Тайны Смолвиля: Сквозь Портал

— Ты правда думаешь, что всё это не случайность? — спросила Лана, наклонившись к Маргарет, глядя ей прямо в глаза. — Как ты вообще сюда попала, всё это… странно. Маргарет хотела что-то ответить, но Оливер уже внимательно смотрел на неё, будто боялся, что сейчас всё сорвётся. — Лекс — не тот, с кем стоит играться, — тихо сказал он, едва касаясь стакана на столе. — Он не отпускает. — Он и не собирался, — ответила Маргарет с холодом. — Только вот я не его игрушка. Кларк встал, потянулся и оглядел помещение. — Пора нам всем домой, — сказал он, улыбаясь. — Лана, я тебя подброшу. — Мы пойдем пешком, — ответил Оливер, уже направляясь к двери. — Немного свежего воздуха нам не повредит. Они вышли на улицу, и тишина ночи казалась почти обманчивой. Вдруг из переулка выскочил чёрный фургон без номеров. Двери распахнулись, и трое в масках и перчатках мгновенно окружили Маргарет. — Маргарет! — выкрикнул Оливер и бросился к ней, но было слишком поздно. Она пыталась вырваться, но удар по голове отключил её. Последнее, что она увидела — как глаза Кларка вспыхнули ярко-красным светом, готовые ринуться в бой. Двери захлопнулись, и фургон исчез в темноте. — Чёрт, — выругался Оливер, доставая телефон. — Если это Лекс — я… Он набрал номер, и трубку подняли почти сразу. — Лютор. — Что ты с ней сделал? — Оливер сжал телефон крепче. — Ты не имеешь права распоряжаться людьми как пешками в твоей игре! — О ком ты говоришь? — спросил Лекс спокойно. — Кто пропал? — Маргарет. Её забрали. — Ты меня обвиняешь? — усмехнулся Лекс. — Я не тот, кто играет в похищения. Но если Маргарет в опасности — я помогу её найти. — Надеюсь, ты серьёзно. Это не игра. — У меня есть ресурсы, которые тебе даже не снились. И мой отец… он далеко не простой человек. Кларк подошёл ближе, его глаза загорелись красным. — Если это Лайнел, я не останусь в стороне. — А я — тем более, — добавил Оливер. — Кто бы ни стоял за этим, нам надо действовать вместе. Кларк кивнул. — Объединимся. Даже если это значит сотрудничать с Лексом. Оливер усмехнулся. — Пусть попробует нас подвести. Внутри фургона было холодно и душно. Маргарет слышала гул мотора и неясные голоса. Вскоре машина остановилась, и двери открылись. Её затащили в помещение с металлическими стенами и тусклым светом. Перед ней раскинулся огромный зал — лаборатория, оборудованная сложной техникой, множеством мониторов и загадочных приборов. На одном из стен висела огромная карта с множеством отметок. Сквозь полумрак к ней подошла фигура в белом халате. — Добро пожаловать, — сказал низкий голос. — Ты — ключ к нашему будущему. Маргарет попыталась подняться, но усталость и страх давили на неё. Она осмотрелась, пытаясь найти хоть какую-то лазейку для побега. Взгляд упал на стену, где среди фотографий и схем мелькала её собственная фотография — словно она уже была частью этого зловещего плана. — Что вы от меня хотите? — спросила она с дрожью в голосе, стараясь не показывать слабость. — Всё скоро станет ясно, — ответил учёный, приближаясь. Маргарет сжала кулаки, решая: бороться или ждать момента. Металлические двери лаборатории с лязгом закрылись. Воздух был пропитан стерильной сухостью, гул ламп угнетал. Маргарет сидела, стянутая кожаными ремнями к металлическому креслу. Лицо её побледнело, губы были пересохшими, волосы растрёпаны. Свет бил прямо в глаза — яркий, выжигающий, не дающий скрыться даже во тьме. Перед ней стоял Лайонел Лютор. В его глазах — расчёт и холодное любопытство. Рядом с ним — группа учёных и охранников, следящих за каждым её движением. — Мы можем закончить всё это за пару минут, Маргарет, — произнёс он тихо, без эмоций. — Просто скажи нам правду. — Вы всё равно мне не поверите! — выкрикнула она в ответ, голос сорвался. — Вы… вы даже не поймёте! Лайонел не ответил. Он подал лёгкий знак рукой — и следующая вспышка боли прошила всё её тело. Электроды на висках и запястьях передали разряд, мышцы вздрогнули, глаза расширились. Но в этот раз Маргарет не сдержалась. Она закричала. Громко. Истерически. Как животное, загнанное в угол. Её крик отражался от стен, уходил в вентиляцию, проникал сквозь камеры и провода в систему наблюдения. В одном из подземных уровней башни Лекса, где велась расшифровка подозрительных частот, один из аналитиков резко обернулся к экрану. — Мистер Лютор! Мы зафиксировали аудиосигнал. Женский голос. Это крик… кажется, он совпадает с образцом, который вы передали. Это может быть она. Лекс шагнул к экрану, его взгляд стал ледяным. — Где? — Это лаборатория под старым промышленным комплексом за чертой Смолвиля. Там раньше были исследования, финансировавшиеся вашим отцом… Лекс уже повернулся, набирая номер Оливера. — Я нашёл её. А тем временем, в лаборатории, Маргарет рыдала, срывая голос. — Вам не нужно это! Вы ничего не узнаете! Я не скажу! — Она тряслась, но кричала снова, изо всех сил. — Лекс… Кларк… кто-нибудь! Лайонел смотрел на неё с холодной усмешкой. — Интересно… кто такие Лекс и Кларк в твоей маленькой вымышленной реальности? Он сделал шаг ближе. — Кричи. Может быть, тебе станет легче. Но здесь никто тебя не услышит. Он ошибался. Здание стояло на отшибе — серое, заброшенное, обвешанное старой проводкой и жестяными листами. Внутри пахло пылью, металлом и чем-то химическим. Лекс знал, что она здесь. Крик, который перехватила его система слежения, не выходил у него из головы. Он вошёл бесшумно. Ни охраны у входа, ни сигнализаций. Только длинные, пустые коридоры, в которых гулко разносился звук его шагов. Он знал это место. Старый исследовательский ангар, выкупленный когда-то в числе прочей недвижимости корпорации его отца. Он когда-то считал его давно заброшенным. Он двигался быстро. Один из его людей уже вывел часть охраны наружу. Лекс почти не тратил слов — всё внутри кипело, но наружу ничего не выходило. Только сосредоточенность и глухая, твёрдая решимость. Он нашёл её на нижнем этаже. Комната была маленькой, освещённой резким светом, с металлическим креслом посередине. Маргарет сидела там — голова склонена, лицо в тени, запястья закреплены ремнями. На висках — следы от датчиков. — Маргарет, — сказал он почти беззвучно, но она услышала. Медленно, тяжело она подняла голову. Глаза блестели от слёз, губы дрожали. — Лекс?.. — Я здесь. Всё хорошо. Он быстро подошёл, и его пальцы осторожно освободили ремни. Она не могла сразу встать — ноги не держали. — Они… — выдохнула она, — они не верили. Спрашивали… били… Он уже подхватывал её на руки. — Не надо ничего объяснять. Всё кончено. Маргарет прижалась к его плечу, еле ощущая, как он несёт её по коридору. Всё тело ныло, но сознание всё ещё держалось. Он нёс её аккуратно, крепко. Как что-то очень дорогое. Двери особняка Лекса открылись, и он вошёл, неся Маргарет на руках. В холле было тихо. Утренний свет пробивался сквозь огромные окна. Слуги бросились было навстречу, но он лишь коротко бросил: — Принесите воды и аптечку. Быстро. Он понёс её наверх, в одну из спален. Аккуратно опустил на кровать, поправил подушку, сел рядом. — Ты в безопасности, — сказал он. Его голос звучал спокойно, почти нежно. — Я не позволю, чтобы это повторилось. Маргарет с трудом подняла глаза. — Почему ты вообще пришёл? Он посмотрел на неё серьёзно. — Потому что ты — не просто часть какой-то тайны. Не просто объект интереса. Ты — ты. И я не позволю, чтобы с тобой обращались, как с чем-то чужим. — Я кричала, — прошептала она. — Думала, никто не услышит. — А я услышал, — мягко ответил он. На миг воцарилась тишина. Она вздохнула и прикрыла глаза, чувствуя, как впервые за долгое время стены вокруг не давят, а защищают. Он остался рядом. Просто сидел и молча смотрел на неё. Без пафоса. Без масок. Только он и она — после всего пережитого. Маргарет лежала на кровати, не шевелясь. Свет мягко ложился на её лицо сквозь полупрозрачные шторы, а Лекс сидел рядом, чуть приглушённый в выражении, но сосредоточенный. Он подошёл к комоду и достал из ящика чистую мягкую рубашку, которую когда-то оставляли для гостей. Потом сел рядом и, не говоря ни слова, начал обрабатывать тонкие порезы на её руках. Антисептик слегка щипал, но она молчала. — Ты не обязана терпеть боль, — тихо сказал он, замечая, как она напряглась. — Это не больно, — прошептала она. — Это… ничто по сравнению с тем, что они делали. Он остановился на секунду, сжав бинт в пальцах. Потом продолжил — аккуратно, тщательно, как человек, который слишком много раз видел раны, но на этот раз заботился. Когда он закончил, он положил бинт и посмотрел на неё. — Хочешь переодеться? — спросил он тихо. — Я принёс тебе рубашку. И… — он слегка отвёл взгляд, — могу выйти, если хочешь Она села с трудом, опираясь на локти. Простыня соскользнула чуть ниже плеч, но Лекс, несмотря на привычку всё замечать, смотрел ей в глаза. Он протянул рубашку — мягкую, с тонким запахом свежего льна. — Думаю, она тебе подойдёт, — сказал он, чуть ниже обычного тоном. — Хоть и не совсем твой стиль. Маргарет взяла рубашку, но руки немного дрожали. Он всё понял без слов. — Разрешишь помочь? — его голос был почти шёпотом. Не наигранный — осторожный. Почти личный. Она не ответила, но не отвела взгляд. В её молчании не было протеста. Лекс аккуратно сел рядом, взял край ночной сорочки, и, дождавшись почти незаметного кивка, начал осторожно стаскивать с неё тонкие лямки. Он действовал медленно, без резких движений, будто касался чего-то хрупкого и важного. Его пальцы скользнули по её плечам — не с намерением, а с уважением к её телу. Он видел следы на её коже: ссадины, тонкие красные линии, следы от ремней. Он слегка нахмурился, но ничего не сказал. Маргарет не отводила взгляда. Он чувствовал это — как будто она изучала его, ловила каждый его жест, каждую эмоцию. Когда сорочка сползла вниз, он быстро накинул на неё рубашку, прикрыв её плечи, и начал аккуратно застёгивать пуговицы, не касаясь кожи больше, чем нужно. Тишина между ними была плотной, но не тяжёлой. Это было странное, почти электрическое напряжение — то, что рождается только между двумя людьми, которых бросило вглубь одного шторма. — Тебе будет удобно, — пробормотал он, когда застегнул последнюю пуговицу у её шеи. — Я постарался выбрать самое мягкое. Она усмехнулась, устало, но искренне. — Забавно видеть тебя таким… заботливым. Привычнее — сарказм, подозрения, вызовы. Он посмотрел на неё серьёзно, и его голос стал чуть ниже. — Возможно, это ты изменила привычное. Она чуть склонила голову, чувствуя, как от него исходит тепло. Он был близко. Совсем близко. Но не делал лишнего. И именно это — его сдержанность — подогревало всё, что стояло между ними. — Спасибо, — прошептала она. — За то, что пришёл. За то, что был первым, кто не требовал объяснений. Он провёл рукой по её волосам — мягко, по-дружески, но задержал ладонь на секунду дольше, чем нужно. — Отдыхай, Маргарет. Сегодня ты в безопасности. Он встал, но её рука вдруг легла на его запястье. Едва-едва. — Останься пока… просто посиди рядом. Он не ответил. Просто сел обратно, в кресло у кровати, и остался. Без пафоса, без вопросов. Просто был рядом. И этого — в тот момент — было достаточно.