Я просто моб! (I'm Just A Mob!)

      Тсуна знал, что в какой-то момент манги Кёко и девочка по имени Миура Хару окажутся в опасности из-за пары близнецов, приведённых Мукуро.       Мальчик уже познакомился с эксцентричной Хару. Он и Кёко подружились с девочкой, встретившись в приятном кафе. Судя по всему, она часто посещает это место из-за своей любви к сладостям.       Хана никогда не покидает Кёко, но он отчётливо помнит, что Кёко и Хару были тогда одни, когда на них чуть не напали, если бы не Трайдент Шамал и другие члены команды Асари, оказавшиеся неподалеку.       Так что, когда Кёко пришла одна на место их встречи, Тсуна сразу понял, что настал тот самый день.       Кёко с грустью рассказала ему, что Хана заболела гриппом и была вынуждена остаться дома лечиться. Его подруга призналась, что предпочла бы пропустить школу и позаботиться о девочке, но Хана настояла на том, чтобы та не делала этого.       Тсуна был настороже весь день, несмотря на то что знал — событие должно произойти после полудня, когда занятия отменят из-за участившихся нападений.       Стоило Хару подойти и пойти с ними к больнице, где находился Рёхей, у Тсуны зазвенели все внутренние тревожные звоночки.       От чувства, будто за ними наблюдают с намерением убить, у него кровь застыла в жилах.       Савада тяжело сглотнул, пытаясь успокоиться, несмотря на то, что "кровавые близнецы" — как их называли в манге — охотились за ним и его друзьями, чтобы использовать их как заложников против Асари и остальных.       Он почувствовал натяжение трёх уз, а вместе с ними слабые отголоски чужих эмоций в своём пламени, когда его страх просочился наружу. Каждый волновался по-своему, и будь ситуация менее критичной, он бы задумался об этом сильнее.       Тсуна теперь знал, что его статус Неба давно известен всему обществу ушедших в отставку пользователей пламени в Намимори. И раз уж на то пошло, он воспользуется этим фактом, прежде чем Асари попадёт в ещё большую опасность.       Стараясь не привлекать внимания, он медленно размотал бинты на шее и позволил своему пламени Неба распространиться по городу. Его чувство страха и настороженности окутало Намимори плотной аурой.       Маленькое Небо в беде — хоть Тсуна пока не знал этого — куда более действенный сигнал тревоги, чем гнев Облака. Тем более, если речь идёт о всеобъемлющем Небе уровня Тсуны.       Бедный подросток даже представить не мог, что он только что сделал. Это было лишь верхушкой айсберга.       Савада лишь хотел получить небольшую помощь. Вместо этого он начал волнения среди кровожадных, вышедших в отставку мафиози. Весь Намимори охватила убийственная аура, способная парализовать даже Аркобалено.       Сам Небо знал, что достаточно силён, чтобы справиться с близнецами — так бывает, когда тебя регулярно тренирует и избивает Кёя. Кавахира тоже был не промах как учитель. Но Тсуна предпочёл бы пока что не раскрывать себя раньше времени, поэтому поступил именно так.       В одно мгновение явная жажда убийства, исходящая от близнецов всё ещё ощущалась, но в следующий миг она исчезла. Словно её унесло лёгким ветром.       Тсуна успокоился и снова прислушался к своим инстинктам и убедился, что его суждение оказалось верным. Затем он снова затянул бинты и с облегчением выдохнул.       Две девочки даже ничего не заподозрили и продолжили счастливо болтать, идя перед ним. И это было хорошо. Так будет лучше.       (Тсуна и не знал, что и сам был в числе несведущих. Избитые близнецы, умоляющие о смерти, были тому доказательством. Элементы оказались мстительными и беспощадными, когда дело касалось того, кого они считали своим Небом.)

***

      Даже небеса, казалось, вздохнули с облегчением, когда арка Кокуё наконец завершилась — солнце ярко светило, а воздух на следующий день казался особенно свежим.       Это было бы прекрасным утром для пробуждения, если бы не тот факт, что Тсуна едва ли поспал.       Прямо перед тем как лечь спать, Кавахира появился в его комнате в вихре пламени Тумана и сразу же кинулся к нему.       Туман прижал Тсуну к своей груди, крепко обнимая растерянное Небо. Под нос он бормотал извинения, глаза Кавахиры светились индиго, и Тсуна чувствовал в его пламени вопиющие вину и страх.       — Обещаю, в следующий раз- Пожалуйста, просто береги себя. Прости.       Туман объяснил, что занимался чем-то очень важным и не мог немедленно уйти. Чем именно, он не уточнил, несмотря на ту искреннюю преданность, которую Тсуна чувствовал через связь — мальчик начинал понимать, что, возможно, это была та самая гармония между ними.       Единственный человек, которого Тсуна был бы рад видеть в роли своего Тумана, и единственная мужская фигура в его жизни — Кавахира.       Хотя он всё ещё слишком стеснялся сказать это вслух и затронуть щекотливую тему гармонизации.       Кавахира колебался, стоит ли уходить, но Тсуна объяснил, что Туману не стоит оставаться здесь, так как оба они уже давно должны были спать.       Поэтому Туман неохотно покинул его.       Но затем, посреди ночи, Кёя со всем своим бесстыдством влез в его комнату через окно.       Хорошо ещё, что Кёя быстро заткнул ему рот, иначе крик Савады мог бы разбудить весь Намимори.       Затем Облако прижал его к кровати, осматривая с ног до головы. Убедившись, что у Тсуны нет ран, тот почувствовал, как бушующее пламя Облака наконец успокаивается.       Кёя удовлетворённо кивнул, посмотрел ему прямо в глаза. В его радужках мерцал фиолетовый отблеск.       — Больше не делай глупостей, зверёк.       Затем Облако вышел в окно и исчез в ночи, как ниндзя.       После этого Тсуна ещё с час не мог заснуть, пока не вымотался окончательно.       Но, разумеется, этого было недостаточно. Когда часы показали три, как древние, потусторонние сущности, с которыми их часто сравнивают, Виндиче пожаловали с визитом.       Тсуну разбудили лёгким встряхиванием, и он уже не особо удивился, увидев над собой фигуру Джагера у кровати и крошечного Бермуду, стоящего рядом с подушкой.              — Тсунаёши, как ты умудряешься притягивать к себе столько неприятностей?       Он обменялся усталым взглядом с младенцем и ответил, что сам не знает как.       Виндиче не задержались надолго, и после строгого, но спокойного наставления Джагера о безопасности, с вкраплениями мудрых слов от Бермуды, они ушли.       Несмотря на свою усталость, Тсуна почувствовал удовлетворение, увидев, как пламя его ночных гостей утихло до спокойного состояния. Ну, насколько спокойным может быть пламя Мрака в случае Виндиче.       Он не ложился спать на случай, если появятся другие поздние посетители. К счастью, к тому моменту, как наступило утро, никто больше не пришёл.       Зато, когда он проверил телефон, был завален сообщениями из их группового чата.       В панике Шоичи заспамил весь чат сообщениями о том, что его напуганное пламя покрыло весь город, и, ожидаемо, остальные участники чата тоже начали писать, обеспокоенные случившимся.       Последнее сообщение было от Бякурана и Юни — они собирались навестить его и проверить, всё ли в порядке. Насколько он помнил, оба жили в Италии и были явно слишком молоды, чтобы лететь за границу в одиночку.       Тсуна даже не встал с постели, а дел уже было хоть отбавляй.