Морок

      Когда Салли и Ларри вошли в Апартаменты, они были насквозь мокрыми. Вода стекала с длинных волос ручейками по спине и груди. Одежда неприятно прилипала к коже, а в кедах можно было разводить уток.       Ларри сразу же стянул с себя футболку и кинул в стиральную машину.       — Я дам тебе сухую одежду, — сказал Джонсон, и Фишер коротко кивнул, сливая с ботинка всю накопившуюся воду.       Переодевшись в сухую одежду и запустив вторую за день стирку, они наконец уселись на креслах-мешках в комнате Ларри, давая себе возможность отдохнуть.       Джонсон открыл откуда-то взятую банку пива, сделав большой глоток прохладной жидкости.       — Хорошее окончание безумного дня? — спросил Салли со смешком в голосе.       — Хорошее окончание будет тогда, когда я покажу тебе свои новые CD-диски. Сегодня был масштабный завоз в музыкальном магазине. А самое крутое то, что мы, чувак, теперь можем послушать и новый альбом Смысловой Фальсификации!       — Шутишь? — Салли заметно оживился, совсем забыв про усталость, будто не плутал несколько часов под дождем без освещения.       Ларри сделал ещё несколько глотков пива.       — Ни в коем случае, — он потянулся к тумбочке, на которой лежали ещё запакованные в пленку диски, и протянул их Салли, — Можешь распаковать.       Сал заулыбался во весь рот и принялся ковырять диски. Открывая каждую коробочку, он рассматривал мрачное оформление, проводя пальцем по заковыристым буквам названий групп, которые были похожи больше на узоры молний. Это были андеграундные метал-группы, которые как-будто не знал никто кроме Салли и Ларри. Но музыка была хорошая, пусть часто попадались портаки, не у каждой группы было достаточно денег, чтобы записывать музыку в хорошей студии, но друзьям она доставляла неподдельное удовольствие.       Ларри протянул Салли банку пива, тот сначала усомнился в правильности этой идеи, но подумав, что от одной ничего не будет, с громким щелчком открыл её.       — Это просто нереально круто, чел, — сказал Салли, и Ларри тихо усмехнулся, мысленно умиляясь тому, как чудно его друг выглядит в горе пластикового мусора и дисков.       Следующие пару часов проходили с ритмичной тряской головой, скачками по всей комнате, громкой музыкой и несколькими банками пива, которые Ларри вливал в себя. Благо, Лизы не было дома, потому что барабанные перепонки неподготовленного человека не выдержали бы яростных рифов и агрессивных ударов барабанов.       Сал и Ларри даже не замечали, как часы ушли за полночь, они включали песню за песней, только успевая менять диски.       От музыки Салли отвёл внимание сгорбившийся Ларри, который сидел на полу и держался за своё лицо.       — Эй, чувак, что с тобой? — Фишер подошел к Джонсону. Он не на шутку перепугался, когда увидела, как кровь фонтаном хлещет у Ларри из носа, пачкая футболку.       — Кажется, ты обронил, — Ларри протянул Салу его протез. Но тот просто застыл, смотря то на друга, то на вещь в его руке, — Чувак, всё хорошо? — Джонсон положил свою руку тому на плечо, надеясь, что это как-то приведет его в чувства. Но в ту же секунду слёзы ручьём потекли по лицу Салли. Ларри обомлел от удивления, не зная что ему делать, — Ты чего?       Фишер попытался ответить, но вместо слов выходили лишь неразборчивые всхлипы. Он аккуратно промокнул лицо футболкой. Руки затряслись, почувствовав нежную кожу вместо твёрдого протеза.       Ларри смотрел на него, на заплаканного и обезображенного с лёгкой улыбкой, будто такое случалось уже сотни раз. И это пугало Салли. Как теперь его лучший друг будет к нему относиться? Да если бы он знал, то пришил бы эту маску к своему лицу, лишь бы она никогда не спадала.       Джонсон взял его за руку будто маленького мальчишку, разочаровавшегося в детском мире. Длинные пальцы растирали крошечную, практически кукольную ладонь Салли, пытаясь этим успокоить его.       — Почему ты продолжаешь смотреть на меня? — сквозь всхлипы спросил Салли.       — Почему я не должен смотреть на тебя? Я же люблю тебя, чувак.       После этих слов слёзы хлынули более сильным потоком. Салли кинулся на шею другу, обнимая его в самых искренних чувствах благодарности. Ларри тихо рассмеялся, прижимая его ещё ближе к себе, позволяя Салу на каком-то физическом уровне понять, что внешность никогда не изменит отношения Ларри к нему. Ведь всё, что было связано с Салли, уже давным давно проникло глубоко в его сердце.