История болезни | Case file compendium

Дуань Вэнь стоял перед ступенями здания Манделы. В этот момент небо было абсолютно темным, а огни артиллерийских залпов вдалеке напоминали распускающиеся фейерверки. Дуань Вэня не взволновала атака «Разрушителей мечт», напротив, он выглядел очень спокойным — то ли потому, что все рассчитал, то ли потому, что привык не бояться перемен. Он зажег сигарету и время от времени вглядывался в темноту, следя за экранами мобильного телефона в режиме реального времени. Казалось, он чего-то ждал. «Врум». Звук мотора джипа прорвался сквозь ночную тьму, и две оранжевые фары на передней части машины направились к нему из темноты. Дуань Вэнь затушил сигарету, выключил мобильный телефон и выпрямился. Он ждал именно их. «Я привез двух людей, которых вы хотели» — Ли Юнь вышел из машины и повернул голову так, чтобы Дуань Вэнь мог видеть бессознательных Се Цинчэна и Хэ Юя внутри машины. «Как вы и предполагали, Се Цинчэн не захотел садиться в машину к Чэнь Маню. Он решил остаться, освободившись от токсина крови». Дуань Вэнь заглянул в машину, а затем перевел взгляд на Ли Юня: «Ты не ранен?» «Я не ранен», — Ли Юнь посмотрел на устройство контроля активации лекарства в своей руке. «Благодаря лекарству, которое вы дали им раньше, они даже не успели сделать шаг против меня». Дуань Вэнь кивнул, его взгляд упал на человека в прямой форме. «Каково это — работать со мной?» Ли Юнь не ответил, а через некоторое время, словно автоматически проигнорировав вопрос, обратился к Дуань Вэню: «Кстати, я попросил другой джип отвезти Чэнь Яня прямо к линии фронта. Водитель наблюдал за ним из тени и только что передал сообщение, что «Разрушители мечт» нашли его и забрали. Нужно ли нам продолжать следить за ним?» «В этом нет необходимости», — равнодушно ответил Дуань Вэнь. «Меня не волнует его жизнь или смерть, я просто спас его». С этими словами он кивнул и сказал водителю джипа: «Езжай в подвал, в лифте будет кто-то, отведи президента Хэ в верхнюю лабораторию, а что касается профессора Се… запри его в самой безопасной комнате в подвале, езжай». Приказ был отдан водителю, но взгляд Дуань Вэня все время был устремлен на Ли Юня. Водитель откликнулся и тут же выполнил приказ Дуань Вэня. Ли Юнь проследил взглядом за спиной водителя: «Этот человек действительно странный». Дуань Вэнь сделал шаг к нему. «Что в нем странного?» «Он подчиняется всему, что ему говорят, как будто у него нет собственных мыслей, и водитель другой машины, которая везла Чэнь Маня, был таким же», — Ли Юнь слегка нахмурился. «Странно». Дуань Вэнь улыбнулся, поднял руку в черной кожаной перчатке и взял лицо Ли Юня в свои ладони: «Посмотри на меня». «…» «Офицер Ли, — мягко сказал Дуань Вэнь, — сегодня, двадцать лет спустя, ты наконец-то хочешь работать со мной? Не странно ли это?» Ли Юнь посмотрел на него: «Разве мы не всегда были коллегами?» Кожаные перчатки закрывали лицо, которое было гораздо бледнее, чем обычно. Дуань Вэнь сжал пальцы и провел ими по челюсти, его глаза потемнели. «Действительно» — Дуань Вэнь наконец открыл рот и тихо произнес, но по какой-то причине цвет его взгляда потемнел еще больше. «Мы действительно всегда шли бок о бок с одной и той же целью». «Гм…» — пробормотал Ли Юнь. «Иди, отдохни», — внезапно сказал Дуань Вэнь, опуская руку, чтобы освободить место для Ли Юня. «Это был долгий день. Не беспокойся о Разрушителях мечт, они не смогут напасть на нас так быстро, а у нас еще есть токсин крови». Ли Юнь кивнул и пошел дальше, поднимаясь по длинной лестнице к главному входу в здание. Ночной ветер обдувал его полицейскую форму и черное пальто, перекрещивавшееся с формой. Когда он уже подходил к входу, шаги Ли Юня внезапно остановились. В тусклом свете он обернулся и посмотрел на спину человека в черном, который все еще стоял в темноте ночи, засунув руки в карманы плаща. «Подождите минутку», — сказал Ли Юнь. Дуань Вэнь не оборачивался, глядя на огонь и дым, поднимающиеся вдалеке: «В чем дело?» «Что я делал сегодня утром? До того, как вы велели мне пойти за теми юношами?» — спросил Ли Юнь. «Почему я не помню?» Невозмутимый мужчина медленно повернулся и спокойно посмотрел на офицера на белых ступенях: «Ты слишком устал и решил вздремнуть». «Мне кажется… что я видел долгий сон». Взгляд Дуань Вэня был глубоким: «Теперь, когда ты проснулся, какой смысл так серьезно относиться к снам?» Ли Юнь задумался, чувствуя, что что-то не так, но не мог понять, что именно. Казалось, он не мог связно думать о многих вещах, а голова болела, когда он пытался об этом думать. «Иди отдыхай», — сказал Дуань Вэнь. «Твоя миссия закончена, офицер Ли». *** Через тридцать минут Дуань Вэнь прибыл в зону С верхней лаборатории. Хотя верхняя лаборатория и называлась «высшей», она была построена под землей, в самом безопасном месте. К нему уже привели Хэ Юя, все еще в форме Манделы, но привязанного к экспериментальному электрическому стулу, все его тело было обмотано кожаными ремнями, а нижнюю половину красивого лица плотно закрывала черная маска против укусов. Под белым светом бестеневой лампы его глаза были плотно закрыты, он находился в бессознательном состоянии, а его лицо напоминало лед. Энтони и группа исследователей находились рядом с ним, отлаживая устройство, похожее на кардиостимулятор, и, увидев вошедшего Дуань Вэня, прекратили работу. «Шеф Дуань». «Здравствуйте, шеф Дуань». Дуань Вэнь кивнул и приказал остальным исследователям: «Вы все уходите первыми». Хотя остальные исследователи тоже были элитой, Энтони был достоин быть двоюродным братом Се Цинчэна; он был чрезвычайно талантлив, и репутация профессора Эна никогда не была напрасной. Кроме того, Дуань Цюйжэнь восхищалась его способностями и злобным характером; он получил истинное учение от бабушки, и его навыки действительно были одними из лучших на острове. В подобных ситуациях Дуань Вэнь обычно общался с ним наедине. «Как продвигается работа? Будет ли он готов к использованию в течение двадцати четырех часов?» Энтони ответил: «Проблем быть не должно». «Убедись, что проблем не будет», — сказал Дуань Вэнь. «Светильник быстрого охлаждения Зои уничтожен, и, судя по скорости наступления «Разрушителей мечт», они могут быть здесь через тридцать часов. Нам нужен токсин крови, чтобы создать новое мощное биохимическое оружие». Энтони улыбнулся и вдруг сказал: «Шеф Дуань, мне не стоит спешить с этим. Комната управления Зои, возможно, и сохранилась, но вы прекратили наблюдение за ней сегодня утром, чтобы прийти и посмотреть, как я провожу операцию Ли Юня. Вы так беспокоитесь обо мне?» Дуань Вэнь молчал. «Я личный ученик бабушки, и эта операция — тоже попытка, которую бабушка хотела сделать, так что даже если вы не были уверены в моей преданности вам, вы должны хотя бы верить, что я не разочарую бабушку», — мягко сказал Энтони. «Видите ли, именно потому, что вы были в моей лаборатории, у вас не было времени заметить аномалии в его движениях, и теперь вы здесь, чтобы снова меня торопить, это…» Не успел он договорить, как Дуань Вэнь холодно прервал его слова. «Мы теперь в одной лодке, Се Лишэнь. Хватит разжигать споры в организации. Я знаю, что ты хочешь подняться на вершину, заискивая перед бабушкой, и она очень доверяет тебе, но если биологическое оружие с токсином крови не будет завершено, я думаю, она позволит тебе умереть до того, как Разрушители мечт захватят остров». Лицо Энтони стало зеленым. Бросив на него последний предостерегающий взгляд, Дуань Вэнь закончил неприятный разговор и переключил свое внимание на Хэ Юя, который все еще спал: «Насколько эффективна последняя вода послушания?» «Я также ввел ему анестезию», — нахмурился Энтони, все еще возмущенный, но его отношение уже не было таким высокомерным. Дуань Вэнь опустил голову и посмотрел на молодое лицо Хэ Юя. По правде говоря, актерское мастерство Хэ Юя было лучше, чем у многих телеартистов, которые даже не могут запомнить свои реплики на современном телевидении. Его игра была выдающейся. Но Мандела никогда не доверял ему. Этот юноша был единственным, кто не мог контролировать жизнь или смерть с помощью своего чипа лояльности, будь то Дуань Цюйжэнь или Дуань Вэнь, никто не стал бы безоговорочно передавать власть Хэ Юю. Все знали, что Хэ Юй — злой дракон, скрывающийся в бездне, и рано или поздно он выйдет из нее и пожрет тех, кто попытается его приручить. Поэтому Дуань Цюйжэнь с самого начала придумала козырь, чтобы усмирить дракона, и под руководством своей команды разработала набор устройств, похожих на кардиостимуляторы, которые Энтони сейчас отлаживал. Устройство состояло из двух частей: наушника, пронзающего плоть и играющего роль в управлении мозгом, и основного устройства управления, похожего на кардиостимулятор, которое в конечном итоге должно было быть помещено в сердце Хэ Юя. Это позволило бы решить проблему с чипом лояльности, и он мог бы не только работать с токсином в крови, но и постоянно контролировать и промывать мозг Хэ Юя. Кроме того, он обладал ужасающим эффектом: после завершения отладки активировались клетки всего тела Хэ Юя, и способность кровяного токсина чрезвычайно возросла, как от массивной инъекции RN-13, что было равносильно чрезмерному использованию его жизни для взрыва способностей. В этот момент Хэ Юй мог без разбора контролировать как обычных людей, так и душевнобольных, используя токсин крови, а сфера его влияния была настолько широка, что охватывала километровый радиус. Именно поэтому внушение с помощью токсина крови называют биохимическим оружием. «Как только этот кардиостимулятор будет завершен, злой дракон будет остановлен. Железная цепь будет вбита в кости дракона, и он не сможет освободиться от нее ни в жизни, ни в смерти», — сказал Дуань Вэнь, подняв руку и положив кончики пальцев на точку перед сердцем Хэ Юя. Он повернул голову и сказал Энтони: «Сделай хорошую работу». Энтони на мгновение замешкался, а затем ответил: «Да». Дуань Вэнь сделал паузу и добавил: «Я проверил, и операция Ли Юня прошла хорошо, но я думаю, что многие из его реакций не были бы такими в прошлом». «В конце концов, он всего лишь заменитель, не так ли?» — сказал Энтони. «Физически или ментально он изменен, чтобы подражать ему, а не быть им на самом деле. Я также скорректировал мышление и память этого заменителя в соответствии с вашими требованиями, так что он считает Манделу своим кумиром, а нас — полицией справедливости, так что он думает, что никогда не расставался с вами в прошлом. Что случилось, вы не удовлетворены?» Дуань Вэнь на мгновение замолчал, а затем сказал: «Я не очень привык к этому, но… забудь, это первая игрушка, которую можно восстановить до такого уровня после бесчисленных экспериментов с измененными людьми, она достаточно хороша». «Да», — сказал Энтони. «Он — замена, которую Зоя не смогла бы получить, даже если бы захотела. Сила действительно может многое, и, боюсь, шеф Дуань — единственный, кто может иметь такую игрушку». Его слова выглядели как комплимент, но на самом деле в его глазах был намек на обиду, которую он не слишком хорошо скрывал и которую уловил Дуань Вэнь. Дуань Вэнь посмотрел на него, но ему было все равно. По его наблюдениям, люди, предавшие один раз, предадут и второй, а те, кто завидует этому, будут завидовать и этому. Се Лишэнь присоединился к Манделе из-за своей ненависти к Се Цинчэну и менталитета сравнения, поэтому его поведение было естественным. На протяжении многих лет он никогда не уступал Се Лишэню. Дуань Вэнь никогда не позволял ему нарушать правила и планы из-за собственных эгоистичных желаний, за исключением того случая с убийствами на складе, когда Се Лишэнь под предлогом того, что токсин крови можно использовать для специального эксперимента по подмене тел, даже если он умрет, подсунул эту идею на ухо старухе и чуть не убил Се Цинчэна и Хэ Юя. «Власть — это хорошо, но люди, у которых слишком много эгоистичных желаний, не могут долго удерживать ее. Ты понимаешь?» — сказал Дуань Вэнь. Энтони выглядел смущенным, но через некоторое время улыбнулся и произнес: «…понял». Ситуация на стороне Дуань Вэня была почти закончена, и он уже собирался уходить, но перед этим увидел несколько вещей, разбросанных на столе рядом с процедурным креслом. «Это было найдено в карманах одежды Хэ Юя» — сказал Энтони, проследив за его взглядом. Предметов было немного: модифицированный браслет Фэнбо, бумага, сложенная в форме розы, и… «Вот что он держал в руке». Дуань Вэнь вздохнул и взял предмет: это было то, что он видел на видеозаписи с камер наблюдения — то, что Хэ Юй делал в лаборатории за день до операции. Именно потому, что он видел, как Хэ Юй делает это, он решил, что в ближайшее время Хэ Юй не будет предпринимать никаких действий. Он не верил, что Хэ Юй действительно начинающий молодой художник, и такое поведение превзошло все ожидания Дуань Вэня. Но Дуань Вэню это показалось очень интересным. Подумав немного, он спрятал бумагу в карман плаща, а затем снова посмотрел на бумагу, сложенную в форме розы. Развернув оригами, он обнаружил, что оно было сделано из вырванной страницы книги, на которой было написано имя Хэ Юя; должно быть, это было последнее рукописное послание Се Цинчэна Хэ Юю. «Не могу понять, что он видит в этом калеке», — холодно заметил Энтони, наблюдая за происходящим, — «Как будто он того стоит». «Возможно…» — Дуань Вэнь приподнял бровь и медленно проследил за сгибами бумаги, пока не сложил ее обратно в первоначальную форму. Он задумался на мгновение, а затем засунул розу обратно в карман на лацкане униформы Хэ Юя: «Это единственный мост, который у него есть». Энтони «Эта штука…» «Оставь себе», — сказал Дуань Вэнь. «Я постоянно говорю, что в этом мире есть вещи, которых ты не понимаешь». Закончив говорить, он положил руки обратно в карман пальто и повернулся, чтобы покинуть Верхнюю лабораторию. Как только он ушел, Энтони бросил на него злобный взгляд: «Говоришь, будто много понимаешь, лицемерный моралист, однажды я займу твое место…» Дуань Вэня не интересовало, что думает о нем Энтони. Он не любил Се Лишэня и никогда не любил. С точки зрения его исследований человеческой природы, Се Лишэнь был последним типом людей, с которыми стоило иметь дело. Иногда мелкие злодеи оказывались страшнее неумолимых злодеев, потому что эти люди могли прятаться в тени и вредить всю жизнь. В глазах Дуань Вэня, какими бы талантливыми ни были эти люди, они были подобны гнилым корням в человеческом обществе и являлись сущностями, которые в конечном итоге должны быть окончательно устранены из метавселенной Манделы. Если бы речь шла о талантах в области медицины, он бы предпочел набрать именно таких… Размышляя об этом, Дуань Вэнь поиграл с вещицей в кармане, медленно прошел по коридору и вошел в частный лифт, чтобы спуститься на цокольный этаж, где находились заключенные. Охранник: «Начальник Дуань». Дуань Вэнь спокойно кивнул и сказал: «Ведите, я хочу увидеть Се Цинчэна». Что хочет сказать автор: Увлечения некоторых начальников: Ши Мэй: Актерское мастерство, чайное искусство, самовредительство. Его превосходительство: Речи о маркетинге пирамид, дебаты, демонстрации ораторского искусства. Шеф Дуань: Игра в шахматы, хватание людей за подбородок, просмотр мониторов. Если сравнивать, то кажется, что шеф Дуань — самый социально замкнутый… глядя на его увлечения, он кажется чистым и невинным отаку*… *Отаку — человек, который увлекается чем-либо.