Я хочу видеть тебя на коленях

Дальнейшие часы, как и предполагалось, были проведены за обсуждением «единорогов и пони», как это можно было охарактеризовать в двух словах. Были и философские темы обсуждения. Помимо вышеперечисленных вопросов, были и про животных, природу, добро и зло, представления об идеальной Мультивселенной и прочее. К концу визита, казалось, все Звëздные ощущали немысленную усталость как физическую, так и психологическую. Уставший, но довольный и счастливый Лов искренне понадеялся на следующую встречу, прощаясь со всеми объятиями, и ушëл в свою комнату спать, чтобы этой же ночью видеть яркие сладкие сны. Дрим смог убедить того, что у троицы ещë были неотложные дела на сегодня. И хотя Инк и Блу приняли это за отмазку, чтобы сбежать и отдохнуть, что и собирались сделать, Яблочный сумел пнуть их на обход, проходивший практически в безмолвной тишине, прерываемый лишь редкими фразами. До поры до времени. В одном из нейтрально-позитивных Миров было непривычно тихо и безмонстрово. По эмоциям жителей Дрим понял, что те разбежались по своим домам, а бóльшая часть находилась в Хотленде, вероятно, там же, куда всех обычно эвакуируют на геноцидной линии. В воздухе по-прежнему витала въевшаяся в сам код позитивная аура, что кружила здесь в течение всего Таймлайна. Но та покрывалась редкой, непривычной вспышкой негатива, что говорило о том, что случилось нечто ужасное, новое для Таймлайна, чего не должно было происходить. Хранителя это насторожило. В Мультивселенной часто разгуливали путешественники из негативных временных линий, что стремились испортить кому-либо жизнь в не принадлежащих им Мирам. У них часто не было своего дома — их Миры обычно были разрушены по различным причинам, а в Омега таймлайн таких личностей не всегда пропускали. Это одна из тех проблем, которые Защитники должны были решать. Потому Дрим… никогда не оставлял это неразрешëнным. — Здесь что-то произошло. Кто-то вторгся в эту Вселенную, — серьëзно передал Солнечный союзникам, нахмурившись, определяя местонахождение чужака. Парни насторожились, готовые отражать внезапные удары с любой стороны. Путешественники не всегда бывают вменяемые. Некоторые из них ломали свои коды в родной Вселенной или в Мультивëрсе, становясь вредителями, настоящими Ошибками. Было принято считать, что заниматься их истреблением был назначен Эррор, что тот часто и делал, иногда выслеживая те чуть ли не по десяткам Миров, а то и сотням. Эти ауткоды могут быть сильны. И они однозначно вредили Мирам. Также события родного или чужого Мира могут настолько сводить с ума, что по таким личностям уже даже Асилумтейл не плачет. Есть и простые ауткоды-убийцы, что находятся в постоянном поиске ЛВ. Все они представляли угрозу. Звëздные аккуратно двинулись в сторону Сноудина, где Позитивный ощущал агрессивные негативные эмоции. Они ожидали увидеть горы праха и сцены насилия, услышать мольбы о помощи. Но как только им открылся вид на происходящее, перед ними предстала довольно неожиданная, нестандартная картина. Сноудин превратился в настоящее поле боя. Двое монстров-скелетов сражались между собой. От одного из них исходила масса искалеченных безумием негативных эмоций. Он был похож на классического Санса, отличаясь от того шрамами и трещинами на черепе и безумным взглядом, а его костяные атаки были заострены и покрыты тëмной жидкостью, напоминающей кровь. Второй Сансоподобный скелет излучал Решимость и яркую Храбрость. Сканируя магию его атак, можно было сказать, что он был сильнее любого среднестатистического Санса. Хранители не знали обоих, их мотивов и целей. Но, чувствуя эмоции второго… Дрим жестом пресëк любые вмешательства союзников, оставив их в позиции наблюдателя. Те недоумëнно посмотрели на него, но послушались. Ему было интересно. Скелет одет в белую водолазку и чëрные брюки, оранжевые перчатки до локтя. Из его глазниц тянутся чëрные полосы, напоминающие жидкую ненависть, но характерных для еë обладателей чувств в этом парне не было. Один из его зрачков светился ярко-оранжевым светом. Его душа представляла собой оранжевое сердце… с белым перевëрнутым сердцем внутри. Его Гастер-Бластеры были белыми с оранжевой челюстью и чëрными зубами. Участники битвы создавали множество костяных атак и уворачивались от ударов противника. Негативная версия Санса старается держаться на расстоянии, в то время как Храбрый Санс всë время приближается, чтобы нанести удар. Негативный Санс создаëт линию костей из-под земли, второй взмывает в воздух, левитируя и избегая каждую атаку, мчится в сторону первого, чтобы нанести по нему удар кулаком. Первый с трудом уворачивается, пытается атаковать заострëнной костью в руках, но второй ловко уворачивается от неë, нанося ещë удар — апперкот по рëбрам, попадающий в свою цель. Первый отскакивает в воздух, в выражении его лица читается я боль — возможно, была переломана пара костей. В воздухе он создаëт несколько Гастер-Бластеров, тут же стреляя ими во второго. Второй уворачивается от каждого выстрела, одновременно приближаясь к первому на большой скорости в прыжке, нанося очередной удар ногой по позвоночнику, роняя того наземь. Первый неуклюже плашмя приземлился в снег, с трудом, но быстро поднимается, нанося очередной град костяных атак во второго. Второй отбивает их своими костяными атаками, летящими в ответ, и блокирует руками в перчатках, приземляется в паре метров от первого, но тот отскакивает в сторону от него, создаëт стены костяных атак из земли снова и снова, видя, как второй уворачивается от них, продолжая приближаться. Создаëт ещë одну кость для отражения ближней атаки, но второй стреляет из Бластеров оранжевыми лучами, заставляя первого уворачиваться, попадая одним из лучей в плечо. Раненый взвывает от боли, точно раненое дикое животное, но не забывает о бое, выглядя более злым и яростным, с намерением отомстить. Второй резко приближается с помощью рывка, нанося удар кулаком, пробивает кость, подставленную для защиты, и ударяет противника по лицу. Ускоряясь, второй наносит ряд быстрых ударов кулаками, от которых первый уже не может увернуться, заканчивая ударом ноги. Первый отскакивает в сторону, падая в снег лицом и силится подняться, но ему мешает боль в теле. Второй подходит к лежачему противнику, создаëт кость в своих руках, угрожающе сжимая еë. — Зачем ты пришëл сюда и напал на местных? — сëрьëзно спрашивает оранжевоглазый, неприязненно смотря на поверженного. Видимо, он хотел узнать его мотивы, может, чтобы дать шанс на отступление, если те покажутся убедительными и враг пообещает больше ни на кого не нападать. Но первый вместо ответа создаëт несколько Бластеров, выстреливая из них, и одновременно посылает град из костей. Что же, это было красноречивее тысячи слов. Второй отскакивает, отбивает выстрелы зарядами своих Бластеров, а после стреляет оранжевым лучом, подобным атаке Гастер-Бластера, из собственного рта, попадая прямо в противника, не сумевшего увернуться от столь неожиданной атаки. Первый больше не мог и пошевелиться. Второй подошëл ближе, переворачивая того на спину и прикладывая кость к шейным позвонкам поверженного. И наносит удар в череп, теперь уже без лишних слов раскалывая его. Стало ясно, что противник не станет вести диалог. В парне не ощущались ни гнев, ни жажда мести, ни глубокая обида, ни страх или страдание, ни злорадство или какое-либо безумие. Его наполняло чувство справедливости и правильности своих поступков, словно он сделал именно то, что должен был. Смело и благородно. Это наталкивало на мысли, будто он прибыл сюда, чтобы кого-то защитить. Как настоящий герой, что борется со злодеями. — Я хочу поговорить с ним, — сказал Дрим, заинтересованный и немного удивлëнный силе неизвестного. — Можете оставаться поблизости на случай, если он что-то выкинет. Он спокойным, размеренным шагом двинулся к цели, натягивая дружелюбную улыбку. С надеждой, что не ошибся в своих выводах и между ними не будет конфликта. Голубика протяжëнно вздохнул, закатывая зрачки к небу. — С каких пор мы сопровождаем его, как стражники или личные охранники? — в голосе чувствовалась моральная измотанность и недовольство. — Ходи за ним, стой в сторонке, в случае чего — защищай. Он не обнаглел? — Он просто решил взять инициативу в свои руки, — Инк старался выглядеть спокойным, выполняя «просьбу» и стоя на месте с другом, не отнимая взгляда от позитивного. Внутри же скапливалась неуверенность и какая-то тревога, которую он не мог объяснить, где-то даже недовольство. Также возрождалась былая злость, напоминая о себе. — В конце концов, это была его идея, а мы, как хорошие друзья, лишь помогаем ему, чтобы он не попал в неприятности. Руки невольно сжались в кулаки, но на лице не отразилась ни одна эмоция. Хотя само равнодушное выражение, как уже знал голубоглазый, могло свидетельствовать не о самых радужных мыслях. Блу с каким-то беспокойством посмотрел на друга. — Тебя что-то беспокоит? Выглядишь неважно. Что-то случилось? Если Инк и не может говорить о чëм-либо рядом с Дримом, то сейчас-то он может об этом сказать? Блу доверял своему другу и ждал от него не меньшей искренности, с какой делился своими переживаниями с ним сам. Они ведь доверяют друг другу, верно? Как друзья. Всегда. Инк задумчиво помотал головой, ударяясь в свои неясные мысли. Берри подошëл ближе, беря Защитника за предплечье и слегка дëргая на себя, привлекая внимание. — Инк. Чернильный обернулся, извиняюще и как-то расстроенно улыбаясь. Он и сам толком не мог сформулировать свои мысли. — Извини. Я просто… чувствую себя как-то странно, — он взял друга за руку, некрепко сжимая ту в своей, вернул взгляд в сторону бывшего поля битвы, чтобы заметить в случае чего опасность и Защитить. — Мне не нравится то, что происходит в последнее время. И у меня плохое предчувствие. — Думаешь, если Найтмер узнает о планах Дрима, то незамедлительно вставит нам тут всем? — голубоглазый усмехнулся — в его планах было поднять настроение Инку. — Блу… — Чернильный удивлëнно посмотрел на друга, на секунду даже ошарашенно. Видимо, пришло время поработать над его речью и сквернословием. А когда до скелета дошëл смысл сказанного… — О чëм ты вообще говоришь? — Чернильный ударил себя по лбу, закрывая лицо ладонью. «О чëм ты вообще подумал, Инк?! Здесь имелось ввиду жестоко побить нас всех, а не Это, не смей даже на секунду краснеть!» Свап беззлобно рассмеялся, смотря на забавную реакцию друга. — Не, ну а что? Всë логично! Своим грубым визитом он отобьëт у всех желание к нам присоединяться и останется в выигрыше! Радужный тяжело вздохнул, качая черепом: — Не уверен, что он именно так и поступит. Измывается он над нами во время каждой битвы, здесь ничего не изменится, а если начнëт терроризировать больше Альтернатив, то у путешественников будет лишь больше резонов помочь нам. Блу наигранно нахмурился, не принимая ответ: — Скучно. И как же, по-твоему, он тогда поступит? — Не знаю… Инк снова смотрел куда-то перед собой, уходя в себя. Что же предпримет Найтмер, если узнает? Что с ним случится, если Дрим и вправду станет сильнее? У него могут начаться проблемы? Или он легко выпутается из этой ситуации? И как должен поступить Инк?.. Найтмеру, вроде как, выгоден союз с Инком… иначе он бы уже послал того далеко и на долго. И, видимо, не для того, чтобы убить Дрима. А Солнечный настроен причинить Мару массу неудобств… и больше не показывает, что действительно нуждается в Инке… или ему только так кажется? И что не менее важно… серьëзен ли был Дрим, говоря об убийстве и стирании негативных Миров? И правду ли говорил вчера Найтмер? Что он… помогает?.. Берри со скептическим покерфейсом смотрел на очередные мысленные мучения друга, недовольный таким раскладом. Вздохнул и ударил того кулаком по плечу. — Хей! — вздрогнул тот, с ненастоящей обидой потирая ушиб. — Знаешь что? Что бы ни случилось, всë будет Ок, потому что мы со всем справимся, а твой Великолепный друг всегда будет рядом с тобой! Понял? — Что бы ни случилось? — Чернильный тепло улыбнулся, с надеждой и каким-то теплом внутри, что, казалось, наконец-то перекрывало его дурные мысли. — Несмотря ни на что! — широко улыбнулся младший, бескомпромиссно скрещивая руки на груди. Инк улыбнулся шире, протягивая руку к черепу Свапа, и потрепал того по голове, усмехаясь его наигранному недовольству. — Ты действительно Великолепный друг, Блу. Блу отпрянул от руки, но продолжил искренне улыбаться. Настоящий друг не бросит друга в беде. Ведь в этом и была суть настоящей дружбы. Преданность, понимание и доверие… — Знаешь… ты только никому не говори, но… — Свап сбавил громкость своего голоса, малость опасливо поглядывая на общающуюся парочку впереди. — Мне иногда хотелось бы… поговорить с ним. С Найтмером. Ну, мы же не можем знать его мотивов наверняка. И я продолжаю думать, что большинства проблем можно было бы избежать, если бы все просто умели разговаривать друг с другом. — Он помолчал несколько секунд, пока Инк удивлëнно смотрел в его сторону. — Думаешь, это нормально? — взгляд с надеждой и сомнением взметнулся к Чернильному. Тот же не мог подумать о нëм плохо, правда? Защитник успокаивающе улыбнулся, кладя свою руку другу на плечо. — Всë хорошо, Блу. Я тоже… иногда думаю об этом. Младший просиял, коротко улыбаясь. — В конце концов, вы ведь с Эррором тоже перестали так уж сильно враждовать, когда обговорили всë. На это Чернильный не ответил, отводя поникший взгляд в сторону. В самом ли деле их отношения стали лучше? Когда Дрим подошëл к незнакомцу достаточно близко, тот заметно насторожился, вмиг оборачиваясь к нему с костью в руках наготове, скептически оглядывая пришедшего. Но не смел нападать первым. — Эм, привет? — улыбка с лица Позитивного не сходила, хотя он и перенял настороженность другого скелета. Он поднял руки, показывая, что не собирается нападать или вредить. — Я хотел просто поговорить с тобой. Ты не против? Незнакомец нахмурился, растворяя своë оружие и продолжая пристально следить за яблочным. — Хах, Хранитель Позитива? Не волнуйся: если ты хотел узнать, не собираюсь ли я здесь кому-то вредить, то нет. Я просто проходил мимо, когда заметил, что этот парень, — он кивнул в сторону лежащей неподалëку кучки пыли, — устроил здесь резню. И решил вмешаться. Уже ухожу. Кажется, незнакомец на самом деле собирался сейчас же уйти, разворачиваясь и поднимая руку, видимо, чтобы открыть портал. — Постой! Я, конечно, хотел это узнать, но у меня есть ещë куча вопросов! Скелет обернулся, выглядя уставшим и недовольным. Компания Дрима его явно не устраивала, но было непонятно, почему. Хранитель мысленно нахмурился и возмутился. Как такое вообще возможно?! Однако продолжал миролюбиво улыбаться, пока второй скелет молча пилил его взглядом. — Ну… Как твоë имя? И почему ты решил помочь местным жителям? — Солнечный не стал спрашивать, откуда его знают. Он был популярной личностью, так что скорее удивился бы, если бы его Не знали. — Дельта. Дельта Санс из Ультратейл, — сухо отвечал монстр с душой Храбрости, как уже смог почувствовать Хранитель. — Моя Вселенная остановилась на геноцидном Таймлайне, так как я не смог ей помочь. — Его руки сжались, но на лице это никак не отобразилось, оставляя Дельту серьёзным и нахмуренным. — Других линий не было, так что мой Мир был уничтожен. И теперь я помогаю другим Мирам. Дрим, воодушевившись, хотел тут же что-то сказать, как ему не дали даже начать, продолжая свою речь. — Нейтральным, — он выделил это слово интонацией. — В основном тем, что не находятся ни под твоим влиянием, ни твоего врага-антипода. — Но, почему только этим? — Солнечный был полон недоумения. — Ты мог бы помочь куда большим, защищать миры от Найтмера и… — Я не желаю становиться частью вашего конфликта. Как и многие другие. Если ты хотел предложить мне союз, то я вынужден отказаться. Кончики пальцев начинали подрагивать от напряжения. Лицо всë же нахмурилось в недоумении, но по-прежнему сохраняло натянутую улыбку. Ладно какие-то левые монстры из пацифистских Таймлайнов, не стоящие и одного ОП. Но Он! Сильный, готовый защищать миры и жителей, имеющий Настоящий стимул, ещë и не боящийся вредить своим врагам по-настоящему, не предающийся глубоким рассуждениям о том, что бесчувственное Зло можно остановить какими-то разговорами! У него есть мозги! Но на что он их тратит?! — Послушай… — Хранитель старался говорить доброжелательно, не выдавая своего волнения, — Найтмер в последнее время становится всë сильнее, и даже Звëздные уже с трудом защищают Миры, часто не справляясь… Он может напасть на любой Мир в любой момент, чувствуя власть. И я не думаю, что все мы справимся без помощи друг друга. Дельта усмехнулся, приподнимая надбровные дуги. — Смотрю, ты от своего не привык отступать, — в его тоне слышалось не уважение или восхищение, скорее предупреждение. — Если он нападëт на один из Наших миров, то у меня уже есть союзники. Но, насколько я знаю… — парень улыбнулся шире, уверенный, что нашëл за что зацепиться, чтобы лишить позитивного аргументов, — Он не трогает Миры, признанные Нейтральной территорией. А ты уже посягал на один из таких. Хранитель нахмурился сильнее, вопросительно наклоняя череп набок и вздëргивая надбровную дугу. О чëм этот парень вообще говорит?! — Оутертейл уже занял нейтральную позицию когда-то, не желая принимать от кого-либо из вас покровительство. Но ты и к их Сансу пришëл, предлагая тому вступить к вам. Не думаешь, что это было слегка нечестно по отношению к нему? — на лице оранжевоглазого мелькнула неясная тень, напоминающая о серьëзности его слов. Кажется, его на самом деле волновала эта тема. В Мультивселенной было множество Миров, что не желали примыкать к одной из сторон. Многие из них занимали нейтральную позицию в надежде, что их дом не станет когда-либо полем для битвы. Хранителям не было нужды вторгаться в такие Миры. Либо Кошмар нападал на позитивные, чаще входящие под крыло Дрима, либо светлый пытался «отбить» Миры у Мара, возвращая те на законное место. Те, что не являлись негативными изначально, что немаловажно. — Я лишь… спросил, сможет ли он чем-то помочь, — в голос закрались тени обиды, напряжения и непонимания. — Мы делаем всë возможное, чтобы защищать других. Чтобы восстанавливать то, что было испорчено Им. Неужели я не могу надеяться хотя бы на помощь в этом деле? Я уже не говорю о том, что мне не всегда даже говорят простое «спасибо» за что-либо. Если этот парень говорит с таким серьëзным видом о вещах, в которых якобы разбирается, то Хранитель попробует говорить в том же тоне. Они оба пытаются донести свою мысль, так что строить из себя бездумного спасителя-ребëнка не было вариантом, коего в позитивном практически всегда и видели. Не беря в пример тех, кто обвинял его в недостатке позитива. — Позволь напомнить и уточнить, — Дельта скрестил руки, не разжалобившийся последним высказыванием, — такие, как я, — не любители принимать участия в войнах. Я бы ещë подумал, если бы вы занимали лишь оборонительную позицию ради помощи в защите. Но, насколько я смог заметить, ты ведëшь свою игру, придумывая тактики ответных ударов. Нам подобное не по нраву. Если Кошмар действительно когда-нибудь разойдëтся настолько, что начнëт калечить всех и каждого, устраивая свои беспорядки и там, куда твои руки уже не дотягиваются, — он многозначительно глянул в глазницы Солнечного, намекая, что тот помогает далеко не всем и каждому, возможно, не успевая, а может, и имея свои мотивы, — мы примем бой. Но никак иначе. Позитивный делает глубокий вздох, успокаивая себя. Если взглянуть на статистику, проанализировав множество наблюдений, то можно заметить, что большинство нападений банды, сопровождающихся насилием и болью, приходятся на позитивные и нейтрально-позитивные Миры. Одиночные вмешательства Найтмера были замечены в нейтральных Мирах разного типа, не превышающих болезненный уровень позитива, и в негативных, но те не всегда сопровождались убийствами. Парни из команды без сопровождения своего лидера могли мелькать абсолютно в любой Вселенной и любым составом, совершая как единичные убийства, так и массовые, что было более редким явлением. Причём им почти всегда удавалось выходить сухими из воды. Но какой бы ни была статистика, Хранитель не мог понять, почему так мало монстров и людей имеют намерение хоть как-то бороться с Кошмаром за всë его насилие. Где бы оно ни происходило — убийства и причиняемая им боль остаются таковыми. Почему многие не хотят бороться? Боятся? Не хотят неприятностей? Что за низость?! Беря себя в руки и заталкивая все ненужные сейчас слова и эмоции куда подальше, яблочный сохраняет спокойный вид, предпринимая последнюю попытку хоть чего-то добиться. — Если подобное случится, я всë же хотел бы иметь возможность помочь вам. Может, мы сможем как-то связаться друг с другом в случае особой ситуации? Конечно, он использовал ауру, чтобы скорее расположить к себе. Не слишком сильно и навязчиво, но обычно этого было достаточно. Однако этот монстр либо активно сопротивлялся, либо хорошо скрывал перемены в настроении. Он не желал, чтобы кто-либо оказывал на него влияние. — Мы не давили на Оутертейл, помня, что им пришлось пережить. Но я решил, что после того, как они увидели, на что способен Кошмар, у них появится желание противостоять ему. — Многие не готовы к битвам и хотят спокойной жизни. И я один из тех, кто поддерживает их в этом. Мне нечего терять, но другие имеют право опасаться за свой дом, — Дельта вздохнул, качая черепом. Смутные мысли и эмоции прокрались в его разум, но он силился помнить о своëм, понимая, что на него могут давить аурой, что вызывало неприятные ощущения и мысленный дискомфорт. Недостаточно позитива, чтобы без раздумий тянуться к нему, забывая о своих целях и принципах. Парень решил, что стоит дать Позитивному поблажку и некую надежду, чтобы он отстал, или чтобы тот не разуверился в своих силах. Да и как союзник Мультивселенной, стоило признать, он был ценной фигурой. — Давай договоримся. На случай, если произойдет нечто из ряда вон выходящее, ты сможешь найти меня в Омега Таймлайне. Спросишь у Кор. И как смогу связаться с тобой я? — он вопросительно приподнял надбровную дугу. Позитивный задумался. Предложение он примет однозначно. Это как оставить у кого-то свою визитную карточку и иметь шанс, что рано или поздно тебе всë же позвонят. Лучше, чем ничего. А по поводу места… Нет универсального, где он часто останавливается, помимо скрытой Альтернативы. Но давать от неë ключ фактически незнакомцу рискованно. Парень наверняка тоже не доверяет ему. Не хочет, чтобы кто-то узнал о других местах, где он часто может бывать. А может, у него и правда нет таковых, неизвестно. — Могу я оставить тебе свой номер? — позитивный наигранно слегка пожелтел, словно смущаясь. Ему без лишних слов протянули телефон, куда быстро был напечатан номер. Окей. У Дрима появился шанс на подстраховку, если Кошмар зайдëт ещë дальше. Но кто будет помогать ему защищать позитивные и другие нейтральные Миры на постоянной основе? Вопрос оставался открытым. — Прощай, Хранитель. Надеюсь, мы больше не пересечёмся. На негативной ноте. — Удачи! — только и успели сказать в ответ. Парень открыл собственный оранжевый портал, скрываясь в неизвестном направлении. Дрим вернулся к своим друзьям, что всë это время что-то обсуждали, периодически смеясь с собственных шуток. — Мы на сегодня закончили, — спокойно сказал Яблочный, сохраняя непроницаемое выражение лица. — С вашего позволения, я бы хотел побыть один. — Так, а что в итоге-то? Поговорили? Позитивный не ответил, уклончиво качая черепом и скоро скрываясь в своëм золотом портале. Парни недоумëнно переглянулись, а у Блу было такое выражение лица, словно он только что съел что-то противное. — Видимо, он не в духе. — Да уж… По жизни. Берри посмеялся. Утверждение было не далеко от истины. — Ладно. Какие планы на вечер?

***

Работа с бумагами всегда была муторной. Тело постепенно немеет от долгого нахождения сидя, глаз замыливается вчитываться в надписи одних и тех же бумаг, рука устаëт что-то писать, ставить пометки, подписи и печати, череп постоянно анализировал, что следовало предпринять касательно той или иной Альтернативы, какую можно было бы захватить, кому и как помочь, если то было возможно, а кого вообще трогать не имело смысла. Так и хотелось отвлечься: прогуляться, почитать, хоть немного передохнуть. Но он знал, что если что-то отложит на потом, то работы будет только больше и больше, ведь каждый день что-то менялось — положение Альтернатив могло ухудшиться, появятся какие-то сбои, или они просто окажутся на грани смерти; новые Альтернативы создавались с той же частотой, также в любой момент какая-то из них могла попасть в поле зрения Дрима, и тогда уже совершать какие-либо действия становилось сложнее. Потому он с утра заваривал себе целый чайник кофе, чтобы хватало на целый день, и сидел над бумагами, что-то регулируя самостоятельно по ходу дела, что-то поручая теням, иногда отдавая приказы-миссии парням. Он не нуждался в пище или сне — для поддержания жизни хватало негатива, а эти две функции использовались для пополнения магии в случае истощения, более скорой регенерации. Несмотря на это, подчинëнные иногда пытались проникнуть в кабинет, чтобы оставить там обед или ужин, иногда даже пытались уговорить Кошмара поесть, если тот заседал в кабинете несколько суток напролëт. Чаще подобным занимался Хоррор. Иногда Кошмара это раздражало, иногда он был искренне благодарен за заботу, хотя и не показывал виду, чаще, просто смирившийся, был уже равнодушен к этому. Но когда у него появлялись свободные деньки, он нередко проводил время с бандой, будь это совместное принятие пищи, вечера за просмотром глупого фильма или просто занятие своим делом в тишине, когда они просто могли помолчать в одном помещении. Такие моменты случались редко, но оттого лишь больше ценились. Вот и сегодня он планировал поскорее разобраться с последними бумагами, чтобы вечером посидеть со всеми в гостиной, в своëм личном кресле, к коему редко кто решался прикоснуться, ибо знали, что им будет за порчу сего имущества, и подумать над дальнейшими планами, включая рейд на следующую Альтернативу. Но кое-что пошло не по плану. В черепе резко всколыхнула вспышка боли. Конечности вздрогнули, медленно парализуясь. Боль распространялась по всему телу, нарастая. Негатив забурлил, набирая объëм, стекая и капая с тела. Его становилось всë больше, преимущественно он тëк из глазниц. Взгляд замыливался. Над векторами был потерян контроль — те нервно дëргались и скручивались по своему или чьему-то желанию, носителем они не чувствовались. В черепе послышался угрожающий низкий шипящий голос. «Н̷а̷а̷й̷т̷м̷е̷е̷р̷р̷.» Тело от боли и шока не выдерживало собственный вес, с трудом удерживаясь на ватных конечностях. Неразборчивый шёпот в сознании усиливался, становился подобен крикам гнева и ужаса, но слова оставались совершенно неразборчивыми. Из глотки вырывались хрип и неясный скулëж. — ЗАТКНИСЬ!! Крик раздался по всему кабинету. Адресат, казалось, был неясен. Кулаки сильно сжали, стараясь не терять контроль над собственным телом. Зрачок в глазнице сузился до синей точки, теряя яркость и цвет, темнея. Аура выходила из-под контроля, заполоняя собой всë пространство. Предметы начали дрожать, постукивая друг о друга. Стекло в оконной раме треснуло. Шёпот продолжался, но более не повышал громкости. Все силы воли и разума бросились на поддержание контроля. Заблокировать доступ к мыслям и чувствам. Создать эмоциональное поле-щит. Сосредоточиться. — ЗАМОЛЧИ!! Язык заплетался, но он вложил немало сил в голос. Удержать внимание на реальной картине. Не погружаться в образы. Не погружаться в сон. Не погружаться в… Картины воспоминаний. Не слушать шёпот. Контролировать разум. Создать вокруг него щит. — Я сделаю то, что ты хочешь, только прекрати! Но оно, казалось, сильнее. Шёпот резко усилился, пронзая разум ещë большей болью. И так же резко прекратился. Тело в последний раз вздрогнуло. На лице растянулась широкая ухмылка, векторы перестали извиваться, а зрачок остался узким и почти что чëрным. «О̷б̷я̷з̷а̷т̷е̷л̷ь̷н̷о̷ с̷д̷е̷л̷а̷е̷ш̷ь̷, М̷а̷р̷р̷. Т̷ы̷ в̷с̷ë с̷д̷е̷л̷а̷е̷ш̷ь̷.» Тело встало со своего места. Открылся негативный чëрный, словно сама ночь, портал. Он шагнул внутрь. Хотелось спать. Нейтральная Вселенная. Позитив резко обжёг негативную оболочку, вызывая боль и раздражение. Негатив продолжал бурлить и стекать с носителя. Широкая ухмылка и ненависть будут последним, что эти жители сегодня увидят. Скелет двинулся в гущу города, опаляя окружение гнетущей аурой. Первые вспышки страха не заставили себя долго ждать. Первые крики, как только кто-то заметил его. Щупальца разрывают плоть, кровь и прах окрашивают белый снег. Отростки пронзают всё больше людей и монстров. Криков всë больше. Заполонивший разум негатив не позволяет им здраво мыслить, побуждая лишь Бежать, забираться во все углы и дрожать, прятать лицо руками, скукожившись в дрожащий комочек, словно так их не могли увидеть и почувствовать. Они хотели, чтобы их не заметили. Но их разрывали на части так же, как и тех, кто бежал не разбирая дороги. Здания разрушались отростками и костями, обломки падали жителям на головы, сминая тела и дробя кости. Он смеялся. Зловеще, злорадно, безумно. Его смех парализовывал страхом. Он наслаждался тем, что убивал, нëс им страх и боль. Много боли и страданий.

***

Парни как обычно занимались своими делами. Хоррор закончил готовить ужин и сидел на диване, с унылым видом листая каналы на телике, в надежде найти что-то стоящее. Даст сидел на другом конце дивана, который час пытаясь уснуть и игнорировать Киллера, что всë это время нëс какую-то чушь, то рассказывая глупые анекдоты, то абсолютно несуразные ситуации из своей жизни, параллельно тыкая в Пыльного, якобы проверяя, не сдох ли тот. Удивительно, но Даст даже ни разу ни пнул его и не наорал, делая вид, будто действительно спит. Когда на лестнице послышались тяжëлые шаги спускающегося скелета, все обернулись в его сторону, и даже Даст, подняв свой череп с уставшей физиономией. Спустившись, Кошмар оглядел своих подчинëнных. — В ближайшие дни мы нападëм на Эндертейл. Я планирую захватить его надолго, чтобы пополнить резервы негатива, так что постарайтесь. В ней много позитива, но, благодаря сохранившемуся негативу из былых Линий, я смогу присоединиться к вам раньше. Вы окажетесь в городе на поверхности, так что стоит разработать план. Найтмер выглядел серьëзным, холодным и невозмутимым. Но в нервных жестах его щупалец, что невольно проскакивали наружу, угадывались его нервозность и смятение. — И да. В этот раз с нами пойдëт Кросс. Киллер присвистнул, остальные удивились и обрадовались одновременно. Найтмер не хотел, чтобы кто-либо отрывал его в следующей битве от новой игрушки. Так что всë внимание оставшейся парочки команды Звëздных должно быть полностью занято подчинëнными Кошмара. Вышеупомянутая белая макушка мелькнула из кухни, со страхом и взволнованно сглатывая. Ему придëтся сражаться против Дрима, чего Кросс так долго опасался. Но Мечник понадеялся, что им не придётся пересекаться напрямую. Найтмер предоставил команде карту Вселенной и характеристики персонажей, и все вместе они продумывали план действий. [Уровень негатива в Мультивëрсе превышен. Уровень негатива в теле зашкаливает. Негатив нужно куда-то сбросить. Дальнейший сброс негатива приведëт к увеличению негатива в Мультивëрсе. Но у него не было выбора. Оно хочет больше. Оно не отстанет.]

***

Инк и Блу находились в баре одного из СвапФелл миров, обсуждая разную ерунду, какие-то события и шутки. С годами Берри начинал всë терпимее относиться к каламбурам и прочим анектодам. В конце концов он и сам начал иногда шутить, может, чтобы поддерживать позитивный настрой, когда жизнь и так является не слишком радужной, а может, это напоминало ему брата, с которого он таки перенял несколько привычек. Инк просто наслаждался компанией, где он мог расслабиться и не думать о своих обязанностях, о том, кто он и что обязан делать.

***

Дрим находился в своей «Альтернативе», в гостевой комнате, где мирно посапывал новобранец. Иногда бросая на того обеспокоенные мягкие взгляды, чаще поглядывая в окно на территорию леса за полем для тренировок, он думал о чëм-то своëм, о своей жизни, планах и различных событиях. Кросс предупредил его коротким СМС. Хранитель был благодарен, встревожен и серьëзно обеспокоен. Он всë ещë не имел ни одного нового союзника, которого он мог бы отправить вместе с троицей на поле боя. Мар собрался захватывать обширную, крепкую Вселенную, и у него имелись все шансы на победу. В его команде будет пять фигур против трëх. Малым облегчением было лишь то, что к ним не станет присоединяться Эррор. Это вселяло некоторый ужас и злость. Безнадëгу и немое отчаяние, которые Солнечный тут же пытался в себе подавить. Какой бы плачевной ни была ситуация, он обязан что-то делать и двигаться вперëд. Он не сможет называть себя Хранителем, если не продолжит пытаться помочь и защитить кого-либо. Он обязан стараться, давать отпор. Обязан дать понять Найтмеру, что как бы он ни был силëн, Позитивный не отступится и продолжит сражаться. Даже если иногда опускались руки. Если хотелось сдаться, хотелось кричать и реветь, как то часто было в прошлом. Он уже вырос и не должен поддаваться панике, не имеет права показывать слабость. Всë получится. Рано или поздно, если он продолжит прикладывать силы, он добьëтся успеха. Надежда умирает последней. Потому Дрим будет цепляться за неë до конца. Солнечный думал, что успеет хоть как-то подготовиться. Написал парням, но те не успели прочитать его сообщение, а на звонки не отвечали. Предупредил жителей, но те не успели эвакуироваться, какое-то время даже не прикладывая должных сил к тому, чтобы убедить население в близящейся проблеме. И Хранитель позитива и Защитник миров одновременно почувствовали, когда на Вселенную было совершено нападение. Плохие парни действовали быстро, оказываясь в городе на поверхности полным составом, за исключением Найтмера. Они разделились, разбредаясь кто где, чтобы охватить бóльшую площадь. Первым город встретили взрывы Бластеров, обрушивая обломки высотных зданий на головы ничего не понимающим монстрам и людям. Град из костей посыпался следом, попадая в различные части тела, раня и мешая передвижению. Паника поднялась сию же минуту. Все, кто стоял в очереди на эвакуацию, начали разбегаться кто куда в поиске укрытия. Ничего не подозревающие зеваки также начали носиться сломя голову, то прячась в зданиях, то пытаясь уехать из города на различных видах транспорта, либо надеялись просто сбежать на своих двух. Кто-то пытался в первую очередь спасти кого-то, другие, наплевав на всех и каждого, спасали лишь свою шкуру. Местная гвардия кричала что-то о порядке и сохранении спокойствия, но их мало кто слушал. Часть спецотряда направилась на задержание вторженцев. Но у них не было и шанса. Киллер с уже привычным для него хищным оскалом набрасывался на всех, кто попадался ему под руку, нанося хаотичные удары ножом. Многие оставались ранеными, не в силах защитить себя или передвигаться, оставленные на земле истекать кровью или осыпаться прахом. Первому обнаружившему его стражнику не дали возможности произнести и слова, набрасываясь на него в прыжке и вонзаясь в голову ножом, протыкая защитный шлем и череп насквозь. Защита не спасла бойца, и тот рухнул к трупам, лежащим поблизости. Видя остальных, что приближались к скелету на полном ходу и кричали что-то, Убийца предвкушающе усмехнулся, хватая нож покрепче и набрысываясь на толпу со всей жаждой крови, собираясь хорошенько повеселиться в этой бойне. Даст, засунув руки в карманы толстовки, с невозмутимым видом спокойно шëл вдоль проезжей части, направляя свои кости-атаки в разные стороны на тех, кто посмел приблизиться к нему достаточно близко или просто пробегал мимо не разбирая дороги. Он выстреливал костями в проезжающие мимо в спешке машины, заставляя те терять управление, врезаться друг в друга и в конечном итоге взрываться, убивая всех, кто находился внутри и поблизости. Огонь и взрывы не могли его настигнуть, и он даже не обращал на те внимания. Встречая нападающих с тем же холодом, он вытащил одну из рук из кармана, создавая целый шквал атак и направляя те на бесполезные сосуды с ОП. Кросс проходился по тем же дорогам, волоча за собой длинный меч из Решимости, создавая тем неприятный слуху скрип об асфальт. Нахмуренный и серьёзный, он встретил местную Андайн с гордо поднятой головой, готовый к сражению. Его глазницы засветились красным и фиолетовым светом, а на лице возникла короткая усмешка. Ряд костей был отправлен в сторону противницы, а несколько зарядов Бластеров откинули всех, кто мог помешать. Пользуясь еë замешательством, он набросился на противника с мечом. Хоррор был на местном рынке, когда за его спиной послышались звуки стрельбы. Наивные людишки пытались достать до него своим огнестрельным оружием. Скелет взял в обе руки свой увесистый топор, уже испачканный чужой кровью и прахом, и слизнул с него часть человеческой крови, ухмыляясь своим жутким оскалом. Стена увесистых заострëнных костей вышла из-под земли в центре «слаженного» отряда противников, убивая часть на месте, часть раня и дизоеринтируя всю толпу. В быстром прыжке Ужас приблизился, тяжёлым ударом топора отрубая голову одному из противников. Атаки остальных блокировались этим же топором и костями. Он дырявил их атаками и ломал им кости орудием, не позволяя даже ранить себя. Хранитель Снов на всех парах мчался к полю битвы, не зная, с чего даже следует начать бой, ведь каждый из противников находился кто где. Местоположение Кошмара было неясно. Первый шквал стрел был нанесëн по Киллеру. Убийца уже находился на горке трупов и пыли убитых, довольно осматривая нанесëнный им ущерб. Глупые жители уже успели сбежать с этой местности. Когда он заметил в небе близящиеся в его сторону атаки, он ловко отскочил, отбивая некоторые из них ножом. Хранитель явился перед ним, крепко держа лук наготове и тут же начав пальбу по мишени. Убийца злорадно усмехнулся его приходу и ринулся в бой, уворачиваясь от атак и пытаясь наносить удары ножом каждый раз, как приближался к противнику на достаточное расстояние. Дрим уворачивался и отскакивал в сторону, продолжая обстрел костями и из лука. Следовало держать с Убийцей дистанцию. На горизонте дорог появился местный Санс, тут же вступая в бой с Дастом. Он наносил типичные их виду атаки костями и Бластерами, сохраняя расстояние. Пыльный держался той же тактики, привыкший к дальнему бою. Его ничуть не изменившееся выражение лица не дало противнику понять, что что-то изменилось, пока за его спиной не поднялся для удара топор. Санс почувствовал приближение противника инстинктивно, уворачиваясь от удара. Но Ужас продолжил наседать, заставляя уворачиваться снова и снова. В спину продолжали лететь кости Даста, и приходилось использовать телепорты, чтобы уворачиваться от каждой атаки, с чем было затруднительно наносить ответные удары. Когда с Андайн было покончено, Мечник ринулся в сторону, где эвакуировали последних выживших и тех, кому удалось сбежать. Он отправляет свой меч в полëт, чтобы пронзить спины сразу нескольких стражников. Он создаëт комбинацию атак, чтобы выбить из строя ряд выживших, раня тех и отбрасывая в сторону. Меч возвращается тому в руки, и он наносит удары остальным стражниками, лавируя среди толпы, что безуспешно пыталась ранить его. Икс использовал свои навыки ближнего боя и владения мечом, чтобы перебить оставшихся способных помешать ему вооружëнных монстров и людей. Фургон с загруженными выжившими уже ринулся уезжать отсюда на всех парах, но заряд Бластера пресëк это дело, подрывая фургон. Когда он медленно приближался с оружием к оставшимся здесь выжившим, что пытались сбежать или молили о пощаде, рядом с ним в землю врезалось несколько костяных атак. Он поднял меч, готовый к обороне, и посмотрел в сторону, откуда произошёл выстрел. Голубика серьëзно посмотрел в его сторону, пока на его лице не показалась приветственная улыбка. — Не знал, что ты можешь быть настолько жестоким, Кросс. — Эта Вселенная нужна Найтмеру, — холодно ответил Мечник, создавая в воздухе десятки костей и ножей из Решимости, направленных в сторону нынешнего врага. — Так что мне стоит постараться, не думаешь? — Похоже на то. Голубоглазый хмыкнул, возвращая на лицо сосредоточенное выражение. Кость в руках готова для ведения ближнего боя, в воздухе создан ряд голубоглазых Гастер-Бластеров, готовых стрелять в сторону парня-его-друга. — Но ты же не думал, что всë будет так просто? Мечник коротко усмехнулся высказыванию, отправляя свои атаки в сторону противника, что сделал и второй. Оба ринулись навстречу друг другу, сцепляясь в бою на мече и кости. На удивление, кость для ближнего боя Голубики стала достаточно прочной, чтобы выдерживать удар меча Кросса. Что же, вот и встретились бывший стражник и почти стражник королевской гвардии АндерСвапа. Когда Дриму уже почти удалось задеть Киллера атакой Бластера, перед Убийцей возник крупный образ Ужаса, отразившего удар стеной из костей. Довольный своим появлением, он не тратил время зря, создавая рывок в сторону Солнечного, чтобы нанести удар. Дрим напрягся, уворачиваясь от атаки. Пришлось убрать лук и создать вместо него пару позитивных клинков, чтобы отражать удары вблизи. Но не стоило забывать и о Киллере, что приближался к тому за спиной, готовясь к манëвру. У Светлого ещë были костяные атаки и Бластеры для атаки и обороны. В какой-то момент, когда Блу отпрыгнул на достаточное расстояние, чтобы создать десяток Бластеров и выстрелить из них в Мечника, откуда-то из стороны возник ряд таких же Бластеров с фиолетовым дымом из глазниц. Они отразили все атаки, и волна костей была отправлена в сторону голубоглазого, заставляя того спрыгнуть с удобной точки обстрела и вернуться на землю, где на него тут же вновь набросился с мечом Кросс, чей удар был заблокирован костью. — Ты ведь тоже не думал, что всë будет так просто? — кинул ему с ухмылкой Мечник, возвращая раннюю фразу. Свап ничуть не растерялся, отвечая широкой улыбкой и продолжая наносить удары костью и блокировать удары меча. О нет, он вовсе так не думал. Он знал, что противников будет больше. Даст продолжал наносить удары костями на расстоянии, чем хорошо пользовался Кросс, будто зная, в какой момент стоит отпрыгнуть, а в какой — вновь приблизиться с ударом. Но и Голубика уже чувствовал, когда стоит уворачиваться, следя за боем на все триста шестьдесят градусов. В Альтернативе было уже достаточно негатива. И на крыше одной из высоток из портала вышел Хранитель негатива собственной персоной. Он широко улыбнулся, наблюдая за зрелищем и устроенным его подчинëнными беспорядком. Впитывал в себя приятный негатив, вдыхая, как запах раннего утра после ночного ливня. И он сразу заметил, когда в его сторону ударила волна из чернил. — Так не терпится огрести? — произнëс Кошмар, заблокировав удар стеной из негативных костей, но не поворачивая череп в сторону противника, пока его улыбка становилась лишь шире. Защитник стоял на расстоянии нескольких метров, также улыбнувшись врагу, лишь немного нахмурив взгляд. — Ты ведь не думал, что я буду сдерживаться? — задорно кинул ему Чернильный, приближаясь и нанося удар кистью. Кошмар повернулся к нему всем корпусом, уворачиваясь от атаки. Его щупальца расправились и заострились, нанося ответный удар, но Защитник увернулся. — И не надеялся, — не лишаясь улыбки ответил Хранитель, создавая вокруг себя множество чëрных костяных атак и гигантские негативные руки из-под крыши здания позади себя. Защитник присвистнул, крутя в руках крупную Бруми и отражая летящие в него удары, после чего стал отскакивать в сторону от гигантских негативных рук, что пытались схватить или раздавить его, пока Кошмар продолжать стоять и ухмыляться. — Видимо, сначала мне придётся сразиться и победить тебя, — Мар пожал плечами, приподнимая руки в изгибе локтей и насмешливо глядя в сторону противника. — Ну не упущу же я такую возможность! Радужный создаëт различные чернильные и костяные атаки, стреляя ими в Кошмара, тот уворачивается от них, стреляет в ответ костями и направляет в его сторону удленнившиеся щупальца. Защитник обрубает щупальца костями, но те продолжают расти и тянуться в его сторону, подпитанные негативом. Уворачиваясь от них, Хранитель АВ приближается рывком к противнику, нанося удар кистью. Мар блокирует удар щупальцами, нанося ответный и отбрасывая Радужного в сторону. — Давай же, Найтмер, сражайся всерьëз. Только ты и я — когда нам ещë удавалось так сразиться один на один? Радужный создаëт чернильные путы, на манер верëвок пытаясь ими зацепить конечности противника, параллельно стреляя новыми костями. Найтмер с лëгкостью уворачивался от каждой кости, но путы, как и в прошлый раз, не могли схватить его, проходя практически насквозь, что снова озадачило, но ненадолго — терять бдительность не следовало. — Не моя вина, что ты всегда предпочитал мне компанию Разрушителя или моих более слабых подчинëнных, — с наигранной обидой произнëс Мар, начиная обстрел из Бластеров. Инку приходилось уворачиваться, но пара бластеров задели одно из строений на крыше, и обломки чуть не осыпались на того. Перемещаясь в виде чернил, Радужный материализовался совсем близко к Кошмару, нанося всë ещë во время перемещения, в полëте, удар кистью. — Должно быть, моя тактика не всегда была хороша, — как бы извиняюще ответил Инк. Негативный не ожидал подставы, но так же сделал своë тело временно жидким, и удар кистью прошëл через него насквозь. Он тут же ударил всеми щупальцами по телу врага, оборачиваясь в его сторону, как Инк, с улыбкой на лице, снова обратился чернилами, а щупальца вонзились в твëрдый бетон, оставляя в том глубокую яму. Защитник появился на расстоянии нескольких метров, готовя чернильную атаку. Кошмар усмехнулся: — Похоже, битва обещает быть длинной. Бьëмся до истощения магии? Хранитель АВ повторил улыбку, посылая свои чернила в атаку, тут же перемещаясь и оказываясь рядом с Маром, нанося удар кистью. Кошмар заблокировал атаку чернил щупальцами, как и удар Бруми. Четыре его щупальца атаковывали в ответ, ещë четыре блокировали удары кисти и костей; Инку приходилось защищаться от ударов кистью и щитом костей, часто чередуя удары кистью, костями и чернилами. — Сколько же у тебя может быть щупалец? — в недоумении спросил Хранитель АВ, приподнимая надбровную дугу. — Больше, чем ты можешь себе представить, — вновь усмехнулся Мар с неким снисхождением. Негативный растворился, оказываясь на другом конце крыши и создавая Бластеры, тут же стреляя ими. Инк уворачивался от ударов, на бегу приближаясь к Кошмару и нанёс боковой удар кистью. Мар отпрыгнул вверх и назад, избегая удара, и Чернильный уже думал, что Кошмар полетит вниз с крыши. Но тот, хмыкнув, вновь оборачивается сгустком негатива, материализовываясь на другой крыше. Создаëт ряд Бластеров и костей. — К твоему сведению, преимущество изначально было на моей стороне. Негатив этого Мира питает меня, так что моя магия не иссякнет. Радужный перемещается на другую крышу, успевая за секунду до того, как атаки Мара полностью уничтожили их прежнее поле боя. — Учту. Но у меня тоже есть туз в рукаве. Негативный вопросительно приподнимает надбровную дугу, когда Радужный ловким движением руки достаëт один из флаконов органайзера, откупоривает крышку и собирается выпить жидкость. Мар создаëт волну из негатива, намереваясь выбить склянку из рук противника. Волна, словно порыв урагана, сбивает скелета с места, и тот, отлетая, успевает в воздухе ухватиться ртом за склянку, вливая в себя красную краску и создавая чернильную сеть, что смягчает его приземление. Тут же отскакивает, пока костяная атака не задела его. — Зачем тебе краска сейчас? Моих эмоций мало? — скептически наблюдая за этим действием, комментирует яблочный. — Увидишь. Глазницы Чернильного наливаются ярко-красным цветом. На лице возникает оскал, ничем не хуже, чем у противника во время битв. Он взмывает в воздух, создавая на ходу радужную волну чернил и направляет ту во врага, создаëт один большой Бластер под собой, прыгая на тот и стреляя мощным лучом. Негативный перемещается на другую крышу, избегая наплыва радуги, и ещë раз, на третью, чтобы увернуться от луча Бластера. Но тот выстрелил ещë несколько раз, заставляя столько же перемещаться. В какой-то момент Мар материализовывается прямо за спиной Чернильного, сбрасывая того с Бластера ударом щупалец. Инк падает на одну из крыш, успевая сгруппироваться для смягчения падения. Негативный отталкивается от поверхности Бластера, успевая до того, как тот исчез, чтобы оказаться рядом с Радужным и возобновить яростные атаки щупалец. Негативные кости лезли из-под крыши, очередная теневая рука из негатива тянулась к белокостному, чтобы раздавить. Инк быстро и часто отскакивает и уворачивается, успевая кинуть пару атак из костей, что не было проблемой заблокировать. В это же время еле справляющийся со своей задачей Позитивный Хранитель задумывается о том, почему он до сих пор не видит Кошмара. Тот уже был в этом Мире, но почему он не нападает на Дрима, как часто делал раньше? В какой-то момент Солнечный начинает злиться и перестаëт сдерживать свою энергию, создавая мощный всплеск позитива, отбрасывающий его противников на какое-то время в сторону. Резкими рывками Позитивный забирается выше, чтобы осмотреть окрестности, уворачиваясь от летящих в него костяных атак. Уходя за преграду в виде здания, через которую его ближайшие десять секунд не могли достать, он замечает Инка и Кошмара, что дрались между собой. Внутри нарастает ещë большая злость. «Какого чëрта он дерëтся с ним, а не со мной? Это я его враг! Только я могу остановить и ослабить его своим позитивом!» Киллер успел приблизиться к нему, пытаясь нанести удар в прыжке. Хранитель создаëт несколько Бластеров, стреляя ими в Убийцу. Тот был вынужден отскочить, а удар был заблокирован стеной из костей Хоррора, но ему пришлось защищать и себя заодно. Злость так накипела внутри, что Яблочный сорвался с места, мчась изо всех сил в сторону извечного врага, чтобы взобраться так же высоко, как эта парочка, создать лук и собрать максимум энергии, чтобы выстрелить одной гигантской стрелой из позитива, что размножилась в полëте, направляясь к Негативному. Стрелы летели достаточно быстро и атака была неожиданной, так что Мар не успел избежать одной из стрел, что задела его плечо. Негативный зашипел, на ходу выдëргивая инородный объект из раны, чтобы тело начало регенерацию. Инк удивился, теряя внимательность в тот момент, когда посмотрел в сторону, откуда прилетел удар, чем и воспользовался кошмарный. Негативный ударяет того щупальцами, успевая сломать пару рëбер. Радужный обращается чернилами, перемещаясь на несколько метров и сплëвывая сгусток чернил. — Кажется, это не входило в наши планы. — Однако это даже сыграло мне на руку. Ты так легко забываешься, Защитничек. Мар вновь накидывается на Чернильного, полностью игнорируя появление где-то там Дрима. Солнечный, казалось, разозлился только больше, выстреливая снова и собираясь приблизиться ещë больше, но прежде чем он успел сделать ещë шаг, мимо его черепа пролетает топор. — Мы с тобой здесь ещë не закончили, принцесса. Куда-то торопишься? — ухмыльнулся Убийца, создавая кости под ногами Солнечного, от которых тот успел отскочить. — Киллер-р… — прорычал Хранитель, что на какую-то секунду заставило Тушь вопросительно посмотреть в его сторону. — Я втопчу тебя в грязь, жалкий ты отброс! — О-оу, вот оно что! С нетерпением хотел бы это увидеть. Если поймаешь. Последние слова прозвучали уже у Хранителя над самым ушным отверстием, прежде чем Убийца нанëс удар ножом. Снова созданные из позитива клинки отбили удар, нанося ответный. Один из ударов проехался Киллеру по рëбрам, но тот не почувствовал боли. — Значит, бои на ножах? Что же, я не против. Только не плачь потом, звëздочка. Из-под толстовки Убийца достаëт второй нож, настраиваясь куда более серьëзно. Теперь адреналин и обильно капающая с глазниц ненависть активнее забурлили в костях. Он и сам захотел втоптать эту надоедливую мелочь в асфальт. Желательно ещë и переломать ему как можно больше костей. Хранитель АВ и Негатива продолжали сражение, перемещаясь с одного здания на другое, ломая их всë больше, одно за другим. Как и говорилось ранее, запасы магии Найтмера практически не истощались, в то время как Чернильный уже был на пределе. Одна из конечностей не успела увернуться и была перехвачена щупальцем, тут же отдëрнутая в сторону, и, как следствие, рука была вывихнута. Радужный коротко проскулил. Теперь он мог держать кисть только одной рукой, что было не очень удобно. Мар собирался нанести очередной удар, как Инк отбросил кисть в сторону, блокируя удар созданной костью в руках. У него ещë была возможность защищаться врукопашную, используя одну руку и ноги, а также создавать магические атаки. Но продлилось это недолго. Резким движением щупалец негативный отбрасывает противника в стену здания. Тот врезается спиной, ломая ещë несколько костей и пару позвонков, из его рта вытекло ещë больше чернил. Защитник падает наземь на ноги, с трудом удерживая равновесие. Стреляет костями. Мар уклоняется, стреляет в ответ. Радужный уворачивается, теряет равновесие и пропускает ещë один удар щупальцами по позвоночнику. Отростки скручивают позвоночный столб, и от скелета издаëтся приглушëнный вопль. Наконец, Инка скручивают по все конечности, сжимая и ломая те. Художника ставят на колени лицом к победителю. Найтмер с самодовольным выражением лица медленно подходит к врагу. Ударяет того кулаком в челюсть. Радужный старается не издавать и звука, но редкие шипения так и вырываются наружу. Когда его бьют кулаками по лицу и рëбрам снова и снова, он падает наземь, более не удерживаемый отростками, и его начинают бить ногами, не щадя ни одну из костей. Все конечности были сломаны и раздроблены; рëбра, позвонки избиты в чернила. Мар создаëт в руке кость, вонзая еë в остатки от тела противника. Инк снова не сдержал вскрика. — Я же говорил, что отыграюсь на тебе, — он сделал невинное выражение лица, с улыбкой вонзая очередную кость между позвонками. Нанëс ещë удар по черепу, схватился за тот, чтобы несколько раз ударить им о твëрдую поверхность под ногами. Белокостный череп треснул, и из него потекли густые чернила. — А ты не верил. Кошмар наступил на рëбра, доламывая то, что от них осталось. Инк продолжал кричать, звуки из его глотки всë больше перекрывались чернилами, превращаясь в бульканье и хрип. Он не имел права возразить или молить о пощаде. Он знал, на что шëл. Негативный наступил тому на череп, вжимая в землю сильнее и ещë больше раскалывая, наслаждаясь звуками хруста костей. — Последние слова, Инки? — Мар издевательски приблизился к нему, заглядывая в глазницы, полные боли — не было в них в этот момент больше ничего иного. — Ах, ты не можешь говорить? Какая жалость. Он убрал ногу с черепа, грубо хватая тот уже рукой, проникая фалангами в глазницы. Снова ударил об асфальт. — Должен признать, ты неплохо так потрепал меня. Это было достойно. — Самодовольная улыбка не спадала с его лица. — И всë же, пора с этим поканчивать. Увидимся на той стороне, Инки. Кошмар полностью поднялся со своего места, взирая на побеждëнного сверху вниз. Четыре щупальца заострились, нацеливаясь на череп врага. И пронзили тот с абсолютной беспощадностью и холодом. Тело обмякло и полностью обратилось чернилами, растекаясь по земле. Только теперь для себя он мог поставить галочку, что победил по всем фронтам. Продолжать бой за Вселенную уже было бессмысленным. Дрим не успел вымолвить и слова. Он смотрел издалека, как его друга убили. И так раненый, он чуть было не пропустил ещë одну атаку в самую душу. Неуклюже уклонившись, он потерял равновесие, падая с высотки. «Я всего лишь хотел… защитить… их… Почему я настолько бесполезен?..» Так и не столкнувшись с землëй в прескверном падении, Солнечный создал под собой портал, убираясь из проигранного Мира подальше. Найтмер создал сильную вспышку негатива, что должна была достигнуть каждого, кто находился в этом городе, извещая союзников о победе. Блу, Кросс и Даст тоже почувствовали это. И если Берри ничего не понял, кроме как уловил ощущение усилившихся негативных эмоций внутри и явного давления на тело, то Мечник воспользовался возможностью во время очередного выпада, чтобы негромко сообщить: — Вы проиграли. Возможно, кто-то уже мëртв. Несложно было догадаться, что речь шла о ком-то из его союзников. Но, так как младший защитник уже ничего с этим не мог сделать, ему оставалось только отступить. Несколькими телепортами он оказывается на достаточном расстоянии от поля боя, чтобы открыть искусственный портал и уйти. Банда ликовала.