Яркий свет

      Леви вздрогнул и внимательно посмотрел на девушку перед собой. Это была невысокая, стройная и миловидная девушка с темно-русыми волосами. Халат— кимоно слегка развивался, когда она спускалась, он Волнистые светло-русые локоны, легкая бледность и летящий халат, придавали её внешности особую хрупкость.       Спускаясь с гордо вытянутой спиной, Одри сама внимательно его изучала. Иссиня-черные волосы. Аккуратная, почти строгая стрижка. Дорогая, идеально выглаженная одежда, скрывающая, как он знал, рельеф мышц. Чистая обувь. Ухоженные, коротко подстриженные ногти. Всё в нем кричало о дисциплине и контроле. Всё в нем напоминало того Леви. Её Леви. Только теперь, этот мужчина, несмотря на свою хрупкость, всем видом показывал, что он опасен и может убить одной рукой. Он был словно пантера, готовящаяся к прыжку, словно лезвие катаны в дорогих ножнах — изящный, смертоносный инструмент, готовый к применению. И его глаза... Серебряные, с холодным отливом лазури, они видели всё, фиксировали малейшую деталь, оценивали угрозу.       Подойдя к нему почти в плотную, Одри снова заглянула в эти глаза, напоминающие ртуть. Сердце её застучало где-то в горле, бешено и предательски. Она была уверена. Это он.       — Позвольте представиться. Одри Шень, — девушка протянула руку.       — Леви Аккерман.       Одри изо всех сил старалась не выдать себя. Она понимала: человек перед ней наверняка не тот Леви, каким она его помнила. Прошло 17 лет, и за это время произошло слишком многое. Ей нужно было узнать его заново и понять, можно ли ему доверять.       Леви, в это время так же изучал её внешность. Её голубые глаза сияли, словно 2 сапфира и казались ему знакомыми.       Его пальцы коснулись её ладони — сухие, прохладные, с лёгкими шероховатостями мозолей. И в тот же миг между ними будто ударила молния. Яркая, ослепительная вспышка в сознании, и резкий, обжигающий ток пронзил кожу. Они синхронно, будто обожжённые, отпрянули друг от друга, на мгновение зависнув в ошеломлённом молчании.       В гостиной замерли все. Восемь пар глаз с недоумением и интересом уставились на них. А Леви и Одри, забыв о присутствии остальных, смотрели друг на друга — она с потрясённым узнаванием, он — с настороженным, почти животным интересом.       — Что же мы стоим, давайте сядем, — первой опомнилась Одри, заставив углы губ дрогнуть в подобии улыбки. Она поспешила к своему креслу, к Крису, к безопасности. Обо всем этом она подумает потом. Не сейчас.       Леви, не моргнув глазом, вернулся на своё место. Он откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком и пристально уставился на неё, положив локти на подлокотники. Он был похож на хищника, затаившегося перед решающим прыжком. От его внимательного взгляда не ускользало ничего: ни малейшее движение ресниц, ни едва заметное дрожание пальцев, сжимавших ручку кресла. Кожа на его ладони всё ещё хранила отзвук того странного электрического разряда и тепло её руки. На секунду Леви задумался, не её ли он искал все эти годы?       — Ну раз все в сборе, предлагаю обсудить план работы, — начал было Крис.       — Для начала, я бы хотел озвучить свои условия для моей работы.       Условия? — Хёнджин приподнял бровь с преувеличенным удивлением. — У вас есть условия? Какие-то особенные?       — Да. — Леви медленно перевёл на него свой тяжёлый взгляд. — Видите ли, когда речь заходит об охране, я предпочитаю знать, кого именно охраняю. В лицо.       — Вы охраняете... — начал Сынмин, но Леви его снова перебил, вернув взгляд на Одри.       — Мисс Шень от сталкера. Задача, на первый взгляд, простая. Но для её выполнения мне необходимо увидеть ваши настоящие лица.       В комнате повисла тяжёлое молчание. Все понимали, что перед ними сидит бывший разведчик. Хотя бывших разведчиков, как известно, не бывает. Поэтому юлить и что-то скрывать в этом случае бабсолютно бсполезно. И даже опасно.       Первой нарушила тишину Одри. Она не смотрела на Леви, а рассматривала свои идеально ухоженные ногти, но каждый её нерв был напряжён до предела.       — Леви, объяснитесь. Мы должны понимать, что вы имеете в виду. Это ведь не просто прихоть?       — А разве ваш Том не удосужился ознакомить вас с моим досье? — в его голосе прозвучала лёгкая, язвительная насмешка.       — Том предоставил нам лишь ту информацию, которую вы сами сочли возможным раскрыть, — парировал Крис, его голос оставался стальным, но в глазах вспыхнула искорка предупреждения. — Вы прекрасно знаете, что сведения о вашем прошлом... скудны. Однако он заверил нас, что вы один из лучших. Ваши навыки впечатляют. Тем более что вас порекомендовал человек, чьё мнение для нас имеет вес.       — В Хидзуру есть места, которые известны в определённых кругах. Славятся они своим искусством «второго лица». А учитывая, что вы всегда на виду, для вас это спасение. Многие знаменитости прибегают к их услугам, чтобы сохранить личную жизнь. Но их работа... — он пренебрежительно махнул рукой, — детские поделки. Ваши же маски выполнены виртуозно. Идеально.       Одри медленно подняла на него взгляд. Она задумчиво наклонила голову, подперев ладонью щёку. В её синих глазах плескался холодный, оценивающий интерес.       — Браво, мистер Аккерман, — произнесла она тихо, и в её голосе зазвучали стальные нотки. — Вы действительно весьма наблюдательны. Поздравляю.       — Благодарю, мисс Шень. Я жду вашего решения. — Он склонил голову в едва уловимом, почти издевательском поклоне.       — Это исключено! — тут же вырвалось у Хёна.       — Нет!       — Да никогда!       — Ни за что!       Комната взорвалась хором возмущённых голосов. — Тихо! — Одри повысила голос. — Для нас это весьма затруднительное условие. Вы правы, мы действительно носим маски, да и в целом ваш анализ был весьма верным. На то есть причины, в которые мы не обязаны посвящать посторонних. Если вы хотите, чтобы мы пошли на этот шаг, ваша причина должна быть более чем веской.       — Она проста, — парировал Леви, и в его глазах вспыхнул холодный огонь. — Чтобы я, защищая вас, по ошибке не застрелил кого-нибудь из ваших же, приняв его за сталкера. Вы не планируете сидеть в четырёх стенах, а значит, будете выходить. Но раз вы не желаете показывать свои настоящие лица, вы наденете другие маски. И эти лица я тоже должен знать.       В комнате снова стало тихо.        — Мы согласны! — прозвучал чёткий голос.       — Что?       — Одри, ты рехнулась?       — Ладно мы, но ты…       — Это исключено!       Ребята взорвались хором возмущённых возгласов. Хён вскочил с места, Сынмин мрачно сжал кулаки, а Джисон замер с открытым ртом.       Но Леви было всё равно. Он лишь внимательно следил за девушкой.       — Мы согласны, но с одним условием.       — Я вас внимательно слушаю.       — Вы так же снимете маску и покажете ваше лицо.       Леви медленно, преувеличенно удивлённо приподнял брови, но промолчал, давая ей закончить.       — Всё, как вы и сказали, — продолжала она, и в её голосе зазвенела сталь. — Мы кое-что понимаем в искусстве «второго лица». И можем отличить мастерскую работу от посредственной. Ваша маска хороша, очень хороша... но и в ней есть изъяны. Раз уж наши лица станут вам известны, то мы должны видеть ваше. Равный обмен, мистер Аккерман. Игра на равных.       — Так! Стоп, стоп, стоп! — Терпение Криса лопнуло. Он резко поднялся, его лицо было напряжено. — Мистер Аккерман, будьте любезны, подождите за дверью. Нам требуется краткий семейный совет. Без обид.       Леви на это лишь криво ухмыльнулся, беззвучно поднялся и вышел из гостиной, щёлкнув дверью.       Едва дверь закрылась, как в комнате взорвался хаос.       — Одри, ты совсем с ума сошла? — Чанбин шипел, понизив голос до опасного шёпота.       — Нет, — её ответ был спокоен и холоден. — Я как раз в абсолютно здравом уме.       — Мы слишком рискуем! — вступил Хён, его обычно игривое лицо было серьёзным. — Мы о нём ничего не знаем! А ты собираешься просто так раскрыться?       — Ему можно доверять.       — Он элдиец! — Джисон заламывал руки, его голос дрожал от нервного напряжения. — Он учился и работал там, сама знаешь где! Он из Тайной канцелярии!       — Он ненавидит элдийцев, — отрезала Одри. — Точнее, тот режим, что они построили. И ты прекрасно знаешь, что давно нет чистокровных марлийцев или элдийцев. Это просто ярлыки.       — Ну и что с того, что ты узнаешь его лицо? — язвительно бросил Сынмин. — Это не помешает ему сдать нас с потрохами!       — Он не сделает этого.       — Откуда такая слепая уверенность?!       — Я это знаю...       — Одри, ты его знаешь, не так ли? — спокойный и глубокий голос Феликса прозвучал словно гром.       В комнате воцарилась тишина. На Одри смотрело 8 напряжённый пар глаз в ожидании ответа.       — Да, я его знаю. Вернее, знала. В последний раз я видела его, когда мне было тринадцать, а ему — шестнадцать. Это мой... друг детства. Что было потом, вы знаете. — Она дрожащей рукой достала из-под блузки кулон-звезду на длинной цепи. — Его подарок.       — Поэтому ты его так защищаешь? — Голос Сынмина звенел от сдерживаемой ярости. Его кулаки были сжаты. — Мы из кожи вон лезем, чтобы тебя защитить, а ты готова вот так просто все усилия слить ради старого друга?       — Сынмин, ты перебарщиваешь…       — А разве я не прав, Хан? Вы забыли, зачем мы здесь? Забыли о наших семьях?!       — Об этом никто не забыл, Сынмин, все прекрасно это помнят, — твёрдо сказал Феликс.       — Я согласен, с Сынминином, Одри тебе нужно что-то сказать по этому поводу, — неожиданно поддержал его Минхо, его обычно насмешливое лицо было хмурым.       — Хорошо, я объяснюсь. Сынмин, если ты думаешь, что я дура наивная, то это далеко не так…       — Однако выглядит это всё именно так.       — Сынмин, успокойся ты уже! — рявкнул Чанбин. — Сам попросил, а теперь перебиваешь!       — Спасибо, Чанбин. Я не настолько дура, чтобы ему полностью довериться. Он и так про нас многое уже знает. Если мы будем знать и его лицо, это даст нам хоть какую-то страховку, рычаг давления. К тому же, — её голос смягчился, — нам будет гораздо проще, если хотя бы здесь, дома, мы сможем быть собой. Хоть чуть-чуть расслабиться. Без этих масок.       — И ради это стоит так рисковать всем?       — Нет, Крис. Не ради этого. Мы не найдём лучшего специалиста. У нас просто нет на это времени. Завтра же по всем сетям разойдётся информация о нашем приезде. И этот маньяк начнёт охоту. А Леви с его навыками и наблюдательностью — наш единственный шанс быстро его вычислить и обезвредить. Он превосходит нас всех вместе взятых. В опыте, в хладнокровии, в профессионализме.       — Ой, только не сравнивай нас с ним! Да я его одним мизинцем уделяю!       — Малыш Бинни, не переживай, я тебе помогу его уделать!       — Эй! Хомяк! Не повторяй за ним!       — К сожалению, Одри права. Он превосходит нас в боевом опыте, — неожидано сказал Хён. — Обратите внимание, на его выправку, и его позу. Как только он вошёл, он сразу был готов ко всему. Его тело было напряжено, как у кошки. Он готов был сразу броситься в атаку. И мы бы даже мяукнуть не успели бы, как были все мертвы. И при этом он выглядел достаточно расслабленным. Он прошёл огонь и воду. Наша с вами закалка и рядом не стояла с его.       — Я Тома точно убью! Нахрена нам этот терминатор?       — Да, но он один из лучших. Кстати, а где Том? — вдруг спросил Чонин.       — Он с нашими ребятами готовит все к пресс-конференции.       — Одри, а с чего ты вообще решила, что он тот самый друг? Прошло много времени, да и ты не видела его лица, — Малыш Бинни иногда проявлял удивительную проницательность.       — Глаза Леви я узнаю всегда. У него удивительный цвет глаз. Ни одни линзы не могут его подделать. А лицо его наверняка изменилось за столько лет. К тому же есть ещё одна деталь, которая я пока не могу объяснить. Я сама в ней не уверена.       — Всё это, конечно, трогательно, — язвительно сказал Сынмин, — но я хочу услышать не ощущения, а железный аргумент. Почему мы должны доверить нашу безопасность, твою безопасность, незнакомому мужчине с тёмным прошлым?       — А то, что ты услышал недостаточно?       — Нет! Он запросто может нас всех сдать или прирезать ради собственной выгоды. У него на это хватит навыков.       — Хорошо. Я чувствую, что он нам пригодится. И что ему можно доверять. И не потому, что он мой друг детства. Сейчас он для меня незнакомец и чужак. И скорее всего он ненавидит нынешнее правительство Элдии. Его отца убили в первый же день революции, потому что он был главой Службы безопасности. А что случилось с ним и его матерью, мне не известно. Но он будет на нашей стороне. Он поможет. И поможет сильно.       — То есть, мы снова должны положиться на твою интуицию? — в голосе Сынмина звучала ледяная усмешка.       — Можно и так сказать.       — Прекрасно. Просто замечательно, Одри. Ты настоящая фанатичка! — он резко вскочил. — Делай что хочешь! — И, громко хлопнув дверью, вышел из гостиной.       Одри устало закрыла глаза и начала массировать виски.       — Ребят, давайте сразу на чистоту и без прелюдий. Поднимите руку те, кто за? — твёрдо сказал Феликс.       Девушка подняла взгляд и с удивлением увидела, что проголосовали все. Даже угрюмо молчавший Минхо.       — Одри, я не согласен. Но ты права, у нас нет такого опыта и нет времени. Нам придётся рискнуть, — высказался Минхо. — А насчёт Сынмина не переживай. Он отойдёт. Ты сама, знаешь, почему он так зациклен на нашем обещании.       — Я с ним поговорю, — Крис уже начал было подниматься и идти к Сымину, но Одри его остановила.       - Нет. Я сама. А вы... — она обвела взглядом всех, — пока верните Леви. Предложите ему чаю, проведите по дому. Но, умоляю, — её взгляд стал суровым, — ни намёка на то, что мы знакомы. Ни единого шутливого намёка! Это всё испортит. Особенно ты, Хёнджин!       — Я? — тот сделал невинное лицо. — Да я ничего!       — Вот и не начинай! И не подкалывай его. Обещай.       — Обижаешь, сестрёнка! — Хён увернулся от полетевшего в него журнала. — Не парься. Я не идиот. Да и незачем.       — Ладно, ребят, — Одри выдохнула. — Прикройте нас с Синмином. Развлеките нашего гостя. — И, не добавляя больше ничего, она вышла из гостиной.       В комнате на секунду повисло молчание.       — Ну что, народ, работаем как обычно?       В ответ Крису лишь слабо улыбнулись.       — Пойду позову этого терминатора, — вызвался Хён и вышел, напевая себе под нос.