История болезни | Case file compendium

Се Цинчэну пришлось переступить порог терпимости, когда кто-то сказал ему, что хочет устроить свидание вслепую для Хэ Юя. Се Цинчэн возвращался домой после работы, он только припарковал машину, как вдруг сзади к нему протянулась рука, похожая на кору дерева, и схватила его за руку, заставив испугаться. Когда он обернулся, перед ним предстало пожилое лицо, глаза старушки были острыми и хитрыми. Се Цинчэну понадобилось мгновение, чтобы вспомнить, что это бабушка Сунь из противоположного переулка. Бабушка Сунь была одной из немногих соседок, у которых были холодные отношения с семьей Се. Когда старушка была еще молодой, у нее были некоторые проблемы с Чжоу Муин. Причина заключалась в том, что ее семья всегда занимала место для сушки белья в соседнем доме. Чжоу Муин не могла привыкнуть к ее доминированию, и, сказав ей несколько слов, женщина обиделась, почувствовав, что Чжоу Муин, как собака и крыса, вмешивается в ее дела, и с тех пор она не общалась с семьей. Се Цинчэн был удивлен тем, что бабушка Сунь вдруг пришла за ним, и еще больше его удивила льстивая улыбка, которая на мгновение заиграла на щеках старушки. «Сяо Се…» «…Что-то случилось?» «Ничего страшного, — улыбнулась бабушка Сунь. «Я просто ищу тебя, чтобы узнать кое-что». Се Цинчэн обычно не беспокоился о людях, поэтому он повернулся, чтобы посмотреть на нее, и сказал: «Тогда вы можете сказать это». Улыбающееся лицо бабушки Сунь растаяло, как масло, а ее маленькие зеленые глаза ярко сверкнули: «Так кто же этот молодой человек, который недавно жил в твоем доме?» Се Цинчэн и Хэ Юй не стали специально раскрывать свои отношения соседям, у обоих были проблемные характеры, и они не слишком заботились о таком мирском признании, поэтому бабушка Сунь до сих пор не знала. Се Цинчэн сказал: «Друг. В чем дело?» Бабушка Сунь преисполнилась радости и поспешно сказала: «Вы, должно быть, хорошие друзья. Эта старушка пришла рассказать тебе о родной внучке этой старушки, которую я воспитывала с детства. Несколько лет назад она окончила колледж, и в ее возрасте ей уже не до поисков мужа. Но ты же ее знаешь, ей нравятся привлекательные люди, а мы не семья наемников, как ты знаешь, ей нравится твой друг, независимо от того, есть у парня деньги или нет. Иди и поговори с ним, мы заказали отдельную комнату на набережной на ужин в эти выходные в шесть, так что оба молодых человека смогут пообщаться, что скажешь?» Количество информации в этих комментариях было слишком велико, Се Цинчэн на мгновение переварил ее, а затем, придя в себя, его лицо стало явно мрачным. Он уставился на старуху и подумал про себя: «Какая же ты чертовски болтливая». Ее внучка с хорошими оценками сдала экзамен в 211-ю местную школу, но эта девочка с детства была очень «официальной», в школе обращала внимание только на лидеров класса и богатых наследников, говорила только о доброжелательности, праведности, честности и коллективной чести, а еще любила докладывать учителям о пустяках, сообщая о преждевременных романах и обманщиках. После нескольких дней слежки за Се Сюэ она доложила администрации школы, что Се Сюэ играет с бедными учениками из других школ, дает им частные уроки и доносит на нее за «разглашение школьных секретов», от чего Се Цинчэн потерял дар речи. Неожиданно, но сейчас она делала нечто такое, от чего он потерял дар речи еще больше. Эта девушка, которая любила обвинять других, все еще имела наглость смотреть на Хэ Юя, и она была достаточно уверена в себе, чтобы назначить ему свидание. Она даже короновала императора Тан и утверждала, что ей все равно, есть у Хэ Юя деньги или нет. Учитывая, что Хэ Юй столько раз появлялся на телевидении, как она могла не знать, кто он такой? Даже если она не знала, наряд Хэ Юя и внешность Се Цинчэна не давали ей покоя. Неужели девушка не могла этого заметить? Все эти чертовы сладкие слова были на ее стороне. Се Цинчэн холодно спросил: «Вы уже забронировали ложе на вечер выходных?» «Да!» — услышав это, бабушка Сунь решила, что дело сделано, и сказала себе с улыбкой на лице, «Ну вот и все, увидимся в выходные вечером. После разговора она вдруг почувствовала себя немного неловко из-за своей радости и понизила голос: «Но на набережной в часы пик трудно забронировать место, поэтому… мы забронировали столик только на двоих, так что старики вроде нас не должны из беспокоить, ты так не считаешь?» Се Цинчэн почти усмехнулся: «Вы даже не спросили его, а уже заказали столик». «А, мы собираемся пригласить его на ужин, хотим сделать ему сюрприз, ничего особенного, он наверняка согласится, зачем нам говорить ему? Посмотри на себя, ты так суетишься» — бабушка Сунь потянула Се Цинчэн за рукав. «Давай сделаем так: вернемся и расскажем ему». Се Цинчэн выдернул рукав из рук старушки. Опустив ресницы, он расправил пуговицы на рукавах, а затем поднял холодные и острые глаза цвета персика с убедительной аурой: «Извините, у него свидание в эти выходные». «А? У него свидание? Он с кем-то встречается? О! Она такая же красивая, как наша внучка, и такая же вежливая? Мы можем подумать о замене, если она будет не так хороша, как наша внучка…» В низком и магнетическом голосе Се Цинчэна уже чувствовалась гнетущая сила, как у возвышающейся заснеженной горы: «Подумать?» «Да, а с кем он?» Се Цинчэн застегнул запонки своего костюма, выдержал паузу и холодно произнес два слова: «Со мной». Сказав это, зрелый мужчина ростом 180 сантиметров щелкнул ключами от машины, закрыл дверь и, не оглядываясь, вышел на улицу в блестящих черных кожаных туфлях. После ужина Се Цинчэн посмотрел на Хэ Юя, который боролся с прищепкой, подумал о событиях последних нескольких дней и принял решение. Он подозвал Хэ Юя, погладил его по голове и спросил: «Ты когда-нибудь чувствовал себя обиженным, живя здесь со мной?» «Нет», — ответил Хэ Юй. «Хотя я ко многому не привык, но пока я могу видеть тебя каждый день, я чувствую себя очень счастливым». «А ты счастлив с маленькими мисс, которые тебя окружают?» — Се Цинчэн посмотрел на него сузившимися глазами. Глаза Хэ Юя расширились, и через некоторое время он рассмеялся и положил руку на уровень сердца Се Цинчэна: «Се Гэ, ты здесь несчастен и ревнуешь?» Се Цинчэн легкомысленно ответил: «Я тебе очень доверяю, не буду ревновать». Хэ Юй издал «ох». Встретив слегка разочарованный взгляд юноши, Се Цинчэн сделал паузу и добавил: «Но я действительно не хочу, чтобы они отнимали у тебя много времени. Подумав об этом, если у тебя есть свободное время, почему бы тебе не прийти и не сделать презентацию в PowerPoint для моего класса?» Неожиданно Хэ Юй снова улыбнулся, и его глаза изогнулись. Се Цинчэн сделал паузу и сказал: «Иди сюда. Покажи мне свою руку». Хэ Юй послушно сделал то, что ему сказали, и положил руку, которая до этого была прижата к сердцу, на его ладонь. Се Цинчэн снял старую повязку, посмотрел на рану Хэ Юя, которая вот-вот должна была затянуться, и наконец обхватил ладонь Хэ Юя своими тонкими и стройными руками. Через мгновение он сказал: «Иди и собери свои вещи». Хэ Юй уже догадался, что скажет Се Цинчэн, но его сердце продолжало учащенно биться, и радость не уменьшилась от того, что он это предвидел. Он спросил Се Цинчэна: «Гэ, ты собираешься…?» Се Цинчэн поднял его голову и нежно надавил на лоб: «Мы вернемся в наш другой дом». За эти слова Се Цинчэну пришлось всю ночь прижиматься к Хэ Юю. Так что перед началом занятий Се Цинчэн согласился переехать в новый дом Хэ Юя. Старый дом нуждался в ремонте и переоборудовании, поэтому они не смогут вернуться туда еще какое-то время. Новый дом был прекрасен и хранил множество приятных и ароматных воспоминаний, например, о большой спальне, где Хэ Юй притворился, что держит Се Цинчэна под домашним арестом, и где они неоднократно ссорились после воссоединения. Если бы Се Лишэнь не приходил в это время докучать Се Цинчэну, возможно, у Хэ Юя было бы больше времени побыть с Се Цинчэном, стать добрее к нему, и, может быть, проскользнули бы какие-то искренние слова. Подумав об этом, Хэ Юй снова начал обижаться на Се Лишэня. Се Лишэнь очень страдал в тюрьме, его почти никто не видел, к тому же Хэ Юй больше ничего о нем не слышал. При воспоминании об этом человеке ему захотелось убить его, но теперь, когда рядом с ним был Се Цинчэн, он не позволил бы снова подвергнуть себя осуждению. Этой ночью Хэ Юй лежал на своей новой водяной кровати королевских размеров и смотрел на уснувшего от усталости Се Цинчэна, а в душе испытывал неописуемое чувство удовлетворения и радости. Он опустил голову и поцеловал гладкий и ровный лоб Се Цинчэна. Хотя ему пришлось прибегнуть к некоторым уловкам, чтобы заставить Се Цинчэна согласиться пойти с ним домой, он достиг своей цели. Се Цинчэн принадлежал ему. Никто не мог прийти к ним в дом и забрать его. Их дом не нуждался ни в домработнице, ни в няне, ни в садовнике, потому что с такой процветающей и безграничной любовью у него хватало энергии, чтобы самому заботиться о каждом кирпичике и плитке. Это был его дом, и до двадцати пяти лет у него не было места, которое можно было бы назвать домом. Теперь у него был дом. Он просто хотел быть с Се Цинчэном до конца своих дней. Он не позволил бы третьему человеку вмешиваться. «Се Гэ, выбери цвет штор для кабинета на втором этаже». «Се Цинчэн, иди посмотри на эти подушки, которые я выбрал!» «Профессор Се, научи меня, как украсить кухню». Так в течение нескольких дней Хэ Юй стал жужжащей и счастливой пчелой вокруг Се Цинчэна, а когда освобождался, приставал к Се Цинчэну, чтобы обсудить, что еще можно добавить в дом. Се Цинчэн чувствовал, что это очень хлопотно. Что можно было выбрать из подушек? Достаточно было открыть сайт магазина, просмотреть отзывы, и если они не были ниже среднего, просто купить ее. Зачем ему нужно было смотреть на узор и сочетание цветов? Но Се Цинчэн знал, что Хэ Юй — очень своеобразный человек, и, как человек Хэ Юя, он обязан был сделать его счастливым и удовлетворить молодого человека. Се Цинчэн вздохнул, сел перед компьютером и отвернул лицо в сторону: «У меня еще много работы, так что положи это в корзину, а я выберу позже». Сказав это и увидев несколько обиженное выражение лица Хэ Юя, Се Цинчэн протянул руку и снова нежно погладил его по мягким волосам: «Будь послушным, будь хорошим». Когда джентльмен дает слово, от него трудно отказаться. Покончив с делами, Се Цинчэн отправился выполнять свои обязанности мужа и доделать то, о чем его попросил Хэ Юй. Изначально он хотел вместе с Хэ Юеи выбрать товары для дома, но в частной клинике Мэйюй возникли срочные дела, и Хэ Юй уже полчаса как ушел, поэтому Се Цинчэну пришлось взять iPad Хэ Юя и зайти на сайт, чтобы поискать товары в корзине. Обычно Хэ Юй использовал этот iPad только для игр, выхода в интернет перед сном, просмотра фильмов и всего прочего, а Се Цинчэн был более старомоден и привык включать компьютер напрямую. Сначала он пытался привыкнуть к планшету, и случайно, роясь в нем, Се Цинчэн случайно поднял историю поиска Хэ Юя. Сначала это были вполне обычные записи: «годовой обзор непопулярных литературных фильмов», «логин для студентов университета Хучжоу», «как вырастить гортензию с более ярким синим цветом»… Профессор Се не имел привычки проверять чужую историю посещений и уже собирался закрыть выпадающее окно, как вдруг увидел ключевое слово, от которого у него слегка дрогнули веки… 'Как вежливо сказать партнеру, что вам нравится бондаж/мазохизм». Несколько секунд спустя. Се Цинчэн: «…» Через минуту. Се Цинчэн: «…» Три минуты спустя… Се Цинчэн почувствовала, что это уже не просто личное дело Хэ Юя, а касается их обоих. Поразмыслив, Се Цинчэн нажал на историю просмотра. На сетчатке глаза Се Цинчэна появился ряд мелких и плотных слов. Изначально Се Цинчэн думал, что это просто поисковые запросы Хэ Юя, и не обратил на них особого внимания. Но через несколько мгновений, когда Се Цинчэн увидел полную страницу, он не мог не сесть прямо, нахмурив брови и задумчиво глядя на iPad. Он понял, что это гребаный интернет-форум для обоих полов, и Хэ Юй не только искал там информацию, но и сам написал большую часть текста страницы. А еще Хэ Юй был гребаным пресс-секретарем. Се Цинчэн отстегнул запонки, закатал рукава рубашки и сосредоточил все свое внимание на записях чата. Се Цинчэн был человеком, который пережил потерю: он всегда был слишком уверен в себе, как в постели, так и вне ее. Раньше ему казалось, что он хорошо справляется со своими обязанностями, но потом он узнал, что Ли Жоцю недовольна и обвинила его в равнодушии, когда они развелись, сказав, что даже секс для него — это обязанность, и она не чувствует его страсти. Теперь, когда перед ним открылась такая возможность, он не хотел ее упускать. Он хотел узнать, что говорил Хэ Юй. И чего жаждал этот маленький ублюдок внутри. Автору есть что сказать: До послезавтра~