Believe me tonight

Если второе имя Нам Гю — «торчок», то второе имя Таноса точно —«ебанутый». Он убедился в этом лично и уже давно, наверное ещё даже при самой первой встрече. Ну, потому что заехать ликующей в первом ряду фанатке микрофоном по ебалу —это и вправду немного ебанутый поступок, пусть даже и случайный. Нам Гю тогда приятно так ахуел. Ему нравится когда пиздят женщин. Не, ну а че? Они же реально стремные: вечно что-то там недовольные, саркастичные, да и вообще… пошли они в пизду, он их не любит. Они не любят его. Взаимность, блин. Он уже ненавидел это гребаное слово, этот гребаный термин и этого гребаного Таноса. Нам Гю скривил губы в едкой усмешке, затягиваясь сигаретой. При второй встрече этот мудак, даже не задав ни одного вопроса(как бы, блин, сделал любой нормальный человек), просто снюхал весь принесенный ему в «подарок от менеджера» стафф со столика. При третьей они уже ебались у Нам Гю в кабинете, а единственный вопрос от него перед этим: «в ass даёшь?». Он дал, конечно. Как будто у него был хоть малейший шанс тогда отказаться от столь заманчивой перспективы. Но лучше бы, конечно, отказался. Лучше бы сделал тогда всё, что в итоге не привело бы к тому, чтобы впускать этого долбаеба в свою жизнь, чувствовать к нему что-то, потом неделями проверять сообщения, когда Танос внезапно исчезал, не отвечая ни на одно «ты сдох, урод?». Он плюнул на пол смачно, с ненавистью. В общем то да, женщины — стремные. Но Танос — это уже вообще за гранью, это пиздец в чистом виде, тупо худшее, что случалось с ним за всю его жизнь. Он появляется снова, как ни в чем не бывало, после последнего сообщения от Нам Гю: «ему она идет больше чем тебе» с фоткой его куртки, выброшенной на мусорку, и последующей, когда в нее уже уютно закутался милый бомжик с грязным еблетом. Пишет «как дела, babe?” В ответ получает: «иди нахуй, еблан». А потом, как реальный еблан, пишет: «ты че, обиделся чтоли?» Бляяяяяяяяяяяяяя Как же Нам Гю ненавидит эту хуйню. Телефон в руке начинает вибрировать, и экран с чатом сменяется на фотку угашенного ебаната с фиолетовыми волосами. Он хочет отклонить, но почему-то сверлит глазами именно зеленую кнопку. Думает: «какой же я долбоеб» Но мысль отходит на второй план, как только из динамика слышится активным тоном:«это ж моя любимая куртка, ты че натворил? Реально обиделся?»—как всегда немного хрипловатым и глубоким голосом. «Я же сказал: Иди. Нахуй. Слышишь?» Легкий шелест из динамика на секунду отвлекает. «Слышу» По голосу ясно, что эта падла лыбится. «Но не пойду» И Нам Гю не понимает, как эта хуйня работает, но собственные губы тоже начинают растягиваться в тупой улыбке. Он знает чем это закончится, поэтому снова думает сбросить, но все равно просто пялит куда-то в сторону и ждёт очередного высера изо рта этого придурка. «Слушай, может быть встретимся завтра? Че думаешь? I miss you, babe». А вот и точка невозврата, когда он совершенно перестает думать, потому что нормальный человек с хотя бы минимальным процентом здравого разума уже заблокировал бы, сменил бы номер, удалил нахуй ебаный kakaotalk, выкинул бы телефон в реку, сам бы туда сиганул, и да здравствует новая жизнь. Но да, конечно, действительно… кто вообще сказал что Нам Гю — «нормальный человек»? Через полчаса он снова думает: «Я конченый», — а потом вытаскивает из шкафа кипу вещей и выбирает лучший аутфит на завтра. Да, всё — для одного-единственного уебка, который заметит, что на нём вообще что-то надето, только когда они начнут в спешке раздеваться, и Танос начнет жаловаться на то, что хочет поскорее вставить, но ебучие цепи на ремне джинсов ему мешают. Потом бросит что-то вроде: «пиздатые кстати, тебе идет» и одним сильным рывком сдерет их и откинет в сторону. А на утро Нам Гю обнаружит что его любимый ремень больше не пригоден для носки.