Смолвуд

      У оборотней, совсем как у людей, есть свои предания и легенды. Каждому оборотню, независимо от того, где он родился, к какому виду принадлежал и какую жизнь предпочитал вести, непременно известно название места, воистину считавшегося оборотнической Землёй обетованной. Это место, говорят, неумолимо притягивает зверолюдей со всего света, как магнит. В этом месте, говорят также, они находят долгожданный приют, безопасность и спокойствие. Всякий блуждающий оказывается в нём, ведомый звериным чутьём, подчинившийся ему, и наконец обретает самого себя, раскрывает в себе то, чего не смел обнаружить ранее.       Всем знакомо оно, но не все приходят к нему: быть может, полагаются на свою человеческую сторону и отвергают всё звериное в себе, а может, никогда не опускаются до того уровня отчаяния, что неотрывно связано с путешествием сюда. Как бы то ни было, имя месту этому — Смолвуд.       Название это, непримечательное и скромное, наверное, способно смутить несоответствием своей великой миссии, но попрошу усмирить недоумение: носи это место более громкое имя, оно бы неотвратимо привлекло бы сюда людей, устрашающих в своём разрушительном любопытстве. Излишнее внимание Смолвуду не требовалось: этому месту следовало навсегда оставаться скрытным и удалённым.       Никто не мог сказать наверняка, когда Смолвуд, крохотный, спрятавший спину в лесах и боязливо высунувший лицо навстречу побережью, был основан и кем — обнаружен. Возможно даже, говорят, он образовался как бы сам собой, из сильного желания оборотней спастись от угроз мира людей, преследовавших их с давних времён. Конечно, жили в Смолвуде и эти самые обыкновенные люди, то ли не догадывающиеся о своих соседях, то ли настойчиво старавшиеся их игнорировать, но о них в легендах предпочитали умалчивать как о досадной случайности.       Жизнь в Смолвуде текла размеренно, неторопливо — настолько, что приезжему могло показаться, что время здесь не просто шло медленнее, чем в других местах, но замедлялось прямо-таки на глазах. Тогда у приезжего оставалось лишь два исхода: принять, остаться и замедлиться вместе с городом, увязнуть, как в болоте, навсегда или же вырваться из упоительного плена чувства сохранности и принятия обратно в мир опасности и враждебности. В первую секунду выбор кажется очевидным, но не стоит забывать, что любая утопия хороша лишь временно и особо губительна после, особенно для юной души, лишавшейся в таком случае шанса где-либо преуспеть. Впрочем, конечно, были те, что ничего плохого в размеренности не видели и готовы были оставаться в городе на протяжении нескольких поколений, взращивая в потомках преданность Смолвуду и страх выглянуть наружу из гнезда.       Впрочем, история наша началась не в Смолвуде. Она началась несколькими десятками миль западнее, в ещё одном крошечном городке под названием Дентон, где об оборотнях никто и заикнуться бы не посмел и где обменялись клятвами перед алтарём двое: мужчина, со всей искренностью веровавший в Бога, и девушка, скрывшая своё оборотничество.