Явление проблемного бедствия

Хаос, царивший в мужской раздевалке, схлынул так же внезапно, как и начался, оставив после себя лишь густой пар и звенящую неловкость. Иссэй, осознав абсурдность своего героического порыва «спасти» Гаспера, смущённо отступил, бормоча что-то невнятное про «недопонимание». Гаспер, красный как варёный рак, наконец-то смог вырваться из «тренировочной» хватки Джина и, прикрываясь полотенцем, юркнул в дальний угол, чтобы поскорее переодеться. Киба, всё это время тактично изучавший узор на деревянном потолке, лишь тяжело вздохнул. Джин же, абсолютно невозмутимый, словно ничего не произошло, закончил свои дела и первым направился к выходу. Когда они наконец вышли к источникам, ночная прохлада горного воздуха приятно остудила разгорячённую кожу. Перед ними открылся вид, от которого захватывало дух. Каскад естественных каменных бассейнов, наполненных бирюзовой, светящейся изнутри водой, спускался по склону горы. Густой пар, поднимаясь от горячей поверхности, смешивался с туманом, окутывая всё вокруг мягкой, призрачной дымкой. Сквозь неё, как далёкие бриллианты, мерцали звёзды в бездонном пурпурном небе Преисподней. С высоты, на которой они находились, открывался панорамный вид на раскинувшиеся внизу земли Гремори, светящиеся мириадами огней. — Оххх… — вырвался единый вздох облегчения, когда они погрузились в тёплую, обволакивающую воду верхнего бассейна. Напряжение, накопившееся за последние дни — от битв, интриг и даже от собственных тренировок — начало медленно растворяться. Магическая энергия, которой была насыщена вода, проникала в каждую клеточку тела, снимая усталость и заживляя мелкие ссадины. Даже Джин, чьё тело не знало усталости, почувствовал, как спадает ментальное напряжение, сменяясь приятной расслабленностью. Они расположились у каменного бортика, наслаждаясь тишиной и теплом. Иссэй почти сразу начал клевать носом, Киба откинул голову, подставив лицо лёгкому ветерку, а Гаспер, уже забыв о недавнем инциденте, с любопытством наблюдал за светящимися рыбками, которые иногда проплывали в глубине. Какое-то время они сидели молча, погружённые в свои мысли. Постепенно порыв ветра разогнал густой пар, открывая вид на противоположную сторону бассейна. И тут они поняли, что не одни. Там, вальяжно откинувшись на каменный уступ, сидел мужчина. Рядом с ним, покачиваясь на воде, плавал небольшой деревянный бочонок, из которого он периодически черпал саке изящной чашечкой. — Азазель-сенсей! — первым воскликнул Иссэй, его сонливость как рукой сняло. Предводитель падших ангелов лениво приоткрыл один глаз. — О, а вот и герои дня. Решили смыть с себя пыль дорог? Правильное решение. Водичка здесь что надо. Киба и Гаспер вежливо кивнули, удивлённые его присутствием. Джин же мысленно усмехнулся. Какая удача. Цель его визита в Преисподнюю сама нашла его, причём в самой неформальной обстановке. Даже искать не пришлось. — Что вы здесь делаете, сенсей? — спросил Киба. — Мы думали, что вы заняты подготовкой к Саммиту? — Отдыхаю и наблюдаю, — Азазель сделал глоток саке. — Сазекс попросил меня присмотреть за вашими тренировками. Кстати о них… — он окинул их оценивающим взглядом. — Должен сказать, я впечатлён. Он повернулся к Кибе. — Ты, Рыцарь. Твоя выносливость заметно выросла. Судя по моим данным, ты теперь можешь поддерживать свой свято-демонический меч в активном состоянии почти вдвое дольше, чем раньше. Отличный результат. Продолжай в том же духе, и скоро сможешь тягаться с ветеранами. Киба сдержанно кивнул, но в его глазах промелькнула гордость. Похвала от такого существа, как Азазель, стоила многого. Затем взгляд падшего ангела переместился на Гаспера. — А ты, вампирчик, вообще превзошёл все мои ожидания. Я тут устроил тебе небольшую проверку, пока ты шёл сюда. Насылал на тропинку иллюзии толпы, крики, шум… Ты даже не вздрогнул. Моя программа по снижению боязни толпы, похоже, тебе больше не нужна. Что случилось? Нашёл в себе стержень? Гаспер густо покраснел и, бросив на Джина обожающий взгляд, пролепетал: — Э-это всё благодаря Аники! Он… он показал мне, как нужно! Азазель проследил за его взглядом и хмыкнул, глядя на Джина. — Аники, значит? Интересно, интересно… Похоже, у тебя, Изаёя Джин, проснулся педагогический талант. Или ты просто нашёл себе забавную игрушку? Джин лишь пожал плечами, не удостоив его ответом. Наконец, Азазель посмотрел на Иссэя. Его усмешка стала шире, но во взгляде появилась тень серьёзности. — А вот ты, Красный Дракон… с тобой всё сложнее. Сила в тебе растёт экспоненциально, это факт. Твои тренировки с Таннином дают плоды. Ты уже практически упёрся в потолок своего нынешнего развития. Ты стоишь на пороге освоения Крушителя Баланса, я это чувствую. Но… тебе чего-то не хватает. Какого-то финального толчка. Катализатора, который позволит тебе пробить эту стену. Иссэй напрягся. — Катализатора? Какого? Мне нужно стать сильнее? — Сильнее — это само собой, — отмахнулся Азазель. — Но дело не только в физической или магической мощи. Дело в мотивации. В цели. Ты должен понять, ради чего ты сражаешься. По-настоящему понять. Не на уровне детских криков «Я защищу Бучо!», а на уровне инстинкта, на уровне самой твоей души. Он замолчал, давая Иссэю обдумать его слова. И в этот момент тишину нарушил весёлый женский смех, донёсшийся откуда-то сверху. — Ара-ара, Иссэй-кун, вот ты где?! Иссэй резко поднял голову. Из-за каменного уступа, отделявшего их бассейн от того, что был выше, показалась голова Акэно. Её длинные чёрные волосы были мокрыми и прилипли к плечам, а на губах играла соблазнительная улыбка. — Акэно-сан! — Иссэй тут же оживился. Следом за ней появилась и Риас. Её алые волосы были собраны в высокий узел, а капли воды блестели на её коже, как драгоценные камни. Она с лёгкой укоризной посмотрела на Акэно, а затем её взгляд нашёл Иссэя. — Не отвлекайся, Иссэй. Ты должен отдыхать. Но Иссэй её уже не слушал. Его мозг переключился в привычный режим. «Девушки! Они там, в верхнем источнике! Все вместе! Бучо, Акэно-сан, Азия-тян, Зеновия, Конэко-тян! Их груди! Огромные, мягкие, покачивающиеся в воде груди Бучо! Соблазнительные, упругие груди Акэно-сан! Нежные, растущие груди Азии-тян! Мощные, спортивные груди Зеновии! И даже компактные, но такие милые груди Конэко-тян! Это же рай! Рай на земле… то есть, в Преисподней!» Мысли вихрем пронеслись в его голове, и тело отреагировало раньше, чем разум успел его остановить. Он вскочил, намереваясь вскарабкаться по скользким камням, чтобы присоединиться к девушкам. — Ха-ха-ха! — оглушительно расхохотался Азазель, наблюдая за его порывом. — Вот она, истинная природа Красного Дракона! Скажи мне, Хёдо Иссэй, — он остановил его, его голос прозвучал неожиданно серьёзно, — на что ты готов ради своей госпожи? Ради Риас Гремори? Иссэй замер. Вопрос был слишком… глобальным. Он растерянно захлопал глазами. — Я… я готов… сражаться за неё! Защищать! Я… я стану сильнее! Стану Королём Гарема, чтобы она могла гордиться… нет, не то… Я… Он перебирал в голове пафосные, героические фразы, но ни одна не казалась подходящей. Он чувствовал, что Азазель ждёт чего-то другого, чего-то более глубокого. Он видел, как ломается его решимость под тяжестью этого простого вопроса. Азазель, видя его мучения, снова расхохотался. — Аха-ха-ха! Ладно, вижу, для тебя это слишком сложно. Давай упростим. В таком случае, Красный Дракон… — он подался вперёд, его глаза хищно блеснули, — …на что ты готов ради груди своей госпожи? Вопрос, переформулированный с циничной точностью, ударил прямо в цель. Он срезал всю шелуху героизма, долга и пафоса, добравшись до самой сути, до первоосновы мотивации Иссэя. В голове у того мгновенно прояснилось. Все сомнения исчезли. Он выпрямился, его лицо стало абсолютно серьёзным, а в глазах зажёгся огонь фанатичной решимости. — Я готов на всё! — его голос прозвучал твёрдо, как сталь, без тени шутки. — Хоть жизнь отдать! Сверху, из женского источника, раздался взрыв хохота. Особенно заливисто смеялась Акэно. А сквозь смех донёсся приглушённый, полный смущения и нежности голос покрасневшей Риас: — Боже, Иссэй… Гаспер, с недоумением наблюдавший за этой сценой, повернулся к Джину, который всё это время молча сидел у бортика. — Аники… что… что именно сейчас произошло? Джин даже не повернул головы, его взгляд был устремлён на звёзды. — Не слушай их, — его голос был абсолютно спокоен. — Они просто идиоты.