Гримвуд

Дом был наполнен едким ароматом трав отпугивавщие смердящий запах смерти. Девушка на кровати чахла на глазах; болезнь высасывала из неё все силы, словно пожирая её молодость и красоту, оставляя морщины на её впалом лице. Очередной хриплый кашель заставил сердце Одри сжаться от сочувствия к подруге. Видя, как той плохо, она будто сама испытывала ту же боль. Промокнув тряпку в холодной воде, девушка положила её на лоб Рут, надеясь, что это хоть немного облегчит жар. – Сестрёнка, я принесла тебе попить, – послышался ласковый голосок Энн, что заботливо поднесла стакан воды к губам сестры. – Энн... Сколько раз я тебе говорила, – нарочито строго начала Рут, но воспалённое горло не в силах было произнести и больше двух слов за раз; однако, взяв себя в руки, девушка продолжила уставше: – Не подходи ко мне так близко... Заразишься... – Не тревожься, Рут, – прервала опасения подруги Одри. – Будь ты заразна, то я бы за тобой следом слегла. Да и Энн я даю целебные травы от хвори. – Лучше не рисковать, – настаивала Рут, хмурясь от беспокойства. Опечаленная тем, что не может спокойно побыть со своей сестрой, Энн понурившись всё же ушла, чтобы не тревожить больную понапрасну. Одри с болью проводила взглядом несчастную девочку, что нуждалась в тепле сестринской любви. – Одри, – вдруг вновь послышался скрипучий голос подруги, привлекая внимание девушки, – Неспокойно моё сердце за Энн... У нас черти что творится, а я с постели встать не могу... – Не беспокойся, – ласково сказала Одри, сжимая ладонь Рут. – Если кто посмеет её обидеть, так сразу пожалеет! От всех бед её отважу. – Тебя бы кто отвадил, – хрипло засмеялась Рут. – Сама-то какая хрупкая... – Сомневаешься во мне? – приподняла бровь Одри, став решительнее. – Между прочим, я пару дней назад одному извращенцу между ног... Не став говорить всякий срам, девушка демонстративно подняла руку, намекая, как разделалась с наглецом. Судя по тихому смеху Рут, её это не убедило. – Это тот самый, что теперь твоим соседом стал? – Ой, не напоминай, – отмахнулась Одри. – Между прочим, из-за него я свои вещи у той же реки потеряла. – Можешь взять мои, – без доли прежнего лукавства сказала Рут, говоря вполне серьёзно. – Да ни за что! – сразу отмахнулась Одри, не собираясь грабить подругу. В конце концов, ей приходилось несладко. На её хрупких плечах была сестра, быт, работа. В одиночку Рут пыталась не то что жить, а хотя бы существовать и дать сестре беззаботное детство. Теперь же с хворью и всеми этими делами ей помогала подруга. И как после этого Одри могла себе позволить одолжить хотя бы одно платье, когда Рут сама гардеробом не хвасталась? А ведь до того, как слечь от болезни, она была хороша собой и умела подчёркивать это красивыми нарядами... – Мне всё равно уже недолго осталось. Чего добру пропадать, – обречённо сказала Рут. – Что ты такое говоришь! – ахнула Одри, хмуро взглянув на подругу. – Сплюнь. – Ты же в это не веришь, – с болезненным хрипом засмеялась Рут. – С тобой и в бога поверишь. Сплюнь! – настаивала Одри. И ведь впрямь невольно молилась богу, о котором забыла ещё после смерти отца. Легче было думать, что его нет, чем допустить мысль, что он обрёк Одри и её близких на такие страдания. Оставил без семьи её, Рут и половину населения, где теперь остались одни лишь женщины в трауре да пьяницы, пахающие за гроши. Раньше вера Одри была непоколебима, но жестокость судьбы научила тому, что если бог и есть, то он глух к их молитвам... Заметив, как помрачнела подруга, Рут сжала её ладонь, приводя в чувства. – Одри, ты только не злись, но пообещай мне кое-что, – её тон совсем не понравился молодой лекарше. – Что? – Я одна у Энн. Если меня не станет, то только тебе смогу её доверить... Позаботься о ней, – с мольбой сказала Рут, режа сердце подруги без ножа. – Перестань... – Нет, Одри, пожалуйста, пообещай! – настаивала Рут, и взгляд её был полон боли, но не за себя. За сестру, что в столь юном возрасте познала слишком много горечи... Тяжело вздохнув, Одри пришлось утешить подругу своим ответом: – Обещаю, Рут, я о ней позабочусь...

***

Вернулась домой Одри с тяжестью на сердце. Разговор с Рут не давал ей покоя. Что бы девушка ни делала, она не могла даже облегчить страданий подруги... Все знания Одри казались бессмысленными, если в итоге она не могла помочь даже своему близкому человеку... Надеясь отогнать плохие мысли, Одри подошла к своему любимому кусту роз, цветущему у неё во дворе. Заняв себя растениями и их уходом, девушка хоть ненадолго отвлеклась от своих тревог. Пока в очередной раз её покой не нарушил сосед. – Красивые розы, – выглядывая из-за забора, сказал Малек. Стараясь его игнорировать, Одри с корнем вырвала сорняк, представляя на его месте шею назойливого мужчины. Однако того вовсе не смущало молчание соседки и хмурый вид. Напротив, он продолжал наблюдать за ней без всякого стыда. – Чего тебе? – не выдержала Одри, поняв, что так просто в покое её не оставят. – Ты ведь лекарь, верно? – вдруг спросил Малек. – Допустим, а тебе что с того? – Беда у меня. Порезал руку, – сказав это, Малек закатил рукав, показав глубокую рану, но судя по его лицу, совсем не переживал на этот счёт. – Какой ужас! – сразу всполошилась Одри и, забыв о всякой злости, подбежала к мужчине. Он стоял слишком высоко, и ей пришлось встать на табуретку, чтобы дотянуться до его руки, рассматривая. – Где ж ты так умудрился? – Да так... Неудачно разделывал мясо, – усмехнулся Малек. – Поможешь? – Конечно! Проходи ко мне, – без лишних раздумий сказала Одри, собираясь пропустить гостя через калитку, но тот ловко перепрыгнул забор, становясь на ноги. – Не делай так! – Как? – Не проникай на мой двор! – Ты ведь сама пригласила. К тому же на мой ты также проникла, – непринуждённо пожал плечами Малек. – Я думала, он пустует! – возразила Одри. – Ай! – вдруг ахнул Малек, сжав руку. Забыв об их нелепой перепалке, Одри подбежала к нему, поспешив завести домой, не обращая внимания на хищную улыбку Малека. Усадив гостя в кресло, Одри поспешила за всем необходимым. Несмотря на скромный вид внутри, было заметно, что когда-то это место принадлежало далеко не бедным людям. Дорогие для того времени обои, портреты, книги. Всё это нельзя было найти у простого работяги или одинокой женщины. Однако по обшарпанным стенам и тусклому виду жилища было очевидно, что былая роскошь погибла вместе с предыдущим владельцем. Взгляд Малека упал на портрет, где был изображён статный мужчина. По чертам его лица было легко догадаться об их родстве с Одри. Уж слишком поразительное сходство. Две одинокие розы, покоившиеся у портрета мужчины, говорили сами за себя и о происходящем в этом доме. Одри вернулась со своей скромной аптечкой и швейным набором. Сев на колени для удобного доступа к ране, девушка сразу словила лукавый взгляд мужчины. – Даже не думай, – строго сказала Одри. – О чём ты? – нарочито невинно произнёс Малек. – Я просто думал, как ты прекрасна, когда стоишь на коленях передо мной. Девушка прервала нелепые шутки мужчины, надавив пальцем на его рану; тот скривился, но даже от боли его улыбка не сошла с лица. – Жестоко, – прошептал Малек, но по нему нельзя было сказать, что он в обиде, скорее напротив: – Мне нравится. Уже жалея, что пустила этого извращенца в дом, Одри старалась сосредоточиться на деле. Промокнув тряпку, она осторожно вытерла лишнюю кровь и со скрупулёзностью начала обрабатывать рану Малека. Та казалась совсем уж свежей внушая надежду, что заражение не успело настигнуть уязвимый участок кожи. Одри ловко просунула тонкий край нитки в ушко иголки, а затем, не дрогнув ни одной мышцей лица, начала зашивать рану. – Ты не менее странная, чем я, Одри, – вдруг подал голос Малек, хладнокровно наблюдая за тем, как игла протыкала его кожу, словно и не чувствовал боли. – Чем же? – спросила Одри, ненадолго оторвавшись от процесса, чтобы недоумённо взглянуть в глаза Малека. – Сама посуди. Увидев кровь у реки, ты не убежала, а напротив, пошла проверять, не ранен ли кто. В твоих глазах я извращенец. Явно раздражаю тебя. Но как только я попросил о помощи, ты сразу бросилась спасать. – Мужчина слегка наклонился, приближаясь к лицу Одри непозволительно близко. – Что же это, если не безумие? – Милосердие, – хмуро сказала Одри, отстранившись от лица Малека, продолжая зашивать его рану, словно протыкала не кожу, а ткань. Быстро, методично и без лишних движений. – Как бы это милосердие не сгубило тебя, светлая душа, – с непривычной для него серьёзностью сказал Малек. – А тебя – твоя наглость, – с этими словами Одри затянула нитку потуже и, завязав узел, достала бинты. – Повязку нужно будет менять три раза в день и мазать рану этим. Сказала Одри, протянув Малеку мазь, которую предварительно нанесла на свои пальцы, и начала осторожно наносить её на рану. – Как ты начала увлекаться этим ремеслом? – внезапно спросил мужчина, и его глаза искрили искренним интересом. – Мой отец... – начала Одри, но замялась, не зная, стоит ли откровенничать с противоречивым собеседником. Тот не торопил, терпеливо ожидая продолжения... И в конце концов Одри так и не смогла перебороть себя, отмахнувшись: – Не важно. – Жаль, но право твоё, – не стал давить Малек, скучающе откинувшись на спинку кресла. – Но иногда легче выговориться незнакомцу. В любом случае будь осторожна, Одри. Доброту люди не ценят, а воспринимают как должное. И в твоих знаниях они могут увидеть дьявольскую силу, а не твои заслуги. Понимаешь? – А ты прям всё знаешь, – нахмурилась Одри, туго затянув бинты и встав с колен. – Ты у нас совсем недавно и совсем не ведаешь, какие у нас порядки. Я многим помогла и многие мне благодарны. – Конечно, Одри, я совсем не ведаю, что говорю, – глядя на девушку как на наивное дитя, Малек встал с кресла. – В таком случае и мне стоит тебя отблагодарить. С этими словами мужчина протянул Одри целый мешочек, набитый монетами. – Ты что?! Это слишком много! – возразила девушка. Совесть не позволяла ей взять столько за простую услугу. – Мне не жаль, – пожал плечами мужчина, говоря откровенно, и оставил мешок на столе. – Хотя думаю, тебя заинтересует другое моё предложение. – Какое? – широко раскрыв глаза, спросила Одри, не ожидая такой щедрости. – Я подслушал ваш разговор... Как её? Энн, вроде, – сказал Малек и, заметив хмурый вид собеседницы, сразу пресёк её возмущение: – Прежде чем начнёшь меня проклинать, дослушай. Как я понял, твоя подруга сильно больна. Должно быть, ты давно ломаешь голову, как поднять её на ноги... Что если я скажу тебе об одном цветке, который может излечить человека от любой хвори? – Ты врёшь, это невозможно, – нахмурилась Одри. – Не веришь? И тем не менее это твой шанс спасти подругу, – таинственно произнес Малек и в доказательство своих слов достал алый цветок, похожий чем-то на орхидею. Его яркие лепестки, казалось, светились, а сердцевина переливала золотым. Не отрывая от него взгляд, девушка любовалась красотой удивительного растения. – Я читала о всех травах и цветах, но такой вижу впервые, – прошептала Одри сокровенно, словно могла спугнуть цветок своим научным интересом. – О, поверь, такой ты на всём свете не сыщешь, – самодовольно сказал Малек, явно радуясь своей маленькой победе. – Можешь сама его попробовать, чтобы убедиться, что я не собираюсь отравить твою подругу. Для здоровых людей он тоже полезен. Даёт хороший иммунитет. Заранее сказал Малек, зная, что Одри, как обычно, будет опровергать его слова. Красота цветка заворожила девушку настолько, что она не сразу расслышала слова мужчины. Однако когда смысл их дошёл до её сознания, Одри оживилась, скрестив руки: – Сам его пробуй. С чего я должна рисковать? – Хорошо, – без капли сомнений ответил Малек. – Заодно покажу, как им нужно пользоваться. С этими словами мужчина бесцеремонно подошёл к камину, разогревая котёл, словно хозяйничал здесь уже сто лет. – Тебя ничего не смущает? – спросила Одри, приподняв бровь. – А должно? – усмехнулся Малек, любуясь тем, как насупилась девушка. – Цветок нужно класть в кипячёную воду. Как ни в чём не бывало, начал объяснять Малек, достав кружку он зачерпнул ею воды и закинул туда цветок. – Как только он растворится... – Растворится? – с сомнением уточнила Одри, но заглянув в кружку, действительно заметила, что лепестки необыкновенного растения начали таять. – Разве это возможно? – Считай это волшебство, – усмехнулся Малек и, дождавшись, когда цветок полностью испарится, добавил: – Когда вода окрасится в красный, можно будет пить. После этих слов Малек пригубил кружку. Одри, затаив дыхание, следила за мужчиной. Неужели он и впрямь стал бы пить яд? С этой мыслью девушка вдруг поняла, что тревожится за Малека искренне, и, поймав себя на этом, невольно покраснела. Но опасения Одри были напрасны. Прошла минута, а затем и две. С Малеком не произошло никаких изменений. – Вдруг у тебя противоядие? – нахмурилась Одри, ведь мужчина не вызывал в ней доверия, хоть и не давал повода усомниться... По крайней мере, если не считать инцидента на реке... – Дорогая, пока сама не попробуешь, боюсь, я не смогу тебя убедить в том, что у меня добрые намерения, – улыбнулся Малек. – К тому же сама посуди: стал бы я так заморачиваться, чтобы тебя убить? Ты одна, со мной, в твоём доме. Мне легче свернуть тебе шею и подстроить все, как несчастный случай. От таких суждений Малека Одри стало не по себе. Однако стоило признать, что он был прав. – Я к тому, что не собираюсь тебе вредить, лишь помочь, – прервав тревожные мысли собеседницы, Малек доброжелательно улыбнулся и протянул ей отвар. Робко взяв кружку из рук Малека, Одри какое-то время разглядывала красную жидкость, переливавшуюся на свету, прежде чем отпить. Поначалу она не ощутила ничего особенного, словно выпила обычной воды, но затем разнообразие вкусов вспыхнуло на её языке – от сладости до горечи, и всё это в один миг. А затем девушка почувствовала прилив сил, каких не было уже давно и когда-либо вообще. Казалось, от одного глотка Одри испытала настоящую эйфорию, замерев от переизбытка ощущений и чувств. – Ну что? Ядовитый? – улыбнулся Малек, забавляясь реакцией девушки. – Не... нет... – приходя в себя, ответила Одри, желая испытать это чувство вновь. – Не усердствуй. Одного глотка достаточно, – предупредил Малек, осторожно забрав кружку из её рук. – Теперь веришь? Одри взглянула на Малека с блаженством, до сих пор чувствуя лёгкость во всём теле. – Можешь не отвечать, – усмехнулся Малек, ведь вид девушки говорил сам за себя. – Это и впрямь волшебство! Спасибо тебе огромное! – воодушевлённо сказала Одри, взяв кружку, где осталось ещё пару глотков. – Пойду скорее к Рут! – Стой, – Малек перегородил ей путь. – Ты ведь не думаешь, что всё так просто? Его слова заставили Одри не то чтобы разозлиться, скорее... разочароваться. – Конечно, куда же без подвоха, – горько усмехнулась она. – Что я тебе должна взамен? Разделить ложе с тобой? От осознания, что всё не могло быть так радужно, Одри мотнула головой, опустив взгляд в пол. Готова ли она будет обменять свою невинность ради здоровья подруги? Впрочем... Это была малая цена за жизнь Рут, хоть и очень унизительная. – Надо же, какая верность, – усмехнулся Малек без капли стыда, которого, кажется, у него и не было. – Как думаешь, твоя подруга могла бы сделать для тебя то же самое? – Надеюсь, что она не встретит столь подлых людей, как ты, чтобы вставать перед этим выбором, – не скрывая своего отвращения к собеседнику, ответила Одри. А ведь он действительно начинал вызывать в ней уважение... – Я не успел ничего сказать, а ты уже решила, что я хочу воспользоваться твоим телом, – улыбка не сходила с лица Малека; он словно изучал каждую эмоцию Одри, пытаясь понять их причину. – А разве не так? – Нет, – искренне ответил Малек, пожимая плечами. – Я привык брать своё не против воли, а по желанию обеих сторон. Так что если ты не хочешь, то я не в праве принуждать. – Тогда что тебе от меня нужно? – резко спросила Одри, теряя терпение. – Просто прогуляться с тобой. – Просто погулять? – не смогла сдержать удивления Одри от столь обыденной просьбы. – Ничего страшного, не так ли? – усмехнулся Малек, склонив голову. – И на прогулке возьмёшь меня силой? – всё искала подвох девушка. – Я уже озвучил своё мнение на этот счёт. Не вижу смысла повторяться, – скучающе сказал Малек порядком устав от пессимизма собеседницы. – Мне хватит простого общения. Единственное, что попрошу – быть со мной честной. Одри внимательно взглянула в глаза Малека, пытаясь понять, о чём он думал, но его взгляд был бездонной пустошью, тая в себе лишь тайны. – К слову, отвар действует лишь когда горячий. Сейчас, по сути, у тебя в кружке обычная вода, – уточнил мужчина, прервав мысли Одри. Опустив взгляд на чашу в своих руках, девушка и впрямь увидела, как вода потеряла былой цвет, став прозрачной. – И как я могу тебе верить? Вдруг ты меня обманешь и не отдашь цветок? – подняв глаза, спросила Одри. Вместо лишних слов Малек достал из-за пазухи ещё один цветок и протянул его девушке. – Держи, помоги для начала своей подруге. Уверен, ты сдержишь своё обещание, – улыбнулся Малек, и как только Одри приняла его щедрый дар, ушёл без лишних слов, оставляя её наедине с противоречивыми чувствами.