Бродячие псы Тейвата

Импровизированный альянс прорвался к основанию небоскрёба. Башня, уходящая в небо, была окутана коконом из бьющейся энергии, исходящей от «Глаза Бога». Воздух гудел, словно от работы гигантского трансформатора, а бетон под ногами вибрировал. — Кажется, мы на месте, — прокомментировал Тарталья, его взгляд скользнул по стене, усеянной трещинами, из которых сочился багровый свет. — Веселье начинается. Используя водяные клинки как якоря, а иллюзии Мико как прикрытие, они начали подъём. Путь на крышу был не менее опасен, чем продвижение по городу. Энергетические разряды били в них с слепой яростью, а сама структура здания постоянно колебалась, грозя обрушиться. Наконец, они вышли на крышу. Ветер здесь был безумным, вырывая из груди воздух. И в центре этого хаоса, спиной к ним, стоял Странник. «Глаз Бога» парил перед ним, пульсируя в такт сердцебиению умирающего города. — Наконец-то, — произнёс он, не оборачиваясь. Его голос был странно спокоен, почти задумчив. — Вы пришли послушать финальную часть симфонии. Разве она не прекрасна? Этот хор страха и отчаяния... Он повернулся. Его глаза святились багровым светом, идентичным свету артефакта. Его собственная энергия слилась с энергией «Глаза». — Ты уничтожаешь город, — голос Дилюка был низким и опасным. — Уничтожаю? — Странник улыбнулся. — Нет. Я очищаю его. Сжигаю всё старое и гнилое, чтобы построить новое. Мир, где сила будет единственным мерилом ценности! Он не стал тратить время на разговоры. Взмахнув рукой, он направил на них сконцентрированный луч энергии из «Глаза Бога». Атака была чудовищной по мощи. Тарталья ринулся вперёд с диким криком. Водяные клинки слились в огромное копьё, но оно начало испаряться, едва коснувшись луча. — Он слишком силён! Моя вода не держит! — Иллюзии бесполезны против грубой силы! — крикнула Мико, уворачиваясь от ответного разряда. Дилюк парировал луч своим чёрным пламенем. «Феникс Тьмы» поглощал энергию, но цена была ужасна. С каждым ударом Дилюк чувствовал, как его собственная воля истощается, а в памяти всплывали всё более мрачные и болезненные воспоминания. Он не мог долго продержаться. Странник смеялся, наслаждаясь их отчаянным сопротивлением. — Смотрите! Вы — олицетворение старого мира! Разрозненные, слабые, поглощённые своими мелкими распрями! И тут Тарталья, отброшенный очередным ударом, поднялся на колени. В его глазах горел не азарт, а холодная, безрассудная решимость. — Рагнвиндр! — проревел он. — Дай мне время! Отвлеки его! — Что ты задумал? — крикнул Дилюк, едва удерживая пламя. — Я использую всё, что осталось! — в голосе Тартальи не было ни тени сомнения. — Может, хватит, чтобы ты смог нанести решающий удар! Это был безумный план. Самоубийственный. Но другого выхода не было. Тарталья вскочил на ноги. Вода вокруг него закипела, превратившись в вихрь. Он ринулся вперёд, не пытаясь атаковать, а приняв на себя весь яростный гнев «Глаза Бога». Его водяная форма поглощала чудовищные разряды, покупая Дилюку драгоценные секунды. — ДАВАЙ! — его голос прозвучал уже приглушённо, сквозь гул поглощаемой энергии. Этого мига хватило. Дилюк, собрав всю свою волю, всю свою боль и всю ярость, выпустил «Феникса Тьмы» в его самой концентрированной форме. Это был не поток пламени, а копьё из чистой тьмы. Оно пронзило луч Странника и вонзилось прямо в сердцевину «Глаза Бога». Раздался звук, похожий на лопнувшую струну вселенной. «Глаз Бога» треснул, его свет погас, и он рухнул на бетон, разбившись на тысячи осколков. Странник, лишённый источника силы, отшатнулся с криком ярости и боли. Энергетический шторм над городом начал рассеиваться. Тарталья рухнул без сознания, его тело было покрыто ожогами, но он был жив. Битва была выиграна. Странник, воспользовавшись суматохой, исчез, но его главное оружие было уничтожено. Город был спасён. Ценой невероятных усилий и невозможного союза.