Желание

Прошло ещё полмесяца. Сладкая и чистая как мёд совместная жизнь, наполняла Шэн Шаою счастьем. Несмотря на то что проект генных ножниц всё ещё буксовал, а список реформ Шэнь Вэньлана так и не был представлен, он, как ни странно, почти не злился в эти дни. Тем временем план Чэнь Пиньмина по установке подслушивающего устройства продвигался успешно. Хотя однажды его едва не поймали с поличным, в целом всё шло без серьёзных препятствий. К сожалению, Хуа Юн, сопровождая Шэнь Вэньлана на многих встречах высокого уровня, не получил доступа к ключевым секретам. Обсуждения касались лишь административных, не связанных с научными проектами вопросов. Разочарованный и всё более нетерпеливый Чэнь Пиньмин понимал, что прошло уже больше двадцати дней с тех пор, как Шэн Шаою поручил ему задание. Если так пойдёт дальше, он рискует остаться ни с чем. Двадцать четвёртого мая, исполнился ровно месяц с момента установки подслушивающего устройства в сумку Хуа Юна. В тот день солнце сияло ярко, но для Шэн Шаою он обернулся настоящей катастрофой. Утром Хуа Юн, как обычно, приготовил традиционный китайский завтрак. Соевое молоко и булочки сяолунбао, которые Шэн Шаою не очень любил, но к которым уже привык. Перед выходом из дома, следуя заведённой традиции, он крепко обнял Хуа Юна и подарил ему долгий, страстный поцелуй. Они пожелали друг другу осторожности на дороге. Ещё не отдышавшись после поцелуя, Хуа Юн с раскрасневшимся лицом придержался за дверь и спросил: — Господин Шэн, что приготовить на ужин? Несколько дней назад в Цзянху прошёл сильный ливень. Хуа Юн, не взяв зонтик, промок и подхватил лёгкую простуду. Шэн Шаою уговорил его принять жаропонижающее, но состояние не улучшалось. Ослабленная, эта хрупкая маленькая орхидея не могла контролировать выделение феромонов, и в последние дни дом наполнял густой цветочный аромат. Каждый вечер, возвращаясь, Шэн Шаою вдыхал этот чарующий запах. — Тебе же нездоровится. Зачем готовить? Я закажу еду, хорошо? — Нет, не хорошо, — обычно мягкая орхидея, несмотря на недомогание, проявил неожиданное упрямство. — Я хочу готовить. Шэн Шаою кивнул, подумав, и сказал: — Тогда рыбный суп. Тот, что ты готовил на прошлой неделе, был очень вкусный. — Он помолчал и добавил: — Но сегодня я сам помою посуду. Хуа Юн улыбнулся, ответив: — Хорошо. Затем он вошёл в лифт, помахав мужчине на прощание: — До вечера. Отвлечённый телефонным звонком, Шэн Шаою лишь кивнул в ответ. Если бы он знал, что Хуа Юн больше не вернётся домой, он бы крепко схватил его за руку, сказал «до вечера» или вообще не отпустил бы. Но Шэн Шаою не обладал даром предвидения. Он опустил взгляд на экран телефона, пока двери лифта медленно закрывались. В уголке его глаза мелькнула фигурка хрупкой орхидеи, нажавшей кнопку спуска. Хуа Юн покинул дом… и исчез. В одиннадцать двадцать вечера Чэнь Пиньмин получил звонок от нанимателя. Шэн Шаою потребовал немедленно выяснить, где находится Хуа Юн. — С полудня он не отвечает на сообщения. В шесть я звонил, а его телефон выключен. До сих пор ни связи, ни его самого, — голос Шэн Шаою звучал ровно, но знавший его долгие годы Чэнь Пиньмин уловил скрытую тревогу. — Обычно он дома уже в половине шестого, а если задерживается, всегда предупреждает. Я звонил Шэнь Вэньлану, и тоже выключен. Чэнь Пиньмин, что происходит в HS? Неужели Шэнь Вэньлана за что-то прижали, и всех повязали? Судя по тону, если бы Шэнь Вэньлана действительно «повязали», Шэн Шаою тут же бросился бы выручать Хуа Юна, добиваться его освобождения под залог и заодно уволить с работы. Но HS Group процветала, а её председатель Шэнь Вэньлан, человек безупречной репутации, входил в десятку лучших молодых предпринимателей Цзянху прошлого года. Очевидно, он не мог быть замешан в чём-то противозаконном. Однако, слушая всё более тревожные предположения Шэн Шаою, секретаря вдруг осенило и он выпалил: — Господин Шэн, с секретарём Хуа, возможно, что-то случилось. Сердце Шэн Шаою обожгло кипятком. Собравшись с силами, чтобы сохранить спокойствие, он спросил: — Что с ним могло случиться? Чэнь Пиньмин, дрожа, подробно рассказал о подслушивающем устройстве. Шэн Шаою так сильно сжал телефон, что тот заскрипел. Помолчав, он процедил сквозь зубы: — Выясни. Это слово заставило Чэнь Пиньмина покрыться потом. Он тут же бросился звонить частному детективу и знакомому офицеру полиции. Но каким-то непостижимым образом Хуа Юн, живой человек, исчез бесследно. Камеры у главного входа HS Group зафиксировали, как в пять часов он вышел с работы и сел в такси. Но машина поехала не по обычному маршруту, петляя по улицам, пока не свернула в переулок без камер наблюдения. После этого она исчезла. Полиция выяснила, что такси было угнано, а номера подделали. Его настоящий владелец заявил об угоне ещё год назад, и дело до сих пор числилось в базе. Ежегодно в мире пропадает более восьми миллионов человек. Но Цзянху славился безопасностью, и Шэн Шаою даже в страшном сне не мог представить, что исчезновение коснётся его лично. В прихожей всё ещё лежал купленный Хуа Юном, нераспакованный пакет. На кухне висели его любимые кухонные принадлежности и фартук. В квартире повсюду ощущалось его присутствие, а воздух пропитывал едва уловимый аромат орхидеи. Мысль о том, что этот нежный, чистый, прекрасный юноша, возможно, никогда не вернётся, разрывала сердце Шэн Шаою. Он злился на самоуправство Чэнь Пиньмина, но тот действовал ради блага компании, и Шэн Шаою не стал слишком строго его наказывать, лишь лишив полугодовой премии за своеволие. Чтобы найти Хуа Юна, Шэн Шаою задействовал огромные ресурсы, наняв сразу десять частных детективов. Каждый клялся добиться результата, но все возвращались ни с чем. Мужчина был уверен, что исчезновение Хуа Юна связано с Шэнь Вэньланом. Этот коварный волк в овечьей шкуре давно славился подлыми интригами, и его поведение выглядело крайне подозрительно. На следующий день после исчезновения Хуа Юна телефон Шэнь Вэньлана снова заработал, но он упорно не отвечал на звонки Шэн Шаою. Стиснув зубы, тот раз за разом набирал его номер, но слышал лишь гудки. Ярость захлёстывала его. В порыве он ударил кулаком по столу. Концентрация феромонов Альфы S-класса достигла пугающего уровня. Прочный стол из грушевого дерева треснул, и на его поверхности появилась длинная трещина. Потерявший своего Омегу Альфа высшего класса, тяжело дыша, уткнулся лицом в ладони. Его локти бессильно опирались на расколовшийся пополам роскошный стол из палисандра, как разбитое сердце его владельца. Наконец Шэн Шаою дозвонился до стационарного телефона в офисе Шэнь Вэньлана. На этот раз трубку взяли. Голос на том конце был низким и ровным: — Добрый день, офис председателя HS Group. Это секретарь президента Шэня, Гао Ту. Чем могу помочь? Гао Ту? Массируя ноющие виски, Шэн Шаою с напряжением вспоминал. Это был тот самый доверенный секретарь Бета Шэнь Вэньлана. — Шэн Шаою из Шэнфан Био. Где ваш господин Шэнь? Гао Ту удивился, не ожидав звонка Шэн Шаою на офисный телефон. Он помнил этого высокомерного Альфу S-класса, унаследовавшего бизнес в молодом возрасте, который даже визитки передавал через секретаря. — Господин Шэн, добрый день. Господин Шэнь сейчас на встрече и не может подойти. — Когда он освободится? — пробившись через стену молчания Шэн Шаою нахмурился и спросил: — Узнайте точно, когда он будет свободен. Подумав, он смягчил тон: — Я могу подстроиться под его график. Сообщите мне время. Я перезвоню. Гао Ту растерялся от резкой смены тона, но, будучи секретарём, не посмел задавать лишних вопросов человеку, чьё имя гремело в биотехнологической сфере Цзянху. Он кивнул и ответил: — Хорошо, я уточню у господина Шэня и перезвоню. В это время Шэнь Вэньлан беседовал с Чан Юем в комнате для переговоров. Они были давними знакомыми, но об их близких отношениях мало кто знал не только в Цзянху, но и во всей стране. Гао Ту пришлось ждать почти два часа, пока босс вышел из переговорной. После эпизода с периодом жара Шэнь Вэньлан стал намеренно отдаляться от него. На недавней встрече коллег кто-то из старожилов в шутку назвал Гао Ту «непревзойдённым столпом секретариата», но только он сам знал, что Шэнь Вэньлан больше не доверяет ему как прежде. Всё изменилось с появлением Хуа Юна. Раньше Шэнь Вэньлан брал на банкеты только Гао Ту, но теперь его место занял Хуа Юн. Гао Ту, скучая без дела, чувствовал себя ненужным. Этот молодой и прекрасный Омега был единственным, кому позволялось открыто находиться рядом с Шэнь Вэньланом. Несмотря на мягкую и доброжелательную натуру, Хуа Юн работал с поразительной эффективностью, демонстрируя выправку выпускника элитного университета. Его красота подчёркивала талант. Шэнь Вэньлан работал в стремительном темпе, и Гао Ту потребовалось десять лет, чтобы угнаться за ним. Но Хуа Юн был другим. Хотя секретариат поручал ему лишь лёгкие задачи, Гао Ту заметил, как стиль его работы удивительно совпадал со стилем Шэнь Вэньлана. Их взаимодействие было настолько слаженным, что казалось почти сверхъестественным. Наверное, это и есть избранность судьбы? — думал Гао Ту, горько усмехаясь. Хуа Юн был единственным Омегой, которого Шэнь Вэньлан терпел, и никакие усилия Гао Ту не могли сравниться с этой природной гармонией. Однако столь высоко ценимый Хуа Юн уже больше двух недель не появлялся на работе. Сотрудники отдела кадров шептались, что Шэнь Вэньлан оформил ему длительный отпуск. Гао Ту поначалу беспокоился, но, увидев двусмысленные улыбки коллег, понял, что слабый Омега, вероятно, переживает тяжёлый период жара и может отдыхать месяц-два. Это было обычным делом. Но Гао Ту был другим. Даже в самый тяжёлый период жара он, стиснув зубы, колол ингибиторы, обливаясь потом терпел боль и рвался к работе. Ведь только там он мог видеть Шэнь Вэньлана. В половине пятого Шэнь Вэньлан и Чан Юй вышли из переговорной. Чан Юй, хлопнув Шэнь Вэньлана по плечу, с жалостью сказал: — Ну, удачи тебе. Шэнь Вэньлан лишь молча кивнул, без особого выражения. Заметив Гао Ту в коридоре, он нахмурился. Шэнь Вэньлан уже не помнил, когда этот Бета впервые появился рядом. Казалось, это было целую вечность назад, ещё в студенческие годы. Однажды он обернулся и понял, что этот ничем не примечательный Бета уже давно следует за ним. Сначала он мелькал где-то на периферии, потом незаметно они начали общаться. Шэнь Вэньлан не был ни болтливым, ни открытым, но этот Бета из параллельного класса, с его спокойным и неторопливым нравом, не вызывал раздражения. Шэнь Вэньлан не прогонял его, позволяя оставаться рядом. Так прошли годы. Когда Гао Ту пришёл в HS Group, они не общались почти год. Увидев знакомую фотографию на доске почёта, Шэнь Вэньлан, поддавшись импульсу, перевёл Гао Ту из отдела планирования в секретариат. С точки зрения Шэнь Вэньлана, этот мужчина был слишком медлительным и прямолинейным. Он старался, но ему не хватало гибкости. Однако именно эта основательность делала Гао Ту ценным в полном алчности и перемен мире. Все эти годы этот Бета был позади Шэнь Вэньлана, на неизменном расстоянии, не слишком близко, но и не слишком далеко. Всегда там, независимо от того, замечал его Шэнь Вэньлан или нет, не собираясь уходить. Хотя Шэнь Вэньлан никогда этого не признавал, присутствие этого Беты дарило ему, лишённому чувства безопасности, удивительное спокойствие. Но несколько месяцев назад это спокойствие начало рушиться. Узнав, что Гао Ту брал отгул, чтобы быть с партнёром Омегой в период жара, Шэнь Вэньлан несколько дней не мог обуздать раздражение. Он перестал смотреть на своего секретаря с прежней теплотой и свёл общение к минимуму. Мысль о том, что этот неуклюжий, но старательный мужчина утешал Омегу, вызывала у Шэнь Вэньлана необъяснимую ярость. Его отвращение к Омегам достигло небывалой силы. Когда Гао Ту передавал Хуа Юну флешку, от него исходил лёгкий аромат Омеги. Справедливости ради, этот аромат не был неприятным. Но Шэнь Вэньлан, увидев его раскрасневшееся лицо и неуверенные шаги, почувствовал прилив гнева. Не успев осознать, он выпалил резкие обвинения. Лицо Гао Ту побелело, но он, как всегда, смиренно извинился. Это лишь усилило раздражение босса. Вернувшись к работе, он начал намеренно отдаляться от Гао Ту. Ему было невыносимо видеть его и представлять, как тот обнимает Омегу. Он жалел, что слишком привык к Гао Ту, сделав его частью своей жизни. Этот Бета, из-за которого сердце Шэнь Вэньлана сжималось от странной тоски, предпочёл оставить его ради партнёра Омеги. Шэнь Вэньлану казалось, что он ошибочно считал этого человека своей собственностью. Увидев Гао Ту, он нахмурился и резко бросил: — Что тебе? Если не по делу, не стой тут, как манекен. Я плачу тебе не за украшение офиса. И, кстати, секретарь Гао, ты не настолько хорош собой, чтобы быть украшением. Гао Ту знал, что не блещет красотой, но слова Шэнь Вэньлана болезненно задели его. — Простите, — пробормотал он. Красноречие никогда не было его сильной стороной, а перед Шэнь Вэньланом он и вовсе терялся, способный лишь на робкие извинения. Шэнь Вэньлан бросил на него взгляд, не скрывая раздражения. Гао Ту запаниковал, лихорадочно думая: неужели я забыл принять ингибитор, и от меня пахнет? Нет, он точно принял таблетку утром, следующую можно только в обед. Но в последнее время его феромоны становились всё более нестабильными, симптомы нарушений проявлялись отчётливее. На всякий случай Гао Ту отступил на шаг и сказал: — Два часа назад Шэн Шаою из Шэнфан Био звонил на ваш офисный телефон. Шэнь Вэньлан заметил, как Гао Ту отодвинулся, кажется, желая оказаться как можно дальше, и его лицо стало ещё мрачнее. С нарочитой холодностью он спросил: — И чего хотел Шэн Шаою? — Он не сказал. Только попросил сообщить, когда вы освободитесь, чтобы подстроиться под ваше время и перезвонить. Шэнь Вэньлан саркастично усмехнулся: — Шэн Шаою, такой высокомерный, а без связи с Хуа Юном уже в панике? Видимо, не такой уж он значительный. — Без связи? — Гао Ту растерялся. — Разве секретарь Хуа не в отпуске? Шэнь Вэньлан окинул его ледяным взглядом, и Гао Ту, смутившись, замолчал. Мужчина знал, что Хуа Юн обладал способной вскружить голову красотой. В компании каждый Бета и Альфа проявлял к нему интерес. Но то, что Гао Ту так о нём беспокоится, раздражало Шэнь Вэньлана. Скривив губы, он бросил: — Да, его нет. Что, ты тоже по нему скучаешь? Гао Ту не ожидал такого вопроса и растерялся, не зная, как ответить, чтобы не задеть начальство. Помолчав, он осторожно сказал: — Наверное, по секретарю Хуа многие скучают. Чёрт! Что это значит? Что ты тоже по нему тоскуешь? — лицо Шэнь Вэньлана потемнело. — Господин Шэнь, что насчёт Шэн Шаою… — Пусть ждёт, пока не сдохнет от нетерпения. В первую же встречу этот выскочка заговорил о тридцати пяти миллиардах, будто весь мир принадлежит Шэнфан. Ему давно пора проучить этого наглеца. Не перезванивай. И впредь все его звонки отклоняй. Гао Ту, ты мой секретарь, а не его рупор. Знай своё место и не создавай мне проблем. С этими словами высокий и статный Альфа S-класса, оставив шокированного секретаря, с гневом удалился. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum