История болезни | Case file compendium

На следующий день Хэ Юй должен был пойти на встречу и ушел очень рано. Когда Се Цинчэн проснулся, он был единственным, кто остался в постели. Он сидел и кашлял, чувствуя тяжесть и слабость. Побочные эффекты сыворотки № 2 постепенно уменьшались, но он все еще чувствовал себя очень некомфортно. Он встал, надел халат и некоторое время посидел на краю кровати, а затем медленно поднялся. Он подошел к чайному столику, чтобы налить себе горячего чая, и достал термометр. 37 градусов. Се Цинчэн вздохнул: хотя он и привел себя в порядок, но, к сожалению, его здоровье было настолько плохим, что у него все еще держалась температура. В комнате не было жаропонижающих лекарств. К тому же его мобильный телефон был конфискован Хэ Юем, и он не мог ни с кем связаться, поэтому мог только лежать на кровати и чувствовать себя усталым. Сон, приснившийся ему прошлой ночью, был чудесным и немного реалистичным. Се Цинчэн подумал о молодом человеке из своего сна, затем о событиях на острове Мандела и постепенно снова уснул от усталости. Легкий сон длился неизвестно сколько времени, но проснулся он от скрипа рядом с кроватью. Он подумал, что это, наверное, вернулся Хэ Юй, и открыл глаза. Но стоявший перед ним человек заставил его подскочить. По позвоночнику пробежала дрожь, а кожа покрылась колючками. Человек, стоявший перед ним… Оказалось, что это та самая девушка, которая давным-давно исчезла из съемочной группы! В то время на съемочную группу было заведено дело об убийстве, и полиция выслеживала их. И хотя в конце концов Хуан Чжилун был привлечен к ответственности, местонахождение пропавшей девушки оставалось неизвестным. Се Цинчэн не ожидал увидеть ее там! Еще более неожиданным было то, что эта девушка совсем не узнала его. Ее глаза были неподвижны, как у душевнобольных пациентов психиатрической больницы Чэнкан. Она никак не отреагировала, увидев проснувшегося Се Цинчэна. По-прежнему не поднимая головы, она наводила порядок в комнате, движения ее были скованными и механическими. Она убрала мусор из корзины, поставила свежие фрукты на журнальный столик, как обычно, а затем подошла к кровати Се Цинчэна и обратила на него ошарашенные большие пустые глаза. «Здравствуйте, я пришла поменять постельное белье. Могу я его поменять?» Се Цинчэн: «Ты меня больше не узнаешь?» Девушка ошеломленно повторила: «Я пришла поменять простыни. Могу я их поменять?» Се Цинчэн посмотрел ей в глаза и в этот момент вдруг вспомнил, как впервые увидел эту девушку. Тогда он был в отеле, где проживала съемочная группа, и девушка принесла ему букет цветов перед заселением, у нее было молодое и энергичное лицо. «Профессор Се» — она была полна энтузиазма, как огонь, ее глаза были полны света, яркие: «Добро пожаловать в группу! Если вам что-то понадобится в будущем, вы можете обращаться ко мне в любое время. Меня зовут…» Как же ее зовут? Се Цинчэн снова попытался вспомнить, но, к сожалению, так и не смог. Ему всегда было трудно запомнить имена других людей, но эти яркие улыбки оставили глубокий след в его сердце. Однако от этой девушки, которая улыбалась, как весенний цветок, осталась лишь кожа, и если бы она не дышала, Се Цинчэн решил бы, что она уже труп. Девушка снова повторила: «Я пришла поменять постельное белье. Могу я его поменять?» Казалось, она не остановится, пока не получит ответ. Се Цинчэн пришлось встать, чтобы закончить начатое. Как хорошо обученная горничная, девушка аккуратно поменяла постельное белье и, не оглядываясь, вышла из комнаты. После ее ухода, чем больше Се Цинчэн думал обо всем, что произошло на Манделе, тем большее отвращение и ужас он испытывал, а в сочетании с жаром и слабостью он терпел это некоторое время, но больше не мог сдерживать себя, поэтому пошел к раковине и его вырвало. Всю вторую половину дня его лихорадило, рвало, и температура постепенно повышалась. Хотя Се Цинчэн обладал огромной силой воли, он больше не мог этого выносить. После того как его вырвало в последний раз, он облокотился на раковину и умыл лицо. Он сделал небольшую передышку, но не смог найти в себе силы, чтобы снова пойти, и медленно впал в беспамятство. Когда Хэ Юй вернулся, то увидел лишь Се Цинчэна, потерявшего сознание у раковины. Он испугался и бросился поднимать его, громко спрашивая: «Се Цинчэн?». Человек на его руках весь горел, лицо было бледным, плотно закрытые глаза покраснели по краям, халат был слегка распахнут, и на коже под ним виднелся слабый цвет крови от палящего жара. Он поспешно отнес человека в постель и позвонил островному врачу, чтобы тот принес жаропонижающее. Се Цинчэн смутно проглотил лекарство, которое дал ему Хэ Юй, а затем впал в лихорадочный ступор. «…» — Хэ Юй поднял руку и слегка погладил его по волосам, чувствуя себя очень нервным. Он не знал, было ли это из-за того, что он зашел слишком далеко прошлой ночью, из-за чего Се Цинчэн былатакой сегодня. У закутанного в одеяло человека были плотно закрытые глаза, темные ресницы и бледные губы — единственные оттенки цвета на этом лице. Хэ Юй лег на кровать и обнял его. Се Цинчэн был таким сильным и настойчивым, что многие восхищались им. Но Хэ Юй чувствовал, что он стал таким хрупким, что ему просто хотелось обнять его и обладать им. *** После вчерашнего вечера Хэ Юй очень хотел убить Чэнь Маня. Даже после встречи он нажал на кнопку частного лифта, чтобы подняться на второй подвальный этаж. Именно там находились заключенные. Но в итоге он так и не вышел из кабины лифта. Именно из-за Се Цинчэна у него возникла мысль об убийстве, но также и потому, что он думал о Се Цинчэне, он приложил все усилия, чтобы заставить себя отпустить эту безумную идею. Хотя его идея была настолько убедительной, что отравляла его разум, его план был настолько идеальным, что пока Чэнь Мань умирал… Кто узнает, кто его убил? Когда кровь будет смыта, а ладони станут белыми, это будет смерть без улик, и он даже сможет помучить Чэнь Маня перед смертью. Но… Он вспомнил, как Се Цинчэн пожимал ему руку. Если бы на его руке была кровь Чэнь Маня, неужели Се Цинчэн не смог бы узнать об этом? А если бы Се Цинчэн узнал, то все равно протянул бы ему руку…? В этот момент он стоял в лифте, разглядывая себя в черной военной форме и с мрачным лицом в зеркале кабины. Наконец он нажал кнопку подъема лифта и вышел из ледяного подземелья. «Не убивай его…» — повторял он лицу в зеркале снова и снова, потому что безумие было похоронено так глубоко, что даже блеск в его глазах был демоническим. «Не убивай его. Не совершай необратимых поступков…» В конце концов, он сбежал и покинул это место. *** «Се Ге, все хорошо», — Хэ Юй обнял его, словно желая температурой своего тела успокоить Се Цинчэна, но в его шепоте слышалось облегчение от того, что он все еще может обнимать Се Цинчэна, не испачкав руки в крови: «Все хорошо… ничего не случилось… Отдыхай хорошо, я вернулся, сегодня я никуда не выйду. Со мной с тобой ничего не случится. Спи…» Жаропонижающие лекарства оказались очень эффективными. К вечеру жар у Се Цинчэна спал. Он нахмурился, а когда очнулся, то обнаружил себя в объятиях Хэ Юя, весь в поту. «Как…?» «Ты проснулся?» — Хэ Юй поднял руку и коснулся его лба: «У тебя был жар и ты потерял сознание, помнишь?» «…» Сказав это, Се Цинчэн вспомнил. «Я видела человека, она пришла поменять постельное белье…» — Се Цинчэн поднял руку, потер лицо и пробормотал: «Она была как живой мертвец, кто-то, кого я знал раньше. Она была сотрудницей, которая исчезла с производства». Голос его был хриплым, а глаза все еще немного ошарашенными. «Что случилось…?» Увидев его в таком состоянии, Хэ Юй вдруг понял, что Се Цинчэн находится в таком состоянии, потому что его разбудило знакомое лицо. Хотя Се Цинчэн был очень слаб, вид этой девушки стал занозой в его сердце. Если не поговорить с ним об этом, состояние Се Цинчэна может не измениться к лучшему. Хэ Юй протянул ему стакан с водой: «Не волнуйся так, сначала выпей что-нибудь». Се Цинчэн сделал глоток. Хэ Юй пристально посмотрел на него и сказал: «Заканчивай пить». «…» Только увидев, что Се Цинчэн выпил всю воду, Хэ Юй сказал: «Она — подопытный на острове». «…Для каких экспериментов ее использовали?» «Большинство людей на острове были похищены Хуан Чжилуном, когда он руководил компанией развлечений. В первые годы, когда методы обнаружения были не очень эффективными, они похищали много подростков, особенно девочек, потому что Дуань Цюйжэнь больше устраивали женщины в качестве ее подчиненных. Однако по мере того как полицейские методы работы с делами становились все более изощренными, Дуань Цюйжэнь становилось все труднее получать живых людей. Поэтому она использовала этих молодых женщин снова и снова, проводя над ними всевозможные эксперименты. В итоге, как в случае с этой девушкой, когда ее дух был полностью уничтожен, исследователи вживили в ее мозг командный чип, и, хотя она все еще жива, у нее нет самосознания, и ее можно использовать в качестве рабочей силы или хирургически превратить в другое человеческое существо. То же самое произошло и с другой девушкой, которая исчезла на съемках». Се Цинчэн сказал: «Они… неужели их нельзя спасти?» «Невозможно», — ответил Хэ Юй, — «Их мозг был прооперирован, и они больше не обладают самосознанием». Се Цинчэн замолчал, а через некоторое время спросил: «А Лу Ючжу, которую мы встретили в уезде Цинли, тоже такой человек?» «Похожая ситуация», — ответил Хэ Юй. «Это был клон Лу Ючжу, после того как Хуан Чжилуну стало все труднее добывать людей, Дуань Цюйжэнь начала думать о других способах, поэтому он сосредоточился на технологии клонирования. За последние десятилетия Мандела предприняли множество попыток и в конце концов обнаружили, что, хотя копии других людей и могут быть созданы, им трудно выжить и вырасти, еще труднее обучить их, и они не обладают особым боевым потенциалом, а вот гены Лу Ючжу очень подходят». Се Цинчэн вспомнил, как на телебашне Лу Ючжу рассказывала им о случайной встрече с Дуань Вэнем. Вдруг он вздрогнул и сказал: «Может быть, Дуань Вэнь спас Лу Ючжу, потому что каким-то образом предсказал, что ее гены обладают особыми свойствами? И после анализа всех их геномов, чтобы другие подобные организации не смогли обнаружить ее, они просто сделали ее жертвой, когда взорвалась телерадиовещательная башня…» «Он этого не говорил», — сказал Хэ Юй. «Дуань Вэнь никогда не был филантропом, но я так думаю». Се Цинчэн не удержался и снова закашлялся. Не зная, то ли потому, что эти вещи показались ему слишком страшными, то ли потому, что его организм был уже очень нездоров, Се Цинчэн вдруг почувствовал сильную волну тошноты, а еще у него внезапно закружилась голова. Словно игла пронзила его и без того переполненную ношу, и Се Цинчэн внезапно оттолкнул Хэ Юя. Он хотел отвернуться, хотел спрятаться, хотел подавить это, но в итоге все обернулось ответным прорывом плотины: он облокотился на край кровати, яростно кашлял, пытался прикрыть рот, но не мог сдержаться… В конце концов Се Цинчэн бросился в ванную, и его вырвало. Через некоторое время дверь ванной комнаты открылась. Хэ Юй посмотрел на Се Цинчэна, который умывал бледное лицо перед раковиной, подошел, встал позади него, сделал шаг вперед и надел на него халат. Се Цинчэн поднял голову, его глаза покраснели и слегка увлажнились, потому что ему было очень неудобно. Он посмотрел на Хэ Юя через зеркало, капли воды стекали с его бровей, Се Цинчэн закрыл глаза и сказал: «Спасибо». Затем Хэ Юй завернул его в халат и обнял: «Что с тобой, черт возьми? Почему тебя так рвет?» «Не знаю, может быть, то, что сделал Мандела, слишком отвратительно», — Се Цинчэн сделал еще один глоток воды и снова умыл лицо. «Это не лихорадочная реакция». «Тогда почему бы тебе не спросить об этом у врача завтра…?» «Нет», — Се Цинчэн глубоко вздохнул, чувствуя себя лучше после рвоты, и очень тихо сказал: «Это остров Мандела. Мы должны обращать внимание не только на этих врачей, но и на нашу диету и повседневную жизнь». После паузы он сказал: «Я тоже врач, не волнуйся, я знаю, что у меня на сердце, все в порядке». Специфическое заболевание Се Цинчэна всегда было известно лишь нескольким людям, и этот секрет строго охранялся. Даже когда он лечился в США, все знали, что он слишком слаб, чтобы выздороветь, и использовали множество поддельных медицинских документов. То, что у него отказали несколько органов, также было скрыто, чтобы не дать тем, у кого есть тайные мотивы, найти подсказки. В то время за Хэ Юем слишком пристально наблюдали, и он не решался слишком беспокоиться о Се Цинчэне, поэтому, хотя он и знал, что Се Цинчэн болен, он не знал, что ситуация очень серьезная. В такой ситуации Се Цинчэн, конечно, был более внимателен. Особенно после того, как Хэ Юй рассказал вчерашнюю историю Дуань Цюйжэнь, он стал еще более осторожным. Когда Хэ Юй, волнуясь, смущался, его постигало сильное потрясение: «Хорошо. Тогда я не буду говорить». Но он снова не смог удержаться и сказал: «Но ты же…» «Это может быть особая реакция после того, как действие сыворотки № 2 почти закончилось», — сказал Се Цинчэн. «Давай сначала понаблюдаем в течение двух дней». Хэ Юй вздохнул, но через несколько секунд, казалось, внезапно что-то понял, его абрикосовые глаза слегка расширились, и он прошептал: «…Се Цинчэн». «Хм?» — Се Цинчэн посмотрел на него через зеркало. «…» — лицо Хэ Юя на мгновение побледнело и покраснело: «Ты сказал… ты веришь, что сыворотка № 2… может…» «Что?» — поскольку жар только что спал, и его только что вырвало, на лице Се Цинчэна был дискомфорт, что еще больше смягчило голос Хэ Юя, который смотрел на него с подозрением, но его рука поглаживала плоский живот Се Цинчэна. «Как ты думаешь… это может позволить тебе… иметь такую возможность…» «Какую возможность?» — Се Цинчэн все еще не повернулся. Хэ Юй на мгновение замешкался, а затем прошептал ему на ухо: «Просто, если это позволит тебе завести ребенка». «…» Се Цинчэн был так зол, что его чуть не стошнило, и он долго кашлял, прежде чем пришел в себя: «Ты с ума сошел, Хэ Юй? О чем ты думаешь? Во-первых, это только из-за сыворотки, она не настолько сильна. Во-вторых…» Его прямые брови поднялись, как мечи, а бледное лицо раскраснелось от смущения и гнева, как у великого старца, он стиснул зубы и сказал: «Я чертов мужчина! И даже если бы я был женщиной, я бы не вступал в половой акт вчера и не забеременел сегодня, тебе уже двадцать три года, у тебя должен быть здравый смысл!» «Конечно, я знаю, просто эта сыворотка № 2…», — сказал Хэ Юй. «Я запрещаю тебе упоминать эту сыворотку № 2 в моем присутствии!» «Очевидно, ты упомянул ее первым». Но когда Хэ Юй увидел его бледное лицо и уродливое выражение, что еще он мог сказать? Он поспешил успокоить Се Гэ и уговорил его лечь на кровать. Этой ночью Се Цинчэн тоже чувствовал себя подавленным. Даже если у него был жар, он решил, что вчера потратил слишком много энергии, но этот приступ тошноты все равно был очень странным. Мысль о том, что он беременный, была слишком нелепой, это было бы совершенно невозможно. Но в чем же причина? Почему такая реакция возникла именно после полового акта с Хэ Юем? Может быть, это какая-то особая патологическая реакция…? Он не был уверен, что сможет понять это. Ночью Хэ Юй хотел обнять его, чтобы он снова уснул, но он не согласился. «Я не привык, чтобы меня обнимали». Ведь кому из старейшин понравится, когда его обнимают, чтобы уснуть? Особенно когда он подумал, что Хэ Юй действительно верит, что может иметь от него ребенка из-за прошлой ночи, Се Цинчэн еще больше не хотел. Хэ Юй отнесся к этому с пониманием. Он не возражал против того, чтобы раскрыть руки: «Тогда, Гэгэ, обними меня, чтобы я уснул». Се Цинчэн: «…» После двух дней такого отдыха состояние Се Цинчэна постепенно стабилизировалось. Однако необъяснимая рвота все еще не прекращалась. В тот день Хэ Юй увидел, что тот спит более спокойно, лихорадка не продолжается, и, почувствовав облегчение, рано утром вышел из номера и, как обычно, вовремя отправился в лабораторию. Только во время обеденного перерыва ему вдруг что-то пришло в голову. Поразмыслив немного, он направился в отдел товарного снабжения. Автору есть что сказать: Конечно, он не может забеременеть… не используйте тег «беременность»… даже не думайте об этом… ее не будет… Итак, можете ли вы догадаться, в чем причина реакции Се Ге? Хахаха. Думаю, многие могут догадаться… Посмотрим, когда тайна будет раскрыта. P.S. У меня есть некоторые проблемы со здоровьем, возможно, в ближайшие несколько дней мне придется лечь в больницу для более конкретного обследования и, возможно, потребуется операция, потому что некоторые из моих старых проблем снова появились, и это немного раздражает… но не волнуйтесь, это не большая проблема, просто немного расстраивает… если это займет слишком много времени, я могу взять несколько дней отдыха после этого, это неизвестно, но я постараюсь сделать так, чтобы этого не произошло. На всякий случай сообщаю тебе заранее ~ Не волнуйся, целую!