Солнцепёк

С того момента прошла неделя. Все мысли были заполнены одним лишь Тиллом. Скитаясь по улицам, Иван в далёких мечтах хотел встретить Тилла. Но он уже сказал себе, что встречаться лишний раз с этим человеком нельзя. Но как же Ивану хотелось больше узнать о нем. Кто он такой, что забыл в этой глухой деревушке, почему он помог? Наверное, обо всем этом можно было узнать в самый первый день знакомства, но тогда Иван даже не представлял, что будет думать об этом юноше сутки напролет. В один из вечеров, когда солнце уже зашло за горизонт, Иван сидел в своей комнате. Устроившись на полу около кровати, он пытался себя развлечь любыми способами. У него был небольшой телефон-раскладушка черного цвета и серебристыми кнопками. На нем было достаточно много музыки, но проблема в том, что слушать одно и то же сильно надоедало. Поэтому такие игры, как тетрис или змейка, были единственным способом убить время. Очередной раунд прервался шагами по коридору. Такие быстрые и нервные, шаркающие и невесомые. Они же и прекратились, остановившись около двери, отбрасывая темную тень сквозь маленькую шёлку. Затаив дыхание, Иван ждал. Спустя некоторое время дверь со скрипом приоткрылась, и в дверном проёме показалась вытянутая фигура Фумико. Она осторожно прошла вглубь комнаты, будто боялась спугнуть котенка, такого пугливого и дикого. — Иван?.. — она нащупала выключатель, и в комнате загорелась лампочка, отдавая тусклым светом по комнате. — Ты чего в темноте сидишь? Глаза испортишь, — Фумико осторожно подошла, присаживаясь на корточки. Ее лицо оказалось совсем близко, что хотелось отсесть подальше. Взгляд метался, пытаясь зацепиться за что-то одно, а руки в нервном жесте потирали друг друга. Она все мялась, будто хотела что-то сказать, но все никак не могла подобрать слов. Иван же, уставившись на нее, слегка в замешательстве, молчал. Лишь убрал телефон, дав понять, что он внимательно слушает. — Иван, скажи... Ты ведь не обижаешься на меня? — она выждала паузу, а после продолжила: — Просто... Мне тоже тяжело, пойми, — тихо продолжила Фумико, все-таки решившись смотреть только в черные глаза, которые ничего не выражали. Ее голос, кажется, дрогнул. — Хоть мы с твоей мамой не были особо близки, но ее гибель я тоже тяжело переживаю. У меня ведь... Совсем никого не осталось, кроме тебя... — она поджимала губы, сводила брови к переносице, делала глубокие вдохи. Ее красные глаза наполнились слезами, став совсем игрушечными стекляшками, вспоминая болезненные моменты, но быстро сморгнув их, продолжила. — И я не хочу, чтобы ты ненавидел меня. Да, иногда я правда срываюсь на тебя практически на пустом месте, но я прошу прощения. — Фумико поддалась вперёд, обнимая. Расставив руки в стороны, Иван не знал, что делать. Послышались тихие всхлипы, и тот тяжело вздохнул. Кажется, если дать тете волю, она бы затопила всю эту деревню. Может, она и море выплакала?.. Пошла минута в тишине, давая Ивану обдумать сказанное. Когда-то она так уже говорила, но потом все повторялось вновь и вновь. Ее слова — пустой звук, и Иван уже давно это усвоил. Усвоил и то, что никогда не сможет её простить. Ненависть, что зарождалась в нем с первого дня нахождения здесь, от нее больше нельзя избавиться. Эта деревня, Фумико, море, солнце и ничего хорошего. Только... Мысль резко ударила в голову, что заставила раскрыть глаза и опустить руки на чужую спину. Нет, все же было здесь что-то хорошее. Такое маленькое, как лучик света в конце туннеля. Это был Тилл, парень, что недавно подобрал его в обмороке и накормил вкусным ужином.

***

Возможно, Иван ещё позволит себе навестить этого парня. Потому что ещё никто так долго не давал ему покоя. Слоняясь по, кажется, бесконечному берегу, Иван рассматривал небо. Темные тучи закрывали обзор на розовый закат. Это могло означать, что будет дождь. Раньше Иван очень радовался дождю. Потому что он мог сидеть и просто часами наблюдать за ним, пока тот не кончится. Засыпать под шум дождя тоже было любимым занятием парня. А лёгкий туман, что появлялся холодным утром, лишь добавлял шарм. Поэтому даже дорога в школу становилась интереснее: делать разные фотки пустых улиц под рассеявшимся туманом на мыльную камеру телефона было очень увлекательно. Правда, те фотки все равно не могли передать атмосферы, и это очень расстраивало. Но в этот раз идти домой он не собирался. Все потому, что Фумико перед тем, как уйти на работу, сказала, что сегодня к ней придут в гости ее друзья и он может погулять подольше. Но возвращаться Иван сегодня не собирался вовсе. Видеть пьяные лица, а особенно если это будет толпа, он не сможет. Не спать всю ночь не так уж и сложно, просто надо будет пристроиться в парке на лавке и сидеть ждать рассвета. Но под вечер тучи начали сгущаться и пошел мелкий дождь. Шаркая обувью по каменистой дороге, Иван забрел к маленькому магазину. За весь день он хорошо уставал, поэтому крепко спал ночью. А дождь в это время успел перейти в ливень. Холодные капли били по макушке, отдавая морозом по телу. Пройдя на крылец, Иван облокотился на бетонную стену. Он промок до нитки и понимал, что ничем хорошим это не кончится. Наверное, сляжет с температурой. Ноги ужасно болели, поэтому бессильно съехал по стенке вниз, игнорируя холодный бетон. Зато стало хоть как-то легче. Сунув руку в карман, достал и открыл телефон. Иван неуверенными движениями зашёл в список контактов, первым в нем был «Мама». Он понимал всю глупость своих действий. Понимал, что никто не ответит, что он просто вновь даёт себе ложные надежды. Долго не решался, смотрел в экран, по которому текли капли воды, выжигая дыру на контакте, а потом нажал на кнопку. Раздались гудки. Приложив холодный и мокрый телефон к уху, Иван ждал. Не было слышно дождя, шума листвы, были только гудки и его сердцебиение. Но его оборвал машинный голос оператора, слова которого Иван уже выучил наизусть. «Абонент временно недоступен, перезвоните позже». — повторял про себя уже заученную фразу. Она никогда больше не ответит, сколько не звони. Тяжело вздохнув, прижал колени поближе к себе, обнимая и опуская голову на них. Вытягивая руку с телефоном в руках, перспектива, что он промокнет и перестанет работать, уже не была такой плохой. Ивану все равно он незачем. Но голова была забита другим: почему он сейчас сидит здесь весь холодный и промокший, вместо того чтобы лежать где-нибудь на кровати в теплой и уютной комнате. Почему? Когда его жизнь свернула не туда? Разве он виноват в чем-то? Крепко сжимал челюсть в попытке подавить наступающие слёзы. Прижимал ближе ноги, хотя, кажется, ближе некуда. — Дура старая… Иван? — Иван медленно поднял голову на удивленный и негромкий голос. Тилл стоял с пакетом в одной руке и сигаретой в другой. Как в таком мраке Тилл узнал его? Удивление сменилось на какое-то подобие недовольства, тогда Иван поспешил подняться, быстро сунув телефон обратно в карман шорт. — А чего ты здесь в такой ливень делаешь? — Тилл сощурился и с видом внимательного слушателя перенес вес на одну ногу. И замолчал. Ждал ответа. Иван сразу же отвёл взгляд, судорожно перебирая в голове вариации сюжета, как же он мог оказаться в восемь вечера под магазинчиком. — Ну, я… гулял. Гулял, а тут такой ливень… Ну и надо же было куда-то… спрятаться. — последние слова Иван произнес на выдохе, а Тилл лишь хмыкнул. — И как, помогло? — он взглядом указал на промокший вид Ивана, усмехаясь. Смешно ему. — Долго ещё собираешься здесь стоять? — Дождь закончится, и пойду домой. — врать, смотря в глаза Тиллу, не хотелось. Поэтому он старался заострить взгляд на каком-нибудь очень интересном кусте. Переминаясь с ноги на ногу, Иван всем телом чувствует прожигающий взгляд собеседника. Ещё немного помолчав, Тилл вынес вердикт. — У меня онигири сегодня на ужин. Не хочешь составить компанию? — подняв глаза на того, Иван неуверенно согласился. Тилл с тоской посмотрел вдаль, тяжело вздыхая. Как жаль, что зонта не было ни у одного, ни у другого. Тилл умел понимать всё чуть ли не с полуслова. И когда Иван сказал о том, что он пойдет домой, понял, что врёт. Иван не знал точно, что о нем знает Тилл, пусть и пытается как-то намекнуть или аккуратно вытащить ответ, за определенную черту не заступает. Может, увидев название контакта, он все понял? Что никаких переживающих родителей дома нет, что домой он не пошел совсем по другой причине. По дороге к дому можно было о многом еще подумать. Но он был, к счастью, слишком коротким. Состояние Ивана почти никак не ухудшилось, зато теперь мокрым был не он один. Разделять это чувство с кем-то уже не было так одиноко. Опустив пакет на пол, Тилл встал напротив, потирая двумя пальцами переносицу, видимо, что-то обдумывая. Ивану же осталось только в наглую рассматривать чужое лицо. Неяркие круги под глазами, скатывающиеся капельки не то воды, не то пота по лицу, тонкие розовые губы. — Смотри, как мы сделаем... — он убрал руку, смахивал прилипшие серые пряди со лба. — Я сейчас пойду начинать ужин готовить, а ты пока сходишь в душ. — А вы? — Иван взглядом указал на такого же мокрого Тилла. Тот лишь цокнул. — А я около плиты высохну. Иди, я дам тебе одежду. — махнул рукой и завел в самую первую дверь. Переняв из его рук махровое полотенце, Иван даже не удосужился закрыть дверь на замок. Осматривая комнату, наткнулся на зеркало. А там, как правило, стоял он сам. Иван. Верно ведь? Кажется, ещё пару месяцев назад он выглядел немного по-другому. Рассматривать свое тело не хотелось, но взгляд сам иногда цеплялся за фиолетовые синяки. На ногах, руках, иногда встречались по туловищу. Откинув мокрую одежду, залез в ванную, включая горячую воду. После холодного дождя отогреваться под горячим душем сейчас было райским наслаждением. Облокотившись на кафель, Иван выдохнул. — Эй, у тебя всё в порядке? — вздрогнув, Иван повернулся на голос, что раздавался за дверью. Кажется, он упустил счёт времени... — Я оставил одежду на корзине для белья. — кивнув, кажется, самому себе, Иван ощутил резкую мягкость во всем теле. Немного клонило в сон. Но спать в душе – такая себе идея, поэтому надо было быстрее выходить. Одежда Тилла пахла по-своему вкусно. От этих мыслей Ивана передёрнуло, но, с другой стороны, ничего такого в этом нет. Просто факт. Одежда, кстати, оказалась по размеру. Правда, футболка была слегка большевата в плечах по экспертному мнению Ивана. Тилл был ненамного выше его, да и телосложением вроде не отличался. Специально, что ли, самую большую дал? Уложив голову на согнутые в локтях руки, Иван смотрел, как Тилл ловко справляется с готовкой. Все самое основное он закончил, когда тот ещё был в ванной, а сейчас доделывал последние штрихи. А вот Иван старался не заснуть. — Знаешь, я раньше не любил готовить... А вот сюда переехал и пристрастился что-то. — он грустно усмехнулся, подавая тарелки с едой на стол и присаживаясь сам. Оживляясь, Иван поднялся, смотря на содержимое. Есть не так уж и хотелось, но ему не составит труда съесть два онигири. Странно, что у Тилла был один. — Я думал, что вы местный... — пробубнил Иван, принявшись есть. Пока он готов только слушать, но не отвечать на вопросы. — Да ладно тебе, был бы я местным, давно бы уехал. — Кажется, Тилл хотел добавить что-то ещё, но вместо этого промолчал. Иван не совсем понял его. В смысле, почему бы уехал? В чем была разница? Но, решив не заострять на этом внимание, кивнул, продолжая уничтожать онигири. — Ты вроде бы тоже недавно переехал, да? — на миг замерев, Иван медленно кивнул. — На лето, что ли? — Нет, живу здесь. — отрезал он, вставая из-за стола. Понес пустую тарелку в раковину, оставляя ее там. Поблагодарив Тилла, Иван отошёл в сторону, не зная, куда себя девать. Наверное, ждать его? Тилл никуда не прогонял, но и ничего не говорил, давая Ивану как бы свободу выбора. Он мог остаться на кухне, а мог пойти в гостиную. Иван выбрал первый вариант. Оставляя посуду на завтра, Тилл посмотрел на юношу. Иван смотрел в ответ. Неловкое молчание витало по комнате, но, кажется, Тилл думал о своем. — Высушить тебя надо. А то вон капает. — он двумя пальцами коснулся черной пряди волос, а с нее упала капля воды. Стало даже на секунду как-то стыдно, сейчас он здесь накапает, а потом Тилл будет ругаться. А потом вроде отпустило, вспомнив, что эта проблема быстро и легко решается. За руку его отвели в зал, усадили рядом с диваном на полу и оставили покорно ждать. Как сказал Тилл, он ушел за феном. Как ни странно, Иван уже готовился к мучениям с полотенцем и гнездом на голове. Интерьер в зале не отличался от остальных комнат. Минимализм: где-то стояли неразобранные коробки с вещами, сушилка для белья, на которой висела одежда Ивана, а рядом Тилла. А ещё был телевизор! Не то чтобы Иван удивлялся таким, как казалось, мелочам, просто его это чудо-изобретение никак не интересовало. Только если в детстве смотрел всякие познавательные программы или же составлял отцу компанию в просмотре какого-нибудь боевика. Интересно, а что же тогда смотрел Тилл? Наверное, какие-нибудь длинные сериалы, чтобы коротать время приготовления очередного ужина. А на полках пылились множество книжек. Иван не мог разглядеть названия этих книжек, но по темным корешкам с красным шрифтом можно было понять, что это какая-нибудь эзотерика, наверное. Что могут читать взрослые, по типу Тилла? Мама любила романы и детективы, Иван хорошо запомнил ее образ: она сидела на кухне за чашкой крепкого кофе, закинув ногу на ногу и каждый раз облизывая кончик пальцев перед тем, как перевернуть страницу. Из-за угла показался сам хозяин всего этого имущества. Попутно разматывая провод от него, Тилл воткнул в розетку вилку. Пару раз включив его на пробу, чтобы убедиться, что он хотя бы рабочий, ведь фен по виду был довольно старый. Видно, им совсем никто не пользуется. Присев на диван и свесив ноги сзади Ивана, Тилл принялся перебирать черные пряди, обдувая их горячим воздухом. — Мне этот фен соседка отдала, когда переезжала. — сказал задумчиво Тилл, пытаясь быть громче. Иван посмотрел на него через плечо, задавая немой вопрос "почему?". Парень пожал плечами. — Сказала, что он ей больше не нужен. Она, по-моему, разводилась с мужем. Ну вот с горяча и раздавала все подаренные им вещи. А я и не отказался, подумал, может пригодится ещё. "Пригодился..." – Добавил у себя в голове Иван, поворачиваясь обратно. Слегка смущённо улыбаясь, ему захотелось прикрыть рот ладонью, хихикая. Но он обошёлся одной лишь незаметной улыбкой и пунцовым румянцем, который можно было объяснить перегревом из-за фена. Так ведь, да?.. Как же жаль, что этот вечер слишком быстро закончился. Тилл выделил ему кровать, а сам пошел спать на диван в зале. Хоть Иван и старался препираться, что он может сам поспать в зале, но нет. Кажется, ему не дали и шанса... Ночью сон как рукой сняло. Все мысли были заполнены одними лишь прикосновениями Тилла, как он нежно перебирал его пряди, как изредка приглаживал пушистые волосы. Фантомные прикосновения заставляли думать об этом ещё больше. Спустя немного времени сон все-таки проглотил Ивана. За сегодня произошло слишком много всего, и после этого ему обязателен крепкий и здоровый сон. Сладкое пробуждение встретило Ивана с яркими лучами солнца. Потянувшись, глянул на настенные часы. Пять тридцать утра. Да, примерно в такое время он и встаёт. Собирается, уходит из дома и продолжает свое существование, влачась по берегу моря или же улицам. Но что делать сейчас – Иван не имел понятия. Просто так уйти? Как будто его останавливала от этого совесть, что так и кричала: "Он к тебе так благосклонен, а ты просто так уходишь!" Поэтому было принято решение ещё немного поваляться, а потом только собираться и ждать, пока проснется Тилл. Одежду он решил искать на вешалке, которую приметил вчера. Да, все было на месте. А перед тем, как уйти переодеваться, Иван взглянул на спящего Тилла. Такое спокойное лицо сейчас выглядело как будто уставшим, но при этом ничего не выражающим. Кажется, ему тоже ничего не сниться по ночам. Хмыкнув, Иван ушел обратно в комнату, прикрывая дверь. Телефон не работал. Иван вспомнил о нем, когда полез по привычке рукой в карман. Там его не оказалось, зато он был на полке с книгами. Внутри маленького экрана плавала вода, а на действия кнопок устройство никак не реагировало. Досадно вздохнув, Иван убрал телефон в карман. Досаждало в этой ситуации больше всего то, что ничего, кроме как пересчитывать посуду, чтобы развлечь себя, Иван не придумал. Он даже помыл вчерашнюю, вытер, убрал в шкаф. И все это надо было сделать очень-очень тихо, чтобы не нарушить сон Тилла. Иначе он, наверное, будет ругаться. Тётя тоже ругается, когда Иван умудряется ее разбудить. В такие моменты Ивану очень нравилось думать, что он не один. Что ждать, пока Тилл проснется, это не так уж и плохо. Чтобы встретить его сонное лицо с нежной улыбкой, чтобы Тилл также почувствовал, что он не один в этом мире. *** — Что, не работает? — глазами указав на телефон, спросил Тилл, пока на фоне с громким шипением жарился завтрак. Иван пытался принять ещё одну попытку написать тёте сообщение, но все, что у него пока получилось – это зайти в контактную книжку. Вздохнув, он кивнул. — Оставь, я посмотрю. Немного смыслю в этом, — он улыбнулся, усмехаясь. А после встал, направляясь к еде. Пока тот стоял спиной, Иван улыбнулся в ответ. Кажется, Тилл хорошо разбирается ещё кое в чем.