Желание

В тот вечер в самом большом банкетном зале комплекса «Императорского Небесного Собрания» кипела жизнь. У входа простирался отражавший свет зеркальный тоннель создавая иллюзию путешествия сквозь время. За дверями открывался просторный зал, с безупречным вкусом, достойным репутации главного «борделя» элиты города Цзянху. Яркий свет люстр, живая музыка, а официанты в строгих униформах ловко сновали среди гостей, разнося подносы с изысканными винами и закусками. Каждый присутствующий был одет безупречно, их движения были грациозны, а сдержанные улыбки скрывали высокомерную уверенность светского общества. В строгом чёрном костюме Шэн Шаою держался в стороне от оживлённой толпы, избегая пустых светских бесед. С бокалом шампанского в руке он прислонился к перилам на втором этаже, лениво оглядывая зал. Его взгляд выискивал того, кого прозвали «собакой-императором». Судя по слухам, появление UKW должно было сопровождаться свитой приспешников и внушительным кортежем охраны, но пока он не заметил никого, кто подходил бы под это описание. Перед выходом из дома, погрузившись в мысли, Шэн Шаою переодевался в гардеробной, когда туда вошёл Хуа Юн. Он только что надел рубашку и закреплял её зажимами. Как гордый альфа S-класса, Шэн Шаою всегда следил за безупречностью своего вида. Формальный костюм требовал идеальной посадки, и он никогда не обходился без фиксирующих рубашку подтяжек чтобы ни одна складка не нарушала его образ. Хуа Юн, не отрываясь, смотрел на обхватывающие бёдра альфы чёрные подтяжки. Его щёки чуть порозовели. В последние дни его феромоны были нестабильны, лёгкий жар мучил его, а аромат орхидеи стал таким густым, что ощущался за несколько метров. Врач предписал ему строгий домашний покой. Заметив его взгляд, Шэн Шаою ухмыльнулся и шагнул ближе. Опираясь рукой о дверной косяк, он наклонился так, что его дыхание почти коснулось бледной щеки Хуа Юна. — Что, пришёл полюбоваться? — поддразнил он. — Нет, — щёки юноши вспыхнули ещё ярче, аромат орхидеи стал ещё сильнее. Он пробормотал: — Просто хотел спросить, господин Шэн, не нужна ли помощь. Довольный своей маленькой победой, Шэн Шаою рассмеялся, ловко застегнул зажимы, надел брюки и пиджак. — Твоя помощь не нужна. Останься дома и веди себя хорошо, это уже будет лучшей поддержкой. Но мысли о нестабильных феромонах Хуа Юна не давали ему покоя. Перед уходом он несколько раз строго наказал дворецкому следить за его состоянием, проверять датчик феромонов и при малейшем отклонении немедленно везти Хуа Юна в больницу. И всё же, как бы он ни доверял своим людям, речь шла о Хуа Юне, и Шэн Шаою не мог полностью расслабиться. Телефоны на банкете были запрещены, все устройства остались в сейфах у входа. Даже короткое сообщение отправить было невозможно. — Господин Шэн, наконец-то я вас нашла! Шэн Шаою обернулся. Шу Синь, Омега с улыбкой, покачивая бёдрами уверенно направилась к нему. На подобных мероприятиях принято являться с парой. Обычно это не было проблемой, но в трудные времена Шэн Шаою не мог позволить себе появиться в одиночестве. Феромоны Хуа Юна были слишком нестабильны, чтобы брать его с собой. К тому же в последнее время сближавшийся с X Holdings Шэнь Вэньлан мог присутствовать на приёме. Сама мысль, что он посмотрит на Хуа Юна, вызывала у Шэн Шаою волну отвращения. Времени искать нового спутника не было, и он решил взять Шу Синь. Шу Синь, получив звонок от Чэнь Пиньмина, была в восторге. Хотя после расставания Шэн Шаою больше не связывался с ней лично, сопровождение на таких мероприятиях всегда приносило щедрое вознаграждение или дорогие подарки. Даже роль временной спутницы была довольно заманчивой. Потолочные камеры с fisheye («Рыбий глаз») объективами фиксировали каждое движение Шэн Шаою, передавая изображение в номер 9901 на верхнем этаже отеля X. В комнате витал густой аромат орхидеи. Шторы были наглухо задёрнуты, свет исходил лишь от одинокой напольной лампы. Стройные руки и ноги юноши были скованны цепями, намертво прикреплёнными к металлическим кольцам на изголовье и изножье кровати. Изготовленные из военного сплава доставленного из страны P цепи могли выдержать до восьми тонн нагрузки. Цепи натянулись до предела. На тонком носу юноши выступили капельки пота, крылья носа задрожали, ресницы были опущены. В руках он сжимал дисплей с небьющимся экраном, на котором крупным планом виднелось лицо Шэн Шаою. — М-м… — глухой, полный боли стон смешался с прерывистым дыханием. Великолепные глаза Энигмы неотрывно следили за экраном, где молодой и статный Альфа S-класса был в центре внимания. Не ходи туда, ты потеряешь контроль и сделаешь ему больно, — твердил он про себя. Зубы впились в запястье, а пылающая феромонная железа на шее была безжалостно разодрана его собственными ногтями. Алая кровь стекала по тонким пальцам, ногти вгрызались в плоть, разрывая кожу. Хрупкая железа содрогалась от боли, но эта боль немного укрощала бушующий внутри порыв. Юноша был нереально красив, как вылепленное из алебастра с румяным оттенком божество. Его блестящие от слюны приоткрытые губы дрожали, язык скользнул по белоснежным зубам. Он был так прекрасен, что никто не смог бы отвести от него взгляд. На экране девушка Омега приблизилась к его любимому Альфе. Её рука интимно легла на его локоть, а накрашенное лицо оказалось слишком близко, нарушая границы светской дистанции. — У-у… — зрачки юноши сузились, ногти впились ещё глубже, почти разрывая феромонную железу. Для человека феромонная железа как хрупкое и жизненно важное второе сердце. Но он обращался с ней так, будто у него было девять жизней. Аромат орхидеи стал ещё гуще, дыхание участилось, а готовые истечь кровью глаза неотрывно следили за экраном. Омега, чьи каблуки были слишком высокими, споткнулась на лестнице и рухнула прямо в объятия Шэн Шаою. Её губы случайно коснулись его подбородка, оставив невольный поцелуй. Шэн Шаою бросил на неё равнодушный взгляд, уловив наигранность в этом «случайном» падении, но не оттолкнул, а галантно поддержал. — Осторожнее. — Спасибо, — Шу Синь улыбнулась, невинно хлопая ресницами. Когда-то Шэн Шаою нравились такие влажные, блестящие глаза, напоминающие взгляд оленёнка, но теперь, глядя на Шу Синь, он чувствовал пустоту. Ей не хватало той упрямой искры, того аромата орхидеи, который принадлежал только Хуа Юну. При мысли о нём его взгляд смягчился, а уголки губ чуть приподнялись в едва заметной улыбке. Шу Синь, приняв это за знак примирения, прильнула ещё ближе. На публике Шэн Шаою не мог грубо отстранить спутницу, да и как Альфа не считал себя в убытке, поэтому позволил ей остаться. В номере 9901 металлическая застёжка с громким «динь» ударилась о стальное кольцо. Цепи натянулись до предела, звеня от напряжения. Омега рядом с Шэн Шаою выглядела хрупкой, то и дело «случайно» падая в его объятия. Когда Шу Синь в очередной раз «невзначай» прижалась слишком близко, трущиеся о кольца цепи издали резкий скрежет. Но не успели они лопнуть, как металлические кольца под чудовищной силой скрутились в узлы. Юноша разжал ладонь, и два искорёженных куска металла рухнули на пол, оставив вмятины на мраморном покрытии. Пот струился по его лбу, щёки пылали на белоснежной коже. Казалось, отрывая нитку с одежды, он легко разорвал цепи на запястьях. Босые ноги коснулись пола, изящные изгибы стоп чуть выгнулись. На банкете Шэн Шаою скучающе наблюдал за толпой, его мысли были далеко. Внезапно у входа поднялся шум. Политик из страны P, опоздав, наконец появился в сопровождении четырёх телохранителей. Атмосфера оживилась. Толпа ринулась к нему, обмениваясь любезностями, каждый стремился хоть на миг привлечь внимание человека, которого сам глава X Holdings удостоил своим расположением. Но рядом с этим гостем не было никого, кто мог бы быть «собакой-императором». Разочарованный, Шэн Шаою отвёл взгляд и одним глотком осушил бокал шампанского. Шу Синь липла к нему слишком назойливо, усиливая его раздражение. Наконец, потеряв терпение, он отослал её. Поняв, что шансов на примирение нет, она не стала настаивать и отошла, оставив Альфу, чьё лицо потемнело от недовольства. — Господин Шаою? — послышался за спиной чистый, звенящий, как хрустальный колокольчик, голос, но он лишь усилил его раздражение. Пропустив слова мимо ушей, Шэн Шаою взял ещё один бокал с подноса официанта, но чья-то рука легонько похлопала его по плечу. — Какая встреча! Не ожидал тебя здесь увидеть. Скрежетнув зубами, Шэн Шаою поднял взгляд. Перед ним, с притворно дружелюбной улыбкой, стоял Шэнь Вэньлан. — Да уж, совпадение, —усмехнулся Шэн Шаою. — Крайне неудачное. Шэнь Вэньлан обнял его за плечи. — Не говори так, — он пробормотал: — Есть поговорка. «Один день супружества как сто дней милости». Мы с тобой, конечно, супругами не станем, но раз уж делили одного Омегу, то хотя бы половина этой милости у нас есть, верно? Шэн Шаою резко сбросил его руку, отмахнувшись. Шэнь Вэньлан, отшатнулся от тяжёлого удара, и зашипел от боли. Чёрт возьми, какая неудача! Знай он, что встретит здесь Шэн Шаою, ни за что бы не пришёл. Вечно приходится играть роль посредника, изрыгая эти тошнотворные колкости, его уже воротило от этого. Шэн Шаою не знал о его внутренних терзаниях. Он видел в Шэнь Вэньлане лишь наглеца, который лезет с провокациями, лишённый всякой дипломатичности, о которой ходили слухи. Этот человек нарочно нарывался на неприятности. Кулаки Шэн Шаою сжались с хрустом, аромат горького апельсина и рома внезапно стал гуще, заполняя пространство вокруг. Шэнь Вэньлан невольно обернулся на своего секретаря, Гао Ту. Лицо Беты побледнело, на лбу выступил пот. Босс с раздражением цокнул языком. Разве он не Бета? Почему ему так неприятно? — подумал он. На таком крупном мероприятии, где смешались десятки феромонов, находившийся в периоде нестабильности Гао Ту едва справлялся. Хоть Шэн Шаою и не направлял агрессию на него, подавляющая аура S-класса заставляла его страдать вдвойне. Гао Ту привык бросаться в огонь ради цели, идти наперекор обстоятельствам. Бледный, он стоял на месте, стараясь игнорировать волны жара и холода, что накатывали на него, сохраняя деловую невозмутимость, необходимую для сопровождения босса. Бледность Гао Ту заставила Шэнь Вэньлана потерять интерес к перепалке. Этот Альфа, источающий запах «туалетного освежителя», был невыносим. Стоило словам не совпасть, и он начинал давить феромонами, будто он единственный S-класса в мире. Если бы не страх перед мстительным Энигмой, Шэнь Вэньлан давно бы набросился на Шэн Шаою. Давление феромонами? Да у него самого железа S-класса, кто кого ещё напугает! Но этот пристрастный Энигма, владеющий половиной империи HS, был одержим Шэн Шаою до безумия. Шэнь Вэньлан знал, что если он хоть в чём-то помешает Шэн Шаою, этот безумец, падкий на «красотку Альфу», устроит ему сущий ад. Ругаться нельзя, драться нельзя, а ещё приходится играть по правилам этого влюблённого безумца, используя эти раздражающие провокации. Признав своё невезение, Шэнь Вэньлан решил ретироваться. — Чего стоишь? Идём! — резко бросил он Гао Ту. — Что, запах «освежителя» такой приятный? Гао Ту покачал головой и, с трудом переставляя ноги, будто они весили тонну, последовал за своим боссом. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum