Я просто моб! (I'm Just A Mob!)

      День Савады начался с падения с кровати. Затем всё стало ещё хуже, когда зеркало в ванной треснуло, пока он чистил зубы.       Тсуна вышел из дома и заметил стаю ворон, уставившихся на него с электрических проводов. После этого, пока он шёл к школе, он увидел чёрного кота, который подошёл нему и свернулся у его ног, обвив их своим длинным хвостом.       Именно тогда у него появилось гнетущее чувство, что ему сегодня точно не стоит идти в школу.       Он глубоко вздохнул, подождал семь секунд, а затем выдохнул. Пустым взглядом посмотрел на улицу, где ему оставалось пройти всего несколько домов, чтобы встретиться с девочками, но развернулся и пошёл назад.       Тсуна достал телефон из сумки и написал девочкам, что он плохо себя чувствует и останется дома. Уверен, они и Нана поймут.       Но стоило ему пройти пару метров, как его интуиция взвыла, как аварийная сирена, и он вовремя пригнулся, чтобы избежать пары шальных пуль, пролетевших мимо.       Он резко обернулся и увидел, как к нему на большой скорости мчится машина, а за ней бегут двое вооружённых мужчин.       Тсуна даже не стал задумываться о логике того, что кто-то гонится за машиной пешком, — он просто реши уйти прочь от этой катастрофы. Хибари будут в бешенстве.       Выстрелы раздавались в воздухе, и от каждого раза Тсуна вздрагивал. Его шаги становились всё быстрее, он перешёл на бег.       Но его ужасная удача вновь дала о себе знать, и машина резко повернула, начиная преследовать его. Он взвизгнул и побежал ещё быстрее.       Дверь машины открылась, и он с ужасом наблюдал, как появилась рука и схватила его за рубашку, чтобы затащить внутрь. Всё это на ходу.       — Хи-и-и-и! Ч-что проис-       — Привет, дорогой Тсу-чан! Извини за спешку, я бы предпочёл встретиться при других обстоятельствах. Допустим, в кафе с кучей зефира. Но время поджимает, а те люди снаружи не собираются прекращать стрельбу в ближайшее время. Если честно, семье Торела уже давно следовало бы поумнеть. Да и ладно – Хибари приберутся.       Он ошарашенно уставился на подростка за рулём, который небрежно вёл машину и одновременно жевал зефир из пакета.       Тсуне даже не хотелось знать, откуда тот знает его имя. Он просто схватился за сидение изо всех сил. Мальчик снова закричал, когда пуля пролетела мимо него и оставила дырку в лобовом стекле.       — Тц, они бы не привязались, если бы это была машина Джессо. Автомобили гражданских не могут выдержать даже пуль.       Подросток, похитивший его, цокнул языком, и его фиолетовые глаза сузились. С бледной кожей и белыми волосами он походил на альбиноса с пурпурными глазами. На левой щеке под глазом у него была странная фиолетовая татуировка.       — З-зачем ты меня п-похитил! Боже мой, откуда ты меня знаешь?! Я сейчас умру!       Кричал Тсуна, вспоминая молитвы. Сюжет ещё даже не начался, а он уже чуть не погиб несколько раз.       Бинты всё ещё были обёрнуты вокруг его шеи, поэтому подобное вообще не должно было с ним произойти. Его пламя Неба почти не чувствовалось благодаря подарку Виндиче.       — Сейчас ты звучишь очень похоже на Шо-чан, Тсу-чан, — усмехнулся альбинос, словно только что услышал шутку. — Между прочим, тебе стоит опустить голову, Тсу-чан. Приближается подкрепление.       У него было всего несколько секунд, чтобы обдумать это, но его тело двинулось само по себе — он пригнулся, свернувшись калачиком на сидении.       Шатен зажмурился и вскоре услышал взрывы. Больше по машине не стреляли.       — Теперь всё хорошо, Тсу-чан. Всё чисто! — весело воскликнул он, несмотря на то, что только что устроил захватывающую дух погоню на машине с вооружёнными преступниками на хвосте.       Савада медленно поднял голову и увидел улыбающегося подростка — на вид ангел, но интуиция подсказывала обратное.       Улыбка бледного подростка была слишком резкой. Как у хищника, с садистским блеском во взгляде. Его фиолетовые глаза вспыхнули оранжевым и зелёным, превратив их в полярное сияние.       Снаружи раздались тяжёлые шаги. Сквозь разбитые окна машины он увидел группу мужчин-иностранцев в чёрных костюмах, окруживших их.       Альбинос выбрался из машины и уверенно вышел наружу.       Все мужчины уважительно поклонились, а подросток рассмеялся.       Вскоре альбинос повернулся к нему и с ангельской улыбкой протянул руку, пока Тсуна всё ещё прижимался к сидению.       — Бьякуран из семьи Джессо. Приятно познакомиться, Савада Тсунаёши.       Имя Тсуны прозвучало со скрытой угрозой. Бедный шатен думал, приведёт ли отказ пожать руку к расстрелу.       К счастью, прежде чем он принял решение, знакомое пламя Тумана заполнило пространство, и Тсуну втянуло в портал из мощного и яростного пламени.       Он зажмурился, готовясь рухнуть на землю, но почувствовал руки на плечах и талии, удерживающие его от поцелуя с полом.       — Эм- Спасибо большое, что спасли меня, Кавахира.       Руки сжались сильнее, и он увидел, что оказался в антикварном магазине.       — Хм, Тсунаёши-кун. Ты и вправду привлекаешь много нежелательного внимания.       Кавахира звучал спокойно, но в голосе пряталась угроза. Его слова и тело могли лгать, но пламя — нет.       Яростный Туман всё ещё метался и ревел от злости к похитителю. Одновременно он мягко обволакивал пламя Неба Тсуны, будто заботливая мать, и цепко держал его, как избалованный ребёнок.       — Ха-ха-ха, например, Ваше? — он попытался пошутить, чтобы разрядить атмосферу. Нечитаемое выражение лица Кавахиры всё испортило.       — Да.       Он поперхнулся, когда Кавахира ответил со всей серьёзностью. Кем вообще был Кавахира?       Два часа спустя в магазине Кавахиры и звонка своей матери о том, что он в порядке, но чувствовал себя плохо, из-за чего остался у Кавахиры, он наконец понял, кем был тот зависимый от зефира альбинос, что похитил его.       Одного только этого описания было достаточно, чтобы понять, кто это. А уж с подтверждением имени и семьи — сомнений не осталось, полное совпадение.       Бьякуран, наследник семьи Джессо. Более известен как дон семьи Мильфиоре, результата сочетания Джессо и Джиглио Неро в будущем. Главный антагонист одной из арок. Человек с манией величия, зависимый от зефира, одержимый идеей мирового господства "ради мира". Сумасшедший псих.       О, Боже, он и вправду привлекал нежелательное внимание.

***

      На следующий день он снова пошёл в школу. Та часть города, где произошла перестрелка, была безупречно вычищена. Даже тот столб, который, как он помнил, они сломали пополам, врезавшись в него, был в порядке.       Вау, команда по очистке работала быстро. Что и ожидалось от клана Хибари.       В это утро не было признаков того, что ему не повезёт. Оставалось назойливое предчувствие того, что день пройдёт совсем не так, как обычно.       В доказательство этому он сразу же заметил Хибари Кёю, ожидающего на перекрёстке, где он обычно встречался с девочками.       Он моргнул несколько раз, протёр глаза и посмотрел снова. Да, кровожадный Жаворонок был всё ещё там и, судя по взгляду, заметил его.       Зная, что он не опаздывал, Тсуна выхватил свой телефон. Действительно, у него было ещё пятнадцать добрых минут до начала занятий.       Его сердце ушло в пятки, когда он вспомнил вчерашний инцидент. О нет-нет-нет. Он не имел к этому безумию никакого отношения. Ни за что.       Когда Хибари сделал на встречу ему несколько шагов, Тсуна взвизгнул и начал бормотать оправдания и доводы о том, что он был абсолютно невиновен и был не более чем жертвой вчерашних обстоятельств.       Он увидел, как префект поднял свои тонфа, и это стало для него знаком — пора убегать. Именно эта сцена и предстала перед учениками Нами-чу у школьных ворот.       Плачущий Савада Тсунаёши, молящий о пощаде и преследуемый префектом. Ещё один день в Намимори.