остановила поток слёз, из-за чего шатенка едва слышала, что говорили учителя, до конца дня.

***

День у Хлои, в общем-то, складывался неплохо. Она получила за контрольную по химии оценку «4-» (всё ещё не её прежний уровень, но явно прогресс — потихоньку она вылезала из ямы), её пригласили на свидание (приятный плюс к самолюбию, пусть она и отшила Элиота; божечки, как же от него несёт жутью), и она умудрилась прожить весь день, не нарвавшись ни на одно замечание от учителей (не то чтобы она сдерживалась и не отпускала колкие комментарии, просто делала это тише обычного). Для кого-то это фигня, но для неё — прогресс. А главное — Макс будет ей гордиться. Хлоя не могла дождаться, когда расскажет ей обо всём вечером по телефону. Сейчас она валялась на диване в гостиной: из школьной формы уже переоделась в мешковатое худи и шорты, одной рукой рылась в пакете «Cheetos», другой щёлкала каналы на пульте. Ещё один знак хорошего дня — можно было наконец-то спокойно есть и тупить. Такие моменты появлялись всё чаще по мере того, как она снова входила в ритм учёбы. И Хлоя решила наслаждаться ими по полной, даже если это означало набить пузо половиной пакета сырных палочек. Но судьба явно не собиралась давать ей расслабиться. Она услышала, как открылась входная дверь, а затем — тяжёлый гулкий топот ботинок по ковру. Хлоя автоматически напряглась и нахмурилась. Ну конечно — этот дурацкий ёжик на башке и ещё более дурацкие усы. Дэвид Мэдсен вошёл в гостиную, и Хлоя нарочито уставилась обратно в телевизор, почти не глядя, что щёлкает. — Твоей матери ещё нет? — проговорил он своим вечным тоном, который звучал как «уважай мою власть». — Кэти задержалась, — ровным, почти безжизненным голосом ответила Хлоя. — Мамина смена началась раньше, она прикрывает. Вернётся через час. Дэвид что-то недовольно хмыкнул. Хлоя уже надеялась, что он уйдёт, но тот снял куртку и швырнул её на спинку стула в столовой. — У тебя разве нет домашней работы? — спросил он. Хлое пришлось прикусить язык, чтобы не ляпнуть так и просящееся «А у тебя разве нет работы, которую стоило бы искать?» Вместо этого она закрыла глаза, глубоко вдохнула и попыталась держать в голове совет Макс. Не давай ему лишнего повода быть ещё большим мудаком, чем он есть… Держи себя в руках, Хло… — На этой неделе контрольные. Домашки нет. — Тогда тебе стоило бы готовиться. — Последний тест был утром. — А твои обязанности по дому? Бля. — Собиралась сделать их после звонка с Макс. — Ты и так болтаешь с ней по половине вечера… — Сегодня будем недолго, — процедила она сквозь зубы. — Она идёт в кино с родителями. Дэвид на секунду замолчал, будто подыскивая новую причину прицепиться, потом нехотя вздохнул: — Ладно, учитывая, что у тебя в последнее время оценки стали лучше. Но как только закончишь разговаривать… Она не дослушала. Внутри уже всё орало: Ты мне не отец, сука! Хватит им прикидываться! Хлоя с трудом удержала себя, чтобы не сказать это вслух. — Поняла. Работа по дому. Сделаю. Это, похоже, его удовлетворило. Но уходить он не собирался. Один из стульев со скрипом заскреб по полу — Дэвид уселся и развернул газету, шумно шелестя страницами. Не то чтобы Хлоя всерьёз смотрела телевизор, но сам факт доводил её до белого каления. Ну всё, про отдых можно забыть, — тяжело выдохнула Хлоя. Даже «Cheetos» вдруг перестали радовать. Может, стоит подняться к себе и там дотупить? Но разве у неё нет права отдыхать в собственной, мать её, гостиной? Тем более ей нужно было дождаться… Телефон зазвонил — и Хлоя вскочила на ноги, едва закончился первый гудок. Дэвид что-то крикнул ей вслед, но она не расслышала. Прижав трубку к уху, она расплылась в широкой улыбке, изо всех сил стараясь не звучать так возбуждённо, как себя чувствовала. Господи, Макс, наверное, подумает, что это жалко — вот так радоваться звонку после стольких месяцев, которые уже вошли в привычку… — Добрый денёк, Максарони, — выдала Хлоя с притворно-спокойным, но явно возбуждённым голосом. Самый подходящий тон для разговора с лучшей подругой. С твоей чертовски милой, дурашливой лучшей подругой. — … Привет, Хло, — тихо отозвалась Макс после долгой паузы. В одно мгновение вся радость в лице Хлои сменилась тревогой. — Макс? Ты в порядке? — … Да, всё нормально. Просто… тяжёлый день в школе. Зато я получила твоё письмо. — у Хлои буквально сердце сжалось от того, как плохо у Макс получилось изобразить непринуждённость. — Что случилось в школе? — Да ничего, просто… тупые придурки. Хлоя сразу посерьёзнела. — Они тебя тронули? — Что? Нет, нет, правда, всё нормально, клянусь мизинцем. На самом деле, это я сама виновата… — С чего это? — Это… глупо, но… только не злись на меня, ладно? — Хлоя услышала, как Макс всхлипывает в трубку, стараясь не сорваться. Её разрывало между тревогой за подругу и злостью на тех, кто довёл её до такого. Вот бы сейчас оказаться в Сиэтле, обнять Макс и шепнуть, что всё будет окей… — Макс, — сказала Хлоя как можно мягче, но в то же время твёрдо. — Что бы там ни было, ты можешь мне рассказать. Мы же с тобой навсегда, Макс и Хлоя. — Д-Да, но… — Никаких «но». Я никогда не буду тебя ненавидеть, клянусь мизинцем. Говори, Макс. Пожалуйста. На другом конце воцарилась долгая тишина. Хлоя терпеливо ждала, зная: если бы Макс не собиралась говорить, она уже давно бы сменила тему. После всех тайн, которыми они делились, такие разговоры становились почти инстинктом. — … Нашего комикса больше нет, Хло, — наконец прошептала Макс. Хлоя моргнула. — Что? — Я-я достала его в учебном зале, работала над ним, — сбивчиво заговорила Макс. — и встала, чтобы убрать, но так и осталась стоять, тупо пялясь на страницы, и загородила дорогу какому-то здоровяку. Он врезался в меня, забрал страницы и… порвал их… — Что он сделал? — прорычала Хлоя, стиснув телефон в кулаке от одной только мысли об этом. — Боже, это было так глупо с моей стороны! — пробормотала Макс, давясь словами. — Я не уследила, мне так стыдно, Хло… Чёрт. Ёбаное дерьмо. Хлоя боялась, что что-то подобное случится с тех пор, как узнала, что Макс уехала. Она всегда защищала подругу от хулиганов и утешала её после. Понимание того, что Макс всё ещё сталкивается с таким обращением там, куда Хлоя не могла добраться, разрывало её от ярости и беспомощности. — Макс, — выдавила она, пытаясь сдержать кипящую злость на безымянного мудакa, с которым ей не удастся встретиться лично. Все проклятья в сторону. Сначала нужно помочь Макс. — Послушай меня. Это не твоя вина. — Я стояла посреди прохода, как идиотка, — проговорила Макс. — Я загородила весь проход — и он… — Он мог тебя увидеть и обступить тебя, — парировала Хлоя. — Это вовсе не повод уничтожать твои вещи. Этот чувак здесь урод, а не ты. Ты ни в чём не виновата. — Н-но… — Никаких «но». Ты помнишь, что я тебе всегда говорила про хулиганов? Макс всхлипнула. — Эм… целиться в яйца? Хлое почти удалось ухмыльнуться. Она шутит — это хороший знак. — Что ж, да, но нет. Другое. — Я… я не… — неуверенно промямлила Макс. — Ты этого не заслуживаешь, что бы они ни говорили. Это не твоя вина. Я не позволю тебе в это поверить. Ты ведь доверяешь мне, верно? Долгая пауза. — Да… Я доверяю тебе, Хло. Доверила бы свою жизнь. Хлоя старалась не замечать, как сердце вдруг ёкнуло от этого. — Отлично. А теперь скажи это вместе со мной. Это не твоя вина. — Это… не моя вина… — Ещё раз, но скажи это так, чтобы действительно в это поверить. — Это не моя вина, — Макс глубоко, с дрожью вдохнула. — Тот парень был настоящим мудаком… — Да, был, и я бы ему так вколотила по яйцам, будь я рядом. — Я знаю, ты бы это сделала… Помнишь, как мальчишки когда-то называли тебя Щелкунчиком? Хлоя рассмеялась. — Тут всё ещё так называют. Но я не против, если они распространят это прозвище и в Сиэтле. Макс хихикнула, не переставая при этом всхлипывать. — И всё же, Хло… Мне очень жаль насчёт комикса, ты так усердно над ним работала... — Эй, о чём мы только что говорили? — перебила её Хлоя. — Тебе не за что извиняться. Ты приложила не меньше усилий. Он был нашим. Да, обидно, но знаешь, что это значит? — … Что? — Мы можем начать с чистого листа! Новая страница, без всего того, э-э… первоклассного планирования от Супер-Хлои, которое всё испортило. — Ты права, — голос Макс заметно оживился. — Значит, придётся ждать твоего следующего письма, чтобы поработать над ним, но… — О нет-нет, Колфилд, я сделала первые панели в прошлый раз. На этот раз ты сама выбираешь сеттинг и задание. — О-о, эм… Конечно! У меня есть пара идей, придётся выбрать одну… — Или лучше — набросай обе и пришли! Мы сможем работать над двумя комиксами сразу! — Ооо, тогда у нас будет запасной вариант, если снова какой-нибудь придурок всё испортит! — Вот это уже правильный подход! Напряжение в груди Хлои наконец спало, грусть в голосе Макс исчезла. Вскоре они снова болтали и шутили как обычно, обсуждая день до самых мельчайших деталей. С Макс не существовало скучных тем для разговора. — Что ж, извини, что сегодня придётся прервать разговор пораньше, Хло, — заявила Макс спустя какое-то время, и в её голосе слышалось искреннее сожаление. — Я обещала Фернандо, что пойду с ним и Кристен за пиццей перед фильмом… — Эй, не переживай, ладно? — сказала Хлоя, радуясь, что Макс выходит в свет, хоть это и немного вызывало ревность. — Мне всё равно надо поработать по дому. Хорошего вечера, Макситрон! — Пока, Хло! Поговорим завтра! С тяжёлым выдохом Хлоя вернула трубку на место. Разговор с Макс всегда поднимал настроение, но сегодня над ним тянулось небольшое облачко. Реакция Макс на издевательства хулигана глубоко задела Хлою. Если Макс так легко могла убедить себя, что это её вина… — И часто у Макс случаются проблемы с задирами? Хлоя не сразу поняла, что это Дэвид обратился к ней. Она машинально напряглась, но в его голосе не было обычной приказной жёсткости. Завернув за угол, она увидела его за столом, он смотрел в одну точку странным, непривычным взглядом. — … Да, — осторожно ответила Хлоя. — Раньше я держала их от неё подальше, но… теперь… Дэвид глухо хмыкнул. — У меня в армии был такой друг. Худющий парень, зато в технике шарил. Нашлись в части тупицы, которые любили его доставать. Ломали его снарягу, а потом он же и получал от командира, потому что брал вину на себя. Хлоя переступила с ноги на ногу. Она знала, что Дэвид ветеран, но он никогда раньше не говорил с ней о службе. Да ей и слушать об этом было неинтересно… но сейчас в его словах что-то зацепило. — Ты помогал ему? — неожиданно для себя спросила она. Дэвид поморщился. — Старался. Держал их подальше, когда мог, но я не всегда был рядом. И заставить его перестать брать вину на себя у меня тоже не вышло. Я был не таким… терпеливым, как ты. Думаю, он всё равно это ценил — всегда просился, чтоб мы были в одном патруле. Разошлись мы не лучшим образом, но если бы пришлось — снова бы за него вступился. Он поднял взгляд, выражение лица было такое же странное и непонятное, как и тон. — Ты хорошая подруга, Хлоя. Макс нужен кто-то, кто убедит её, что она не заслуживает такого отношения. Продолжай работать над этим, ладно? Охренеть. Впервые в жизни они с Дэвидом оказались на одной волне. Видимо, планеты там, наверху, выстроились в ряд. Несмотря на шок, Хлоя выдавила: — Обязательно. Дэвид кивнул, снова натянул суровую маску и уткнулся в газету. Хлоя уже приготовилась услышать его привычное «а ну марш за работу», но напоминания так и не прозвучало, даже когда она ещё целую минуту простояла в полнейшем ступоре. Охуеть… Неужели они с Дэвидом только что пережили момент взаимопонимания? Конечно, если уж это должно было случиться — то только из-за Макс. Проклятая Колфилд, жди в письме от меня очень крепких слов… Всё ещё потрясённая, Хлоя всё же пошла делать обещанные дела. Раз уж сказала — хоть раз можно сдержать слово. Даже если обещание было дано Дэвиду. Один раз, и всё. Завтра он снова прицепится к какой-нибудь фигне — и мир вернётся на круги своя. И всё же, несмотря на источник этих слов, Хлоя не могла не гордиться тем, что её назвали хорошей подругой. Каким бы неопределённым ни казалось её будущее, в одном она была уверена всегда: в том, что хочет быть ею.

***

Фернандо: Эй, странный вопрос. Кристен: Странный ответ. Фернандо: Ладно, короче… Фернандо: Скажи, если это звучит дико, но… Фернандо: Как думаешь, Макс могла запасть на свою подругу Хлою? Кристен: … Кристен: … ты серьёзно? Фернандо: Я реально думаю, что это возможно, ща объясню Кристен: Нет, я про другое Кристен: Ты серьёзно только СЕЙЧАС до этого додумался? Фернандо: Чего Кристен: Чувак, это же было супер-очевидно Кристен: Типа вообще с самого момента, как мы познакомились Фернандо: Да ладно??? Кристен: Ферн… Кристен: У неё целая СТЕНА, посвящённая селфи и рисункам Хлои Кристен: Прямо над кроватью Фернандо: … хм Фернандо: Ну, если так подумать… Кристен: А что, по-твоему, это значило?? Фернандо: Не знаю, какой-то хипстерский фен-шуй? Кристен: Ты идиот Фернандо: Я никогда этого и не отрицал