Морок

      — Ну и куда ты пошёл? — спросил Ларри, следуя за вспоминающим местонахождение щенка Салли.       На улице было темно. Фонари, что работали, тускло освещали тротуар, часто помигивая. Капли дождя заливали лицо. Волосы прилипали к коже, только ухудшая угол обзора в полумраке. Во многих мелких частных домишках уже не горел свет. Этот город быстро ложился спать. А по улицам в такое время ходили если только наркоманы и бездомные.       Сейчас толком и нельзя было разобрать, куда пройти. Но по тому, как часто стали встречаться многоэтажные дома, а не маленькие частные домишки, то можно понять, что Сал и Ларри идут ближе к центру города.       Пройдя в тот злополучный переулок, они не увидели трупа собаки-матери.       — Ты уверен, что это было тут? Что-то не видно ни собаки, ни щенка, — спросил Ларри, изогнув свои густые прямые брови.       — У меня же не галлюцинации.       — Да я верю, что не они, чувак, — Ларри поднял руки в знак того, что ни капли не обвиняет друга, — Но вдруг ты ошибся или типа того?       — Я не могу ошибиться, смотри, — Салли указал на асфальт под ним.       Ничего не разглядев, Джонсон достал из кармана фонарь, который специально взял для подобного случая, зная, что в некоторых участках Нокфелла нет освещения. Он включил фонарик и обнаружил, что стоял в размытой дождём луже крови.       — Фу! — Ларри отскочил, только разглядев красный оттенок под ногами. Он сразу заелозил подошвой по луже, в попытках смыть кровь.       — А где собака? Ларри, посвети, — попросил Салли, и Ларри, не скрывая отвращения, заводил фонариком по округе.       Трупа не было, но было нечто другое. С противоположной стороны мусорного контейнера они заметили движение. Тихий шёпот и такой же громкости поскуливание.       — Кто здесь? — крикнул Ларри, и тот человек замер, явно надеясь, что его никто не заметил.       Он подошёл ближе и увидел за мусорным контейнером хитро притаившегося Фелпса, в руках у которого дёргался маленький щенок. Его серая толстовка была испачкана в крови. Возможно, именно Трэвис был причиной отсутствия здесь трупа собаки.       — Ты что удумал?! — закричал Ларри и не раздумывая с размаху ударил Трэвиса фонарём по голове, от чего тот свалился на землю, но щенка так и не выпустил.       — Ларри, зачем ты..? — не успел Салли остановить Ларри, как тот вновь ударил Фелпса фонарём. Щека вмиг вспыхнула красным цветом.       Ларри долго ждал того момента, когда Трэвис вновь сделает какую-то пакость, чтобы наконец-то проучить его. А тут он решил взять щенка. Нет, у такого гнилого человека, как Фелпс, не может быть добрых поступков, он явно замыслил нечто гнусное.       Трэвис быстро отполз, скорее встав. Он закрыл щенка под полами своего зип-худи, чтобы защитить от неосторожного удара Ларри. Дождь был таким сильным, что толком и нельзя было разглядеть движения Джонсона.       — У тебя крыша поехала, мудила? — стиснув зубы, сказал Трэвис.       Он с силой ударил Ларри ногой в живот, и тот, закашлявшись, согнулся пополам.       — Ларри, стой, — Фишер подошёл к Джонсону, который уже выпрямлялся, готовый в ближайшую секунду вновь напасть на Фелпса.       — А что стоять? Этот говнюк со своим ёбнутым папашей собаку в жертву принесут!       — Не говори так о моём отце!       Трэвис стоял и дрожал, промокший насквозь. Он пытался прикрыть щенка от дождя. Едкие слова Ларри выводили его из себя, принуждая забыть обо всём. Но холодный ливень как-то держал его разум трезвым, не давая выпустить из рук маленького пищащего щенка.       — Собаку отдай! — Ларри подошёл к нему и толкнул, из-за чего Трэвис, подскользнувшись на разжиженной от воды луже, упал.       — Подожди, Ларри, — Салли остановил надвигавшегося на Трэвиса друга. Он с жалостью посмотрел на сидевшего у мусорного бака Фелпса, который с особой осторожностью держал щенка у себя под толстовкой. Нельзя было не заметить то, с какой нежностью он держал у себя щенка. Нет, Трэвис просто не мог сделать с ним что-то плохое, — Мне кажется, что Трэвис будет хорошим хозяином для него.       Ларри с недоумением посмотрел на Салли.       — Ты сейчас серьёзно? Отдашь собаку ему?       — Иди к чёрту, Джонсон, — сквозь стиснутые зубы прорычал Трэвис. Ларри только окинул его презрительным мимолётным взглядом, но тут же перевёл всё внимание на Салли.       — Я считаю, что Трэвису он нужнее. К тому же неясно, как Гизмо отреагирует.       Ларри громко хмыкнул, посмотрев на Трэвиса, который не решался вновь встать.       — Чувак, на твоём месте я бы ему не доверял, но если ты считаешь, что так будет правильно, то я доверюсь тебе.       Салли похлопал Ларри по плечу, он улыбнулся снисходительности друга, хотя и понимал, что его выражения лица никто не увидит.       — Пойдём, — Сал взял Джонсона за рукав его толстовки и повёл в сторону Аппартаментов. Он мельком глянул на всё ещё сидящего Трэвиса, который украдкой посматривал на них.       Как только двое парней скрылись за поворотом, Фелпс громко выдохнул, удостоверившись, что Салли со своим неадекватным другом ушли. Он никак не ожидал, что Сал решит вернуться сюда. Вспоминая то, как он дрожал, когда огромная собака скалила зубы, Фишер не мог вернуться, а оставить щенка умирать Трэвис просто не мог.       Может и хорошо, что Салли пришёл вместе с Ларри. Фелпс опять мог наговорить каких-то глупостей ему, тогда Фишер мог разочароваться в нём ещё больше, чего бы тому не хотелось. Он буквально не находил себе места, когда Сал был рядом. Странное чувство. И, вероятно, таким поведением он и хотел отогнать их. Если отец только заподозрит его... Оставалось только прятаться. Смотреть вслед возможности быть собой и... любить?       Фелпс заглянул под толстовку, увидев дрожащего щенка, который каким-то чудом остался сухим.       Одинокий щенок. Теперь Трэвис был единственным человеком, от которого зависела его жизнь. Брошенный маленький зверёк, совсем ненужный своему отцу. Оставшийся один, он только и мог, что наблюдать за людьми, которые не замечали его. Пришлось лаять. Показывать окружающим свирепого зверя, а не больную одинокую псину.       Два одиночества, что встретились совершенно случайно. Если бы не Салли, то Трэвис был бы очередным "кем-то", кто бы и не знал о его существовании. Везде этот Фишер. Сначала он занимал всё место в голове, а теперь и ломает его жизнь.       Вновь укутав щенка, Трэвис встал с земли, вытерев с лица смешанные со слезами капли дождя.

***

      — Папа...       Кеннет повернулся в сторону звука, оторвавшись от книги. Его глаза расширились от удивления, как только он увидел щенка в руках сына.       — Зачем ты притащил это в дом? — он вновь отвернулся от сына, пытаясь сдержать бурю эмоций, которые уже через секунду были готовы выйти наружу.       — Он болен, он умрёт на улице, а у нас есть шанс подарить ему дом и жизнь, — Трэвис опустил голову, боясь ненароком столкнуться с гневным взглядом отца.       — Убери его, я не хочу заниматься лечением какой-то дворняги.       — Но, пап...       Кеннет встал с дивана, медленно подходя к сыну. Сердце Трэвиса стучало всё быстрее с каждым его шагом. Он прижал щенка к себе, боясь, что отец может сделать ему больно. Но Кеннет остановился, только услышав резвый топот по лестнице.       — Ого! Щеночек! — Мадлен, младшая дочь семьи Фелпсов, подбежала к брату, — Трэвис принёс щеночка! — она внимательно осмотрела его, чуть похлопав по голове, — Папа, мы же оставим его?       Кеннет на секунду растерялся, но тут же громко выдохнул.       — Хорошо, — ответил он, не в силах сопротивляться милым глазкам своей младшей дочери, которую он любил, как кажется, больше всех, — Но лечением будешь заниматься ты, Трэвис.       Хоть какой-то был плюс от Мадлен. Трэвис не любил свою младшую сестру, возможно из-за ревности к отцу, который души в ней не чаял.       — Что у тебя на щеке, Трэвис? — Кеннет взял сына за подбородок, чтобы лучше разглядеть синяк, — Тебя кто-то ударил?       — Нет, я просто упал.       — Упал? — Кеннет хмыкнул, резко отпустив сына, — Иди в свою комнату.       Мистер Фелпс взял свою дочь за руку, уводя её на диван, чтобы провести время вместе перед сном. Трэвис коротко кивнул, смотря в спину уходящего отца.