Пленённый тобою

Июнь.

Постепенно в семейном имении начался ремонт. Мамору заменил в нескольких комнатах мебель. Полностью переоборудовал кухню, покупая туда и новые тумбы, и новую технику, в этот раз с большим хорошим холодильником и морозилкой. Заменил основную мебель гостиной, застелил пол новым ковровым покрытием, парой диванов и журнальным столиком. В большой спальне заменил кровать и пару комодов. Заменил входную дверь и полностью починил крышу. Всё это требовало много времени, из-за доставки в такую даль, и потому что не все мастера хотели тратить время на поездку по восемь часов. Да и спешить особо было некуда. Отношения с Казухико развивались еще медленнее. Мальчик продолжал много молчать и жить отстранено. Особо ничего не просил, ни о чем не рассказывал, а иногда и спал всё так же отдельно в своей привычной маленькой спальне. Мамору его не торопил и не наседал, ему было комфортно от того, что мальчик рядом, что он не кривит носик и поддается, когда мужчина начинал его целовать. Иной раз Хико и сам приставал первый, чувствуя внезапный позыв, что тянул слиться со своим альфой в горячем поцелуе, который перетекал плавно в жаркий секс. Алекс продолжал ему писать, хоть и нечасто, спрашивать как дела. Просил записывать кружочки, извинялся. И все так же мог между делом вставить свое пресловутое «я волнуюсь», от чего Хико стискивал зубы. Его мысли и так до конца не приходили в порядок, а американец только вбрасывал новые тревоги. Недосказанность и недоверие все еще витало в воздухе, а сам мальчик постоянно спрашивал себя о том, счастлив ли он? И хочет ли он этого всего? Ему нравилось жить вдали от города, но не нравилось то, что пряталось под землей вокруг колодца. Мамору обещал это исправить, но еще ничего не сделал. А Казухико пытался начать выращивать в старом заброшенном саду по новой цветы. Поэтому проводил там много времени, избавляясь от старых сухих кустов. Старался навести там порядок, обработать землю. Садил первые семена, учась всему по интернету. Ему казалось, что альфе не нравится такая отстраненность и скоро тот сам взбесится. Как будто бы Казухико даже этого хотел. Ждал, чтобы увидеть сидящего внутри монстра, чтобы получить ответы на вопросы, которые он не в силах озвучить вслух. Он не верил в их возможное совместное счастливое будущее, да и как тут поверить? Казухико совсем не знал Мамору, хотя тот иногда и рассказывал что-то, но то всё было не тем, чего ждал мальчик. Стало казаться, что искренним, по настоящему, он был только вначале. Когда угрожал, когда сжимал горло, когда его глаза горели в предвкушении убийства. Сейчас же в доме словно затишье перед бурей. Может быть Казухико просто привык, что жизнь всегда подкидывает ему какую-то подлянку? Как позволить себе расслабиться и жить дальше? Как начать день нормально, когда ночью ты видишь кошмары? Как разобраться в своих чувствах? Страдает Мамору теми же проблемами? В очередной раз альфа что-то рассматривал в телефоне, о чем-то думал. Хико сидел на диване, поджав под себя ножки, и читал очередную старую книгу. Вроде бы спокойно, но на душе всё совсем наоборот. – Мне надо уехать в город, – не отрывая взгляда сказал Мамору. Такой серьезный. Хико рассматривал его лицо и чувствовал напряжение. – Надолго? – Да нет, тебе что-нибудь надо? – Не-а, – честно сказал мальчик и затаил дыхание. Почему он никогда не улыбается? Он ведь расстраивается, когда альфа уезжает. Но когда он рядом тоже совсем не весело. – Если надумаешь пиши или звони, договорились? Можешь не готовить, я что-нибудь вкусное прихвачу. – Хорошо, – Казухико кивнул, а потом снова перевёл взгляд на книжку. Машина уехала и только тогда Хико громко выдохнул. Он даже не помнил, о чем читал последние десять минут. Почему он не мог просто принять свою новую жизнь? Разве это так сложно? Разве теперь Мамору не пытается всё улучшить? Он сразу же выбросил кровать, когда Хико повторил, что не ляжет туда, из-за того, что там случилось. Альфа заменил её, а также избавился от того черного матраса, отвозя его куда-то подальше и сжигая. Дому еще требовался колоссальный ремонт, но частично его уже сделали и жить там было комфортнее. Вода перестала капать сквозь крышу, в холодильнике и морозилке свежая еда. Повсюду есть свет. Удобств постепенно становилось всё больше. Поскольку Мамору попросил ничего не готовить, то всё, что оставалось Хико – развлекать себя до его приезда. Каждый раз, когда альфа уезжал, мальчик убеждал себя, что вот-вот возьмет себя в руки, чтобы с ним поговорить. На самом деле он и сам не знал, о чем именно и с чего подобный разговор начать, но его мучило ощущение недосказанности. Даже их отношения – это лишь границы и условность, которые Мамору объявил ни о чем не спрашивая вторую сторону. Вопросы от него всегда касались каких-то простых вещей. Но в основном альфа решал всё сам, от чего мальчик чувствовал себя похищенным прежде питомцем, которому остается только пользоваться вещами, что купил хозяин. Уезжая, он даже не уточнил, а хочет ли Хико чего-нибудь покупного, а если да, то чего именно? И если они встречаются разве голос омеги не должен быть равносилен? Всё это было сложно для Казухико. А эмоции, что трепетно хранились в его душе, он и вовсе не хотел вытаскивать наружу. Но сколько еще можно проводить дни в молчаливом ожидании чего-либо неизвестного? Мамору не вернулся вечером. Ночью Казухико покрутил в руке телефон и сначала решился написать. Но ответа не последовало. Спустя еще пару часов он набрал чужой номер, но телефон оказался выключенным. И так до самого утра. Мальчик не мог толком спать. Лишь иногда ему удавалось погружаться в тревожную дрему, после которой он снова набирал чужой номер и снова натыкался на выключенный телефон. Он начал волноваться, потому что ничего не мог узнать, а выбраться из этой глуши без машины было чертовски сложно и очень долго. Разве что идти у дороги и надеяться, что кто-то прихватит по пути. Или вызывать такси, но личных денег у него не было. Самым крайним вариантом оставался Алекс, но о нём даже думать не хотелось. Это самый-самый запасной вариант. Но не мог же Мамору его резко бросить здесь? Уже в обед Казухико услышал, что к дому подъезжает машина и сразу же побежал на первый этаж. Он выглянул в окно гостиной и перепугался, потому что машина ему была незнакома, а к дому подходил высокий парень в светлом сером пальто. Кто это и что ему надо? – Удивительно, новая дверь! – вслух сказал гость тут же вставляя ключ в дверной замок. Он её открыл полностью и, не заходя, осмотрел видимую часть. – Вы кто?! – тут же возмутился Хико, появляясь неожиданно сбоку, отчего гость испугался и положил руку в белой перчатке на сердце, громко выдыхая. – Фух, ты меня напугал, парень! Хах, нельзя же так на гостей бросаться, полегче! Я не думал, что внутри кто-то есть, – голос у него был красивый и мелодичный, лицо улыбчивое и не менее прекрасное. Тонкий небольшой носик, острый подбородок. Идеальная кожа. Хико сразу же засмотрелся. – Извините, просто… я не знал, что кто-то приедет. Кто-то у кого есть ключ, – Хико кивнул на связку, что парень держал в руке, но тот лишь мило улыбнулся. Это связка Мамору? Может быть это настоящая невеста альфы? Кто-то кого он любит, но кто не может быть с ним рядом? Мужчина ведь и сам держится довольно отстранённо последние дни, явно не просто так. А сейчас и вовсе пропал. – Прошу меня извинить за такую внезапность, – гость позволил себе зайти внутрь и закрыл за собой дверь, – меня зовут Айто. Я младший братишка Мамору, ну, двоюродный братишка, хах, – его лицо оставалось приветливым и дружелюбным и Хико выдохнул. – Вот как, тогда и вы простите, я просто не знал. Меня зовут Казухико, – он сразу же поклонился. Айто всегда носил высокий хвост, крепко затягивая волосы на макушке. И даже при такой высоте кончики волос доставали до середины спины. Длинные ухоженные волосы всегда были выкрашены в пепельно-серый цвет, который он носил уже лет пятнадцать, не меньше, и только детские фотографии помнят, что по природе он брюнет. Он незначительно уступал в росте Мамору и имел такую же яркую, но более дружелюбную улыбку, с ровными белоснежными зубами, в отличии от выступающих и заметных клыков старшего брата. Но его черные глаза напоминали глаза хищника, особенно, когда он широко улыбался или смеялся. Светло-серое легкое пальто и такого же цвета брюки идеально сидели на подтянутом стройном теле омеги и от него веяло неким аристократизмом, манерами и всегда ровной спиной. Такие люди не меньше вызывают любопытных взглядов. И если, глядя на Мамору, ты представлял лакшери жизнь из инстаграмма, с дорогой красивой машиной и модной одеждой, то от Айто ожидаешь чего-то более утонченного. Большой богатый дом, раритетная машина, классические костюмы. Но самое главное, конечно, было в том, что с первого взгляда он казался исключительно милым и вежливым, даже немного легким. Айто не мог похвастаться, что он – душа компании, как его брат. Он словно предпочел бы хорошее вино и приятную книгу, вместо вечеринки в клубе. И стоял он перед Казухико, чувствуя вину за то, что так бесцеремонно ворвался. – Это ты меня извини, Казухико, клянусь: я не знал, что дом не пустой. Да и, божечки, вы делаете ремонт! – Айто беззвучно хлопнул в своих перчатках, рассматривая новые диваны и ковер, а потом сделал еще несколько шагов внутрь, поворачиваясь вокруг своей оси, – невероятно! Хочу всё знать, само собой, другие комнаты тоже готовы? – Простите за прямой вопрос, но что вы тут делаете? – Казухико смотрел с легким недоверием, но не знал куда себя деть. Не выгонять же того, кто назвался братом? – Какой же я дурак, – Айто покачал головой, а потом подошел и взял Казухико за обе руки, сжимая холодные пальчики, – я прилетел из Сеула. Мамору должен был меня встретить в аэропорту, но не доехал. Я стал волноваться, искать его и оказалось, что он попал в страшное ДТП. Хико смотрел шокировано в чужое сожалеющее лицо, не в силах тут же поверить в такое. – Как это в ДТП? Он… он ум… – Нет! Нет! Слава богу, но нет! Он живой, но в тяжелом состоянии и сейчас в реанимации, – Айто покачал головой и выдохнул, – я взял его ключи от дома. Он писал мне, что живет тут, предупреждал, что из-за моего рейса мы приедем под ночь, но в итоге я просидел в больнице и приехал сюда сам. Ну, я и мой водитель. Казухико словно выпал из мира, представляя раненного Мамору. Сердце сжалось так, что стало больно в груди. – С ним всё будет в порядке? – О, я уверен, что врачи сделают всё, что требуется. Он в лучшей больнице Токио и как получится мы отправимся его навестить. Ох, и о чем я думал? Надо было с этого и начинать! Просто он совсем не говорил мне, что живет тут не один и я удивился и растерялся, когда увидел тебя. Да и ты, наверное, перепугался не меньше. А то я тут вломился с ключами, как к себе домой. – Да, он не говорил, что поехал в аэропорт, – Хико опустил голову, снова размышляя о чем-то, но тут в дверь постучали и Айто отпустил руки и бросился открывать. В дом зашел еще один человек, в этот раз альфа. Он был ростом примерно с Айто и полностью в черном костюме с галстуком. – Вы в порядке, господин? – М, да-да! Забыл тебя позвать. Знакомься – это Казухико, парень, я ведь верно понял? – мальчик кивнул. – Парень Мамору. А этот шкаф мой помощник на все руки Ёниль. Он и водитель, и сантехник, и защитник, хах, всё, что пожелаю! В общем: я без него никуда! Так что мы прилетели вместе и он подвёз меня сюда. – Приятно познакомиться, – тихонько сказал Хико, не поднимая головы, и медленно двинул в сторону лестницы, чтобы упасть на кровать в их с Мамору спальне.