Вспомни

Лондон. 20 мая 2035 года. 07:00. Тишину спальни прорезал беззвучный импульс от электронного помощника на прикроватном столике. Проекция в воздухе показала дату, время, погоду — пасмурно, +14. Холодно, не смотря на конец мая. За окном, в сером утреннем свете, город уже гудел, словно большой муравейник. За пару секунд до мягкого щелчка будильника она открыла глаза, затем медленно выбралась из объятий постели. Полностью обнаженная, она легко ступала по мягкому покрытию пола, движения были плавные и точные, как у хищницы. Устройство на столе подало еще один тихий сигнал, оповещающий о входящем сообщении. Взяв в руки компактный коммуникатор, она дождалась, пока над ним всплыла голограмма. Сообщение было зашифровано. Специальный «глазок» произвел сканирование сетчатки. Идентификация пройдена. Агент Лина Манас. Позывной: «Змея». Введите голосовой пароль. Она аккуратно поднесла устройство к губам, низким голосом произнесла: «Aparicio... 7... Nihil... 0... Mortis.» Раздался звук снятия блокировки. Голограмма ожила, разворачиваясь в панель с документами и деталями задания. Билет: Лина Манас. Поезд Лондон (Кингс-Кросс) – Эдинбург (Уэверли). 12:30 В пути: ~4.5 часа. Задача: Выбрать прикрытие. Избавиться от хвоста. По прибытии: Явка в Главное управление штаба для получения дальнейших инструкций. Куратор: Капитан Морсенс. Лина некоторое время стояла неподвижно, внимательно изучая информацию. Чёрные зрачки в янтарных глазах бегло двигались, фиксируя, запоминая. Детали задания будут стёрты с устройства, поэтому нужно сохранить всё в голове, гаджете, который ещё не научились взламывать. Вода в душе шумела, стекая по телу прохладными полосами, даря приятную бодрость. Затем начался отработанный этап сбора: небольшой чёрный чемодан с колёсиками, вмещающий необходимый в путешествии минимум. Шкаф опустел, она надела элегантный деловой костюм чёрного цвета. Ехать предстояло в первом классе, важно было не выделяться, слиться с окружением. Длинные чёрные волосы она убрала в тугую и сложную причёску, зафиксировав небрежно скрученные пряди двумя простыми деревянными палочками, перекрещенными в основании «гульки». В отражении зеркала красивое, молодое лицо, полное жизни. В свои тридцать лет, она выглядела не старше двадцати пяти — маска юной беззаботности, за которой скрывается опытный агент специальной разведывательной группы по расследованию международных преступлений. Финальным штрихом стала зачистка конспиративной квартиры. Ни пылинки, ни отпечатка, ни малейшего намёка на то, что здесь кто-то жил. Все следы её пребывания были стёрты с методичной тщательностью. Воспользовавшись одноразовым телефоном, она вызвала такси и вышла из здания. Садясь в подъехавший кэб, уловила в боковом зеркале движение белого фургона с пёстрыми рекламными наклейками по бокам. Машина тронулась, и фургон, будто привязанный невидимой нитью, чётко последовал за ними, сохраняя дистанцию. Когда такси остановилось у бурлящего жизнью вокзала, она ловко выскользнула из машины, на ходу избавляясь от одноразового гаджета, разбив его о металлический край ближайшей мусорной урны. Следом избавилась от пиджака, оставляя его на свободном сидении зала ожидания. Теперь она шла в тонкой шёлковой блузке без рукавов. Нужно было принять экстренные меры по маскировке. Она провела руками по волосам, быстрым движением выдернув скрещивающиеся палочки. Длинные, распавшиеся волнами волосы рассыпались по плечам. Не замедляя шага, она свернула к ближайшей лавке и купила два аксессуара. Первый — тёмно-зелёный шарф из струящегося шёлка, который она небрежно повязала вокруг шеи, добавляя новый цветовой штрих к своему образу. Второй — маленький чёрный платок, которым она собрала волосы в низкий, мягкий «пони-хвост». Она легко прошла досмотр-контроль, отмечая, что слежки не наблюдалось. Но, поднимаясь по ступеням вагона, заметила двоих суетящихся мужчин. Создавалось впечатление, что они уже знали, в каком поезде она поедет. Мозг начал работать с удвоенной силой, понимая, что теперь придётся действовать ещё более изощрённо, искать прикрытие. В целом, это привычная практика, отработанная годами оперативной деятельности. Нужно лишь найти одинокого мужчину без кольца на безымянном пальце, который согласится по-джентльменски оказать помощь даме в беде, разыграв пару. Зайдя в вагон, она начала изучать пассажиров. В первом классе обычно в одиночестве ездили респектабельные мужчины в годах — на деловую встречу или, наоборот, домой после мероприятий. На их фоне выделялся молодой человек, определённо выглядевший чужеродным в этом месте. Его скромный внешний вид контрастировал с окружающими людьми. Он выглядел просто, но опрятно: чёрные волосы, уложенные аккуратно, светлая рубашка, серые брюки, простенький пояс. Он держал в руках электронную читалку, а глаза бегали по строчкам. Внутри у неё что-то щёлкнуло. Почему-то из всех возможных вариантов этот показался ей самым верным. Она шла по широкому проходу между креслами. Разыграв сценку «ой, поезд качнулся», девушка упала, оказавшись прямо на его коленях. — Ой, простите, я такая неуклюжая! — спешно проговорила она, моргая ресницами, стараясь выглядеть растерянной и милой. Молодой мужчина сдержанно улыбнулся. Их взгляды встретились. Лину словно молнией поразило — этот взгляд. Глаза казались чёрными. Она задержала взор дольше, чем требовалось, казалось, забыла, как дышать. — Простите, — на самом деле растерянно, не играя, проговорила она, вставая с колен незнакомца. Он встал следом, элегантно подавая руку. — Всё в порядке. Вам помочь? Несмотря на общую растерянность, внутреннее чутьё, словно хватка дикого зверя, уловило движение сбоку. Те двое, что садились в соседний вагон, быстрым шагом двигались по проходу, явно пытаясь найти одинокую девушку среди пассажиров. Лина действовала молниеносно. Она ласково провела ладонью по щеке мужчины и нежно поцеловала его в другую щёку. Преследователи спешно прошли мимо, не обращая внимания на милующуюся пару. — Ох, простите, — заигрывающе продолжила Лина. — Не смогла сдержаться. Вы мой герой. — Она чарующе улыбнулась. Мужчина скромно улыбнулся в ответ, но его глаза... Она готова была поклясться, что он видит её насквозь, будто читает каждую спрятанную мысль. — Ну что вы, какой герой, — проговорил он, и в его голосе слышалась искренняя, почти застенчивая улыбка. — Разве я заслужил такое звание? Она быстро осмотрелась и вопросительным жестом указала на кресло напротив того, где сидел незнакомец. — Разрешите мне сесть рядом с вами? Так я буду чувствовать себя спокойнее. — Она демонстративно достала билет, показывая, что её место находится неподалёку. — Мне не хотелось бы сидеть там одной, а в вашей компании дорога будет куда приятнее. — О, конечно, — он неловко махнул рукой, приглашая её сесть. Лина наблюдала за его движениями и не могла понять: он нарочно так двигается, или же действительно является немного неуклюжим пареньком, каким кажется. Она подтолкнула свой чемоданчик к нему. — Прошу вас, окажите ещё одну любезность. Он кивнул и, легко взяв небольшой чемодан, расположил его в багажном отделении над сиденьями. Она устроилась в кресле напротив, стараясь не терять бдительности. Ещё раз осмотрела просторный вагон, оценивая пассажиров — нет ли среди них тех, кого отправили следить за ней. Молодой человек сел. Он пристально разглядывал Лину, и в его взгляде явно читалась смесь любопытства с ещё каким-то чувством, которое она, опытный агент, так и не смогла распознать сразу. Она старалась как можно больше занять его внимание. Одной рукой потянула за шарф на шее, обнажая вырез блузки, но движение было искусно выверено так, что шарф зацепился за пуговицу и застрял, грозя порваться. — Ох, какая неприятность, — невинно проворковала девушка, слегка наклоняясь через столик, разделявший их. — Ткань запуталась, не хотелось бы её порвать. Мужчина смущённо отвернулся, стараясь не смотреть на её грудь, но просьба вынудила его вновь обратиться к ней. И Лина снова поймала тот неуловимый огонёк в его тёмных глазах. А может, он не так прост, каким пытается казаться? — промелькнуло у неё в голове. Нужно больше узнать о нём. — Да, конечно, — он прочистил горло и осторожно протянул пальцы к её декольте. Несколько секунд он провозился с шарфом и пуговицей, едва касаясь кончиками пальцев её оголённой кожи. — Простите, тут схватилось, — проговорил он с таким усилием, словно пытался сдвинуть неподъёмный груз. И вот шарф был освобождён без единого признака недавней зацепки. — О, благодарю! Я даже не знаю... вашего имени. — Зато я знаю ваше, Лина, — он снова улыбнулся, теперь гораздо смелее глядя ей в глаза. И почему-то ей захотелось смутиться под этим взглядом. Предательский румянец обжёг щёки. — Да, меня зовут Лина. Вы видели моё имя в билете. А вас? — А как вы думаете, какое имя мне подойдёт? Неужели он настолько осмелел, что заигрывает? Или её маленькая шалость с шарфом показалась ему слишком откровенной? Лина решила умерить пыл, не позволяя ему зайти слишком далеко в своих фантазиях. — Да, я люблю угадывать, — её голос теперь звучал сдержанно, обозначая дистанцию. — Судя по вашему внешнему виду, вы не из семьи аристократов или хиппи. Поэтому имя у вас простое и, скорее всего, распространённое. Не думаю, что Джон или Майкл. Может, Уильям? Он отрицательно покачал головой, и она продолжила угадывать. — Алекс? — Снова нет. — Томас? — На этом имени он замер, и она готова была поклясться, что увидела секундную вспышку тёмной ярости в глазах мужчины. — О, нет, — всё так же расслабленно ответил он, вопреки тому, что она заметила. — Попробуйте ещё. Уверен, где-то в глубине души вы уже знаете моё имя, просто пока не можете вспомнить. — Гарольд? — Он снова отрицательно покачал головой. — Нет, мимо. — Генри? Он улыбнулся: —Я похож на француза? — Нет, но я уже устала играть в эту игру, — вздохнула Лина. — Гарри? Снова этот странный блеск в его глазах, от которого по позвоночнику пробежала полоска мурашек. — Я сдаюсь! — Нет, дражайшая Лина, пока вы не угадаете, позвольте мне оставаться для вас безымянным незнакомцем. Так даже интереснее. Он откинулся на спинку кресла, и его взгляд скользнул по лицу Манас, задерживаясь на глазах, губах, вновь возвращаясь к глазам. В вагоне было прохладно, но воздух между ними казался наэлектризованным. Она сидела напротив него, пальцы сами собой сжали край столика. Этот человек был загадкой, и Лина чувствовала непреодолимую потребность разгадать её до конца пути. С каждой минутой становилось яснее — её спутник не просто немного неуклюжий паренёк, за которого он пытался себя выдать. — Вы завтракали? — нарушила она молчание. — Я умираю от голода. Он встал. —Что будете? Чай, кофе? —О, нет, только не кофе. Чай с молоком. Или воду. И… любую еду, на ваш вкус. Он кивнул и удалился в сторону вагона-ресторана. Она боролась с желанием обыскать его вещи, но людей вокруг было слишком много. К тому же молодой человек быстро вернулся с подносом, на котором стояли угощения. Он поставил поднос на столик между ними. С её стороны — чай, сахар в пакетиках, порция молока в фирменной упаковке и сэндвич треугольной формы, по-видимому, с курицей. С его стороны — одинокая бутылка воды. Создавалось впечатление, будто на себя у незнакомца просто не хватило денег. Лине стало очень неловко, она передвинула сэндвич ближе к его бутылке. — Спасибо, я передумала. Это вам. Он задержал взгляд на её руке, толкавшей упаковку. — Нет, я настаиваю. Позвольте мне не уронить честь зваться героем и хотя бы угостить прелестную даму. — Но вы ничего не взяли себе, — она смутилась. — Дело в том, что я плотно позавтракал, — он откинулся на спинку кресла. — Лина, умоляю, не оскорбляйте меня отказом. Слишком настойчиво, — застучала в висках тревожная мысль. Вдруг в еде что-то? Но отступать было поздно. Она с наигранной лёгкостью вскрыла пакетик с молоком и вылила его в чай, сделав вид, что увлечена процессом. Сэндвич остался лежать нетронутым. — Мне, право, немного стыдно, что я так наглею, — сказала она, заставляя свои губы растянуться в улыбке. — Спасибо вам ещё раз. И за помощь, и за угощение. Ей нужно было сменить тему, отвлечь его от нетронутой еды. Её мозг лихорадочно искал выход. — Может, ваша профессия поможет мне угадать ваше имя? — бросила она, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо. И, предвосхищая его игру, добавила. — Отгадывать вашу профессию я отказываюсь. — Эх, Лина! — Он покачал головой, и в его глазах мелькнула искорка насмешки. — Скучно с вами. Плохой из вас профайлер. Что ж, я профессор. Преподаю в Уэльском университете. — Профессор? — на её лице отразилось искреннее изумление. — Вы же такой молодой! Сколько вам? Лет двадцать пять? Уголки его губ дрогнули в сдержанной улыбке. — Двадцать девять. — И какой предмет вы преподаёте? — Языки и литературу. Специализируюсь на древних языках. — Это очень интересно. Никогда не встречала таких молодых и симпатичных профессоров,— Лина даже не заметила, как перешла от игры к настоящему флирту. Почему этот парень так её будоражил? — Быть может, ваше имя... не знаю, связано с чем-то или кем-то великим. Карл? Альберт? Грант? — Бинго, дорогая Лина! Попали в самое яблочко. — Он одобрительно хлопнул в ладоши. — Грант Торндайк! К вашим услугам. Грант протянул руку для рукопожатия через стол. — Теперь уж точно будем знакомы, Лина… — Он сделал паузу, ожидая, что она назовёт фамилию. — Лина Манас, — ответила она, чувствуя, как её ладонь на мгновение задерживается в его. — Надо же... — задумчиво произнёс Грант. — Что? — в её голосе прозвучало неподдельное любопытство. — Вы никогда не задумывались, что означает ваша фамилия? — Нет, не приходилось. — Манаса. В индуистской мифологии — богиня змей. Дочь Шивы. Она была могущественной и прекрасной. Вам подходит. Лина снова смутилась, ощущая, как жар разливается по телу. Почему он так на неё действует? —А Торндайк означает «терновый куст»? — наклонив голову, спросила она. Он рассмеялся, и в этом смехе было что-то тёмное, глубокое, завораживающее. Поезд в этот момент ритмично постукивал на стыках рельсов, отбивая в такт её учащённому сердцебиению. Грант наклонился через столик так близко, что она почувствовала лёгкое дуновение его тёплого дыхания. — Скажите, Лина, — его шёпот был едва слышен, но каждое слово врезалось в сознание, — вы всегда так легко доверяете незнакомцам в поездах? — О, Грант! — она заставила себя улыбнуться. — Вы точно вызываете доверие. Такой простой среди всего этого роскошества первого класса. Вы бунтующий сын богатых родителей? Или тайный криптовалютный магнат, развлекающийся в университете для вида? Он парировал удар с лёгкостью фехтовальщика. — Бросьте, билет в первый класс — не такое уж неслыханное богатство. Хотя... — он сделал паузу. — Вы правы. Билет мне оплатил университет, подозреваю, со скидкой по бонусам. Дело в том, что я еду в Эдинбург. Рабочая поездка. — И что вы там планируете делать? — О, Лина, это будет смертельно скучно. Изучать пыльные рукописи, слушать бесконечные доклады коллег. Рутина. — А вы не хотите узнать о моей профессии? — Ей на секунду показалось, что он решил, будто она девушка лёгкого поведения. — Я уверен, что любой ваш ответ будет ложью, а угадывать я, к сожалению, совсем не умею. И снова это странное чувство, что он знает её лучше, чем она сама. — Что ж, — он ловко встал, — эти четыре часа в вашей прекрасной компании пролетели незаметно. Грант легко снял с полки её небольшой чемодан и свой изящный кожаный дипломат. Лина тоже встала, и в этот самый миг состав резко качнулся, выбивая её из равновесия. Она не упала, но вновь оказалась в его объятиях. Его руки обхватили её, прижали к себе, а дыхание обожгло щёку. Она не могла оторвать взгляда от его глаз, таких тёмных, что они казались порталами в иное пространство. В горле пересохло, сердце бешено колотилось где-то в районе горла. — Вы сегодня по-настоящему мой спаситель, — прошептала она. — Возможно, — его голос прозвучал так же тихо, — просто вы та, ради кого приятно им быть. — О... — Она закусила губу, пытаясь собраться с мыслями, и вспомнила о первоначальной цели. — Может, возьмём такси вместе? Без вашего плеча мне не справиться. Не хотелось бы снова попасть в беду, когда моего героя нет рядом. — А если нам ехать в разные стороны? — он пожал плечами, но его руки всё ещё не отпускали девушку. — Вот и проверим, — Лина не хотела отрываться от его взгляда и прекращать контакт. — Уговорили, — улыбнулся Грант. — В вашей компании я готов кататься хоть весь день. Наконец он отпустил её, оставив на её плечах ощущение неприятной пустоты. Она взяла чемодан, повернулась к выходу, а он шёл следом. На перроне он подал ей руку; она взяла его под локоть. Со стороны они выглядели парой, приехавшей в Эдинбург по делам или на отдых. И лишь он один знал, что эта встреча была не просто случайностью, а закономерностью, соединившей две души, которые уже начали узнавать друг друга.