Пленённый тобою

Уже неделю птичка жил в доме. Последние дни были самыми обычными и пустыми. На обед и ужин — рис с какими-нибудь добавками, бутилированная вода или сок. И мужчина, что заходил молча, чтобы что-то принести и унести. Ничего не просил, не требовал, не домогался. На вопросы мальчика не отвечал. Дни тишины и некоего спокойствия, в которые Казухико в очередной раз размышлял о своей участи, о том, что грядёт. И интуиция подсказывала ему, что грядёт буря. Утро второй недели началось с того, что Мамору сидел на краю его кровати. Зашёл сюда какое-то время назад, молчал. Будить тоже не стал, позволяя мальчику проснуться самому, когда тот выспится. «Что ему надо? Как давно он тут сидит и смотрит?» На тумбе снова стояли рис и бутылка воды. — Я не хочу рис, — первым делом сказал Хико. — Да ну? Не помню, чтобы я спрашивал, чего ты хочешь. Ешь что дают. — Мамору быстро раздражался, когда они начинали говорить, хотя причин для этого не было. Может быть, всё дело в том, что альфе не приходилось натягивать на себя улыбчивую маску, которую он использует вне особняка, прикидываясь нормальным, и даже добрым, человеком? Будучи в доме, тем более на пару с мальчиком, он катается на эмоциональных качелях — от раздражения до спокойствия за считанные мгновения. А может, всё дело в том, что он просто не мог разобраться в себе и в том, чего хочет? Отсутствие опыта в отношениях сыграло в этом всём большую роль, но самым главным было то, что Мамору попросту путался в собственных мыслях, чувствах и желаниях. Хико промолчал. Повисла пауза, во время которой Мамору что-то обдумывал. А потом встал и отстегнул цепь. — Идём мыться. И захвати свои штаны. С того первого раза, когда его отводили мыться, у Казухико осталась только футболка альфы — даже белья не дали. Но её длина всё прекрасно скрывала. Проходя мимо комнаты, что располагалась у входа в ванную, Хико заметил, что погром там стал ещё больше. — Что ты там ищешь? — негромко спросил он, но альфа только сильнее подтолкнул его вперёд. — Тебе какая разница? Тебя это не касается. Мойся, потом надевай обратно футболку и штаны. — У меня трусов нет. — И что? Боишься, что натрёт? Я тебе сказал — надеть штаны. Остальное меня не волнует. Хико недовольно поджал губы, но потом зашёл один в ванную. Он возился там, обдумывая, к чему это всё. Наверное, альфа снова хочет насиловать его, поэтому сначала требует помыться. С другой стороны, их последний раз не был особо жестоким. Вспоминая то, как мужчина посасывал орган небольшого размера, как входил сначала пальцами, как давал привыкнуть… Он был выпившим, но не забывал стараться, и воспоминания об этом заставили Казухико покраснеть и возбудиться. О чём он только думает? Этот человек украл его из дома, заставил бросить парня и работу, посадил на цепь, изнасиловал, лишив девственности. Но то, как он страстно его целовал… Это ведь был первый поцелуй в жизни Хико! — Чего ты возишься? — Альфа заглянул в ванную, воздух в которой стал горячим, зеркало запотело, а омежка с красными щеками сидел в воде, прижимая к себе ноги. Пахло потрясающе. И мужчина ухмыльнулся. Он подошёл к ванне, наклонился и глубоко вдохнул аромат с чужой шеи. — Я почти закончил, — тут же попытался отвадить его омега, но не получилось. Мужчина опустил руку в воду и тут же сжал чужой орган. — Я помогу тебе закончить, если хочешь. — Нет, я не хочу, не надо! — Мальчишка вцепился двумя руками в одну крупную руку Мамору, но не мог её убрать, как бы ни старался. Мужчина начал ей двигать, а Хико сжал челюсть. — Опять будешь сдерживаться? Но у тебя колом стоит. О чём ты думал, пока мылся? Думал обо мне? — говорил ему альфа почти в самое ухо, заставляя мурашки бежать по спине. — Вспоминал, как я трогал тебя прежде? Признайся. Мальчик молчал, а потом резко выдохнул горячий воздух и зажмурил глаза. От движений он немного постанывал, но быстро дошёл до финиша — белёсая жидкость поднялась из воды и быстро с ней смешалась. Мужчина встал. Ухмылка снова сменилась безразличием. — Заканчивай бегом. Надоело тебя ждать. Пока Казухико домывался и переодевался, Мамору думал о том, что ему доставляет удовольствие то, что он может прижиматься к птичке. Что тот не кривит лицо от его запаха, а наоборот. Его родные феромоны заставляют тело омеги реагировать на его близость, тем более что течка близко и это ощущается сильнее. Альфа сел на диван в гостиной и спокойно дождался, когда мальчик выйдет. Его член был напряжён, после того как он хорошенько надышался запахом чужого тела, но у него были планы, и он не хотел их откладывать. — Идти в комнату? — первым спросил Хико и посмотрел в чужие глаза. — Нет, мы сейчас кое-куда поедем, и ты должен усвоить кое-что. Слушай внимательно. — Казухико немного напрягся. — Ведёшь себя прилично, не отходишь от меня, ни с кем не заговариваешь первым. А лучше вообще молчи. Ты понял? — Куда мы едем? — С тобой как со стеной. Ты понял или нет?! — Я понял, — кивнул мальчик и поправил штаны, что были ему дискомфортны из-за того, что под ними нет белья. — Кеды у двери — обувайся и бери куртку. И держи в голове, что ты не сможешь сбежать. Я поймаю тебя и убью, если ты ослушаешься. Посажу на цепь в подвале вместо комнаты с кроватью. — Очередная угроза, что не удивляла юношу и от которой самому Мамору не становилось легче. Как было бы проще, если бы можно было прекратить говорить нечто подобное. Знать, что Хико будет слушаться и никуда не сбежит. Мальчик не стал на это отвечать, а послушно надел кеды на босые ноги, после чего они вместе вышли из дома. Из окна своей комнаты омега видел только заброшенный сад — с сухими остатками цветов и сорняками — ржавые части забора и бесконечные лесные просторы, а также остатки от колодца. Но, оказавшись со стороны фасада, он тут же начал оглядываться. Его привезли сюда без сознания, и он впервые видит въезд. Напротив дома — большое пустое пространство, которое могло служить парковкой, по бокам — деревья, что сужаются до выездной части, и поворот направо, словно прямо в деревья. Кажется, будто они где-то в глубине леса. Когда он подошёл к машине, то осмотрел и дом. Высокий, двухэтажный, полностью сделанный в английском стиле, в тёмно-коричневых и бежевых оттенках. Раскинутый довольно широко. Словно состоящий из двух частей. Но вход располагался справа, как и лестница, по которой они поднимались к комнатам. Они всегда использовали только одну сторону здания. — Почему он такой? — спросил мальчик, перед тем как сесть в машину. — Потому что, — быстро ответил альфа и сел за руль. Они ехали по неасфальтированной дороге, затем повернули за угол, потом ехали ещё и снова свернули — но уже налево, перед тем как выехать на трассу. Снаружи практически незаметно, что в этот лес можно заехать. Была только одна-единственная старая табличка, подсказывающая, что дальше частная территория и проезд запрещён. Хико подумал, что если бы он смог выбраться из дома, то вряд ли бы успел убежать и с большой вероятностью пустился бы прятаться в лесу, отчего точно бы потерялся и пострадал. — О чём задумался? — внезапно спросил Мамору, не отвлекаясь от дороги. По трассе они поехали в город, но не в столицу, а в противоположную сторону. — Этот дом так глубоко внутри… Он давно там стоит? — Тебе это важно? — Просто любопытно… — Давно. Вокруг не всегда было столько деревьев. — И ты живёшь там? — Всё, хватит спрашивать. Едем молча. Альфа включил радио, чтобы послушать музыку. Заиграла какая-то попса. Двое молчали. Омега грустно смотрел в окно, размышляя о своём. Он даже не задумывался о том, чтобы открыть дверь, чтобы сбежать, когда они остановятся. Мамору сказал молчать и ни с кем не говорить. Значит, там будут люди? Он убьёт его, если он с кем-то заговорит? А если попросить о помощи, то как? Вряд ли это будет возможно. Эти мысли быстро улетучились сами собой. Есть ли у юноши вообще силы бороться? Если бы сейчас он оказался дома, взяли бы его обратно на работу? Смог бы он оплачивать своё жильё? Вдруг Мамору, когда ездил туда, попросил его выписать? И что тогда? Ему некуда возвращаться, кроме как к дедушке… И когда мальчик вспомнил тот дом, его передёрнуло. В комнате, которую выделил ему альфа, намного лучше, чем с дедом. Это точно. Машина заехала в небольшой город, а там — подъехала к небольшому трёхэтажному торговому центру. Альфа вышел первым. Они здесь, чтобы сходить в магазин? Зачем брать с собой свою жертву — неужели побоялся оставить его одного? Мамору подошёл к вышедшему мальчику и приподнял его подбородок, после чего поцеловал. Юноша не ожидал, но даже приподнялся на цыпочках, а потом громко выдохнул, когда его отпустили. На него смотрели с улыбкой, самой, казалось, милой на свете. Маска так плотно прилегла, что Хико даже завис, словно перед ним был другой человек. — Пойдём купим тебе что-нибудь новое, дорогой, — ярко улыбнулся альфа и подал свою руку. Даже голос изменился, оставляя раздражительность где-то позади. Щёки омеги покраснели, и он молча взялся. Что это было? Они ходили внутри, пока мужчина оглядывал разные отделы, выбирая, с какого начать. И когда заметил магазин с бельём, то потянул омегу туда. Мальчик издалека увидел надетые на манекены кружевные наборы и затормозил. — Нет-нет-нет, давай не туда, я не буду такое носить. — Мы просто посмотрим для начала. — Я не хочу туда заходить, по мне же видно, что я такое не ношу и у меня нет на такое средств. — Хах, у меня-то есть. Альфа приобнял его за талию, чтобы тот не сбежал, и затянул в отдел с нижним бельём. Громкая вывеска известного бренда кричала о том, что каждый комплект стоит месячной зарплаты официанта. Юноша покраснел от внимания продавщиц-консультантов, что улыбались как шакалы, рассчитывая стрясти денег с высокого богатого альфы. — Мне некомфортно, — тихонько сказал мальчик, но Мамору проигнорировал это. — Вам что-нибудь подсказать? — начала было консультант, широко улыбаясь. — У нас есть новая коллекция, только поступила! Казухико замотал головой, но альфа перенёс внимание на себя: — Моя невеста немного смущается, мы выберем сами. — Если вам потребуется помощь — обращайтесь! Девушка отошла, а в голове мальчика теперь крутилось его новое прозвище. Невеста. Понятное дело, что это ложь, но если задуматься — стал бы такой парень брать его в мужья? Казухико посмотрел снизу вверх на внимательно изучающего бельё Мамору и выдохнул. О чём он думает? Этот парень — псих! Конечно же они никогда не будут парой, никогда не будут жениться, и повезёт, если Мамору вообще отпустит его когда-нибудь живым. — Вот это возьми, померь. — Мамору протянул пару наборов, от которых Хико тут же стало не по себе. — Чего ещё? — Я не буду такое надевать. Оно… слишком откровенное. Альфа улыбнулся. — Это не тебе решать. Просто примерь. Или напомнить, что у тебя нет выбора? Мальчик взял наборы и двинулся в примерочную. Кружевное, почти прозрачное бельё из светло-розовой ткани смотрелось бы хорошо на ком-то, у кого есть хотя бы жопа. И совсем некрасиво — на тощем парне. Он покрутился, вздыхая, а потом шторка приоткрылась. Сначала Мамору увидел шрамированную спину, а потом переключил своё внимание на другие части тела. — И что? Хочешь сказать, тебе не нравится? — Не-а, — отрицательно покрутил головой Хико. «Может, это из-за спины?» — Стринги… это неудобно. Лучше без трусов вообще, — вставил омежка и отвёл взгляд. — Стой здесь тогда. Мамору ненадолго вышел из примерочной, чтобы выбрать что-то ещё, а мальчик стоял вполоборота, стараясь не смотреть на себя в зеркало. Было стыдно и неприятно. «Хм, надо бы что-то, что скроет спину, наверное. И не стринги. Должно же здесь быть что-то поприличнее?» В конце концов ему удалось найти симпатичные и менее сексуальные трусики, а также пеньюар всё того же молочно-розового оттенка, который после примерки уже намного меньше отвращал юношу, чем наборы до этого. — Отлично, берём. И чтобы больше не жаловался, что у тебя нет трусов. Я беру пять штук. Этого хватит. — Хорошо, — мальчик кивнул и всё так же — с опущенной головой — дошёл до кассы. Пока продавщица пробивала товар, Мамору заметил сбоку новую коллекцию для альф и на секунду отошёл, а девушка подмигнула Казухико. — У вас такой красивый жених — повезло. — Ага, наверное, — ответил юноша, не зная, куда себя деть от ненужного диалога. — Покупает бельё — ну просто мечта! Мой никогда бы не пошёл со мной выбирать трусики, — хихикнула девушка. — Чем вы его охмурили? Убойный секс, да? Казухико смутился от чужой откровенности, заливаясь румянцем, но не успел ответить, как вернулся Мамору. — О чём болтаете? — Говорю, что вашей невесте повезло! — Девушка снова широко улыбнулась, начиная пробивать и несколько боксеров, которые альфа взял для себя. Мамору улыбнулся и нагнулся, чтобы поцеловать Хико в щёку. — Что вы! Это мне с ним повезло. «Ну точно секс, — подумала девушка, — а так и не скажешь». Когда они вышли из отдела, юноша был уверен, что альфа сейчас взбесится из-за того, что мальчик открыл рот и с кем-то пообщался. Но он не был раздражён, а просто оглядывал другие отделы, игнорируя то, что было минуту назад. — Туда пошли. Альфа водил его по отделам, в которые юноша бы сам никогда не зашёл. Помимо того, что одежда там была дорогая, весь её стиль был не для него. Мамору подавал ему по очереди разные кофточки, брюки, рубашки, даже пальто — чтобы выбросить чёрную куртку, которую омега очень любил. Всё это ему не шло. Тут же прибавляло возраста, и в итоге он с трудом согласился только на самую простую чёрную водолазку, которая всё равно стоила баснословно дорого. — Да тебе не угодишь! — стал заводиться мужчина, проходя в примерочную. По времени — середина рабочего дня, и в торговом центре мало людей. В примерочных вокруг никого не было. — Ничего не нравится. У тебя же нет одежды толком, ты должен спасибо сказать, что я привёз тебя сюда! — Я не ношу такое обычно, так с чего мне оно вдруг понравится? — Переживаешь о цене? Забудь об этом. Вот чем плохи эти брюки? Чёрные, как ты любишь, сидят хорошо, несмотря на твои тощие ноги. Плохо, что ли? Омежка молча стал их стягивать, и когда закончил, альфа схватил его за горло, прижимая к зеркалу. Мальчик в ответ схватился руками, стискивая зубы. Второй рукой мужчина приобнял и стал спускаться ниже, залезая пальцами под резинку новых трусов, которые омега тут надел, чтобы не ходить без белья. — Нравится выводить меня? Ответить омега не мог. Но бёдрами двигал в разные стороны, чтобы его не трогали. В итоге мужчина всё-таки просунул кончик указательного пальца внутрь, и мальчик зажмурил глаза. — Хочется вытрахать из тебя всю эту дурь, прям тут! — Но потом резко его отпустил, давая вдохнуть. — Берём только водолазку, одевайся. Когда они покинули очередной отдел, где ничего не купили, омега ходил с опущенной головой и оживился только на секунду, когда они проходили молодёжный магазин, на который Мамору даже не обращал внимания. Однако он заметил, что мальчик смотрел на манекены, одетые в футболки и дырявые джинсы. — Ты хочешь такого? Рванья вот этого? Нравится выглядеть, как бездомный оборванец? Мальчик покачал головой, мол, нет, потому что всё равно не собирался ничего просить. Мамору вздохнул и всё-таки завёл его внутрь. Играла современная электронная музыка, повсюду висели чёрные да красные шмотки, лишь периодически сменяясь другими цветами. Короткие футболки, кожаные вещи, ремни с сердечками, рубашки с нашивками. Рваные штаны и всё в таком духе. У омеги разбегались глаза от разнообразия и выбора. В конце концов Мамору принёс ему несколько футболок, что были на четыре размера больше, пару обтягивающих рваных джинсов, которые тоже молча одобрили, и две кофты потеплее. Пока мальчик переодевался, Мамору нашёл короткие платья на тонких бретельках, что отлично смотрелись бы под кожаной курткой. Он взял одно, самого маленького размера, и принёс в примерочную. Казухико посмотрел на него с недоверием, но надел. Взгляд альфы тут же упал на то, что платье еле-еле прикрывало задницу, на торчащие из-под него тонкие ляжки, на коленки, что стремятся столкнуться друг с другом, на соски, что были заметны под тончайшей тканью. — Стыдно в таком ходить, а? — Да, — краснея, ответил юноша. Мамору хмыкнул. Видок его заводил, но в то же время ему не нравилось, что Хико мог бы в таком ходить. Ему это напоминало тех тварей, что надевают подобные платья в клубы, наклоняются, чтобы продемонстрировать — якобы незаметно — своё бельё. Вена у виска запульсировала. — Можно, мы не будем его брать? — тихо спросил мальчик. Тогда Мамору вновь расслабился. — Не волнуйся, не будем. Бери свои футболки и что там ещё тебе понравилось. Под конец, недалеко от кассы, они прихватили ещё пару комплектов таких же молодёжных носочков с забавными принтами и одну пижаму, напоминающую ту, в которой Хико открыл ему дверь в общежитие, — состоящую из шорт и футболки. На этом покупки закончились. Обратно они шли через фудкорт. Со всех сторон располагались кафешки, в воздухе вкусно пахло разного рода стритфудом. У омеги громко урчало в животе, но он ничего не говорил. Альфа замедлил ход. «Жрать хочет. Зачем было отказываться от риса?» — Он повернулся к мальчику и улыбнулся: — Думаешь, достаточно прилично вёл себя сегодня? Понимая, к чему всё идёт, омежка кивнул: — Я следовал правилам. — Да? А разговор с консультантом в магазине белья? О чём вы говорили? — Она же сказала тебе… — Отвечай ты. Говори правду. Я всё равно собирался у тебя уточнить. Мальчик отвёл взгляд в сторону. — Она сказала, что мне повезло, и спросила, как я тебя охмурил. — Хах, вот как? И что ты ответил? — Мамору улыбнулся. — Ничего. Она уточнила, стал ли причиной секс, но я ничего не сказал, и тогда подошёл ты. — Так надо было ответить ей. Надо было сказать, — приподнял чужой подбородок Мамору, заставляя смотреть себе в глаза, — что я кончаю с тобой так, что крышу сносит. После этого он вновь поцеловал мальчишку. Тот покраснел и неуверенно отвечал на поцелуй. Все ведь видят вокруг, все смотрят, но, кажется, альфе всё равно. После поцелуя настроение мужчины улучшилось. — Давай поедим, перед тем как ехать домой. Там, кроме риса, нас ничего не ждёт, так что выбирай ты. Так и быть. Казухико выбрал бургеры и картошку. Когда Мамору погрузил все пакеты с покупками в машину, они отправились обратно. Снова играла музыка. Омега уже сидел в новой одежде — в новых джинсах, белье, носочках и футболке. Только куртку разве что не обновили — но это из-за него. Он сопротивлялся покупке новой, не хотел выбрасывать старую. Он смотрел на своё печальное отражение в окне и думал — вдруг так будет всегда? И он никогда не вернётся домой. — Мамору? — Слушаю, — не отвлекаясь от дороги, ответил альфа. Тон у него был спокойный. Он был доволен. Или казался таким. — Спасибо. За покупки. Мужчина улыбнулся.