Бродячие псы Тейвата

Ночь окутала Йокогаму, но покой был обманчив. В здании Вооружённого Детективного Агентства царило напряжённое спокойствие. Дилюк в своём кабинете допивал бокал вина, размышляя над символами, оставленными Альбедо, а Кли, укрытая пледом Ноэлль, мирно сидела на диване и рассматривала картинки в сборнике сказок. Внезапно воздух содрогнулся от оглушительного взрыва. Стекло окон вылетело внутрь, осыпая пол осколками. С улицы донёсся рёв двигателей и автоматные очереди. Дилюк мгновенно оказался на ногах, его плащ взметнулся, а в глазах вспыхнули знакомые искры чёрного пламени. — Кли! К укрытию! — крикнул он, выбегая в коридор. Здание атаковали. Бойцы в чёрной униформе с символикой Портовой Мафии, не скрываясь, штурмовали главный вход. Но их яростный шквал огня разбивался о золотистый, мерцающий барьер, который выстроила на крыльце Джинн. Стоя с непоколебимой осанкой, она была живым щитом Агентства, её «Львиный Крик» поглощал пули, не допуская ни одной внутрь. Дилюк не стал прятаться за защитой. Он шагнул вперёд, в самый эпицентр хаоса. Его «Феникс Тьмы» разгорелся с новой силой. Он не атаковал людей — чёрное пламя обволакивало пули, превращая их в пепел ещё в воздухе, сжигало оружие в руках у нападавших. Он был бурей, сметающей всё на своём пути, но не убивающей, а обезоруживающей. Именно в этот момент с оглушительным рёвом на улицу ворвался мотоцикл. Водитель, не сбавляя скорости, спрыгнул с него, позволив тяжёлой машине врезаться в одну из машин Мафии, устроив огненный взрыв, освятивший улицу. На месте водителя, грациозно приземлившись, оказался Тарталья. На его лице не было и тени привычной ухмылки, только холодная ярость. — Кажется, наша леди Синьора решила, что может безнаказанно подставлять всю организацию, — его голос резал воздух острее любого клинка. Он окинул взглядом поле боя, остановившись на Дилюке. — Этих болванов она наняла на стороне. Босс… Арлекино, не в восторге. Самоуправство Синьоры бросает тень на всю Мафию. Дилюк, всё ещё окружённый клубящейся тьмой, медленно повернулся к нему. — Твои люди обстреливают моё Агентство, Тарталья. Не время для разговоров. — Не мои, — отрезал Тарталья. — Мои люди подчиняются приказам. А это — отбросы, купленные за её личные сбережения. — Он сделал шаг вперёд, и водяные клинки закрутились вокруг его кулаков. — У нас общая проблема, Рагнвиндр. Давай заключим сделку. Временное перемирие. Мы находим Синьору, я возвращаю её боссу для… воспитательной беседы, а вы получаете своего учёного. Я получаю удовольствие от хорошей драки. Все в выигрыше. Дилюк молча оценивал ситуацию. Глаза его метались от Тартальи к отстреливающимся бойцам, к непоколебимой фигуре Джинн. Сражаться на два фронта было безумием. Этот альянс, каким бы ядовитым он ни был, был единственным разумным выходом. — Только до тех пор, пока Синьора не будет обезврежена, — наконец произнёс он, и пламя вокруг него стало затихать. — И учёный не будет тронут, — парировал Тарталья. — И учёный не будет тронут, — согласился Дилюк. Они обменялись кивками. Без рукопожатий, без улыбок. Просто контракт, скреплённый взаимной выгодой и ненавистью к общему врагу. Ночная тьма скрыла их договор, но в воздухе повисло новое напряжение — теперь им предстояло идти вместе в самое логово змеи.