Вспомни

Она вышла из душа, укутавшись в халат. Тело приятно обволакивал запах геля для душа. Его запах. Мокрые волосы она собрала под полотенце. Тело больше не ныло, а в голове наконец прояснилось. Пока она медленно шла к столу, то внимательно рассматривала окружающую обстановку. Жилище человека может многое о нём рассказать, и, если это действительно его дом, стоило ухватить детали, чтобы лучше понять хозяина. Интерьер был выдержан в скандинавском стиле: множество стеллажей с книгами, несколько лаконичных напольных светильников, мебель, подобранная в единой гамме. Но, несмотря на безупречный порядок, квартира казалась обжитой лишь отчасти — в ней не чувствовалось того самого тепла и уюта, которые рождаются из мелочей и воспоминаний. Он встретил её улыбкой и молча отодвинул стул, приглашая к столу. — Чай? — О, нет, — она покачала головой, чувствуя, как тяжесть в мыслях требует чего-то большего. — Мне нужен кофе. Крепкий. Чёрный. Она села и наблюдала, как он несколькими взмахами палочки материализовал на столе дымящуюся чашку. Поднеся её к губам, она сделала глоток, на вкус напиток был отвратителен. Но она решила промолчать, не желая разрушать хрупкое доверие, что едва зарождалось между ними. — Мне нужны ответы, — наконец произнесла она. — Но я даже не знаю, с чего начать. Всё это больше похоже на сон. На бред. — Мне трудно понять твои чувства, — он пожал плечами. — Я не терял память и никогда не жил обычной человеческой жизнью. Возможно, мне было даже тяжелее. Я помню себя — того, кем был. А очнувшись в этом мире беспомощным ребёнком в семье маглов... я испытал лишь горькое разочарование и обиду. — Маглов? — не удержалась она. — Обычных людей, не волшебников, — терпеливо пояснил он. — А разве это нормально? Чтобы у не-волшебников родился волшебник? — вопрос прозвучал наивно, но она не смогла его не задать. Он нахмурился, будто решая в уме сложную уравнение. — Нет, это ненормально. Но так случается. Я скрывал от них свою магию. Скрывал от всех. Даже министерство не вычислило меня. — Какое министерство? — снова вырвалось у неё. — Министерство магии, — Она видела, как он раздражается, слыша её вопросы. Но ведь он сам предложил обсудить всё начистоту, объяснить ей происходящее. — В одиннадцать лет каждый юный волшебник получает письмо, а к детям из магловских семей приходят учителя из школы волшебства. Его рассказ был похож на сказку, и она изо всех сил старалась не перебивать, сдерживая комментарии. — Я к одиннадцати уже научился контролировать и скрывать магию, так что ко мне никто не явился. Родители обеспечили мне хорошее образование. Благодаря способностям, в пятнадцать я уже поступил в колледж экстерном. А потом… потом пришли они и убили моих родителей. Она ахнула, и сердце её сжалось от боли за того мальчика, который в одночасье остался совсем один. — Боже мой… Я так тебе соболезную. Волшебники убили твоих родителей? — Да. Они почувствовали во мне угрозу. И единственным их решением было так жестоко разрушить мою жизнь. Но… — он опустил взгляд, пряча боль, пронзившую его голос. — Но они лишь разозлили меня. Дали стимул стать сильнее. Выжить любой ценой. Я поступил в университет, блестяще его окончил, мне предложили место на кафедре. После защиты диссертации я там и остался. — Так твоя работа… это не прикрытие? — она смотрела на него в изумлении. — Нет. Я действительно преподаю языки в университете. — А как же деятельность Лорда В?... Он тихо рассмеялся. — Я научился совмещать. После смерти родителей мне досталось солидное наследство. Этот дом, — он обвёл рукой комнату, — и немалые деньги на счетах. Я решил, что точно знаю, как распорядиться ими с умом. Я постепенно начал скупать доступные маглам артефакты, собрал команду. И время от времени ищу... — он сделал паузу. Он замолчал, и в наступившей тишине она замерла в ожидании. — …искал тебя, — наконец произнёс он, пристально глядя ей в глаза, и его пальцы мягко коснулись её руки. Робкая улыбка тронула её губы, хотя всё внутри запылало от этого прикосновения. — И теперь нужно вернуть мне память? — тихо напомнила она. — Да. Это важный шаг. Для нас обоих. На этот раз её улыбка стала увереннее. —И какой же план? С чего мы начнём? Он снова улыбнулся, но в его глазах вспыхнула опасная искра. —Милая Нагайна, ты уже готова встать рядом со мной, пройти этот путь плечом к плечу? — Тут же он отрицательно качнул головой. — Нет, не думаю. Но я хочу, чтобы ты кое-что увидела. Думаю, многое тебе прояснится. Мы вернёмся в Эдинбург и навестим нашего доброго знакомого, Макинтоша. Поговорим с ним. От этих слов исходила ощутимая угроза, и девушка уловила её с первого звука. Но опасность была направлена не на неё. —Да, хорошо... Но если мы возвращаемся, мне нужно забрать вещи из отеля. Не думаю, что ты будешь магией обеспечивать меня нарядами. — Как пожелаешь. Она вернулась в ванную, чтобы высушить волосы и переодеться в свою восстановленную одежду. Нужно было выдохнуть и продумать план действий. Если сейчас они отправляются в отель, у неё будет шанс незаметно передать сообщение капитану. Коммуникатор всё ещё лежал в чемодане. Операция идёт не по плану. Но теперь она точно знает, кто скрывается под именем Лорда В. А дальше? Докладывать о магии? О перерождении душ? Нагайна. Да, она сама себе не верила — своему чутью, которое растворялось рядом с ним. Волдеморт. Глядя в глаза своему отражению, она медленно выдохнула. Оперативная работа требует гибкости ума и спонтанных решений. Сейчас главное — собрать информацию. А как с ней поступить потом, она решит, когда вернётся в штаб. Нагайна. Как легко ей было принять это имя теперь. Она вышла из ванны. — Я готова. Он взял её за руку, и мир снова понёсся вихрем. На этот раз её даже не тошнило. Они стояли у того самого отеля, у которого попрощались этим утром. В Эдинбурге царила глубокая ночь. Она чувствовала, что готова свалиться в кровать и провалиться в сон. Они вдвоём прошли в лобби отеля. — Лина Манас, номер 202. На ресепшене отсканировали её биометрические данные для подтверждения личности. —Да, конечно, ваш ключ. — Портье протянул ей карту, и они прошли. Поднявшись на лифте, они вошли в номер. Волдеморт окинул комнату оценивающим взглядом, затем сел в кресло. Неужели он так доверяет ей, что даже не ждёт подвоха? Она запросто могла привести его в ловушку, в руки оперативников. А затем она вспомнила сцену в кабинете. Пожалуй, любое человеческое нападение ему действительно не страшно. С такой силой в руках... — Мне не хочется оставлять тебя одну, — тихо произнёс он. — И дело не только в том, что я тебе не доверяю. Но... — Он сделал паузу. — После стольких лет поисков я наконец-то обрёл тебя. И не хочу разлучаться надолго. Его слова звучали слишком откровенно. Она не могла в полной мере поверить в их искренность. Но часть её мозга, та, что, видимо, отключила аналитическое мышление, внутренне ликовала и таяла. —Тогда оставайся, — она постаралась сохранить достоинство и сделать свой голос как можно безразличнее. — Тут есть диван. Он улыбнулся. — Нет, пожалуй, я оставлю тебя, а утром приду. И ты будешь меня ждать. Он встал с кресла и приблизился настолько, что она почувствовала исходящее от него тепло. — Это проверка? — едва управляя голосом, хрипло спросила она. — И да, и нет. Дело в том, что сегодня ты подписала магический контракт, который подразумевает, что ты не сможешь никому рассказать обо мне или о том, что тебе известно. Она смотрела на него, не в силах скрыть шок. Контракт о неразглашении. Он вздохнул. — Милая Нагайна, — его пальцы снова заправили выбившуюся прядь. — Как много нам предстоит узнать друг о друге, как много изучить. — Он почти коснулся губами её щеки, а она забыла, что надо дышать. — Утром я буду у тебя в десять. Будь готова. Звук негромкого хлопка отозвался в пустоте номера, а она осталась стоять одна. Щека ещё хранила призрачное тепло его дыхания, а в номере воцарилась гробовая тишина, давящая и абсолютная. Она застыла на месте, парализованная внезапно обрушившимся хаосом. Её разум отчаянно пытался систематизировать информацию, выстроить логическую цепь, но она рвалась в клочья, упираясь в магию, в Волдеморта, в его странную, тягучую нежность и леденящую душу угрозу. А утром начнется новая глава их странного союза.